У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
1 2 3 4 5
добро пожаловать! Последнее пристанище для каждого, кто тосковал по атмосфере канона и старого леса. Новая старая история котов-воителей. Рейтинг проекта — R.
почетные игроки
5.12 Поздравляем победителей голосования на почетного игрока и самых-самых! Как вы могли заметить, форум "приоделся" в зимний дизайн, а в игре наступил сезон Голых деревьев. Также были введены подарки и увлекательные квесты для племен. Следите за новостями, праздники уже близко!
нужны в игру
!!! открыта регистрация во все племена !!!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » высокие сосны


высокие сосны

Сообщений 1 страница 20 из 35

1

http://s7.uploads.ru/A0wON.png

высокие сосны
——————————————————————
Нетронутый Двуногими рубеж между лесом Грозового племени и площадью искалеченных древогрызом деревьев, превращенных в неказистые пни. Высокие сосны - не самая привычная местность для лесных охотников, так как здесь почти негде прятаться, и добыча, выходящая на открытое пространство меж стройных тонких стволов сосен, более осторожна и пуглива. Кое-где в сосновой роще встречаются кустарники, в том числе и полезный для лекарей можжевельник. Усеянная желтоватыми иглами земля делает шаги путника почти бесшумными. Пересекая высокие сосны, нужно быть осторожнее - Двуногие хоть и редко, но заглядывают сюда по непонятным для котов причинам.

0

2

главная поляна >>>

Бодрой рысью Бабочка двигалась по лесу в направлении сосняка. Выйдя почти следом за патрулём, оруженосцы свернули сразу же, устремляясь в сторону границы с гнёздами Двуногих. Раздумывая над тем, какие травы сейчас резоннее было собирать, Бабочка пришла к выводу, что от поющего ручья им придётся уносить уж очень много охапок лопухов - что ни говори, а вблизи журчащего потока росло действительно много ценных трав. Целесообразнее было отправиться туда с наставником. А вот несколько веточек с ягодами можжевельника кошечка могла набрать и сама. Вдвоём с братом они унесут достаточно.
Скоро пожелтевший листвяной настил сменился мягкой пружинящей хвоей. Подлесок поредел, увеличивая обзор, и юная целительница немного замедлилась, поравнявшись с братом.
- Нам нужны кусты можжевельника - хвойные, пушистые, как Малина, с синими ягодами.
Сделав ещё несколько шагов, кошка заметила впереди, у одной из сосен, тёмный кустарник. Рысцой добравшись до него, она с удовлетворением отметила наличие небольших голубых ягодок.
- Срывай небольшими веточками, осторожнее с иглами. Одно неосторожное движение - и ты видел меня в последний раз, - фыркнула Бабочка, считая такие штуки довольно остроумными. Она аккуратно откусила веточку с несколькими ягодками, подавая Оленехвосту пример. - Складывай пока на землю, я поищу крепкий лопух, чтобы было удобнее нести. Только не раздави!
Чувствуя ответственность за неумелого юнца, молодая целительница считала своим долгом предостеречь его даже от самых глупых промахов. Она ещё несколько секунд не сводила взгляда с брата, а затем всё же отошла на несколько лисьих хвостов к небольшому скоплению лопуха, выбирая лист понадёжнее.

+6

3

→ главная поляна грозы

Оленехвост был рад, что Бабочка все же решила составить ему компанию. Все-таки сестре нужно было иногда ходить погулять,  чтобы развеяться. В полумрачном лесу кот чувствовал себя более-менее комфортно. Ещё не настолько близки заморозки, чтобы темнеть начинало рано, поэтому Оленехвоста не слишком смущал мрак и темнота. Он вглядывался в светленький затылок своей сестрицы для того, чтобы не терять ориентиров. И все-таки лучше им будет вернуться в лагерь, пока туда не пришли Солнцезвёзд и Орех, иначе Орех Оленехвоста точно напичкает тем же самым можжевельником.

- Знаешь, сравнение с Малиной ни к чему, - веско мяукнул Оленехвост, - боюсь, что я если в этой темноте увижу её облик, то сразу же отойду к звездным предкам.
И действительно: какой нормальный кот сунется в палатку старейшин ночью, только для того, чтобы посмотреть, как ужасающим взглядом смотрит на него взбешенная Малина?
- Ты про этот куст? - тут-то Бабочка ломанулась вперёд, будто бы рогатое имя носит она, а не сам Оленехвост. Казалось бы, может, она увидела в этом кусте какую-то давно умершую бабушку или ещё чего? Странные они, эти целители. Оленехвост догнал сестру достаточно быстро: и где она только научилась так носиться? Может, её Орех по ночам специально гоняет, чтобы тренировать выносливость?

Он с непониманием посмотрел на маленькие синенькие ягоды, искренне не понимая, как они могут помочь умирающему коту. Но Бабочке наверняка лучше виднее. По крайней мере потому, что она знает, как зовётся этот куст, а вот Оленехвост - нет. Кот не чувствовал себя от этого менее полноценным, зато был рад, что ему не нужно знать название каждого куста в этом лесу. А то этих кустов-то тут явно много.
- Не такие уж и большие тут иголки, - высказал свое наблюдение Оленехвост, как только Бабочка скрылась в поисках какого-то лопуха. Оруженосец искренне надеялся, что это название ещё какого-то куста, а не попытка Бабочки его обозвать.

Кот осторожно потянулся острой мордой к кусту, с трудом и со всей несуразностью откусывая парочку веток можжевельника и складывая его на землю. Казалось, одно неверное движение и этот же куст сожрёт его с потрохами. Так себе перспектива, поэтому кот пытался делать все максимально аккуратно.
- Бабочка! - спустя некоторое время достаточно громко позвал сестру Оленехвост, - этого достаточно?

+4

4

[nick]Никифор[/nick][status]корешочек[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2M54t.jpg[/icon]

- Коре-коре-коре-шок, заходи-на-посо-шок, - напевая песенку, которую очень любил его папка, подрастающий представитель барсучьего племени топал вразвалочку, понимая, что темным-темно, а в желудке пусто. Ох и трудно в темноте выкапывать корешочечки, а! Когти-то позволяют, а вот глазки что-то подводят. Большое Яблочко на небе светит, а толку-то?
С трудом запрокинув твердолобую голову к луне, Никифор шумно выдохнул облачко пара из большого черного носа. Кушать хооооцаааа.
Шорохи. Маленькие ушки мгновенно выставились на источник шума, и черно-белый барсучара припал к шершавой коре ближайшей сосны. Хорошее это место, говорила мамка, водится всякое вкусное.
И не без помощи полной луны Никифор и заметил, догадавшись, о чем все-таки говорила его кормилица.
Проснулся инстинкт. Почувствовав запах кошатины где-то на нёбе, Никифор облизнулся и переставил лапку-другую, подкрадываясь к... добыче? Да, совершенно непонятно, зачем кушать что-то больше, чем воробей, но инстинкты когтем не выковыряешь и под корешок не закопаешь, как любил говорить его батя. Мысль о том, как обрадуются сородичи такой добыче, заставила неопытного юнца подорваться и с неумелым, гортанным рыком броситься на собирающих его корешки кошачьих.

+6

5

- Если ты сегодня не сменил ей подстилку, Малина тебя и там достанет, - хмыкнула Бабочка, наконец выбрав лист побольше и вгрызшись в него зубами. Горьковатый сок попал в пасть, но за те несколько лун, проведённых за пережевыванием самых различных растений, кошка научилась спокойнее относиться к их разнящимся, но всегда противным вкусам. Порой ей даже казалось, что рецепторы на языке частично перестали воспринимать вкус.
В середине Листопада уже трудно было найти крепкий не проеденный и не порванный лист лопуха для транспортировки трав в лагерь, но Бабочке повезло. Она с огромным листом на перевес двинулась к брату, упорно пытаясь разглядеть землю под лапами, чтобы ненароком не завалиться на хвойный настил и самой не закататься в зелёное одеяльце. Двигалась она медленно, зато лопух в безопасности. Да уж, неудобно его в лагерь будет нести, но хоть вдвоём.
— Бабочка! Этого достаточно?
Ученица целителя недовольно фыркнула, словно на секунду забыла, что здесь есть кто-то кроме неё, и теперь была раздосадована. Еще пара шагов, и Бабочка рядом с Оленехвостом и его крупной добычей.
- Да-да, конечно, если наберём много, половину растеряем по дороге, - пролепетала кошка, усердно перекладывая фиолетовые ягодки с иголок на лист лопуха. Вылазка за можжевельником обещала остаться тайной и довольно быстрой. Пусть дорога в лагерь займёт немного больше времени, ведь ученикам придётся идти медленнее, но они всё равно успевали вернуться до рассвета. В лесу резко похолодало, как всегда за некоторое время перед тем, как солнце покажется над горизонтом. - Наверное, удобнее будет, если мы схватимся за противоположные концы лопуха, - всё-таки переборщила с размером. Больше не меньше, пф.
Уже наклонившись, чтобы ухватиться за сложенный пласт, Бабочка услышала странный тихий звук.
Хрусть-хрусть.
- Кто это? - кто-то определённо неаккуратно пробирался по лесу, задевая кустарники и стволы деревьев. Бабочка тревожно покосилась на брата. Патруль? Нет, с другой стороны. Кончик хвоста задрожал от волнения. Это что-то нехорошее.
Когда чёрно-белая в полоску морда резко вынырнула из-за стволов, кошка не сдержала испуганного шипения, выронив ношу и попятившись, словно пытаясь укрыться за Оленехвостом. Барсук. Это барсук. Точно он.
Здоровая зверюга двигалась к оруженосцам резво и целеустремлённо, словно всю жизнь готовилась к этой встрече. Звездоцап тебя подери, откуда ты тут взялся?! Лапы подрагивали, но ученица целителя готова была бежать так быстро, как никогда не бегала. Огромная вонючая туша внушала панический страх. А брат, загородивший её собой, кажется, даже не рассматривал подобный вариант.
- Бежать нужно. Оленехвост? - голосок дрожал от пробирающего ужаса. Даже не думай, ты, безмозглый комок...
Барсук уже был рядом. Мгновение - и кот и зверь оказались на расстоянии вытянутой лапы. Бабочка, повинуясь инстинкту отпрыгнула прочь, спасаясь от увесистого замаха. Предки милосердные...
- ОЛЕНЕХВОСТ! - кремово-чёрный исчез под грудой барсучьего меха. Сердце провалилось в желудок, так быстро стуча, словно пыталось выскочить из грудной клетки и унестись за помощью в лагерь. Пожалуйста, пусть охотники будут рядом. - ПОМОГИТЕ!
Барсук нещадно наседал, а оруженосец едва успевал оправиться от одного удара, как тут же ловил следующий. Повинуясь неизвестному самой себе порыву, Бабочка прыгнула ближе, непонятно на что надеясь, и попыталась цапнуть зверя тоненькой лапкой, однако он тут же развернулся к ней, меняя приоритеты. Но прежде чем чудовище успело коснуться ученица целителя, Оленехвост преградил ему путь, укрывая Бабочку. Та отшатнулась, всем телом дрожа и бешено ища глазами хоть что-то, что могло помочь в этой дерьмовой ситуации. Великое Звёздное племя, что это за дерьмо?!
Барсук зафырчал, наступая на оруженосцев и, видимо, больше не намереваясь игриво бороться с этими малышами. Бабочка зашипела, прижимая уши к голове. Она будет отбиваться и защищать брата сколько сможет... и как сможет. Подцепив когтями лопух, кошка высыпала все ягоды, те взметнулись в воздух и градом ударили барсука по морде. Получай, вонючее создание!

>>>главная поляна

+5

6

Глядя на то, как мелкая и тонколапая Бабочка тащит большущий лист лопуха, который загибается, лезет в глаза и под лапы, Оленехвост едва ли сдержал смешок. Выглядело это действительно уморительно.
- Ты как из плохого анекдота, - хохотнул оруженосец, прыснув смехом, глядя на то, как Бабочка ягодку за ягодкой складывала веточки можжевельника в лист. Выглядело это педантично, однако наверняка того стоило. Оленехвост помогать не стал: скорее всего раздавит ещё своими неловкими лапами что-то, а потом заново собирай: не-ет. Сейчас даже в темноте Оленехвост чувствовал себя более чем комфортно. Кот довольно кивнул, соглашаясь с мыслями сестры: так действительно будет легче. А то придётся снова смотреть на то, как Бабочка одна пытается утащить это всё в лагерь. У Оленехвоста бы скоро не выдержала совесть.

Хрусть.

Где-то хрустнула ветка, а Оленехвост моментально подобрался всем телом, вскидывая голову и поднимая уши. Он тщетно пытался вглядеться в темноту: он ведь не сумрачный вояка, его зрение не позволяло видеть каждую муху во мраке ночного леса. Но Оленехвост сощурился, отступая назад и медленно прикрывая собой Бабочку.
- Тише, - прошипел оруженосец, обращаясь к Бабочке. А что ему ещё было ответить? Он был абсолютно без понятия, кто это. Но уже в следующий момент тот-не-знаем-кто вышел из тени на более-менее освещенную полянку. Или это у Оленехвоста глаза привыкли?
- Беги! - громко рявкнул Оленехвост, когда уже в следующий момент на его голову обрушилось что-то тяжелое и твердое. Кот судорожно пытался найти возможность дышать, или бежать, но уже сейчас лапы кота отдались судорожной болью. Он вынырнул из-под тела барсука, хищно оскалившись и вздыбив затылок: гортанное рычание вырвалось чем-то дрожащим и вибрирующим из горла, когда кот замахнулся лапой на пыхтящего барсука. Слава предкам, не взрослый.

Если бы этим котам попался взрослый барсук, можно было бы уже начинать церемонию похорон. Кот едва ли нашёл возможность выцепить взглядом Бабочку и в очередной раз гортанно проорать:
- БАБОЧКА, БЕГИ! - он едва ли не сотню раз назвал сестру в голове самыми неприятными и грубыми словами, а в следующий момент зубами впился в лапу барсука, выцепив мгновение для возгласа и вдоха: - НА ДЕРЕВО, МЫШЕГОЛОВАЯ!
ОЧередной удар отозвался в голове у Оленехвоста звоном, он едва ли стоял на лапах. Мышеголовая идиотка! Она тут же полезла в драку. Сама. Идиотка-идиотка-идиотка.

Мгновение: Оленехвост подаётся в сторону, не сводя глаз с барсучьих черных зрачков. Казалось бы, сейчас он начал рычать громче, тщетно надеясь, что это поможет. Не помогло. Взъяренный, желающий прикончить всех и каждого, барсук встал на задние лапы и громко зафырчал, обдавая оруженосцев поганым и вонючим дыханием, от которого у нормальных котов давно бы уже нос сложился пополам и свернулся в трубочку. Оленехвост твердо встал на лапы, понижая голос.
- Я бью его по морде, - прорычал кот, опуская голову, но не сводя глаз с хищника, - а ты бежишь, поняла? Бежишь так, чтобы только пятки сверкали. В лагерь. На счет три. Раз, два... три! - Оленехвост в силу собственных лап сделал высокий прыжок, замахиваясь барсуку по морде, а уже в следующее мгновение вскопал собственным телом землю. Он очень надеялся, что Бабочка побежала так, как он просил, а не стала геройствовать. Потому что в следующий момент, когда барсук всем своим тяжелым телом двинулся в сторону оруженосца, Оленехвост поднялся на лапы и рванул на ствол, а оттуда на ветку ближайшей сосны.

→ главная поляна грозы

+6

7

главная поляна грозы →

Куница относительно проснулась, а погода, которая начинала показывать себя во всей красе, казалось бы и не имела никакого влияния от прошлой ночи. Всё будто бы вернулось на круги своя: но даже такая перспектива очень и очень волновала Куницу. Не всё происходит просто так. Да, и Орех должен был определённо что-то заметить. Какой-то знак от Звёздного племени, который поможет Солнцезвёзду сделать правильное решение. Правильное решение, в понятии Куницы, это свернуться и тихо-мирно сопеть друг у друга под боком, пока приходят холода, а не грызть чужие шкуры. Куница искоса посмотрела на Опалённую. Та выглядела... куда более уверенно, чем её старшая спутница, и это заставило Куницу задать самой себе немой вопрос о том, что же сподвигло Опалённую, да ещё и в такую рань идти расследовать это... барсучье дело? Так его назвать? Куница неловко улыбнулась своим мыслям.

- Надеюсь, здесь уже можно говорить громко, - обратилась к собеседнице Куница, тряхнув головой. Она была более чем уверена: барсук, если он здесь и был, то уже давно спит в своей норе и тихо-мирно радуется жизни, просто потому что никакие коты его не трогают. А то ещё придёт сюда Тайфун, своими лапами потопает и точно всех барсуков перебудит. А злющие они будут, как Ласточка вчера, просто потому что их всех подняли в неприятное время суток.
- Не думаю, что ты нуждаешься в приглашении, но, - Куница в несколько движений обогнала Опалённую, усмехнувшись в усы, - поохотимся?

Куница хитро сощурилась, глядя на юную кошку и на то, как собранно она себя ведёт. Будто бы постарела сразу же на двадцать лун вперёд, а у Куницы наоборот набралось сил. Действительно, в голове-то старшая воительница до сих пор хотела вернуться во времена того, когда они все были оруженосцами. Когда минимум проблем и забот было возложено на плечи, когда никто и ничего от тебя не требует и не ждёт. Дважды приглашать Опалённую не нужно было. Куница и без того была уверена, что она все сделает для того, чтобы принести в лагерь дичь.

Кошка в несколько сильных, грациозных движений взлетела вверх по крепкому стволу дерева, юрко очутившись на одной из низких ветвей дерева. Птичьи голоса уже раздавались вдоволь, здесь кошка могла их прекрасно слышать, вдали от земных шорохов, звуков и запахов. Здесь будто бы дышалось легче. Хорошо обтекаемое воздушным потоком тело смотрелось на ветке, словно настоящий символ грозового племени: лапы уверенно касаются грубой коры, спина выгнута, а шкура, перекликаясь с едва ли восходящим солнцем своими яркими всполохами рыжей шерсти, смотрится как дорогое, но подчеркивающее изысканность, украшение. Но всё звучало бы слишком хорошо, если бы всё это помогло хоть на мышиный хвост поймать Кунице что-то из дичи: дрозд упрямо улетал буквально из-под самого его носа, а под конец кошка не выдержала и вслух выругалась - как хорошо, что с ними нет оруженосцев. А то точно бы повторили. Даже мелкий воробушек, казалось бы, почувствовал приближение охотника и, пару раз вскочив на соседние ветки, был таков. Куница раздраженно повела пушистым хвостом, прежде чем спуститься на землю. Может, что-то из недавно волнующих так мыслей заставило её дважды упустить дичь? Кому расскажешь - засмеют и только. Старшая воительница, - мысленно саму себя передразнила Куница, прежде чем встретиться с Опалённой.

+5

8

◄ палатка воителей

[indent] Усталость остаётся позади, стоило грозовым воительницам оказаться за пределами лагеря. На выходе Опалённая остановилась, дожидаясь окликнувшую её соплеменницу, вдохнула прохладный воздух и ещё раз отряхнулась, скидывая с себя последние крупицы сонливости; расправив плечи и довольно облизавшись, она уверенно направилась в сторону вчерашнего происшествия. Думать о том, что случилось бы, появись барсук во время визита Бабочки и Оленехвоста, очень не хотелось, и потому Опалённая лишь молча радовалась, что всё обошлось. Хотя бы в этом.
[indent] Листья под мягкими лапами приглушённо шуршат, а ветер то и дело путается в короткой шёрстке, к счастью её не растрепав - Кунице в этом плане повезло меньше. Опалённая по сторонам почти не смотрит: устремляет взгляд перед собой, вслушиваясь в каждый шорох, и словно о чём-то думает. Но в действительности сейчас голова пуста [на удивление]. Скользит по пёстрой шкурке спутницы и вздыхает - зная Куницу, вчерашние новости её отнюдь не утешили_не обрадовали. Кончик хвоста едва заметно подрагивает, но всё же уловимо для бледно-зелёных глаз; всё верно, нервничает. Опалённой же хватило времени, чтобы смириться и принять случившееся, мысленно подготавливаясь к худшему исходу - они сделают всё от них зависящее, дабы отсрочить неизбежное, беда в том, что это непременно произойдёт, вопрос лишь как скоро?
[indent] [ пожалуйста, пусть только времени будет достаточно. ]
[indent] Запах барсука действительно витал в этом месте плотным потоком. Опалённая вскидывает подбородок, прижимает уши к затылку и медленно втягивает воздух - вчерашние запахи Бабочки и Оленехвоста тоже прослеживаются. Уж что-что, а специфичный аромат целителей пёстрая воительница всегда узнает и различит хоть из сотни других; в своё время она слишком долго пролежала в палатке у Незабудки.
[indent] - Уж лучше бы он появился сейчас, чем через пару дней намного ближе к лагерю, - негромко отозвалась на слова спутницы, осматриваясь по сторонам. Но, кажется, здесь уже никого кроме двух воительниц не было, и Опалённая согласно кивнула на предложение поохотиться.
[indent] Позволяя Кунице первой взять инициативу, племянница осталась сидеть на земле, наблюдая за ловкими движениями кошки: та в несколько быстрых прыжков оказалась на дереве, сливаясь с яркой листвой, степенно редеющей. Птицы на время смолкли, но тут же продолжили своё пение, то ли посчитав, что опасность миновала, то ли дразня охотницу. Когда Куница попыталась схватить взлетевшего дрозда, тот благополучно упорхнул буквально из когтей - Опалённая проводила его взглядом и снова посмотрела на соплеменницу. Просто так сдаваться она, разумеется, не собиралась, и почти сразу предприняла вторую попытку поймать дичь: на этот раз целью стал воробей. К сожалению, тому тоже повезло куда больше - несколько скачков, и он скрылся из виду, оставляя после себя лишь звук хлопающих крыльев.
[indent] Всё-таки нервничает.
[indent] Куница легко спрыгивает на землю, оказываясь возле племянницы, и та лишь одаривает её понимающим взглядом: у всех бывают плохие дни, к тому же, её наверняка отвлекали собственные мысли - Опалённой в этом плане повезло больше. Она снова внимательно обводит окружение и замечает у корней одного из деревьев небольшое движение; судя по запаху, белка. Грозовая припадает к земле, пружинит лапы и опускает голову, медленно продвигаясь в сторону зверька. Выступающие лопатки плавно перекатываются под кожей, а лапы ступают практически бесшумно, теряясь в шелесте листьев, в то время как сама охотница сливается с землёй благодаря расцветке. Опалённая смотрит на белку немигающим взглядом и дышит размеренно, примеряя расстояние для прыжка; ещё несколько секунд, и она отталкивается от земли, совершая большой рывок вперёд. Белка, видимо что-то заподозрив, тут же пытается взобраться на дерево, но не успевает - Опалённая перехватывает её уже на стволе, отталкивается от него лапами и успешно приземляется на пол, оставляя на коре глубокие зазубрины от когтей, а в зубах сжимая обмякшее тело. Опустив пойманную добычу возле лап Куницы, Опалённая заглядывает ей в глаза.
[indent] - Ты в порядке? - ответ кажется вполне очевидным, но не спросить зеленоглазая просто не могла. - я слышала ваш разговор с Солнцезвёздом, - почти сразу поясняет причину своего внешне хорошо скрываемого беспокойства, но отчего-то на уголках губ появляется усмешка. - и видела.

+7

9

Куница слышала то, как колотится её сердце прямо под подбородком: наверняка говорит о себе одышка, несмотря на то, что кошка не сильно много активных движений уже успела сделать. Или это не из-за одышки? Куница несколько раз ещё нервно дернула кончиком хвоста, прежде чем присесть в корнях одной массивной сосны, следя за движениями Опалённой. Она в каждом шаге этой кошки видела Горлицу. В каждом её взгляде видела Горлицу. В каждом её слове она слышала свою собственную сестру, она чувствовала то, как щекой Горлица прижимается к её собственной. Как урчит ей на ухо. Но Горлицы нет рядом. А Опалённая настолько сильно напоминала её, что в сердце Куницы становилось тоскливо. В последнее время, Кунице становилось тоскливо не только из-за практического отсутствия большинства из её семьи рядом. Её семьёй уже давно стало племя.

- Ты умница, - проурчала Куница, поднимаясь на лапы. Однако уже следующий вопрос Опалённой поставил Куницу в большой ступор. Она медленно хлопнула глазами, выслушивая целиком вопрос молодой кошки, нервно сглатывая комок в горле. Неужели, так заметно?
- И что же, - посмеиваясь, сморгнула смешинки с глаз Куница, отвечая вопросом на вопрос Опалённой, - ты там видела?

Когда Куница смотрела на Солнцезвёзда, она в первую очередь видела в нём не предводителя, а отголоски того прошлого, которое сама бы хотела вернуть. Но сейчас... она бы не сказала, что Солнцезвёзд изменился. Он, безусловно, возмужал, вырос, окреп и стал завидным котом, в том числе и потому, что носил на себе клеймо предводителя. Но тот Солнцелап, которого знала Куница ещё в детстве, когда была ученицей... он жил в нём, дышал в нём и читался в каждом движении. Этого не увидит тот, кто видит в Солнцезвёзде только предводителя, способного на всё, чтобы защитить своё племя. Все видели, как рьяно рыжий кот защищает Грозовое племя, а Куница видела у него в глазах тень усталости. И тонкий, но безумно яркий огонёк надежды. Возможно, давно потухший или спрятанный ото всех, он оставался глубже, чем кто-либо мог заглянуть.

Это было максимально странно. Отношения с Тенелистым не привели ни к чему, кроме горя, драк, ссор и печали: этот отпечаток навсегда остался в голове у Куницы, куда бы она не девалась. Она до сих пор с ним на ножах, несмотря на то, что и роман уже давно в прошлом. Она ему никогда не простит. И не простила бы. Солнцезвёзд был... другим. Она видела в нём опору и в первую очередь друга, а эти всё чувства, это всё пришло позже. Она носит в себе это, носит где-то в районе сердца это долгое, зудящее чувство, которое с каждым днём все крепнет. Она за него волнуется: видит то, как выводит его из себя эта никчемная ситуация, как напрягает эта война, но он ничего не может поделать. Не может ничего поделать с этой своей мужской гордостью. И Кунице было очень горько от этого.
Куница пожимает плечами.

- Мы с ним, - обронив смешок и неловко растянув губы в улыбке, отвечает воительница, - друзья. Очень хорошие друзья.
И даже если бы пришлось, Куница бы никогда в жизни не сказала ему сейчас. Сейчас, когда ему и без неё, и без возможных романов много забот о племени, о грядущей войне, о границах... она не может повестись на поводу у своего эгоизма и удовлетворить собственные желания и собственную внутреннюю просьбу. Которая звучит внутри стойким, но ужасно тонким звоном, и не даёт никакого покоя. Опалённая ей не поверит. Не поверит же?

- Ты меня за этим сюда вытащила? - рассмеявшись, поинтересовалась Куница, - посплетничать? - воительница игриво куснула Опалённую за ушко и зябко повела плечами. То ли это от холода, то ли от волнения. А второе всё же... более вероятно.

Отредактировано Куница (17-10-2018 20:50:28)

+5

10

[indent] Улыбка на губах становится заметнее, и Опалённая чуть склоняет голову на бок в благодарном жесте: кажется, в драгоценных глазах собеседницы читалось понимание, что некогда маленькая Подпалина наконец выросла, и это согревало изнутри. Она ведь как сейчас помнит те заботу и любовь, которыми Куница одаривала_опоясывала оставшихся без матери учеников. И пусть настоящие кровные узы их не связывают, она смогла стать кем-то безумно важным, безумно дорогим сердцу, и, пожалуй, в чём-то даже заменила мать. Опалённой хотелось думать, что именно такой была их настоящая; таковой Куница и стала.
[indent] Она сдержанно смеётся и смотрит на племянницу внимательно; Опалённая хитро щурится и чуть поддаётся вперёд, поднимая переднюю лапу.
[indent] - Лучше спроси чего я не видела, - неоднозначно отвечает грозовая, дёрнув тонким хвостом. Как бы Куница не старалась скрыть это, как бы не пыталась отрицать, пряча под слоем других эмоций, истинные её чувства всё же прослеживались. Возможно, весьма тонко и расплывчато, оттого не привлекая к себе внимания до сих пор, но Опалённой удалось уловить ту тончайшую нить, связывавшую соплеменницу с предводителем. И теперь, когда та оказалась вытащена на свет, упрятать её назад не выйдет.
[indent] Куница отвечает, что они просто друзья, но даже не пытается убедить собеседницу в том, что ничего к нему не испытывает - видимо, то было слишком очевидно, чтобы так рьяно отрицать. Опалённая ловит задумчивость на лице напротив, но старается не придавать этому значения; она многое знает о прошлом Куницы, как знает и об истории, что связывала её с Тенелистым [видят предки, если бы Опалённой позволили - самолично сломала бы поганцу все лапы и скормила его же язык], но о чём она не знала, так это об отношениях тётушки с Солнцезвёздом: очевидно, между ними всё было не так просто, как могло показаться. Как Куница сама показывала. Но даже в его поведении вчера Опалённая поймала некую неопределённость по отношению к старой подруге, и, не смотря на нелюбовь к сплетням, всё это зажгло в ней интерес.
[indent] Опалённая видит это, потому что сама находится в той же ситуации. Ужасно сложной ситуации, и может даже куда запутаннее, чем у соплеменницы. Думать об этом сейчас, правда, не слишком хотелось.
[indent] Пёстрая дёргает ухом и тихо смеётся, упираясь Кунице в щёку макушкой. С ней всегда было просто, легко, и очень уютно - так Опалённая не ощущала себя уже довольно давно.
[indent] - Конечно не только для этого, - отвечает нарочито обидчиво, и тут же добавляет не менее смешливым тоном: - ещё, чтобы утереть нос в охоте, - щурится, смотрит на лежащую на земле белку и затем отстраняется, вновь встречаясь глазами с собеседницей. - но если честно, я ведь правда почти ничего не знаю о вас, - голос становится чуть более серьёзней, а взгляд - задумчивей. - а было бы интересно послушать, - не удержалась и всё же усмехнулась, сверкнув глазами. - можешь не волноваться, этот разговор останется между нами, - и Куницу точно не придётся в том убеждать: ей, пожалуй, как ни кому другому известно умение Опалённой держать язык за зубами. Особенно в том, что касалось чувств. О, в этом ей не было равных.

+5

11

- Было бы, что знать о нас, - Куница качает головой, с какой-то горьковатой усмешкой смотря на эту несчастную белку между лап Опалённой, - между нами действительно ничего нет. И не будет ещё долгое время, пока я не пойму, что готова к этому. Ну, или до того времени, как Ласточка на сосне свистнет, - Куница всегда улыбалась широко и ярко. Она была золотой девочкой, которой по приданию должен был достаться плохой кот. Так и случилось, вот только чары не смогли разглядеть в безобразном чудовище Тенелистом что-то чувственное. Куницу очень долго мучили прошлые отношения даже после их окончания: что-то кололо в груди. Вина ли? Или нежелание даже видеть этого кота в племени? Это было не столько грустно, сколько просто ворошило в Кунице неприятные чувства.

- Ты же понимаешь, - грустно улыбнувшись, обратилась кошка, - ему сейчас не до отношений. Не до романов, не до кошек. Ему нужно защитить племя и выдержать натиск врага. А я не та, кто будет ставить своё желание выше, чем его долг.
Куница как никто другой знала, как же Солнцезвёзд ненавидел проигрывать. Всей душой, всем своим огромным, горячим сердцем Солнцезвёзд больше всего ненавидел проигрывать. От этого страдала его гордость. А лично Куница бы не стала подвергать его этому риску. Если что-то случится, она же не устанет винить себя в этом. Это лежала настолько на поверхности, что Куница даже не стала это рассказывать. Опалённой-то это должно быть очевидно.

- О, ну, может ты хочешь послушать, как он в первый раз ловил мышей? - у Куницы за пазухой было много историй, но в последнее время она все чаще задумывалась о том, что же именно связывает её так с этими котами, с которыми они до сих пор держат связь. С Чащобником тем же, например. Но та дружба с Чащобникам была чем-то более мелким и обыденным, нежели чувства к рыжему коту. Куница и сама толком не понимала, когда это доверие и дружба-с-подначиваниями переросла в то, что Куница ищет его взгляд, ищет повод позавтракать вместе и смущается, как подросток.

Это всё сидело в ней где-то слишком глубоко, глубже, чем она бы могла достать при всем своем желании.
- Это моя тайна, - откровенно говорит Опалённой Куница, мягко положив лапу на её, - и я буду очень благодарна, если это всё действительно останется между нами. Я обязательно скажу ему, но сейчас ни я, ни он не готовы к этому. И ему это не нужно сейчас. Ему нужно не это.

Куница не сомневалась в Опалённой, это, пожалуй, была одна из тех кошек, которым Куница могла доверить свою жизнь. И в бою, и в рассказе. Куница чувствовала себя одиноким камнем в глубокой реке, берущей начало на песчаном пляже. Но даже этот путь она пройдёт с гордо поднятой головой. И никому не даст понять, как это бывает, Звёздоцап подери, больно.
- Ты же понимаешь меня, да, Опалённая? Я не могу пойти на поводу у эгоизма. Я не могу подставить его под удар из-за моих чувств, которые ещё далеко не факт, что взаимные. Пусть лучше всё остаётся так, как есть. Я и он хорошие друзья.

+8

12

главная поляна >
Стоило суете на поляне улечься, Тайфун позволил себе расслабиться после насыщенного дня, однако краткий сон то и дело прерывался под воздействием внутренних раздражителей, а потому как такового отдыха не принес — редкое явление, однако случалось.

Рассвет только начинал заниматься, и большинство соплеменников ещё спали в палатках, что ему было весьма на лапу — занять себя делом казалось наилучшим вариантом из всех возможных, а потому, едва выбравшись из состояния полудрёмы и стряхнув с себя остатки пролежней, он отправился в лес, не дожидаясь распределения патрулей.

Шелест опавшей листвы под лапами контрастировал на фоне свистящего в кронах ветра, ероша косматую, слегка влажную от утренней сырости шкуру; плечистая фигура ступала твёрдо, с намерением — беззвучно, и морда являла на редкость хмурое выражение, тогда как на деле он предавался обыденной практике, пытаясь игнорировать роившиеся на подкорке мысли и сосредоточиться на грядущих делах.

Как ни удивительно, он абсолютно не разделял общего энтузиазма /или страха/ перед перспективой войны, в которую грозил перерасти конфликт с сумрачными — и вовлечены туда, наверняка, будут не только обе стороны зачинщиков. Кажется, за все свои пережитки лун, он давно погряз в ней. Война утягивала его в свои чернеющие недра, бурля кровью в венах и оседая на нёбе приевшимся вкусом крови; жизнь, полная бесконечной борьбы за выживание и обстоятельств смертей, смертям и заканчивалась. Единственное, что было во власти их реальных возможностей: максимально отсрочить конец.

Тени раскидистых ветвей стелились под лапами в отсветах первых солнечных лучей, когда он, вопреки здравому смыслу и заданной себе установке — не соваться в одиночку в этот участок леса, — двигался уже по наитию, влекомый охотничьим азартом, в предполагаемое обиталище барсука. Впрочем, встреча с деятельным существом его волновала в последнюю очередь — в корнях трухлявого ствола копошилась белка, и Тайфун тут же, без промедлений, размашистым прыжком оглушил растерянного зверька, смяв худосочную шейку мощными челюстями, хладнокровно пресекая возможность спасения. Привкус сочного мяса мгновенно вернул голове бодрящую свежесть — он, наконец, позволил себе насладиться редким единением с природой и собственными инстинктами, пока внимание не привлёк сторонний шум.

Жадно подхватив белку, он решительно направился на приглушённые отголоски, лишь по приближению распознав в благозвучных интонациях их обладательниц. На произнесённом «останется между нами» Тайфун слегка попятился, не желая оставаться причастным к неким выскодуховным  женским тайнам, но запоздало понял, что незамеченным ему остаться вряд ли удастся, да и мириться с идиотским положением хотелось меньше всего.

Он раскрыл себя секундой позже, сдержано кивнув и останавливаясь в нескольких хвостах от пёстрых соплеменниц.

Не думал, что такая атмосфера может располагать к мирным беседам, —  произнёс он, едва сгладив в лице оттенок неловкости, — кажется, здесь все пропитано этой барсучьей вонью. — запах действительно усилился, — вы все осмотрели? — уже по существу поинтересовался он, чувствуя, как обстановка напрягается. Тайфун предполагал, что зверь все ещё может находиться по близости, и не исключал радикальную меру по вмешательству в существование оного на землях Грозового племени. Толерантности к сожительству с крупными лесными зверушками, способными нанести существенный вред котам, в нем было столько же, сколько чести в шкурах лягушатников.

Отредактировано Тайфун (18-10-2018 04:06:55)

+7

13

[indent] Все её слова звучат убедительно; для неё самой, но не для Опалённой. Кажется, Куница свято верит, что их в самом деле связывают лишь прочные дружеские отношения, пронесённые сквозь время и многочисленные события, подкреплённые поддержкой и взаимовыручкой. Но неужели за всем этим не скрывалось что-то ещё, что-то большее? Заглянув в сияющие золотом глаза напротив, Опалённая, среди груды сомнений и пропасти неопределённости, нащупала ответ, сокрытый до этого момента.
[indent] - Долгое ли?.. - задумчиво протягивает в ответ. Казалось бы, нужно было сделать всего-ничего - собраться с духом и рассказать обо всём открыто, предельно честно. Сущий пустяк, не так ли? Но именно он был самым тяжёлым шагом, на который необходимо чуть больше, чем вся отвага. Именно оголить душу, вывернуть себя наизнанку, открыть дорогу к разуму и сердцу, позволяя кому-то изучить всю подноготную, было невообразимо тяжело даже столь отзывчивой и откровенной особе, как Куница.
[indent] Пожалуй, окажись Опалённая на её месте - предпочла бы молчать до последнего. Ей и вовсе всё это чуждо, хотя на деле скорее просто тягостно по-настоящему впустить кого-то в свою жизнь настолько близко. Страх потерять их спустя время оказался сильнее, прочно укоренившись в душе. Уж лучше в этом плане быть одной. Так ей проще. Так ей спокойнее. По крайней мере, было до какого-то момента, когда все убеждения не стали трещать по швам вместе с выстроенной стеной, ограждающей её от чувств.
[indent] - Знаешь, - вкрадчиво, на выдохе, переводя взгляд куда-то в сторону, к горизонту, самый низ которого уже начинал степенно приобретать более светлый оттенок, разгоняя густую темноту. - ему ведь не станет легче со временем, и предводителем он быть не перестанет, - груз ответственности, лежащий на его плечах, всегда будет пытаться придавить к земле, но не только от него зависит умение справляться с этим: если рядом не окажется тех, кто поддержит, легко можно сломаться. - так не лучше, если с ним будет кто-то, кто относится к нему как ты? - снова переводит взгляд на собеседницу и мягко улыбается.
[indent] Поддержка важна всегда, но во многом она разнилась: одно дело, когда её оказывало племя, другое - тот, кто любит. Опалённая понимала чувства Куницы, и отчего-то считала, что предводитель хоть отчасти испытывает к ней нечто похожее. Разумеется, ему тяжело - другой вопрос, кому нет? Долг будет идти вровень с каждым воителем до скончания веков и не исчезнет никогда, но разве это повод отказываться от собственных желаний? Особенно, если они могли принести лишь нечто куда более согревающее и успокаивающее.
[indent] - Конечно, Куница, - коротко кивает. - я нема, как рыба, - она не стала настаивать - возможно, ей в самом деле нужно время. Говорят, оно лечит. Говорят, с ним всё проходит. Опалённая сама в это не верила: ни Звездоцапа не проходит, и ничего не забывается - можно лишь научиться жить с этим. Рана Куницы, оставленная на сердце Тенелистым, уже затянулась, но страх быть вновь преданной никуда не делся, и это было главной проблемой. Когда-нибудь она перестанет бояться, что при прикосновении к белёсому рубцу швы разойдутся, но пока ревностно охраняла себя от любой возможности повторения прошлого, и Опалённая не могла винить её в этом. - я только хочу, чтобы ты была счастлива, - усмехается, понимая, что говорит совсем как мать, а не дочь, и добавляет. - вы оба.
[indent] - Вы этого заслуживаете.
[indent] Солнцезвёзд ведь был далеко не последним котом и в жизни Опалённой. Когда-то он помог ей, поддержал и сказал, что она может на него рассчитывать - пёстрая в этом ни на секунду не усомнилась. Она видит, как тяжело порой ему бывает, видит эту прекрасно скрываемую усталость и подавляемое смятение; видит, потому что в этом они с ним похожи. Оба предпочитают держать всё в себе, оба стараются справляться с любыми сложностями сами, а значит им обоим было нелегко. Именно поэтому сейчас Опалённая сама старается помочь ему и просто быть рядом, пусть даже он и не просит. Кажется, пришла пора ей думать о тех, кто когда-то думал о ней.
[indent] И едва Опалённая хотела чуть больше разузнать о той наверняка занимательной истории про охоту на мышей [проще - перевести тему], как со стороны послышались чьи-то шаги. Мышцы самопроизвольно напряглись, а глаза блуждали меж растительности, выискивая виновника звука, но двигаться в его сторону грозовая не спешила - уж больно знакомой показалась поступь, как, впрочем, и запах. И правда: спустя несколько секунд на поляне появилась бурая фигура - можно расслабиться [или нет].
[indent] - И тебе доброе утро, - окинув появившегося Тайфуна холодным взглядом, проговорила Опалённая. - думаю, будь он здесь - не дал бы нам вести столь мирную беседу, - снова смотрит по сторонам, обращая внимание на свежепойманную белку. Кажется, не у одной Опалённой день начался весьма недурно. - но можешь убедиться сам, - всё-таки если барсук уже появлялся здесь, значит не исключён второй его визит. Хотя теперь встреча с хищным зверем перестала казаться столь ужасной - присутствие Тайфуна заставляло нервничать гораздо сильнее, и чтобы это заметила Куница хотелось в последнюю очередь.

+7

14

Кунице было тяжело признаваться в чем-то своём и личном, когда это никого, кроме неё не касалось. Ни в коем случае нельзя забывать, какое огромное значение в жизни имеют мелочи. Часто, приглядевшись к мелочам, можно найти очень хорошо скрытую истину, которую некоторые предпочли бы и вовсе не вспоминать. Куница знала кота, который практически всю свою жизнь испортил снобизмом и замкнутостью, а потом, когда отправился в палатку старейшин, вдруг засиял: для всех вокруг открылся кот, который всю жизнь прятал истинное выражение лица за маской безразличия и ворчливости. А оставшиеся луны прослыл как тот, чьи анекдоты до сих пор переходят из поколения в поколение. Влюбился? Вполне вероятно.

- Не перестанет, - эхом отозвалась Куница, присев на заднице лапы и плотно прижав передние пушистым хвостом, - но к тому времени война может закончиться.
Куница всем сердцем надеялась, что если Солнцезвёзд хотя бы на мышиный хвост откликнется на её чувства, то ей не придётся его терять в этой войне. Но в то же время она прекрасно понимала, что в племени полно гнили: стоит только начать какие-то отношения, как сразу же по всем котам проползёт нехороший слушко, в котором обмоют все кости. Куница не... не хотела этого! Не хотела, чтобы он отвлекался на неё, когда у него и без того дел по горло.

Куница чувствовала себя той, кого окунули в серые, почти чёрные, сумерки безнадежности: этот туман крался по хребту и нашёптывал на ухо странные мысли, которые кошка не могла оставить без внимания. По своей природе не могла. Не могла принять то, что быть кошкой предводителя - постоянный риск, риск потерять этого кота и навсегда остаться одной. Куница не готова была платить эту цену сейчас, несмотря на все свои чувства. Но неужели ей так и седеть от страха и ужаса до своей кончины?

И, более того, Куница сама не была готова обернуться и посмотреть в глаза тени мещанства и семейной скуки, которая, как зловещий рок, тянулась за ней уже несколько десятков лун. Её устраивало не быть семейной кошкой: не тратить год впустую, заботиться только о выросших котятах Горлицы, о себе, о племени. Чувствовать себя в возрасте оруженосца: яркой, горячей и горящей пламенем молодости, силы и гордости. Опалённая была как никогда права: он не перестанет быть предводителем. Не вернётся в возраст оруженосца и не оставит скалу без надзора. Но возможно ему действительно нужна эмоциональная помощь? Куница чувствовала себя как некстати паршиво: будто бы её пожевали и выплюнули обратно. И на душе не было привычной легкости, груз вины и вдумчивости взвалился на её плечи, как на плечи Солнцезвёзда упала ответственность. Но она не могла найти в себе той отваги и привычного желания действовать сейчас. Не могла просто взять и вывернуть всю душу Солнцезвёзду наизнанку. Она безумно хотела, чтобы жизнь Солнцезвёзда была подобна свету, который не способствует тени, подобна счастью без сожаления. Все романтические мечты рано или поздно разрушались и разваливались на уродливые, кривые осколки, сталкиваясь с суровым и гнетущим айсбергом холодной реальности.

Куница чувствовала себя двенадцатилунной ученицей, которой хотелось сбежать из лагеря на поющий ручей, валяться в траве и смотреть на мигающие звезды. Хотелось чувствовать себя нужной, любимой, горячо оберегаемой. Возможно, когда-нибудь.
Куница хотела бы продолжить, вот только один незваный гость прервал мирную и спокойную беседу, потревожив обоняние старшей воительницы. Обернувшись через плечо, кошка приметила бурую шерсть и крепкое тело:
- Доброе утро, Тайфун, - чинно произнесла молодая кошка, прикрыв глаза и поднимаясь с места. Она рада, что они с Опалённой успели поставить точку в этом разговоре, - да, смердит так, что отсюда бы держаться подальше пару лун. Но его здесь нет: я думаю, после ночной прогулки барсук всё же отправился в свою нору.

+6

15

[nick]Никифор[/nick][status]корешочек[/status][icon]http://funkyimg.com/i/2M54t.jpg[/icon]

Эти котята - нет, громадные, взрослые коты! - напугали мелкого барсука до усрачки. Никифор успел подрасти в размерах, но головой оставался все еще малышом-барсучонком, который сейчас, забившись в коряги огромной старой сосны, трясся.
Он слышал шипящие разговоры таких же, как те, что даже царапнуть его успели. И почему он не откусил тому бежеватому хвост!
Мелкие царапульки ныли, и барсук рисковал изредка провести по ним языком, то и дело косясь в сторону трех здоровенных кошаков. Ему приходилось выглядывать из своего укрытия очень осторожненько, поскольку вчерашняя неадекватная реакция двух молодых поразила его до глубины души: где это видано, чтобы добыча так изворачивалась и кусалась-то, а? Стоило Никифору разок-другой прижать особо буйного к земле, он тут же выпускал коготки и так больно впивался, что хотелось фырчать - обиженно и надуто.
А казалось, что у него мягкие лапки! Ну вот откуда там взялись эти шипы?
Черные глазки-бусинки уставились на огромные и кажущиеся такими мягкими лапы Тайфуна. Барсучонок сглотнул: это ж какие шипы там могут быть спрятаны?
Его немного трясло, но он боялся пошевелиться. До котов было около пятнадцати лисьих хвостов, может и поболее, но он боялся пошевелиться. Каждый раз, когда заговаривал самец, Никифор мысленно верещал: почему, ну почему он не убежал домой, как учила его мама, еще ночью? Зачем он забивался под эту корягу, если его пухлый зад почти не вмещался в нее?
Он боялся. Точка пика нарастала, в горлу подступала тошнота, в ушах стучал пульс. Лапы с большими тупыми когтями скребли под собой землю, и нечто взрослое, что стало появляться в душе подрастающего барсука, окончательно сдалось перед детским порывом.
Всхлипнув, малыш в ужасе взревел, закрыв глаза.
Он звал маму.

+8

16

[nick]Агафья[/nick][status]стреляю в упор[/status][icon]https://pp.userapi.com/c849120/v849120986/9200c/NJf4Ktcv1fQ.jpg[/icon]
Вразвалочку, с гордостью неся на коротких лапках свои жирные, тяжелые бока, барсучиха шествовала между сосен, вертя своим чутким до еды носом. Своей крупностью и дородностью она во многом была обязана бесконечной любви к сытной пище. Агафья была немолодой, и, несмотря на постоянное жевание, обладала мерзким раздражительным характером. Казалось, что единственной отрадой ей был сыночек, но и тот, непоседничая, мог так схлопотать тяжелой когтистой лапой по голове или спине, что мало не покажется. При желании мамка могла легко переломить ему хребет, да только не хотела, все таки младшенький-любименький. "Кто ж кроме него ей корешок на старости лет поднесет?"
Задрав морду, огромное неповоротливое животное негромко зарычало:
- Никифооооооооор, маленький, куда ты запропастился?
Топая, она обошла еще пару сосенок. Нос улавливал противные кошачьи запахи. Зверюга морщилась, терла морду лапой. Она ощущала все большее волнение за куда-то запропастившегося малыша. Все крутился под лапами, вместе с мамулечкой лег спать, а тут она просыпается  - нету отрады всей ее жизни. Влепив лапой старшему сыну в плечо, Агафья и направилась искать свою кровинку.

Раздавшийся где-то впереди жалобный ор заставил маленькие глазки барсучихи мгновенно налиться кровью. На лбу выступил пот, отчего шерсть на морде взмокла и встопорщилась. Бывалая нянька, она сразу же поняла, что ее крошка попал в беду. Короткие лапки словно заимели моторчики, и эта большая, неуклюжая тварь с удивительной резвостью понеслась к ребеночку.
Вид Никифора, забившегося под корягу и отчаянно вопившего, пробудил ото сна какое-то древнее чудовище, доселе спавшее в груди Агафьи.
- Где? - Зарычала мать, вертя косматой седоватой головой. Затем еще громче взревела: - КТО?

+7

17

Тайфун кивнул, не сомневаясь в предусмотрительности воительниц, и скользнул взглядом по Опалённой, почти физически ощущая все то же едва уловимое напряжение между ними, однако навязчивый запах не оставлял его в покое, пробивая лёгкие сгустившимся животным ароматом.

Их отвлёк резкий, пронзительный вой, доносящийся с периферии. Янтарные радужки угрожающе сверкнули синхронно с хрустом ломающихся под неосторожными шагами сучьями и вторящим первому, не менее режущим слух, ревом — ему не нужно было оборачиваться, чтобы распознать в этих звуках сущность. Тайфун лишь успел пропустить в голове мысль о благополучном стечении обстоятельств с последующим осознанием того, как во время он здесь появился — в такие моменты, впору было бы истово уверовать в искомое всевластие предков. Однако послать на растерзание своим детищам разъяренную матку - действительно считалось у тех рациональным?

Опалённая бросилась первой, вызывая в груди бурю неистового рычания; напомнив себе после как следует проехаться этой «бравой пташке» по ушам за столь рьяную самоотверженность, он, раздвинув плечи и напрягая перекатывающиеся под вздыбившейся шкурой мышцы, буйволом ринулся наперерез, намереваясь оставить ощутимую вмятину на вражеском боку, когда амбалистая самка с затаенной в массивном теле ловкостью крутанулась на месте, блокируя доступ к любым уязвимым точкам, под вихрем сокрушительной звериной силы заставляя воителя хорошенько приложиться головой к земле.

+6

18

[indent] Разумеется, всё не могло быть столь хорошо - когда последний раз им действительно удавалось спокойно провести хотя бы один день и обойтись без мало-мальских происшествий? Душный запах уже почти перестал вызывать отвращение, но никак не уходил, а сама Опалённая отчего-то думала совершенно о другом; не стоило. Она смотрит на Куницу, будучи уверенной в правильности её слов, переводит взгляд на Тайфуна [сама не ясно зачем], и подбирает с земли белку, взмахивая хвостом в немом жесте: кажется, оставаться здесь больше не было причины. Но едва кошачьи лапы сделали несколько шагов в сторону лагеря, как откуда-то со стороны раздался дикий протяжный рёв. Белка тут же летит в сторону, а Опалённая прижимает уши к голове и подбирается, слегка сгибая лапы. Звездоцап подери, всё-таки он здесь!
[indent] Но об этом барсуке им следовало волноваться в последнюю очередь.
[indent] Не проходит и минуты, как на поляну вываливается крупная взрослая самка - очевидно, мать, - и Опалённая мысленно выругивается про себя, наверное, добрую сотню раз. Нужно бежать. Как можно быстрее вернуться в лагерь, взять ещё старших воинов и встретить нарушителя спокойствия полным составом, а не скудной кучкой, но времени могло не хватить, а разъярённая барсучиха запросто могла увязаться за котами, пытаясь отогнать их как можно дальше от собственного дитя. А значит ничего другого не оставалось. Не самый разумный выход, но попытаться стоило.
[indent] Загривок встаёт дыбом и Опалённая с глухим рычанием шипит на дикого зверя, выгибая спину. Округляет глаза, суживает зрачки, приценивается и, когда зверюга начинает двигаться в сторону котов, кидается вперёд - себя не жалко, а вот пострадать другим она не даст [самоотверженность, граничащая с тупым упрямством]. Выкидывает лапу вперёд, пытаясь то ли полоснуть по серой морде когтями, то ли просто спугнуть, но враг уклоняется, и уже спустя несколько мгновений сам бросается в наступление. Опалённая оказывается ближе всех к противнику и тут же попадает под удар: тяжёлые лапы выбивают из равновесия, а острые когти оставляют на щеке царапины. Барсучиха рычит, шипит и гневается - не отходит ни на минуту, пытается нанести как можно больше ущерба, полосует воздух без разбора, и Опалённая торопливо поднимается на лапы, издав яростный мяв, тем самым пытаясь привлечь внимание к себе. На неприятное жжение на коже не обращает внимания, как и на ударивший в воздух запах собственной крови.

+5

19

[indent] Невозможно было не заметить этот красноречивый взгляд, который кинул Тайфун на Опалённую. Куница многозначительно приподняла брови, скосив на молодую кошку глаза. Она обязательно потом расспросит её, точно так же, как позволила себе Опалённая наглость расспросить её. Куница не любила сплетничать, но она не считала этот откровенный разговор сплетнями. Она же не поливала никого грязью и не отзывалась ни о ком. Просто говорила о своих самых искренних чувствах, которые когда-либо испытывала.

[indent] Пронзительный вой заставил Куницу встрепенуться, машинально своим телом закрыв Опалённую. Это было что-то внутреннее, что-то больше инстинктивное, нежели обдуманное. Кошка медленно, дрожащим взглядом обводит пустую до этого момента поляну, когда вою отвечает настоящий животный рёв. Такой рёв, что у котов могло бы позалаживать к Звездоцапу уши. А уже в следующий момент каждая иголочка на земле затряслась от шагов гигантской барсучихи, которая приближалась. Становилась всё ближе и ближе, раззевая свою уродливую, вонючую пасть, от которой несло смертью и ужасом за многие лисьи хвосты.

[indent] - Беж... - она не успела даже произнести даже слова, как Опалённая, ошпаренной кошкой выскакивая из-за её спины вздыбила загривок и с бойкостью молодой кошки рванула вперёд, - ОПАЛЁННАЯ! -  голос Куницы сорвался на хрип, но в тот момент, когда следом рванул и Тайфун, уверенными и четкими движениями выбрасывая лапы вперёд. Кунице ничего не оставалось, кроме как оттолкнуться пружинистыми лапами от земли и в несколько прыжков догнать вырвавшихся вперёд воителей. Это была крайне глупая мысль, - промелькнуло в голове у Куницы, но отступать уже было слишком поздно. Они отважной тройкой неслись, возможно, прямо навстречу своей собственной смерти.

[indent] Куница предпринимает первую попытку дать этой барсучихе понять, кто в лесу хозяин: атака сверху - Куница судорожно пролетает мимо, подняв за собой кучу пыли  и столп из иголок, гортанное рычание, которое, казалось бы, шло из самых недр горла у этой кошки:
[indent] - Не трогай МОЮ дочь, мерзавка! - этот голос почти тонет в огромной какофонии звуков, когда у старшей воительницы вышибает воздух из лёгких.  Сейчас не время! Не время! И без разбора Куница кидается обратно к группе, вздыбив пестрый загривок и готовясь выцарапать барсучихе глаза, если понадобится.

+5

20

[nick]Агафья[/nick][status]стреляю в упор[/status][icon]https://pp.userapi.com/c849120/v849120986/9200c/NJf4Ktcv1fQ.jpg[/icon]
Сын не успел ответить. Позади, за спиной у барсучихи вдруг раздалось громкое шипение. Едва успев обернуться, разъяренная мать тупо уставилась на три тельца. Мелкие, ушастые, совершенно не грузные по сравнению с ней. Глаза застелила пелена ярости. Как они ПОСМЕЛИ тронуть ее малыша? Настоящие звери, как в их блохастые головы вообще пришла мысль обижать ребенка?

Одна из мелких животинок зачем-то бросается, а следом за ней вся троица пытается атаковать Агафью. Странно, что ничего не подсказало этим существам, что старый барсук даже опаснее, чем молодой и сильный. Опыт, это далеко не первые несчастные, с кем ей приходилось столкнуться, однако она жива, у нее обширное потомство, чья выживаемость перевалила за отметку в пятьдесят процентов - для дикой природы великое счастье. Крутанувшись на месте, самка с невиданной удачей выворачивается из под из жалких попыток задеть ее. Запах котов бьет в нос и ненависть превращает Агафью в настоящую машину - бездумную и злую. Из ее груди несется потусторонний рев и она бросается на глупцов, а острые когти блестят в рассветном солнце словно лезвия.

Агафья кинулась на котов, а грудь ее угрожающе клокотала. Зверьки бросились врассыпную, но им все таки нехило досталось. Одной из кошек повезло меньше остальных. Той самой, что первая, бездумно, бросилась на Агафью. Зубы барсучихи сомкнулись на ее загривке и тельце замоталось из стороны в сторону. В ярости самка даже не понимала до конца, что делает, и вкус крови в пасти не был ей в этом всем помощником. Казалось, еще немного и она просто напросто придушит несчастную.

+4


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » высокие сосны