У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
17.01 Слышен топот. Топот лап, тех самых, которых так испугались целители всех четырех племен. О которых предупреждали своих предводителей, восприняв за самый необычный знак Звездного племени. Слышите? Совсем рядом. Сотни лап. Сотни пар глаз. Дымка рассеивается, и сквозь снежную пелену выступает лапа. За ней другая, и горящие глаза лидера, за которым стоит целый Клан Падающей Воды. Коты, некогда жившие далеко-далеко в горах, явились целым кланом на земли Четырех, и этот Совет племена не забудут. Ведь отныне их стало пятеро, и с этим придется мириться. Придется ли? Добро пожаловать, Клан Падающей Воды.
23.11 Пора подводить итоги года! Вместо привычного голосования самых-самых, в этом месяце список номинаций расширится до невероятного количества! В этом голосовании вы можете помочь вспомнить каждому игроку через какие трудности проходили ваши персонажи за последний год. Напомните о светлых и ламповых отыгрышах, в которых вы принимали участие в 2019 году.
19.11 Совсем скоро грядут новогодние праздники! И чтобы вы по-настоящему почувствовали снежную атмосферу Последнее Пристанище переоделось в зимний дизайн! Всем отличных зимних отыгрышей!
2.11 Названы лучшие игроки октября и почетный персонаж месяца! Спасибо за участие в голосовании. Желаем вам активной игры, ведь может именно в декабре вам достанется звание почетного персонажа?
6.10Названые лучшие игроки сентября, а также почетный персонаж месяца! Поздравляем и желаем интересных отыгрышей!
20.09Окончание переписи. В 23.59 по МСК тема будет закрыта, неотписавшиеся персонажи будут отмечены крестом.
16.09У нас большая радость и большое счастье - форуму «Последнее пристанище» сегодня исполняется год. Год, представляете?! Год обалденных отыгрышей, ярких персонажей, сюжетов, планов, мечт. Год, за который мы с вами создали целый форум, живой и по-домашнему уютный. Мы обрели друзей, новых соигроков, семья пополнилась и расширилась.
Сегодня мы целым составом амс признаемся в любви к вам и к нашему дому, и хотим преподнести нам всем подарок: новый дизайн, новый сюжет, добавлена летопись и карта территорий!
Давайте держаться вместе! Мы взрослеем, всегда остается столько дел, взрослых проблем… давайте не терять нашу частичку детства? Нашу фантазию, наше творчество, нашу отдушину.
Мы вас любим, котаны!
С днем рождения, Последнее Пристанище!
грозовое племя
> Сезон Зеленых деревьев'19
Во время Совета на племена нападает свора собак, Грозовое племя отводит всех к территориям двуногих. Двуногие отпугивают свору огнепалками. Ненадолго опасность миновала.
> Сезон Юных Листьев'19
Опалённая больше не может занимать должность глашатая из-за обострившейся болезни. Солнцезвёзд принимает решение назначить временным глашатаем Ласточку. В племя после долгого отсутствия возвращается Филин, рассказавший о своём заточении у Двуногих.
За помощью к Грозовым целителям приходит Сивая, ставшая полноправной целительницей, и остаётся у соседей на некоторое время, чтобы обсудить с Орехом накопившиеся вопросы.
Из-за беременности Ласточки новым глашатаем становится Смерчешкур. Куница также объявляет, что ждёт котят, и позднее у неё и Солнцезвёзда рождается четверо котят. Ласточка не торопится объявить имя отца четырёх своих котят. Из-за резкого пополнения Солнцезвёзд принимает решение расширить территории племени за счёт соседей: он покушается на Нагретые Камни.
Битва разгорается на рассвете. Решив увеличить свои шансы на победу, Солнцезвёзд заключает союз с Кометой, и племя Теней выступает на стороне Грозовых. Сражение выиграно, но с большими потерями. Очень много раненых. Филин погибает от кровопотери.
племя ветра
> Сезон Зеленых деревьев'19
Патруль доходит до Фермы Двуногих, где находит десятки мертвых мышей. Никаких видимых признаков охоты не обнаруживается. Заподозрив неладное, воители возвращаются обратно. В следующую же ночь, по странному стечению обстоятельств, погибает Панцирь, который был в составе патруля у Фермы Двуногих.
На территориях племени Ветра Утёсник встречает Крестовника. Схватив нарушителя, он ведет того в лагерь. Все племя тем временем отправляется на Совет, не подозревая о случившемся.
Звездопад рассказывает племенам о Макоши. И в этот же момент на совете на племена нападает свора собак, натравленная сестрой Звездопада. Племя бежит на территории Двуногих, где их спасают разбуженные Двуногие, держащие наготове огнепалки. Ветряные с осторожностью возвращаются в лагерь.
> Сезон Юных Листьев'19
Пустырник покидает племя Ветра по неизвестным для всех причинам, оставляя Полуночника. Патрулируя территории, Звездопад оказывается возле границ с Речным племенем. На территории племени Ветра обнаруживается погибший Львинозвезд. По ту сторону границы приходит в себя Крестовник, тут же указывая подоспевшему Речному отряду на предполагаемого убийцу. Звездопад становится единственным подозреваемым. Никому неизвестно, что за смертью Львинозвезда стоит Макошь, сестра Звездопада, покинувшая племя много лун назад. Похожий окрас и запах пустошей, исходивший от кошки, сбивают с толка воителей, окончательно запутывая два племени. Суховей высказывает мысль, что за всеми напастями действительно стоит Звездопад, отчего в племени назревает внутренний конфликт. Веские аргументы Суховея заставляют многих задуматься. Постепенно часть соплеменников теряют доверие к своему предводителю. Тем временем Звездопад, оказавшись на нейтральных территориях, оказывается в ловушке у Макоши. Не подозревая о том, что за всеми неприятностями в лесу стоит сестра, предводитель становится жертвой ситуации. Вступив в драку с Макошью, он падает с обрыва в реку, теряя жизнь. В этот же период времени Штормогрив попадает под колеса Чудища, ломая лапу. Колючка помогает наставнику добраться до лагеря. По возвращению Звездопада в лагере назревает настоящий бунт. Суховей требует от предводителя объяснений и признаний в содеянном. Однако, еще недавно поддержавшие молодого воина соплеменники в ключевой момент не поддерживают Суховея. Суховея понижают до звания оруженосца, ныне известного всем под именем Ветролап. На территориях племени Ветра Утёсник встречает Крестовника. Схватив нарушителя, он ведет того в лагерь. Все племя тем временем отправляется на Совет, не подозревая о случившемся.
речное племя
> Сезон Зеленых деревьев'19
Ручей рожает четверых здоровых котят от Бурана.
Племя отправляется на Совет, а в это время Крестовник, не готовый мириться с бездействием племени, в одиночку отправляется на территории племени Ветра. На пустошах его ловит Утесник.
Выдра и Рогоз, в эту же ночь, приносят в лагерь гнилую рыбу с берега. Воины считают, что это знак от Звездного племени. "Рыба гниет с головы" — так его трактуют Рогоз и Выдра, намекая на некомпетентность их предводительницы.
На Совете на племена нападает свора собак. Речное племя спешит ретироваться в лагерь.
> Сезон Юных Листьев'19
Львинозвезд с Крестовником отправляются на границы с племенем Ветра. У территорий пустошей их поджидает опасность, которая вот-вот перевернет жизнь всего леса. Макошь, бывшая представительница племени Ветра нападает на речной отряд. Крестовник получает тяжелый удар по голове, отчего уходит в бессознательное состояние. Львинозвезд вступает в потасовку с Макошью, но их драка заканчивается внезапно появившейся возле границ лошадью Двуногих. В решающий момент Макошь подставляет Львинозвезда и тот попадает прямо под копыта. Предводитель погибает, теряя все жизни.
Подоспевший речной отряд в растерянности и смятении. Очень невовремя появившийся на границах Звездопад сеет семя сомнения. Крестовник, очнувшись, тут же указывает на предполагаемого убийцу — предводителя племени Ветра. Схожий окрас и запах вводят в заблуждение каждого присутствующего. Оцелотка отправляется к Лунному Камню за даром девяти жизней и получает новое имя — Созвездие. На обратном пути от Лунного Камня погибает Щербатая, угодившая под ноги лося на территориях племени Теней. Ее место вскоре занимает Сивая, а глашатаем назначается Буран.
Речное племя дипломатичными путями забирает котят у племени Ветра, Созвездие не торопится развязывать войну. Речное племя скорбит по Львинозвезду, но понимает, что сейчас не лучшее время для мщения. По приходу в лагерь, котята — Ракушка, Лепесточек, Берёзка и Ясенница — получают ученические имена. Пчёлка просит предводительницу провести еще одну луну в детской. Сивая отправляется в Грозовое племя, чтобы посоветоваться с Орехом по поводу лечения своих воинов. Во время патрулирования, Буран обнаруживает, что метки на Нагретых Камня отодвинуты. Речное племя незамедлительно собирает отряд и выступает на границы для отвоевывания территорий. Завязывается драка. В решающий момент, когда, казалось бы, Речное племя одерживает победу, на Нагретые Камни врывается племя Теней. Речные терпят поражение. Союз с племенем Теней расторгнут. Многие из отряда ранены.
племя теней
> Сезон Зеленых деревьев'19
На территории племени Теней были найдены множественные следы своры собак, которых Макошь выманила из города с помощью разбросанной мертвой дичи по всему лесу.
> Сезон Юных Листьев'19
Лагерь подвергается нападению лося. Зверь разрушает несколько палаток, отдавливает хвосты воителям, однако обходится без жертв. Котам удалось выманить лося из лагеря, и тот скрылся в лесу. Некоторое время воители усердно восстанавливают палатки. Полуночник, в это время гостивший у соседей и помогавший Иве в обучении, также принимает участие в ликвидации последствий погрома и выхаживает раненых.
Вновь происходят переговоры между лидерами Речного и Сумрачного племён. Комета осталась недовольна тем, что Созвездие заняла место Львинозвезда, поэтому решила заключить союз с Грозовым племенем. Всё это осталось в тайне не только от соседей, но и от Сумрачных котов на недолгое время. На территории был пойман одиночка Гор. Комета оставляет его в лагере на одну ночь, однако после допроса вышвыривает вон.
По просьбе Грозового племени племя Теней помогает новым союзникам в битве за Нагретые Камни. В благодарность за это Сумрачные получают право догонять любую дичь, перебежавшую границу, на территории Грозы. Всё это обострило отношения с Речным племенем.
Учеником целительницы становится Чижик.

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



сеновал

Сообщений 21 страница 40 из 48

1

http://s7.uploads.ru/BsLa6.png

сеновал
——————————————————————
Где-то там, за полями нейтральных земель, стоит неприметное и совершенно нежилое гнездо двуногих. Припрятавшись среди небольшой рощицы, это здание уже долгие луны предназначается для хранения сена, иногда - зерна, и вот почти круглый год двуногие оставляют здесь солому с полей, не утруждаясь перевозкой в город. Не всем котам по душе ночевать под человеческой крышей, но какой здесь запах! Аромат сена, полевых трав, иногда - зерна, который неминуемо привлекает ленивых, сытых мышей. Умиротворенное место переждать непогоду, поохотиться на жирных полевок - быть может, когда-нибудь это место станет домом какому-нибудь бродяге?

0

21

[indent] — Мне это надоело.

[indent] Можно сказать, что Гор был тем, кто афишировал твои эмоции: раздражение, брезгливость, презрение по отношению к пришельцам – вот что ты испытывал в данный момент, но никак не мог вынести это на показ. Оставаясь внешне холодным равнодушным, ты мысленно убивал эту троицу и упивался их кровью. Все происходило как-то долго и лениво, как будто никто не собирался вступаться за этот несчастный сеновал. Сейчас всех интересовало только окружение, и словесная схватка между Макошь и Обскурой – тому подтверждение. Одна лучше другой, а вам приходилось только молчать. Хотя ты предпочитал быть слушателем в этой ситуации, и ты запоминал каждое брошенное Обскурой или Люси слово ... ведь кто знает?.. может вы в скором времени встретитесь вновь, но уже в более экстремальной обстановке? Забавно.

[indent] — Ты боишься.

[indent] Казалось, этими словами Макошь должна была закончить все словесные перепалки и споры, но нет, эти слова оказались только началом дальнейшего штурма. Макошь бесилась, бесилась словно собака, ты чувствовал весь ее гнев, ту ярость, что сейчас лилась просто через край. И все это она каким-то чудом умудрялась держать у себя внутри и вдобавок научила вас этому. Ты следил за каждый ее действием, за каждым движением, запоминал и ждал ключевого момента. Макошь должна была спустить вас с поводка, вы ведь ее верные церберы. Вот она медленной поступью обошла Обскуру кругом, как будто готовясь к атаке, а потом также медленно и торжественно заговорила о том, что никто из вас не собирается дарить ей быструю и легкую смерть.

[indent] Щелчок.. Вот та заветная фраза, послужившая толчком к твоим последующим действиям. Ты соизволил подать голос. Но это был даже не голос, а какое-то глухое рычание вперемешку с хрипотой. Грузное тяжелое, невероятно злое и такое пугающее.

[indent] — Гор, — первое, что ты сказал – имя брата, второе – просьба: — делись.

[indent] Только вот твои взгляды на развлечения кардинально отличались от взглядов Гора. Тех потребностей, чтобы были у него, ты просто не имел. А вот кровь ты любил и убивать ты тоже любил, поэтому с удовольствием бы избил Обскуру или Люси до смерти, особенно сейчас, когда ты был разозлен, а запах свежей крови так и витал в воздухе. Зря тебя раззадорили. Зря разозлили. Теперь они познают всю боль, весь гнев и ярость твоего существа. Ты подошел к Гору, обойдя Обскуру кругом и резко шикнув на молоденькую Люси. Он должен поступить как брат.

0

22

Ох, этот Гор. Такой большой и сильный, а дурак! Люси искренне возмущалась его поведением. В ее идеальной картине мира такие как Гор должны быть рыцарями, а не скидывать с места слабых ни с того ни с сего. Между прочим было больно, ух!
Люси в принципе не нравилась вся эта ситуация в целом. Какого черта они просто не могут спокойно поговорить? Зачем же быть такими грубыми? Неужели таково истинное лицо этих «племенных» котов? Если да, то Люси не хочет иметь с ними никаких дел.
Вместе с тем кошечку ужасно тянуло чувство вины за то, что именно выбранное ей место привело к тем проблемам, что случились сейчас. Обскура в опасности только потому, что ОНА, Люси, не решилась поискать еще мест. И не проверила сеновал на наличие чужих запахов, если они, конечно, были там. Хотя, признаться, когда Обскурушка сказала, что Макошь может убить Люси, то та на мгновение даже обиделась на медную спутницу. Но надолго обида не задержалась, потому что глупая кошка была очень добра к раненной одиночке в сложном положении, хотя и сама не особо понимала почему так. Наверное дело в воспитании – иначе зачем помогать кому-то вроде Обскуры, которая либо блефовала, либо действительно серьезно отдавала помогающую ей все это время Люси на съедение этим дикарям.
— Сейчас бояться будешь ты. И уж точно не эту пушистозадую. - Обскура злилась.
— Но Обскурушка, что я сделала не так? – растерялась кошечка. В мире рыже-белой от таких самопожертвований все должно было разрешиться. И, возможно, так и было бы, если бы не Макошь и ее совершенное безразличие к жизни других.
Выступление Люси Макошь оставила без внимания. Обидно. Не удалось даже отвлечь внимание этой тяжелой Макоши от спутницы, не говоря уже о «уведении» разговора в другое русло. Самое тягуче-мерзкое, словно трясина болота, было то, что убийца была очень уверенна в своей правоте. Она твердила и твердила так, как если бы знала все, хотя не знала ничего. Это ощущение вызывало у Люси озноб и страх. Макошь и ее безумие пугали.
— Развлекайся, Гор. Научишь нашу гостью манерам.
— Эй, так нельзя! – воскликнула Люси, шерстка ее стала дыбом, а глаза расширились от страха. Хотя кого это волнует. Уж точно не этих двоих, Гора и Цефея, которые уже надвигались на Обскуру. Неужели они действительно собираются побить и без того раненную Обскуру? Совсем уже что ли!?
Рыже-белая сорвалась с места и прыгнула в сторону Обскуры, встав между ней и Гором. Люси попыталась принять устрашающую позу, но на деле вышло как-то не очень. Вышло скорее смешно. Выгнутым телом с шерсткой-дыбом она, конечно, угадала, а вот мордочку скосить как-то страшно не догадалась.  Ну хоть пошипела для вида, пусть и жалобно. А когда Цефей шикнул на Люси – та со страху и неожиданности и вовсе испортила всю картину, смешно запрыгав на месте на застывших словно деревяшки лапах, как если бы была молодым козленком, а не кошкой. Но с места рыже-белая не сдвинулась.
— Ну погодите же вы! Почему вы делаете это? Неужели у вас нет ни капли мужского достоинства и собственного мнения, что вы решили избить совсем беспомощную кошку? – Отчаянный рывок. Возможно, предсмертный. В прочем, если все равно помирать, то почему бы не сказать все, что думаешь. Быть может, от злобы хоть убьют быстрее.
— Кто вы после этого? Да даже котами вас после такого назвать нельзя! Не коты и не кошки, а Животные! Монстры! – Вопила Люси изо всех сил, зло зыркая то на Гора, то на Цефея, не сводя с них и их движений сверкающих глаз.

А потом начало происходить совсем что-то из ряда вон. Боком, прижатым к Обскуре, которую вместе с Люси зажимали двое сыночек-корзиночек, рыже-белая почувствовала сильную вибрацию. В растерянности она перестала злиться на двоих перед ней и повернулась к подруге, которую уже скрутили страшные спазмы. Люси не была знакома с актом деторождения, не имела ни малейшего понятия и о том, что Обскурушка в «таком» положении. Происходящее напугало одиночку, она не знала, что делать и как быть, а что-то сделать нужно было точно.
Что… происходит..? Обскура? Обскурушка, держись! Я... Я не знаю что я сделаю, но я сделаю! Я помогу, только не умирай, хорошо?
Люси резко развернулась и напрыгнула прямо на котов, отпружинив от пола как мяч, весом упершейся в них рыжей туши заставляя обоих отступить, даже если просто от неожиданности, и дать Обскуре больше воздуха. Почему-то Люси подумала, что воздух будет нужен. Просто чуяла нутром. Похоже, Люси даже не думала, когда делала.
— Отойдите же вы, дайте ей воздуха! – Крикнула рыжая, поднимаясь и, даже не дав и слова вставить, продолжила приказным тоном, обескураживая переменой своей личности. — Ну, чего встали? Это вы виноваты! Я НЕ ЗНАЮ что происходит, но теперь вы ОБЯЗАНЫ помочь мне. - Заявила кошка. — Вот ты! – первым под пушистую лапку попал Цефей, как более пассивный и не такой страшный как Гор. К нему Люси подошла в плотную и засверлила глаза-в-глаза полностью, тыкаясь подбородком в пуховую грудь кота, еще и наседая на бедолагу всем весом для «весомости» своих слов и намерений. Если они так же растеряны, как и сама одиночка, то помогут. Но если просто не будут мешаться, то тоже неплохо. Лишь бы не хватило идиотизма напасть.
— Нужна вода и сено. Помоги мне. Найди, найди ее мне, не стой как Двуногий!
А далее кошка как будто не видела обоих сыновей Обскуры – промчалась мимо них, оставив наедине с мыслями, в сторону ближайшего стога и начала яро царапать тот, вырывая клоки сена. Оно было просто ужасно колючим, что совсем не радовало кошку и еще больше - ее нежные подушечки на лапах, но одиночка все равно остервенело «сражалась» с круглой кипой.

Отредактировано Люси (11-01-2019 21:06:46)

+4

23

  — Ты боишься, - Обскура непреклонно стояла на прежнем месте, не выражая равным счетом ничего. Ее эмоции - ее враг. Это она уже начинала осознавать. Будь бесчувственным бревном и ты обязательно наскучишь сопернику. Янтарный взгляд цеплялся поочередно за каждого из присутствующих, но лишь на одну Обскура не смела смотреть. На Макошь. Пушистая кошка манипулировала, думала, что имеет тут какую-либо власть. Да, имела. Власть над этими вшивыми котами, что словно ручные собачки бегали вокруг Макоши, вылизываясь перед ней. Могла ли Обскура представить, что тоже самое она исполняла перед Левиафаном? Нет. Их отношения были крепче, выше, Обскура имела такое же положение в обществе, что и Левиафан, она была наравне с ним, словно настоящая часть его, а не простая послушница и рабыня. Здесь же, да и похоже во всем лесу, правила власть. Тот, кто уселся своей задницей на теплое место имел превосходство над всеми и очень умело этим пользовался, в свою выгоду, конечно же.
Становилось тошно.
— Ты, боишься за себя, но ты боишься не умереть. И, безусловно, мы не станем дарить тебе такую милость, как скоропостижная смерть. И очень скоро ты сломаешься, - Макошь нарезала круги вокруг золотисто-бурой, словно та дичь, загнанная в угол. Неон была недвижима. И всеми силами старалась не поддаваться на эти скользкие уловки.
- Пошла к черту, - сухо бросила в ответ одиночка и села. Просто села. Не желая подчиняться и прогибаться под кошку. Единственный, кто мог иметь над ней власть был разноглазый. Да и тот умер. Теперь Обскура была преданна самой себе и принципам Левиафана. Пусть он и умер, одиночка с гордостью пронесет через свою жизнь те же убеждения, что и Левиафан.
А потом. Потом была премерзкая фраза, значение которой Обскура уже знала. Грязь, похоть, кровь, надругательство. Она практически было выгнула спину в боевой стойке, как острая и резкая боль прокатилась по всему позвоночнику и кошка скрючилась, словно пойманная в силки лиса.
"Что это?" - кошка обернулась, смотря на свои бока, - "Левиафан?"
Она не знала про деторождение ничего. Даже представить не могла - как это. Последствия, которые ей придется разгребать. Тогда, с Левиафаном, они были преисполнены, нет, не чувств, а чем-то большим. Кошка была частью разноглазого, а он был частью ее. Они были единым целым. Не влюбленной парочкой, не котом и кошкой, желающим заполучить тело друг друга. Это было что-то более глубокое, более интимное. Обскура не мыслила жизни без Левиафана, но и в жизни не задумывалась над какими-то романтичными чувствами. Никогда не вела себя как кошка. Тень лидера - да, кошка - нет. И тогда, практически перед самой кончиной Левиафана, буквально парой днями ранее, Обскура отдалась разноглазому лишь потому, что оба понимали - рано или поздно они расстанутся друг с другом навсегда. Как знали. Помыслы Левиафана Обскуре были неизвестны, зато сама Обскура знала - она бы хотела видеть Левиафана до самой своей смерти. Пусть это будет не тот Левиафан, что сейчас стоит рядом с ней. Но у этого Левиафана будет его кровь.
Кошка закряхтела от неожиданной боли и легла возле Люси.
— Что… происходит..? Обскура? Обскурушка, держись! Я... Я не знаю что я сделаю, но я сделаю! Я помогу, только не умирай, хорошо?
- Да не дождешься, - рыкнула кошка и зашлась судорогой, поддаваясь природному инстинкту. На Цефея и Гора уже было глубоко плевать.
Нужно было поскорее избавиться от боли. Но как? Золотисто-бурая привстала и, стоя на передних лапах, все еще лежа задней частью тела, принялась тужиться. "Ну же, скорее," - боль оказалась куда более неприятной, чем от каких-либо ранений. Она вырывалась откуда-то изнутри, разрывая все тело, а особенно ниже живота, на части. Стиснув зубы, Обскура старалась не издавать ни единого звука, кроме кряхтений и тихого шипения. А потом раз. Вспышка боли и рядом с ней оказывается один комок меха. Обскура непонятливо посмотрела на кроху. Весь измазанный, липкий, мокрый.
"Что с тобой вообще делать?"
А затем новые вспышки боли, одна за другой, одна за другой. Абсолютно наплевав на первого котенка, она принялась тужиться, лишь бы скорее избавиться от неприятных ощущений.
"Ну же, Левиафан."
Она ждала его, словно тот должен был воскреснуть. Что за вздор. Последние потуги и на свет появляется он. Золотистый, с белыми пятнами, с... черными разводами на шерсти?! Не похожий ни на Обскуру, ни на Левиафана... Кошка потупила взгляд. Оба малыша были закупорены в какой-то пленке. Наспех вылизав себя, Обскура приблизилась к одному из котят и надкусила пузырь, в котором находился один из них и коротко лизнула его в морду. Запищал. Обскура поморщилась от услышанного звука. Приблизившись ко второму, она небрежно ткнула того носом. Не двигался.
Пока Обскура занималась рождением второго сына, первый так и не сделал свой первый вздох. Захлебнулся ли или изначально был мертвым, Обскура не знала. Вообще не мыслила ничего в родах. Пресловутого инстинкта матери в ней не просыпалось. Схватив мертвое тело первенца, кошка неосторожно подкинула его к лапам Люси, хоть тельце и свалилось где-то между Люси и Цефеем.
- Избавься от этого, - Обскура не чувствовала ни радости, ни сожаления. Ну умер и умер. Плевать. Материнский инстинкт либо был зарыт где-то в глубине души, либо вовсе отсутствовал. Она смотрела на мертвого сына как на что-то омерзительное, неприятное. Живой же сын закопошился где-то под задними лапами и кошка молча подтянула его к своему животу. Ведь малыши тоже должны питаться. Она видела, как это делали кормящие матери. И пусть он не был похож на Левиафана внешне, Обскура знала - вот наследник. Вот кому она будет подчиняться в будущем. Осталось только не дать ему сдохнуть.
"Нужно назвать тебя. Хм."
- Наследник. Лазарь, - звонко озвучила Обскура и грубоватым движением провела языком по макушке сына. А затем, глянув на Гора и Цефея, резко зашипела, отгоняя самцов от себя.
"Только посмейте приблизиться."
- Люси, хватит, - заприметив копошения напарницы, Обскура окликнула ту. Пусть помогает защищать будущего лидера от этих засранцев. Мало ли что они могут вычудить.

+3

24

Гор хмуро наблюдал, как перепалка двух кошек стала медленно, но верно смещаться в тихий, сдавленный вой одной из них и развивающуюся панику другой. Бурая красавица, которая так привлекла серошкурого, поменяла положение и позу, и взглядам сыновей Макоши предстал гордый, округлый... пузо.
Даже не живот. Самое настоящее беременное пузо, и одиночка едва заметно скривился, приподнимая краешек верхней губы. Переглянувшись с Цефеем, серый качнул хвостом и напрягся, заслышав совсем неуместные звуки.
- Только не говорите, что... - он не смог закончить фразу, ощутив, как цепенеют лапы. Нет, всего, чего угодно, кот ожидал, но никак не разродившейся мамки прямо у них под носом.
- Ну нет, мать вашу, не в нашем гнезде, - пророкотал Гор, угрожающе сделав шаг к Обскуре и обхаживающей её, паникующей Люси. Беспомощно рыкнув, серый все пытался отвести взгляд от мать ее рожающей кошки, да не мог - зрелище было настолько отвратно-незнакомым, шокирующим и гипнотизрующим, что здоровяку только и оставалось, что в полубеспамятстве стоять да наблюдать за тем, как один за другим появились на свет премерзкие, мокрые сыновья бурой кошки.
И это она-то мне казалась привлекательной?
К горлу подступил ком, и серого замутило. Если та речная прелестница залетела, я определенно не хочу видеть последствия.
Неизвестно, как долго длились роды, но от напряжения мышцы спины у кота свела легкая судорога. Нервно передернув плечами, самец глухо, беспомощно рыкнул и отвернулся, предварительно клацнув зубами в сторону Люси.
- Не мельтеши! - рявкнул Гор, расхаживая размашистыми шагами чуть поодаль от окотившейся кошки. Краем уха кот дернул на её голос: похоже, один из котят погиб, а на мысли серого, уж лучше бы сразу оба, и проблем нет.
- И что теперь? Думаешь, ты и этот твой... Лазарь обжили себе гнездышко на правах счастливой семьи? Щас, - распоясался здоровяк, поглядывая на Цефея за поддержкой.
- Думаешь, эта, - презрительный кивок на Люси, - прокормит тебя и твоего детеныша?

+2

25

— Да не дождешься – только и прокряхтела Обскура вслед рыжей, скрючившись от болезненных судорог. Это обнадеживало. Раз Обскурушка говорит, что не умрет, то Люси верит ей.
Все закончилось так же стремительно, как и начиналось, одиночка едва успела подбросить свежего сена к едва знакомой кошке, особо не прислушиваясь к возмущениям Гора. «Боже, как дите малое» - в суете только и успела заметить светленькая, смерив здорового кота, застывшего пред ужасами деторождения, раздраженным взглядом. Лучше бы помог, а не рычал тут на всех.
Признаться, зрелище действительно не из приятных, но Люси некогда было смотреть – в волнении она бегала по сеновалу, не зная куда себя деть, за что получала презрительное шипение со стороны того же Гора. Ну и пусть. Она хоть что-то пытается сделать, пока тот просто стоит! Вернулась к реальности одиночка лишь тогда, когда услышала писк котенка.
В помете было двое, но выжил лишь один. Обскура просто бросила мертвого новорожденного в сторону Люси и сказала избавиться. Одиночка была поражена до глубины души, у нее шерстка дыбом встала. Во-первых, брать мокрое мертвое существо в пасть было ужасно брезгливо, пусть это и котенок, а во-вторых ледяное спокойствие и безразличие Обскуры пугало. Разве так можно? Люси была столь шокирована, что не нашлась с ответом, просто уставившись на маленькое мертвое создание. Оказывается, не все истории кончаются хорошо, бывает и так. Бедный, бедный котеночек… Нужно привести его в порядок, чтобы он покинул этот мир в надлежащем виде.
Но не успела Люси побороть брезгливость и начать вылизывать сопливый комочек, все еще теплый, но уже мертвый, как Обскура окликнула одиночку и последняя охотно отозвалась на зов, вырванная из своих мыслей.
— И что теперь? Думаешь, ты и этот твой... Лазарь обжили себе гнездышко на правах счастливой семьи? Щас – протестовал Гор. Рождение котенка в этих стенах, похоже, пошатнуло его права хозяина в этом месте. Видимо, на самом деле он не особо держится за это место.
- Да успокойся ты наконец, лицо ты страшное! – гаркнула Люси. – Сколько можно фыркать и кричать без дела? Эта твоя грубая сила ничего не решает, она лишь легкий способ не принимать решений  и не думать. Очнись же! И не стыдно тебе, здоровому и сильному, который тоже когда-то был котенком, хотеть выкинуть новорожденного и его мать на мороз? Прояви уважение к чуду деторождения и начни уже, наконец, думать, решать за себя сам! Уже не маленький же, чтобы кто-то за тебя думал и отдавал приказы как послушной куколке! – Причитала кошка, мельтеша из стороны в сторону перед ним, злясь и забавно фыркая, топорща усы. Даже в полный рост Люси макушкой едва доставала коту до подбородка. Забавно, что такая малявка отчитывает его, но если он умный, то поймет, что та имела в виду и отступит.
- И да! – Люси подняла голову и упрямо засверлила Гора глазами. – «Эта», как ты выразился, в лепешку расшибется, но прокормит ее и котенка, я обещаю это тебе! Я научусь ловить мышей и птиц на открытой местности, если надо – схожу украду еду у двуногих или собак, но они вы-жи-вут! – со всей серьезностью, на которую была способна, заявила одиночка.
В столь мелком слабом теле горело бесстрашие. Люси не знала Обскуру, но уже полюбила ее и готова была жертвовать жизнью ради той, кого едва встретила. Что за глупая юная особа. Однако, такое не часто встретишь. Не каждый кот способен взять на себя ответственность, а она, даже не задумаясь о рисках для самой себя, согласилась. Потрясающее упорство в борьбе за свои интересы. Это не может не быть незамеченным.
- Я не гоню вас и не претендую на хозяйствование этим местом. Но уйти сейчас мы не можем и потому останемся. Если вы благородные воины, а не облезлые вонючки, то позволите нам остаться тут на некоторое время! Я надеюсь на ваше благородство и мужество, господа. Я верю, что вы вовсе не такие плохие, какими хотите показаться, что у вас есть честь.

Отредактировано Люси (03-02-2019 00:40:20)

+4

26

Кончик хвоста предательски изогнулся, выпуская наружу истинных псов твоей души: ты скривился от отвращения и брезгливости и даже сделал шаг назад. Быстрый взгляд на Гора, который сам находился в замешательстве от этого страшного зрелища.

Ты стоял неподвижно, точно вкопанный, вцепившись во внезапно ледяную землю когтями. Твой хвост метался из стороны в сторону, всем видом показывая, что ты в полной ярости и не желаешь видеть продолжение этого странного представления. Губы дрожали, и когда Люси попросила тебя о помощи, ты лишь глухо зарычал, осознавая всю наглость ее просьбы. Ты не настолько опущен, чтобы помогать им. Ты запомнил слова Люси, и обязательно стрясешь с нее, когда найдешь в следующий раз.

Ты стоял и смотрел на кошек, не в состоянии даже и слова вымолвить, но сейчас, кажется, они и не требовались. Ты понимал, что теперь, они слабее вдвойне, от чего убивать их будет слишком скучно. А ты ведь никогда не искал коротких путей.

Голос Гора вернул тебе разум, ты разделял его возмущения, но в то время понимал, что они не к месту. Лучше сделать по-другому.

— Я разделяю твои чувства, Гор, — холодно отчеканил ты, прикрывая глаза, чтобы лишний раз не смотреть на Обскуру и ее жалкое отродье. — Но подумай. Будет лучше, если они сдохнут сами, без нашего вмешательства. Здесь, на открытой местности, в холод, они сдохнут, точно крысы. А если что, прикончить мы всегда успеем.

Конечно, тебе было абсолютно плевать на то, прав ты или нет, но сейчас тебе хотелось посмотреть на мучения двух кошек и посмеяться над ними. Хотя ты чувствовал, что Гор тебя может не поддержать.

+2

27

Серый замер и даже как-то оттянулся назад, когда кошечка-на-побегушках у хорошенькой, но такой стрёмной роженицы вдруг резко воскричала на него, заставляя прижимать уши и вылупать глаза на абсолютное отсутствие инстинкта самосохранения. Люси взбеленилась, и правильно говорили бродяги, что кошка с котенком - что кабаниха со свинятами, дуреет на глазах.
- Пасть. Прикрой. Д-дура, - запинаясь от переполнявшего его возмущения, Гор едва не затрясся, очень борясь с желанием разобраться с Люси привычным ему способом. Совершенно теряя голову и осознание происходящего, кот взбеленился, распушился и оскалился, чувствуя переполняющий его гнев и... беспомощность.
Ибо каким бы зверем он ни был, на котёнка лапу не поднимет.
- Пасть закрой! - рявкнул, придя в себя, Гор, раздраженно расхаживая туда-сюда, да так топая, что дерево под лапами натужно поскрипывало.
— Я разделяю твои чувства, Гор, — холодно отчеканил братец, и серый одобрительно рыкнул, бросая через плечо убийственный взгляд на Обскуру и так же резко отворачиваясь.
Мерзость.
— Но подумай. Будет лучше, если они сдохнут сами, без нашего вмешательства. Здесь, на открытой местности, в холод, они сдохнут, точно крысы. А если что, прикончить мы всегда успеем, - будучи голосом рассудка, проговорил Цефей. Для племенных котишек, которыми так распалялась рыже-белая, слова показались бы отвратными, чужеродными, неправильными.
В реальности сыновей Макоши - логичными.
Можно сказать, благородными.
- Правда твоя, - глухо мявкнул Гор, все еще бросая на кошек угрожающие взгляды. Опустив глаза на детеныша, мокрого, премерзкого, серый подавил приступ отвращения и развернулся, хлестнув хвостом брата.
- Идем отсюда. Я присмотрел неплохое местечко в лесу, поживем денек-другой там - я не хочу выносить эти. запахи, - сморщив переносицу, оскалился Гор.
- А за матерью я потом вернусь. Пещерка там ничего. И кошечки, - он ухмыльнулся, чувствуя, что такие разговоры поднимают настроение, - там ничего такие пробегают.

----> разрыв?

+2

28

четыре дерева --->

Серый самец шел к сеновалу равнодушно, без прежней прыти и пыла. То, как он загонял добычу с племенными котами, вливаясь в их отряд, становясь с ними одной стаей... это было настолько волшебно, что воспоминания на контрасте давались откровенно больно.
Ведь Комета так низко, так... словно заготовленно сказала: "Слабовато".
- Слабовато, - тихо хмыкнул себе под нос здоровяк, шагая так, что шея вытягиваясь в одну линию с мощным, тренированным бродячей жизнью телом. С каждым шагом лопатки выглядывали из-под густой длинной шерсти, и кот, обгоняя спутников на полкорпуса, даже ухом на них не вёл.
Особенно на этого. Прихвостня.
- В прошлый раз мы с братьями и Макошью были там, в этом гнезде, - басовито пробормотал серый кот, кивком указывая на старое гнездо двуногих. Сено было разбросано повсюду снаружи, и под навесами, и свернуто в смешные комочки. Осматриваясь и потягивая носом, Лютоволк добавил:
- Когда мы уходили с одним из братьев, здесь не было никого. Макошь часто уходила по своим делам, а в силу муштры и воспитания мы не интересовались, - скупо мяукнул серый, наконец оборачиваясь к спутникам.
- Она хитра. Если вы найдете её здесь, что планируете делать? - равнодушно поинтересовался бродяга. Так говорит тот, кто остался совершенно выжат и опустошен.
- Если хотите её выловить, запускайте сначала меня. Если разведать - я буду там, - кивая на стог сена, где кот планировал отдохнуть, спокойно добавил одиночка.

+5

29

от четверика(ущелья)

Неторопливой рысцой, экономя энергию и не давая внутренним порывам победить и пустить лапы вскачь, Волчеягодник двигался чуть левее спутников, поглядывая по сторонам, чтобы вовремя заметить возможную угрозу. Привычка, оставшаяся с патрулей, преследовала его несмотря на то, что этих двоих он защищать не обязан.
Мыслями Волчеягодник периодически возвращался к племени и думал о том, как хорошо будет вернуться домой с полезной информацией, коснуться носом щеки Наледи и провалиться в глубокий сон на тёплой подстилке в окружении пушистых, мурлыкающих во сне соплеменников.
В иные моменты он поглядывал на Лютоволка, сначала с подозрением, потом с насмешкой, затем и вовсе с хитрым озорством. Хоть поступки бродяги и настроили воина против него, он не стал злиться долго. В конце концов, Лютоволк пока никого не убил и не обижал старушек. Скорее всего. Выглядел он поникшим, то ли оттого, что Комета лаконично отправила его восвояси, то ли от перспективы исполнять приказы Звездопада. Волчеягодник подозревал, что скорее первое, но не мог понять, зачем этому самодовольному бродяге внезапно так понадобилось попасть в их племя. Он начинал понимать, почему Крыса так интересовался одиночками - мышеголовый видит мышеголового издалека.
Тихо усмехнувшись себе в усы, Волчеягодник замедлил ход. Всё ближе становились мрачноватые очертания гнезда двуногих.
Он с интересом разглядывал постройку, совершенно непохожую на кошачьи палатки.
"Неужели им не снятся кошмары, когда они там спят?" - подумал воин, представляя тени двуногих, шастающие по гнезду в свете луны. "Впрочем, кошмары - явно лучше, чем быть съеденным какой-нибудь собакой".
Волчеягодник слушал, что говорит Лютоволк, но не торопился ему отвечать. Сказанное стоило обдумать.
"Макошь не могла нарожать себе целое войско. В одиночку и одного котёнка прокормить нелегко. Но она могла привлечь в союзники других бродяг, даже таких, о которых не знают её дети, раз уж она не посвящала их в свои планы".
- Шип, предлагаю для начала обнюхать всё вокруг. Свежие запахи подскажут, здесь ли Макошь и много ли при ней союзников.
Волчеягодник заметил, что Лютоволк собирается отправиться на сено, и задумчиво прищурился.
- Ты же в племя хотел, разве нет? - он остро улыбнулся уголком рта. - Воители работают в команде, никто не лежит в сторонке на соломе. Запускать тебя мы никуда не будем - либо ты выдашь нас сам, либо она всё поймёт и прищучит тебя. Лучше помоги нам с Шипом всё разнюхать и скажи, какие запахи тебе знакомы.
Волчеягодник обогнул бродягу и подошёл к куску сена, на котором тот хотел устроиться. Обнюхав отсыревающую от холода солому, он фыркнул и отошёл в сторону.
"Должно быть, они таскают эту сухую траву в гнездо и спят на ней. Вполне умно".
Волчеягодник повернулся к Лютоволку. Было кое-что, что он хотел прояснить, раз уж никто другой не постарался этого сделать. Возможно, для бродяг это и было ерундой, но для него - важно.
- Ты говорил, что не знаешь о злодеяниях своей матери относительно племён. Если это так... что ж, она лишила жизни достойных котов, среди которых были предводитель и целительница, важнейшие фигуры в племенах. Она едва не сгубила котят, а за котят, даже чужих, будет бороться каждый воитель. В конце концов, она натравила на нас свору собак, а ты должен знать, какую опасность они представляют. Макошь поставила себя вне Воинского Закона, а значит, наши правила позволяют забрать её жизнь.
Волчеягодник наклонился к траве и тщательно обнюхал участок под лапами. Затем поднял голову и посмотрел на небо.
- И нам придётся её забрать. Потому что по-доброму тут уже не выйдет.

+6

30

--> четыре дерева
[indent] Шип то и дело кидал подозрительные взгляды на одиночку. Бродяги не часто просились в племя, признаться честно, на памяти Шипа не было такого ни разу. Разве что племенные уходили в одиночки. Взять ту же Трилистницу, Макошь. Не по душе им жизнь воинов пришлась. Сказать что Ветряк осуждал их... да нет. Ему было горько, мерзко, но это их выбор. Дать ли Лютоволку шанс? Только если бы тот доказал свою верность и честность.
[indent] Они приближались к сеновалу. Шип поморщился. Любое упоминание о Двуногих вызывало приступ тошноты. Интересно, этот Лютоволк также кормился гнилью и брал еду с лап этих существ? Воин отвернулся. Особенно в разговор Волчеягодника и бродяги кот не вслушивался, разве что усмехнулся.
[indent] - Согласен, - коротко мяукнул Шип, отходя от вынужденных союзников и поднимая нос выше.
[indent] Он втянул ноздрями воздух, слегка приоткрыв пасть, чтобы лучше разбирать их. И с удивлением обернулся, вскинув бровь увидев, как Лютоволк почти то улегся на стог сена. Он выглядел уставшим и разбитым, увы, серогривому было совсем не жаль здоровяка. Он переглянулся с Волчеягодником, который пристыдил (ли?) бродягу и одобрительно кивнул Сумрачному воину. Уголки губ тронула улыбка.
[indent] - У тебя сено вместо мозгов, если ты думаешь, что достаточно просто попроситься в племя и тебя примут с распростертыми объятиями, - он отвернулся, снова принюхиваясь, - Что племя потеряет, если не возьмет тебя? Сильные лапы? Ты вон готов завалиться отдыхать, глядишь и от патрулей и охоты также отлынивать будешь. Нет-нет-нет, свою полезность надо доказать, - он кивнул на Волчеягодника, - Вон, уважаемый Сумрачный воин к мнению которого Комета наверняка прислушается. Дерзай.

+5

31

Студеный ветер разносил за собой множество различных запахов. Лютоволк был абсолютно прав. Макошь уже бывала здесь. Множество следов, которые еще не успело замести снегом, говорили об этом. Крепко сбитые в своеобразные лежанки стоги сена были усыпаны  шерстью. Одиночка здесь была. Но одна ли Макошь?
Воины сбиты столку. Слишком большое количество запахов, слишком много следов и иных зацепок, что запутают даже самого внимательного кота. Что же сделают воители?

1. Искать зацепки внутри амбара

Волчеягодник, Лютоволк и Шип натыкаются на скелеты мышей по всему амбару. Вероятно, одиночки действительно выбрали амбар своим местом жилища. Повсюду виднеются плотно сбитые в подстилки кучи сена. Над головами воинов и одиночки раздается скрип дерева. Макошь притаилась сверху, на досках, держащих конструкцию крыши.

2. Искать зацепки снаружи амбара

Скрытый текст:

Для просмотра скрытого текста - войдите или зарегистрируйтесь.

Вы должны отправить в личные сообщения Духу Леса выбранный вами вариант действий. Затем, выбранная большинством версия будет открыта Гейм-Мастером. Дальнейший ход событий будет зависеть от решения вашего отряда.
Выбран вариант №1

+4

32

Лютоволк не успел устроиться где-то среди сена: тот самый подхалимистый Волчеягодник (кажется?) окликнул его, как-то даже без язвы.
Серый удивленно приподнял бровь: с чего переменчивость?
— Ты же в племя хотел, разве нет? — короткая улыбка не обманывала бродягу. — Воители работают в команде, никто не лежит в сторонке на соломе. Запускать тебя мы никуда не будем — либо ты выдашь нас сам, либо она всё поймёт и прищучит тебя. Лучше помоги нам с Шипом всё разнюхать и скажи, какие запахи тебе знакомы.
А, вот зачем.
Ко мнению сумрачного кота присоединился другой, до пугающего похожий на Лютоволка окрасом. Щурясь, бродяга как-то сторонился последователя Звездопада, обходя стог сена с другой стороны.
— У тебя сено вместо мозгов, если ты думаешь, что достаточно просто попроситься в племя и тебя примут с распростертыми объятиями, — еще один: может, предводители послали их Лютоволка подучить уму-разуму да наставить на путь истинный?
— Что племя потеряет, если не возьмет тебя? Сильные лапы? Ты вон готов завалиться отдыхать, глядишь и от патрулей и охоты также отлынивать будешь. Нет-нет-нет, свою полезность надо доказать, — он кивнул на Волчеягодника, — Вон, уважаемый Сумрачный воин к мнению которого Комета наверняка прислушается. Дерзай.
- Завалиться? Видимо, ты пришел слишком поздно, чтобы увидеть, кто помог загнать того детеныша косули, - хмуро отозвался здоровяк, с долей зависти глянув на Волчеягодника, отчего-то уважаемого. Тоже хотелось.
А потом он заговорил про Макошь. И чем дальше говорил, тем более скверно становилось Лютоволку, пробирающемуся к гнезду на мягких лапах.
- Я не знал, но не удивлен. Она жила в своем мире, и говорила о вас, - предназначалось в основном Шипу как ветряному воителю, - одну гниль. Мы не то что верили... просто не вдумывались. Слушали и все, - простовато пожал плечами одиночка, заглядывая в гнездо через одну из щелей между фундаментом и стенами.
- Здесь есть лаз, - тихо подал голос Лютоволк, протискивая внутрь голову, а за ней - все остальное тело.
Увиденное в гнезде заставило его почти присвистнуть, и кот, почуяв запах, настороженно поднял загривок. Предупреждающе вскинутый хвост бродяги говорил племенным, что следует принюхаться и быть настороже.

+5

33

Волчеягодник немного удивился, найдя товарища в лице Шипа, но счёл это хорошим знаком. И подтверждением того, что ветряки достойны приязни, как и раньше. После того, как выяснилось, что Макошь из их рода, весь лес должен был шипеть за их спинами. Но у них хватило смелости не замкнуться и пойти на контакт с соседями. И даже Шип, с которым Волчеягодник не загонял косуль бок о бок, как-то сумел проникнуться духом общности.
Если раньше у Лютоволка было хоть что-то общее с Шипом, то когда воин Ветра укорил его, присоединившись к сумрачному, бродяга окончательно стал выглядеть бродягой. Волчеягодник в очередной раз подумал, что в этом и заключается слабость одиночек: они неспособны преодолеть своё высокомерие, гордыню, отчужденность и по-настоящему работать в команде. Что же до племенных котов, когда дело касается общей беды, бывает, и предводитель прислушается к оруженосцу, и не побрезгует ни возрастом, ни рангом последнего. Удивительно, что совершенно чужого котёнка можно вырастить настоящим воителем. И испортить чистокровнейшего малыша, отдав его в лапы бродяги или двуногого.
Волчеягодник задумчиво хмыкнул и прошёл в амбар. Его глаза, привычные к полумраку, тут же наткнулись на мелкие косточки, валяющиеся на полу. Он почувствовал отвращение: эти бродяги даже не потрудились зарыть отходы своих пирушек.
- Не наступите на кости, - еле слышно прошипел Волчеягодник, надеясь предупредить своих компаньонов. На первый взгляд, гнездо казалось пустым и напоминало мышиное кладбище, но сумрачный воин прекрасно понимал, что тьма хранит страшные секреты. Лучше им быть тише, чем то, что скрывается в здешних тёмных уголках. Услышав поскрипывание практически над своей головой, Волчеягодник встрепенулся и поднял морду к потолку.
- Наверху кто-то есть, - раздалось его почти змеиное шипение.
"Я наверняка смогу забраться туда. Думаю, там есть дыра, через которую тот кот (кот ли?) попал на верхушку гнезда двуногих".
Времени на раздумья не было. Волчеягодник посмотрел на воина Ветра.
- Шип, если он сиганёт с крыши, только тебе удастся догнать его. Вы с Лютоволком можете окружить гнездо и закрыть ему пути к отступлению. А я неплохо лазаю по деревьям, так что, вскарабкаюсь наверх.
Он не знал, послушает ли его серогривый воин, но не стал медлить и ждать обсуждений. Ему казалось очевидным, что для победы нужно использовать свои лучшие навыки - быстроту, вложенную в сильные лапы кота Ветра, и навык древолаза, развившийся в Волчеягоднике. Насчёт бродяги он не был уверен, но решил, что раз тот отлично знает устройство гнезда, то не даст их жертве бежать через какой-нибудь секретный ход.
Выпустив когти, Волчеягодник прыгнул и обхватил лапами деревянную балку. Вскарабкавшись, он посмотрел наверх и прыгнул снова, уже к следующей цели.
"Если там кто-то из приспешников Макоши, нужно допросить его. А если там... она сама? Хах, кто знает, может это вообще какая-нибудь жирная ворона поскреблась о крышу, а не кошка".
Несмотря на шутливые мысли, Волчеягодник чувствовал близость грани, за которой земля обрывается и всё падает в пропасть. Он знал, что если действительно встретится с Макошью, ему придётся позабыть про "не геройствовать" и прочие указы. Потому что жизнь одного воина ничего не стоит в сравнении с множеством жизней, которые может загубить выжившая Макошь. Он должен будет любой ценой задавить врага четырёх племён, если ему представится такая возможность. И, казалось ему, любой на его месте поступил бы точно также.

Отредактировано Волчеягодник (23-12-2019 16:56:58)

+8

34

[indent] Внутри амбара было скверно. Всюду лежали обглоданные мышиные кости, в сезон Зеленых Листьев наверняка бы еще тут был и рой мух. Макошь родилась в племени, неужели жизнь в одиночестве напрочь отбивает понятие о гигиене? Шип скривился, переступая чей-то обед. Его взгляд то и дело возвращался к Лютоволку. Сын Макоши. Макоши, с которой по молодости серогривого связывало, не то чтобы многое, но они определенно были близки несколько раз. Он даже думал о том, что у них может выйти семья, но воительница сбежала очень и очень скоро. До недавнего времени, Шип считал бывшую Маковку мертвой.
[indent] Теплых чувств у него к ней уже давным давно не было, лишь желание подрать ее шкуру за все содеянное. И глубокая, всепоглощающая обида, за то что дала ему надежду и так легко отмахнулась в угоду собственным, никому не понятным желаниям. И сейчас он узнает, что у кошки есть сын. Сын, который, как бы не хотелось это признавать, был очень похож на Шипа. Слишком. Пугающе.
[indent] Поток мыслей прервал запах и Шип поймал себя на том, что слишком уж пристально пялиться на одиночку. Загривок пополз вверх и Ветряк резко отвернулся принюхиваясь. Кажется, они здесь были не одни. Воитель сощурил желтые глаза, глядя на Волчеягодника. Мысль была здравой и кот кивнул.
[indent] - Если что, гони его с крыши, втроем разберемся с ним здесь.
[indent] Кот проследил взглядом за Сумрачным воином и обвел взглядом заброшенное Гнездо, высматривая возможные пути к отступлению. Зоркий глаз тут же приметил несколько расщелин, в которые вполне мог протиснуться кот и основной лаз, через который они вошли. Также, незнакомец (или знакомец) мог выскользнуть через крышу, но там уже была забота Волчеягодника. Если это действительно будет Макошь, они не отпустят ее. Живой. Воин скосил взгляд на Лютоволка. Стоит ли доверять ему? Не было ли это очередной уловкой, чтобы расправится с двумя воителями. И дрогнет что-то в ее душе при виде бывшего соплеменника? Не просто соплеменника. Вряд ли. Если уж родного брата она пыталась убить, то Шипу и надеяться не на что.
[indent] - Лютоволк, - внезапно и тихо-тихо заговорил Шип так, чтобы слышал один лишь бродяга, - Тебе же около тридцати лун, да? Макошь родила тебя сразу после того как ушла. Не говорила, кто отец? Племенной или бродяга? - воин резко приблизился к самой морде кота и на мгновение создалось впечатление что он смотрится в водную гладь, - Если вздумаешь предать нас, то тебя не спасет то, что ты мой сын.
[indent] Сомнений не было. Почти. Дважды два воитель научился складывать еще когда такая же ситуация была с Воробейницей и Крутобокой. Во взгляде мелькнула нотка грусти и сожаления. Он не знал. Не знал что у Макошь есть сын. Не знал, что она жива. Знал бы - не позволил рости его ребенку бродягой. Взгляд снова похолодел и Ветряк отвернулся, вслушиваясь в шорохи.

+8

35

[indent]  - Ну, надо же, - промурлыкала Макошь, рассматривая незваных гостей с высоты верхней балки. Из крохотного окна с разбитым стеклом на неё падал теплый закатный свет, озарявший её шкуру какой-то странной позолотой. Так она казалась ещё более величественной. Ещё более могущественной. Будто бы способность ткать из солнечного света в её лапах, - Вас не предупреждали о том, что приходить без приглашения в чужой дом - как минимум невежливо? Особенно втроем на одну кошку. Гор, - обратив внимательный взгляд на сына, кошка ухмыльнулась уголками губ. Она всё знала. Всё знала, - я не разрешила приводить гостей. Но ты всегда был хулиганом, да? Ох, яблоко от яблоньки недалеко ведь падает, голубчик.

[indent] Макошь плавным движением поднялась на лапы, демонстрируя свой пышный воротник.
- И тебя я вижу, дружок, - стрельнув глазами в сторону полосатого кота из племени Теней, Макошь всё же хмыкнула, - Хочу поговорить с вами всеми. Донести до вас, - усмехнулась кошка, - что не на ту добычу вы открываете свой роток. Но стоит кому-то из вас, - выразительно мяукнула одиночка, - попробовать меня поймать, как я тут же исчезну. Удивительно, правда? Научилась у людей. Которых не стоит бояться. Они вечно бегут от своих проблем - полезный навык. Вы пришли в мой дом, а я, как хорошая хозяйка, должна обеспечить вам достойный прием. Одно неверное движение и, увы и ах, мы с вами попрощаемся.

[indent] Макоши хотелось думать, что эти племенные не настолько тупы, насколько кажутся. Она ведь на нападала на них. Сейчас. И если они нападут первыми это будет очень неправильно с их стороны: все равно ничего не поймают, только судорожно побьются в котяческих конвульсиях, стараясь словить мышку. Она надеялась, что она доступно объяснила.

[indent] Снова присев, кошка плавно свесила с высокой балки хвост, топорща усы.
- Я отвечу на один вопрос каждого из вас. Достаточная плата? Не собираюсь с вами торговаться, потому что, повторюсь, напав на меня, вы не получите ни ответов, ни правды. Одно только разочарование, что желанная добыча ускользнула из ваших когтей, - она значительно расслабилась. Ведь вся ситуация была в её лапах. И все трое котов были у неё на виду. Одна попытка и она уйдёт, - и я отвечу на них честно, даю слово. А слов я на ветер не бросаю.

[indent] - Какая преданность и сила. И слепое повиновение тому, кто старше по иерархии. Никакого свободолюбия. Лишь мордашка, которой управляют умелые вожжи.

[indent] Макошь ждала, пытливо глядя на своих гостей. И была готова.

+9

36

Лютоволк отрешенно отстранился, пропуская наиболее рвущегося в бой Волчеягодника вперед. Не то что бы он сам не хотел... но раз племенной так отчаянно лезет в пасть неизвестному, чего мешать? Кот хмыкнул: да уж, никакого чувства самосохранения.
Серый хотел было пойти следом, но остановился, оглянувшись на чуть окликнувшего его ветряного кота. Шип смотрел как-то странно, и кот настороженно навострил уши, вздыбил загривок: не понравился этот взгляд, и Лютоволк напрягся, вцепившись лапами в землю.
— Лютоволк, — тихо шикнул воитель племени Ветра, и внутри что-то нехорошо перевернулось. Сюрпризы. Лютоволк не любил сюрпризы.
— Тебе же около тридцати лун, да? Макошь родила тебя сразу после того как ушла.
- Да, - с паузой, с сомнением пробасил здоровяк, переступая с лапы на лапу. Разговор шел быстро, но время тянулось как-то медленно.
Хвост серого взволнованно описал дугу.
- Не говорила, кто отец? Племенной или бродяга? — воитель резко приблизил нос к носу, заставляя кота чуть втянуть шею и изумленно отвести уши назад, инстинктивно.
И вспомнил, что слышал у двуногих всякие смешные звуки, которые они говорили в порыве эмоций.
Если вспомнил бы - повторил.
— Если вздумаешь предать нас, то тебя не спасет то, что ты мой сын.
Глаза округлились до двух лун, и самец настороженно попятился назад. Шип даже не спрашивал, утверждал.
Кот смерил собеседника взглядом и понял, что сопротивляться бессмысленно. Они похожи как две капли воды, и с утверждения Шипа у него с Макошью, похоже, была своя интрижка.
- Давай без объятий, - попытался Лютоволк как-то брутальнее, хотя оказался совершенно растерянным и пытался прикрыться другой интонацией. Он полез следом за Волчеягодником, отрешенно глядя под лапы и пытаясь распознавать запахи, хоть что-то, что давалось так тяжело после неожиданного откровения.
Отец. Я так часто спрашивал ее, и вот пожалуйста.
Сверху раздался скрип.
Она даже не пыталась скрываться, и что-то прошлось по подшерстку морозцем. Лютоволк очень давно не видел мать, и сейчас ее облик вызывал старые эмоции.
Даже страшные.
- Гор, — кошка ухмыльнулась уголками губ, и от ее взгляда серый едва не попятился, ощущая смесь растерянности, злости и обиды, — я не разрешила приводить гостей. Но ты всегда был хулиганом, да? Ох, яблоко от яблоньки недалеко ведь падает, голубчик.
- Я больше не Гор, - тихо хмыкнул здоровяк, откровенно и искренне скалясь. Она говорила много, говорила так мерзко - почему кот прежде этого не замечал? Словно заколдованный шел за ней, а толку?
Играла в свои игры. Лютоволк больше ничего не хотел знать. Все вопросы к ней испарились вместе с матерью, которая бросила их в угоду своим желаниям.
Оставалось надеяться, что Волчеягодник лазает достаточно быстро.

+7

37

[indent] Шип лишь кивнул Лютоволку. Внутри было неприятное, сосущее чувство вины, непонимания и обиды. Пришлось приложить не мало усилий, чтобы взять себя в лапы. Взгляд то и дело возвращался к серой шкуре сына. Воитель все-таки пытался разобраться в своих чувствах к нему. Сосредоточиться на деле не выходило и поэтому такой до боли знакомый голос застал здоровяка врасплох. Он резко вскинул голову, впившись взглядом в пушистую фигуру кошки.
[indent] Ее голос звучал нарочито сладко, приторно, липко. Как же хорошо она умела это делать. Внутри что-то будто оборвалось и весь разум воителя заполнила чернота. По телу разливалась злость, ненависть. Ему хотелось одного - вонзить когти в ее тело, почувствовать, как жизнь покидает Макошь.
[indent] - Ну здравствуй, - мяукнул он делая несколько шагов, голос звучал вполне обыденно, даже немного дружелюбно, - Давно не виделись. Столько всего произошло, да? Познакомился вот с сыном, весьма неожиданно, надо сказать. Может спустишься? Поговорим.
[indent] Он ожидал, что Волчеягодник или Лютоволк могут не дать им этого шанса. Этого шанса на разговор. Драка ни к чему не приведет, по крайней мере сейчас. Одиночка находилась в более выигрышном положении, от чего нападать на нее сейчас было бы по меньшей мере глупо. А разговор мог бы дать хоть какую-то информацию. Конечно, слепо доверять убийце было бы опрометчиво. Шип расправил плечи, показывая свою уверенность, серьезность.
[indent] - Столько воды утекло, - он покачал головой и поднял глаза на кошку, - Мой вопрос будет таков: что ты планируешь делать дальше в отношении племен?

+7

38

[indent]  - И за кого ты меня держишь, Шип? - Макошь взмахнула хвостом, удерживая взглядом Волчеягодника на том же расстоянии, на котором он и был, - Вас трое. Трое подготовленных котов, для того, чтобы убить меня - думаешь, я не в курсе, зачем вы пришли? Я не сдвинусь с места в вашем направлении, увы, - урезонила своих гостей Макошь, - Соломник хочет свою жизнь назад. Ту жизнь, которую я у него забрала. Пускай попробует, - кошка приподняла длинные сливочные усы, глядя ровно вниз на две серые фигуры. Ещё и Гор. Со своими выкидонами.

[indent] Кошка расплылась в плавной улыбке:
[indent]  - Не Гор, значит, - её сладкая усмешка успела обратиться в хищный оскал, прежде чем она хладнокровно выгнула брови, рассматривая уже давно знакомую ей морду, - значит, мой сын мёртв. Как жаль. Какая потеря, -  значит её здесь больше ничего не держит, можно легко, в несколько плавных прыжков убираться из этого старого дома, однако она всё же обещала им. Обещала им ответы, - стало быть, не_Гор, вопросов у тебя нет? Что ж, это сугубо твой личный выбор, как и выбор вашего друга, от которого несёт болотами.

[indent] А вот Шипа она послушала. Крайне внимательно.
[indent] - Мой вопрос будет таков: что ты планируешь делать дальше в отношении племен? - кошка внимательно рассмотрела свои лапы, усаживаясь поудобнее. Это был несложный вопрос, потому что изначально всё было направлено на одну-единственную главную фигуру в этом действе: на Соломника. Остальные - не цель, а средство.
[indent]  - Что я планирую? - Макошь искренне рассмеялась, сморгнув прозрачные слёзы, - ничего, Шип. Моей целью был Соломник и моя месть в его сторону свершилась. Ведь это я убила Львинозвёзда, а не он. Помнится мне... Речные коты очень долго держали обиду, когда я была маленькой. Помнят до сих пор то, как почетно умер под чужими копытами их предводитель? В этом был мой план. Отомстить. За обиду и за отсутствие чести. Вот и всё.

+10

39

Волчеягодник ощутил странное удовлетворение, взглянув в ледяные глаза Макоши. Сразу вспомнился Звездопад, а с ним и Наледь, и все эти шуточки про родство и Ветер. Он подумал, что было бы странно касаться этого меха с целью пронзить зубами кожу под ним. Такого уютного меха.
- Значит, говорим на твоём языке, - улыбнулся Волчеягодник и расслабил плечи. Опустил мех на загривке. Слегка прикрыл глаза. Пожалуй, ему не требовалось от Макоши никаких ответов. Он не знал такого вопроса, ответ от неё на который стал бы для него откровением. В её словах он чувствовал грязь лжи, многолетнюю, крепко налипшую, которую теперь отдирать только когтями. Но то был он, чужак среди крови Ветра, к которой его занесло каким-то... ветром? Теперь уже вовсе не Лютоволк казался лишним.
Волчеягодник знал, что с его стороны было бы некрасиво взять и всё испортить. Сорвать Шипу откровенный разговор с его бывшей соплеменницей. К тому же, выглядел воин более-менее дружелюбным и казался настроенным именно поговорить, а не выпускать когти. Вот только вопрос его Волчеягоднику не очень понравился. На месте Шипа он бы, пожалуй, спросил, зачем Макошь вообще променяла жизнь воителя на судьбы авантюрной одиночки и убийцы. Но Шип, вероятно, знал ответ на этот вопрос. И всё племя Ветра знало, чем оно нанесло Макоши смертельную обиду. Знало и молчало.
Волчеягоднику пришла на ум мысль, что Звездопад и Львинозвёзд не смогли остановить Макошь, потому что оказались слишком благородны. Честь, ум и доброта - всё это подвело их, когда они столкнулись с коварством настоящего злодея. Похоже, что и Шип теперь шёл по их пути, и казалось Волчеягоднику, что он уже видит тонкую линию от когтей Макоши, проходящую по горлу плечистого воина. Но Шип заслужил сегодняшней ночью спать в тёплой палатке, а не в могиле. Так решил Волчеягодник.
Он молча слушал Макошь, наблюдая, как она всё больше втягивается в разговор. Мысленно сосчитал до трёх.
"Может быть, сейчас просто не пора для героев с чистым сердцем и благородным духом. Они страдают, пока всякие подонки упиваются своей властью. Интересно, Макошь чувствует свою власть над нами? Сейчас, наверное, да. Но я верю, что когда она только увидела нас, то чувствовала себя затравленным зверем. И все её слова - блеф, на который мы, по её мнению, попались. Она не звёздный предок, чтобы раствориться в воздухе. Ей некуда бежать. Она рассчитывает на нашу глупость и легковерность. Возможно, она не считает нас способными напасть со спины. Ведь мы - воители".
Волчеягоднику показалось, что каким бы чужим он ни был для крови Ветра, сейчас он - именно тот, кто нужен этому маленькому костерку, чтобы разгореться. Он, тот, кто издевался над своим бедным глупеньким оруженосцем, выдавая это за юмор. Измывался над своей любимой. Красовался, язвил и жаждал внимания соплеменников. Предводительницы.
Волчеягодник выгадал момент, когда очередное слово соскользнуло с губ Макоши и взгляд её принадлежал Шипу. Хуже всякой крысы, но с неизменным изяществом сумрачного кота он напал на Макошь. Со спины, безо всяких ритуальных замахов, без вызова на бой. Просто мягкий прыжок, тихий, как полагается охотнику ночи.
Как там сказала Багрянка? Удачи? Она ему понадобится.

+8

40

[indent] Макошь вовремя скосила глаза: периферийным зрением заметив мелькнувшую со стороны тень, она столь же грациозно отскочила в сторону. Вот только у неё было значительное преимущество: в этом сеновале она прожила не одну луну и знала его, словно это был её родной дом. Дом, в котором на неё напали. Дом, которому пришла пора закончить своё существование. Макошь яростно прошипела и хлестнула свой бок хвостом, выравниваясь и глядя на Волчеягодника с презрением и омерзением: тупое создание, не способное сделать самостоятельные выводы, а только приплясывать под дудку таких же тупоголовых предводителей. Стоявшее позади металлическое ведро, почти упирающееся в стенку, стремглав полетело вниз, расплескав по порядком подгнившей стене и сену воду и растопленный снег, который то и дело падал с дыры в крыше. Толчок - сильный и яростный, чтобы столкнуть Волчеягодника с узкой балки, - возомнил себя грозовым воителем, крысёныш? - а затем вцепиться когтями в лапу, чтобы окончательно сбросить кота на стоги сеня снизу, туда, где ему и положено быть по иерархии, вниз, к Шипу и Лютоволку.

[indent] - Глупец! - рассмеялась Макошь, выравниваясь в плечах и оскаливаясь. На её губах заиграла всем давно знакомая хищная ухмылка, которая не предвещала ничего хорошего. Нехороший запах коснулся её чувствительного обоняния, но она только продолжила тянуть коварную ухмылку, хлестая себя пушистым хвостом по мягким бокам, - ты решил, что умнее меня?! Лягушачья диета не прибавила тебе мозгов, трясиновый воин, зато мой совет может значительно укоротить твою линию жизни. Макошь в несколько грациозных прыжков оказалась возле единственного окна сверху и бросила последний взгляд на котов, оставшихся внизу, у стогов сена, где совсем скоро не останется ничего кроме пепла.

[indent]  - Я предупреждала, - вскинула подбородок кошка, топорща усы, - а теперь сгорите алым пламенем, - и исчезла в проеме.

[indent] Сразу же после исчезновения Макоши в окне до лесных котов начинает доходить: запах дыма и страха закрадывается к ним под кожу вместе с сомнениями, ведь своим нападением они не только лишились возможности поговорить с кошкой, но и возможности выйти из сеновала целыми. Их минутная заминка может стоить им очень дорого, потому что сразу же заискрившая проводка от взаимодействия с водой и талым снегом вспыхнула языками горячего огня в сухом сене, охватывая всё большие и большие плацдармы за считанные мгновения.
[indent] Все персонажи бросают дайс на удачу (1 куб, 10 граней, отсутствующий бонус), чтобы выбраться:
[indent] 1-3 - отравление угарным газом и многочисленные сильные ожоги;
[indent] 4-6 - множественные ожоги средней степени;
[indent] 7-10 - опалённые усы/шерсть и подушечки лап;
[indent] Возможность уйти с сеновала нетронутым ИСКЛЮЧЕНА.

+6