У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
В Лесу происходят странные события.

Речное племя и племя Ветра находятся в состоянии хрупкого мира: одно неверное слово, одно поспешное решение - и два племени объявят почти неминуемую войну. Смерть предводителя речных земель, Львинозвезда, своими корнями уходит к племени Ветра, чей предводитель стал невольным свидетелем произошедшего. Найдет ли в себе силы Созвездие довериться лидеру чужого племени? Сможет ли сохранить хрупкий мир, или поддастся жажде мщения, которая так захватывает её соплеменников?

Грозовое и Сумрачное племена, словно нарочно, подвергаются нападению диких зверей: в первом свирепствуют не только барсуки, но и (неожиданно!) двуногие, а на земли Теневых набрел здоровенный, неуправляемый лось. Сейчас обоим племенам предстоит непростое восстановление сил, и захочет ли каждое из них поддержать своего союзника в неминуемом конфликте?

А между тем грядет оттепель...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP photoshop: Renaissance
3.05 Тем временем игра на Последнем пристанище не стоит на месте: очередные персонажи разделили между собой лавровые венцы почестей, как лучшие персонажи месяца! От всей души поздравляем с этим достижением.
Совсем скоро, 7-го мая состоится долгожданный совет, который расставит многие точки в нынешнем сюжете. Не пропустите общий сбор всех четырёх племен!
Рейтинг проекта — R.
Последнее пристанище для каждого, кто искал себе Дом. Каноничная ролевая, события которой происходят на землях старого-доброго Леса - то самое место, где вы сможете с легкостью облачиться в шкуру любимого персонажа, написать свою историю и отдохнуть от окружающей суеты. Если вы искали дом, если вы искали что-то для души - добро пожаловать. Вы нашли свое место, и мы рады вам.

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя ветра » главная поляна


главная поляна

Сообщений 221 страница 240 из 293

1

http://s8.uploads.ru/j2BJi.png

Код:
<!--HTML--> <style>
.gtemp-app1 { 
width: 90%;
 font-size: 11px;
 text-align: center;
 line-height: 120%;
 color: #000;
 
 padding: 15px;
 padding-top: 10px;
 margin: 10px;
 } 
</style>
<center> 
<center> 

<div class="gtemp-app1"> 
<div style="width="100%">
<div style="text-align: center; height: 320px; overflow: auto;">
<br> 
  <font face="yeseva one"><font size="4"><b>главная поляна</b></size></font>
<font face="Times New Roman">——————————————————————</font> <br>
<font face="Century Gothic"><b><font size="3">В</size></b><font size="2"> неглубокой песчаной ложбине, куда не может просочиться прохладный ветер, расположился лагерь племени Ветра. Тщательно скрытый зарослями густого утесника, его очень трудно заметить. Несмотря на хорошую внешнюю маскировку, внутри лагеря есть, разве что, кусты да пара ложбинок, служащих палатками. Любое другое племя наверняка не смогло бы смириться со столь открытой местностью. Сами же коты племени Ветра считают иначе. <i>"Мы благодарны предкам за возможность быть чуть ближе к Звездам. И разве может быть что-то прекраснее бесконечного звездного неба над головой?"</i>
Утоптанная временем главная поляна является центром всего лагеря. Неподалеку от входа располагается палатка воителей. В противоположной части поляны виднеется каменистая Скала, у подножия которой, в укромной ложбинке находится палатка предводителя. С этой Скалы предводитель созывает соплеменников на собрание и сообщает о важных событиях. Детская, палатка оруженосцев и палатка старейшин расположены в глубине лагеря, так, что бы никакая опасность их не коснулась. Палатка целителя находится вдали от остальных убежищ, так как пряный и яркий аромат разнотравий способны выдерживать долгое время лишь сам целитель и его ученик.</size></font>

</div>
</div></div> 
</center> 

0

221

Мышцы воителя все еще были напряжены - никогда прежде его так не пьянило от происходящего. Вей всеми силами старался сохранять спокойствие, чтобы не приблизиться к состоянию отца, которого от теперь боялся как черного кашля.

Напряжение не пропускало через себя ни единую глупую шутку, накапливаясь внутри и теребя внутренности. На все слова про их взаимоотношения он промолчал - сейчас не об этом и эту тему больше не стоило вскрывать. Они с отцом видели их отношения по-разному и даже если Суховей мог предвидеть этот шрам, он хотел его получить, просто, чтобы поставить это гребанную точку и все для себя разъяснить. Потому что жить в неопределенности, ему, явно, было сложно. И все эти теории, весь этот напор и давление - все лишь для одного. И теперь, когда он получил то, чего хотел, он не знал, что с этим делать. И именно поэтому он всех сейчас собрал.

Суховей был напряжен и осторожен как никогда - всю его напористость и амбициозность продавила наступающая паранойя. Вариантов было много и он мог легко выполнить любой из них, но страх перед собственным сумасшествием не давал ему делать вообще ничего.

Именно поэтому он был рад, что рядом была Овсянка - он никогда не нуждался в присутствии этой кошки так, как сейчас. Одним своим видом воительница успокаивала мысли и тело, Суховей бы просто хотел бы чувствовать рядом с собой всегда вот это вот присутствие, но понимал, что это невозможно, и он всегда будет получать лишь тень от него.

И пока он пользуется этим поступающим спокойствием - урезает первые свои реакции и хватает за глотку вторые.

Суховей хотел ответов, больше ответов - участвует ли в этом кто-то еще, к чему Звездопад хотел все привести. И еще Суховею была нужна Воробейница. Позарез была нужна.

Он внимательно смотрел на собравшихся, пытаясь понять, насколько они предугадывают дальнейшие действия и насколько понимают весь масштаб происходящего. Шершень спрашивает Суховея о дальнейших планах и Суховей молчит какое-то время, сохраняя всю серьезность этого момента.

- Распространять, как крысы чуму.
- Использовать во благо племени.

- Он сдохнет.
- Ветром не должен править безумец. Пока Звездопад за пределами лагеря, нужно выяснить, сколько еще котов к этому причастны. Самые близкие к Звездопаду, те, за которых он жизнь готов отдать. Как за нее.

первое.

Звездопад это мешок с костями, который не должен править, который должен сгинуть, зарытый в могиле живьем или подавиться всеми ягодами, что можно найти у Полуночника. Нет, никакой лишней жестокости, его просто больше не должно быть в этом мире, дайте ему исчезнуть. Его нужно уничтожить и как можно скорее. и чем больше котов узнает, какой он мерзавец, по его завету, тем быстрее это произойдет.

второе.

Звездопад это племя, это морда племени Ветра, которое теперь будет опозорено навсегда. И каждый будет помнить про убийство речного предводителя сумасшедшим Звездопадом и каждый будет требовать от племени Ветра лишний кусок мяса за это воспоминание. И рассказы про то, что "мы ничего не знали" не сработают, племя всегда повинуется воле своего повелителя. Только простак не воспользуется этим поводом для войны.



Нечто пушистое потерлось о шерсть и Вей вздрогнул от неожиданности - он уже и забыл про своего ученика и о новой воспитательской должности. Кот обвил оруженосца хвостом, не давая Вересколапу сделать лишнего движения, чтобы тот снова не отдавил кому-либо конечность. Контролировать этого парня было легко, находясь вблизи, но следовало Суховею отойти и тот уже находился в каком-то собственном глупом мирке. Но воитель верил, что все это решаемо, по крайней мере, по сравнению с происходящим, любые проблемы казались сущей мелочью.

Тем временем к ним прильнула Белоснежка. Говорила, что это все всего лишь догадки, на что Суховей ответил уничижительным взглядом:

- За догадки не пытаются убить.

Говорила, что нужно подождать до Совета, хотя Суховей не мог ждать ни дня, пока Звездопад не был в его поле зрении, а луна была еще так далека до своей полноты. И он на самом деле не хотел выводить все грехи Ветра на всеобщее обозрение - слишком близко к сердцу он воспринимал нападки на племя. И поэтому с Овсянкой в этом случае был полностью согласен.

- Овсянка права. Мы не можем показывать свою уязвимость перед другими племенами сейчас. Им плевать, виноват в убийстве один Звездопад или целое племя - священное перемирие треснет в ту же ночь и Ветер начнут смешивать с дерьмом. Это наша личная проблема, нам с ней и разбираться.

Говорила, что нужно разобраться, кто друг, а кто враг.

Но Суховею нет нужды разбираться, врагами для него изначально были все. Если он и кому то мог верить в этой всей ситуации прямо сейчас, то лишь на время закрыв глаза на собственную паранойю и выстраивая ограду для того, чтобы возвести новую внутри нее.

И даже Вересколап в этот момент, трущийся возле, казался чем-то заряженным от самого Звездопада. Словно бы тот дал Суховею его в ученики специально и это была еще одна часть какого-то идиотского плана. И когда Овсянка говорила про отца, он ее прекрасно понимал, ведь он сам по неволе и глупости своей стал значимой частью всей этой предводительской паутины.


третье.

Звездопад просто хотел убить своего сына.
И все племя согласилось отомстить Вею за его грехи.
И все к этому и идет.

И пока, единственное, что Вей мог со всем этим сделать - это постараться держать все под контролем.

- Надо поговорить с Соболем, - Суховей посмотрел внимательно на Овсянку, пытаясь понять, сможет ли она составить ему компанию в этом, - и с Полуночником, - он, право, не знал, кто сможет вывести в случае чего этого кота на чистую воду. Но Суховею в любом случае стоило его навестить в ближайшее время, - и нужно быть особенно внимательными ко всему происходящему вокруг. Любая мелочь может оказаться новым Звездопадовским фокусом.

И пока Звездопада не было в лагере, это могли быть хоть летающие кролики.

  - В один момент нас могут просто поставить перед фактом войны. И мы не сможем с этим ничего сделать. Если Звездопад к этому стремится, считая нас тупыми кусками мяса, значит нужно обличить его перед племенем по крайне мере до Совета. И если Соболь адекватно все это воспримет, значит он должен представлять племя на скале в следующее полнолуние.

Суховей еще раз оглядел собравшихся, убеждаясь, что это достаточно для всех очевидно.

+15

222

[разрыв] ущелье.



Приобретённое знание нисколько не усилило её физически, но Гончая возвращалась в лагерь неслышной и уверенной походкой, чувствуя, как пульсирует ледяная кровь по жилам под серебристой шерстью. Сердце мерно отбивало ритм - слишком медленно для того, кто недавно так сильно волновался, - заставляя последние ростки сомнений умирать под метелью, застилавшей гуманность. Они ведь заслужили это, верно? Заслужили хорошей встряски, заслужили перемен - перемен, которые в самом деле пойдут на пользу всему лесу. И, конечно, племени Ветра, куда же без него.

- Нехорошо не приглашать старых друзей на задушевный разговор. - мягко улыбнулась молодая воительница, направляясь к своему бывшему оруженосцу. Горящие янтарные глаза остановились на свежей ране, ход разговора предположил своего рода догадки. А вот перемены, происходившие в сыне предводителя, разорвались ноющим огнём где-то в груди: вот оно, совершенное творение, достойное правления и главной роли в том спектакле, что вот-вот грозил развернуться на главной поляне. - Может, кто-то шепнёт мне на ушко, где тут у вас требуется помощь? - в некотором роде расслабленно спрашивает у собравшихся Гончая, прикрывая яркие глаза и выдыхая.

В подсознании с грохотом рушилось то, что строилось все прошлые луны - слепая покорность предводителю, вера в лучшее, вера в справедливость. Из омута воспоминаний выныривали два таких схожих кота, отец и сын: разница была лишь в том, что один разделил её взгляды и мнение, с блеском запомнил каждый из преподанных уроков, а второй предпочёл общество самонадеянной дурнушки, которая, конечно же, радостно нарожает ему десяток орущих ублюдков. Если не повезёт, таких же навязчиво и омерзительно рыжих, как их мамаша.

Ты прекрасно знаешь, что вины Звездопада в этом нет, - ухмыльнулся внутренний ледяной голос. Гончая улыбнулась кончиком рта и едва заметно покачала головой в ответ на собственные мысли. Его вина была в том, что он видел недостаточно далеко, пока за его спиной вершились более интересные дела. Липкая чёрная жижа волной захлестнула сердце, заставляя его биться всё медленнее. Они не узнают о милой сестричке Звездопада до тех пор, пока та сама не решит себя обнаружить.

Мысль о Макоши придала Гончей сил и энергии, которые можно было потратить на весьма занятные дела. Она ведь не разочарует свою родную мамочку, правда?

+12

223

[indent] Чуть вздёрнув подбородок в ответ на ядовитый взгляд Суховея, кошка победно улыбнулась кончиками губ: как же она любила выводить на эмоции, прощупывать, что болит больше. А потом давить. Остервенело, яростно, до потери пульса, наслаждаясь чужими бедой и агонией. Лучший, её личный наркотик за все страдания, за те холодные, податливо-равнодушные взгляды. За догадки не пытаются убить? Да и к чёрту. Где были они все, когда даже без малейшей догадки луна за луной убивали её? Куда смотрел Звездопад, лживо вещающий о величии и единстве своего прекрасного, благородного племени? Кучка крыс. Тварь, каждый из них - тварь, самая последняя, омерзительная, низкая. Ах как жаль, что сейчас их владыка всея степи не знает, как его драгоценный отпрыск вместе с тем самым племенем собираются выпотрошить его прогнившие кишочки. Потому что по долгам нужно платить. - Побереги свою агрессию для дела, - сладостно причмокнув, фыркнула Белоснежка, с упоением слизывая с усов клокочущую обиду кота. Ах, как же так, папочка окончательно отвернулся. Бедный, бедный мальчик, наверное, ему теперь придётся долгие луны рыдать в кресле психотерапевта... Только ветровой всё равно. Разливающуюся внутри её души пустоту не трогает ничего, её лишь бесит то, с какой остервенелой сокровенностью Суховей носится со своей пожизненной обидой, как лелеет и баюкает её... Потому что это слишком близко и настолько интимно, что хочется когтями, зубами разодрать в клочья, чтобы больше ничего не напоминало, не соприкасалось с этой незаживающей, чёрт её побери, раной. И самая глубокая правда в том, что, убей Звездопад сына, ей бы стало легче. Легче без этой мрачной тени собственного растоптанного, брошенного прошлого. Зачем ты ещё есть?
[indent] И теперь единственное, что может Белоснежка, использовать его, его мотивы, чтобы отомстить самой. Чтобы сделать свою жизнь комфортнее. Чтобы... Что? Да не важно. Ей хочется поиграть в это. Хочется победить. Доказать. Взгляд, полный сомнений, цепляется за Овсянку. Зачем она здесь? Такая хрупкая, нежная, это ведь всё не для неё. Она не сможет, сломается и подставит их всех. Слабые звенья нужно исключать.
[indent] - Потому что ты ее не решишь. Посмотри, сколько всего Звездопад провернул за нашими спинами. Думаешь, идиот способен на это? Или ты полагаешь, он не догадается, откуда лапы растут и не примет меры? Думаешь, он просто так даст всем во всем разобраться, не переложив свою вину на других? Тот, кто причастен к стольким преступлениям, почуяв хоть малейшую угрозу, сделает все, чтобы отбелить себя. Речные говорили о коте, похожем на Звездопада. Ты готова поручиться, что при первой же возможности он не кинет речным под лапы Суховея, твердя о предательстве в рядах своих? - хвост с нескрываемым раздражением рассекает воздух. Эти глупцы даже не представляют, какие последствия могут иметь их опрометчивые поступки. Как можно надеяться на Соболя, слепо преданного предводителю? На Полуночника, не выросшего мозгами и беспомощного до того, что Белоснежка каждое утро ожидает увидеть его на поляне, жонглирующего травками и с детским улюлюканьем бегающего за моховыми шариками? Да хорошо будет, если у их целителя от шока сердце успеет остановиться до того, как он разбазарит о восстании всему лесу. Предки, какая вселенская глупость!
- Он будет тянуть мох в свою сторону до тех пор, пока тот не лопнет. Поэтому мы не скажем, что не уверены в предводителе. Мы скажем, что уверены в его поступках и больше не можем мириться с этим, - прямо отвечая на взгляд Овсянки, чиркнула когтями по земле златоглазка. Учись манипулировать, детка.
[indent] Кандидатура Соболя на месте предводителя её устраивала... Временно, но этого хватит, чтобы выдоить и его. Поэтому Белоснежка кивает, несмотря на скептическую гримасу, тронувшую морду. - Если ты так уверен в своём плане, что ты будешь делать, если Соболь не достаточно адекватно это воспримет? Или сыграет на две стороны не в нашу пользу? Если то, что ты представишь племени перед Советом, никого не убедит? Нас слишком мало, чтобы дать отпор. Ты должен понимать, большинство будет в лучшем случае колебаться, - помолчав секунду, белобокая прищурилась, хитро отведя уши. - Если уж открывать карты, то не словами. Мы должны показать им Звездопада в деле. Подстроить ситуацию перед максимальным числом очевидцев. Ушам можно не поверить, глазам - нет. И тогда большинство будет уже на нашей стороне.
[indent] Она не может дать этой одурманенной толпе глупцов сломать её игру. Слишком удачно обстоятельства складываются у неё под лапами, чтобы кучка слепцов, тыкаясь наобум, позволила себе напортачить. Усевшись, Белоснежка перевела взгляд на подошедшую Гончую. Ещё одна игрушка Звездопада. Бывшая ученица, но, очевидно, не такая успешная, не такая замеченная, как Воробейница. Лузер. Обидно быть выброшенной за ненадобностью, да, девочка? - Хочешь показать Звездопаду, что он потерял, выбрав не ту? - хищно улыбаясь, тихо прошипела воительница в мягкое ухо, склонившись над кошкой.

+1

224

На словах о Соболе Шершень вполне отчётливо ощутил, как напряглась сидящая рядом Овсянка. Слишком хорошо он знал палевую подругу, чтобы не понять ее колебаний: поверить в такой расклад, где родной отец мог оказаться злом во плоти, руша все представления о понятиях благородства и чести, по меньшей мере было сложно. Свои же соображения касательно возможной причастности глашатая рыжий воитель оставил при себе, потому как были они пока лишь голыми теориями: не к чему давать пустую надежду. На мгновение он даже с сомнением нахмурился, думая о том, стоило ли вообще ее втягивать в эти дрязги?

Впрочем, судя по тому, как рядом образовались ещё несколько заинтересованных лиц, дерьмовая у них вышла конспирация, и вся информация стремительно теряла свою ценность. Где гарантии, что среди них нет той самой, загнанной крысы, или ближайшей подстилки Звездопада?

Мне казалось, по части дешевых демонстраций у нас преуспели Гроза с Тенями. Уподобившись инстинкту "тупой толпы", рискуешь сам стать ее мишенью — хмыкнул кот, поддерживая мнение большинства: эта проблема должна остаться в масштабе племени. Дальнейшие пространственные рассуждения его волновали постольку-поскольку. Тогда как воспоминания о самом шумном Совете было ещё свежо в памяти. Шершня там не было, но он конечно же выудил у соплеменников все детальные подробности, чтобы сложить в голове собственное мнение на тот счёт и понять, что во всем этом потоке бесконечных бравад никого не волнует правда. Каждый просто ищет момента, где ты облажашаешься. Более того, без крепкой, хладнокровной лапы у верхушки ветряные будут выглядеть по меньшей мере, как растревоженный рой пчёл, который может стать удачной наживой для озлобленных, переживших трудные Голые Деревья, котов. В этом случае он был полностью согласен с Суховеем: если все выгорит, на Совете они просто поставят остальные племена перед фактом новой власти в Ветре и предательством предыдущей, а Речное племя может их в этом поддержать. Друзей держи близко, врагов ещё ближе, разве нет?

Однако этого факта можно избежать, если вершить правосудие чужими лапами и.. без лишней шумихи, — выслушав мнение Суховея, Шершень вскоре подал голос. Амбициозные идеи соплеменника хоть и не были близки к его идеалу, но несли в себе разумное зерно, а боль и унижение молодого воителя могли стать хорошим стимулом. — Речное племя хочет мести, и благоразумия их предводительницы, полагаю, хватит ненадолго. Найдутся те, кто готов спустить с убийцы десять шкур, — невозмутимо продолжил он, на этот раз говоря прямо и по существу, чтобы каждый из присутствующих прочувствовал суть такого метода: грязного и бесчестного. На войне ведь все способы хороши. — Загнанный в ловушку зверь под страхом смерти быстро свирепеет, а гнев легко раскрывает истинную личину каждого, — живое пример тому с помятой мордой стоял перед ним, — почему бы нам не подтолкнуть виновника самого все сделать? Во всяком случае до тех пор, пока в племени есть те, кто действительно ему дорог, — намёк? Да. Янтарные глаза снова пересеклись с голубыми - ты ведь догадываешься, о ком я — чтобы затем их внимание плавно перекочевало за спину Суховея. Бывшая ученица предводителя, собственной персоной? Очаровательно. Может быть, сразу прыгнем на скалу с прямыми обвинениями во всеуслышание? Котёнку было ясно, что та везде без мыла влезет и постарается прибрать к лапам всё, до чего дотянется.

Но это всего лишь слова. Мы, разумеется, можем просто наблюдать и ждать, - и он усмехнулся. К чему ждать, когда сам враг не стесняется действовать? Возможно Шершень ошибся, ввязываясь в эту авантюру? Потому что заниматься спасанием падших душ он точно не собирался.

Отредактировано Шершень (20-03-2019 17:17:05)

+7

225

Надо поговорить с Соболем.
Овсянка еще не успела поймать чужого взгляда, как напряглась, чуть ли даже не подорвалась с собственного места. Хоть сейчас.
Доверь это мне, — прилив холодного напряжения несколько подавил тревогу, оставив кошку наедине с собственными мыслями. Не было больше этого звенящего шума, вызванного паникой, страха, который по началу вызвал весь этот разговор. И то ли дело было в серьезности вопроса, то ли в сверлящем дыру взгляде Белоснежки.
В любом случае, Овсянке тяжело было представить, чтобы кто-то смог разговорить Соболя на эту тему так, чтобы тот не закрыл пасть, не развернулся и не ушел к Звездопаду спустя секунду разговора, — она коротко обежала взглядом сидящих вокруг — да, все они напористые, захотят — свое возьмут, но это совершенно не те качества, которые нужны при допросе правой лапы предводителя. Более того, верной лапы.
Овсянка бы и поверила, что соплеменники смогут сдержать свои порывы и подыграть ради благого дела, но не в нынешнем состоянии. Нельзя доверять своим импульсам, тем более когда пытаешься уличить соплеменника в грязных делах.

Только в поисках мелочей не забывай об осторожности, — ненавязчиво выдала палевая, поглядывая на Суховея снизу вверх. Первую ошибку по осторожности они и так все допустили — в кругу появились три пары нежеланных ушей. И ладно если бы уши остались ушами, некоторые из них решили включиться в обсуждение.

Потому что ты ее не решишь.

Взгляд соплеменницы, одна эта фраза словно окатили Овсянку ледяной водой за самую шкирку.

С чего такая уверенность?
Почему я не решу?
Кому вообще под силу решить такое?

Если бы она сидела здесь одна, у неё бы затряслись лапы. Если бы сидела здесь одна, скорее всего, ткнулась мордой в ближайшие заросли, лишь бы только не чувствовать за спиной гнетущие воспоминания из своего ученичества. Она достаточно наслушалась всех "ты не", чтобы вновь закапываться в собственную неуверенность еще глубже. Однако эта фраза все еще преследует ее. Даже после стольких лун. Если бы только она сидела здесь одна...
Но их вокруг слишком много, так что Овсянка шумно набирает в воздух легкие и замирает так на пару секунд, пока еле заметная дрожь не уймется в плечах.

Даже ты её не решишь.

Я не собираюсь решать её одна,не для того мы все вместе здесь сидим? Не для того многие луны назад коты решили собраться в общее племя? Выдерживая взгляд Белоснежки, в перерыве между словами и вдохом Овсянке приходится сцепить зубы, чтобы те не заклацали в мелкой дрожи от внутреннего напряжения. Морду словно свело, и голос тяжело держать ровным. Просто невероятно, как одной фразой можно затронуть хрупкое самолюбие. — Если бы Звездопад действовал действительно умно, мы бы не сидели сейчас здесь. Мы бы даже ничего не узнали и продолжали действовать привычно. Если он действительно виновен, попытки "отбелить" себя лишь подтвердят наши догадки.
Челюсти так сильно сжимаются, что начинают побаливать скулы. Пожалуй, пора действительно перестать принимать все так близко к сердцу. Особенно от каждого кота и кошки.
Нет, но я бы точно не сидела бы сложа лапы, дожидаясь, пока он решит подставить кого-то из племени, — поведя ушами, она делает паузу, чтобы дослушать соплеменницу. — А при таком раскладе ты будешь в первых рядах на эту "чистку", если решишь выставить его в таком свете на Совете, — в словах Овсянки нет и намека на язву, лишь искреннее беспокойство. — Можешь поручиться, что все просто так тебе поверят?

В случае с Советом воительница не столько боялась других племен и чужого осуждения, сколько страшилась реакции собственных соплеменников. Ей казалось, что подобное заявление не воспримут рационально даже сами ветряки. И уж если они правда верны своему предводителю, а предводитель правда виновен в своих грехах — как долго еще можно продержаться после Совета? Как быстро можно навлечь на себя чужой гнев за такие слова? Ум умом, действия действиями, острота мыслей остротой, но перед толпой беспомощен любой.
Поэтому нельзя все делать в одиночку.

Соболь не из тех, кто будет играть на два лагеря, — тоже осторожное предположение. Кто-то может сказать, что Овсянка просто слишком верна собственному отцу и слишком любит его, чтобы принимать действительность, но в данном случае она просто хорошо его знала. Для неё это было голым фактом, не более. — Именно поэтому с ним надо вести себя осторожней, чтобы он выбрал нужную сторону. Он живет на благо племени. Не для Звездопада.
Его вера в предводителя просто оправдана Воинским Законом. Даже если бы Соболь и заметил что-то странное в поведении предводителя, его уверенность в том, что все действия Звездопада истинно верные и направлены на благо племени, тут же оправдала бы главу племени. Нужно просто уверить Соболя, что он заблуждается.
Но давить на него нельзя.
Наверное.

Отредактировано Овсянка (21-03-2019 23:28:14)

+8

226

--> Детская

Потихоньку подбираясь к центру главной поляны, Ёлочка все же старалась не привлекать много внимания. Как-то незаметно для себя она даже шла, чуть прижимаясь к земле - это тело кошечки отражало то, что было у нее на уме. Ёлочка изо всех сил гнала мысли о том, будто она провинилась, выйдя из детской. Но ведь другие котята выходили сюда поиграть, я видела! - Ёлочка честно пыталась оправдать себя. Даже на секунду она сама в это поверила и чуть расправила плечи, - Значит, и я!.. И я... могу? Но потом сомнения снова взяли верх, и кошечка стала опасливо выискивать неодобрительный взгляд: ей чудилось, будто из палатки на нее укоризненно таращится какой-нибудь ворчливый старейшина.
Но, кажется, сегодня всем было не до неё: в воздухе царило напряжение, соплеменники осторожно переговаривались между собой. Ёлочка не сразу обратила внимание на скопление котов чуть в отдалении от центра поляны, будучи озабоченной своими страхами. Основную массу собравшихся составляли воители, но также присутствовало несколько оруженосцев. Последние, словно тени, сидели чуть позади старших и только наблюдали. Да здесь же почти все племя собралось! Тут явно что-то посерьезнее патруля...
Тревога сменилась любопытством, а цель, с которой Ёлочка изначально пришла сюда, осталась где-то на полпути в детскую. Озабоченные важными переговорами воины были как раз на лапу Ёлочке, которая не хотела упускать возможности подслушать и при этом остаться незамеченной. От котят и так вечно все скрывают! - С обидой подумала кошечка, в очередной раз ища оправдание своему поступку. Ничего не случится, если я немного послушаю... а потом сразу вернусь назад!
Так, усевшись достаточно далеко, чтобы не быть слишком подозрительной, но достаточно близко, чтобы суметь расслышать разговоры, она постаралась придать своей мордочке максимально безмятежный вид. Ёлочка даже решила пойти дальше и стала теребить лапкой лежавшую перед ней веточку, имитируя деятельность. Словно так и было задумано. Оставшись абсолютно довольной своей невероятной актерской игрой, кошечка едва сдержала прилив гордости, который непременно распушил бы ее шубку.
—...с ним надо вести себя осторожней, чтобы он выбрал нужную сторону. Он живет на благо племени. Не для Звездопада. - Эти слова принадлежали Овсянке. Маленькой, уютной Овсянке, что заставляла Ёлочку непроизвольно улыбаться при одном взгляде на нее. Но сейчас она не была милой, сейчас она выглядела серьезной, если не сказать воинственной. И что это она такое говорит? С кем нужно быть осторожней? Этот кто-то из нашего племени, но он может быть опасен? Опасен для Звездопада? Вопросы рождались с бешеной скоростью, и Ёлочка нахмурилась, пытаясь ухватиться за разгадку хотя бы одного, но не могла осмыслить даже половину сказанного. И разве можно жить на благо племени, но не на благо предводителя? Разве это не противоречиво? В следующую же секунду кошечка одернула себя. Глупая! Разве можно сомневаться в словах воина? Если Овсянка сказала так, значит, у нее есть причины так считать!
Услышанное еще больше заинтересовало Ёлочку, и она продолжила прислушиваться, слегка навострив ушки. Может, ей все-таки удастся понять, чем так обеспокоено племя?

Отредактировано Ёлочка (24-03-2019 20:44:54)

+5

227

ферма ---->

Пробираясь широкой, размашистой рысью, к родному лагерю, Воробейница нет-нет, да и отвлеклась на расцветающую после бесконечного сезона Голых Деревьев степь. Снег уже совсем оттаял, и шерстка все больше согревалась под солнцем, заставляя в такие счастливые минуты урчать и нежиться - так, словно все проблемы позади, оттаяли и впитались в землю подобно снегу.
А проблемы-то, оказывается, только начинались.
Сперва Воробейнице подумалось, что она пропускает то ли посвящение, то ли важное собрание племени: так много собравшихся переговаривались от приглушенного бормотания до редких выкриков, но в целом обстановка была та еще. Замедляя шаг на подступях к лагерю, рыженькая растерянно отвела уши назад, надеясь разобраться в происходящем как можно скорее. Быстрый взгляд на выступаюший камень собраний - и нет, Звездопада там не оказалось, а потому причина собрания всех присутствующих оставалась все более непонятной и интригующей.
- Эй, - обойдя бочком толпу, кошечка пробралась к Шершню и Овсянке, непонимающе переглядываясь с товарищами.
- А что тут такое? - качнув носом на всё происходящее, вопросительно изогнула хвост воительница, чувствуя, как в желудке собирается комок нехорошего предчувствия.
- И где Звездопад? Видели его? Мы там на ферме двуногих дрянь какую-то нашли, надо бы доложить, - неуверенно добавила кошечка, взволнованно забарабанив хвостом по земле.

+7

228

Овсянка улыбается, так, будто они с Утёсником поменялись ролями: шаловливый воитель готов отчитать подругу за одну мысль о возможной проделке, а она стоит, и улыбка сама расползается по её губам. Посерьёзневший Утёсник «оттаивает», ещё не готовый сказать «да» на предложение Овсянки, — да он и не скажет, ну вы что, какие шалости после приказа — но зато понявший всю комичность сложившейся ситуации. И, конечно, улыбается в ответ. По-доброму. Тепло. Нежно. Потому что в душе расцветают первые ландыши и головками тянутся к солнцу.

Овсянка подавляет улыбку и отворачивается, а Утёсник продолжает строить глупую лыбу, глядя на смутившуюся подругу. Но когда кошка, вдруг словно что-то — или кого-то — заметив, замирает, воитель приближается и качает усами в непонимании:
— Что? Что-то не так? Я что-то не так сделал?
А потом прослеживает за взглядом подруги и тоже напрягается.

Втоптанные в рыхлую почву ландыши больше не пытаются оторваться от земли.

Суховей и так никогда не вызывал у Утёсника нежных чувств, но сейчас, заметив приближение сына Звездопада, воитель мрачнеет, потому что читает во взгляде соплеменника что-то недоброе. Нехорошее. Что-то, что так и кричит: «это не должно было случиться!»

А оно взяло и случилось.

— Есть важный разговор, идёмте.

Утёсник бросает быстрый взгляд на Овсянку и торопится за Суховеем. В другой ситуации он бы съязвил, что с такой страшной мордой ничто другое, кроме как важные разговоры, и не приходит, но, видимо, сейчас тот случай, когда лучше закрыть пасть и молча следовать за котом.

— Речные были правы, Звездопад виноват во всём, — бросает Суховей. А потом начинает говорить.

Звездопад невменяем    Он хотел убить меня       Он помешался           Это не тот предводитель          Кража котят            Убийство   
       Что-то замышляется           Без ведома племени     Замышляется     Помешался       Не тот      Не тот       Невменяем    Кража   
  Котята      Убийства    Пожалуйста, хватит        Хотел меня убить      Без ведома племени     Помешался

И опять удар под дых: Утёсник пытается остановить нахлынувшие на него муравьиным роем противоречия и снять напряжение, уткнувшись в шерсть Овсянки, но спрячешься ли от собственных мыслей и чужих слов на соседнем плече? И воитель поднимает отяжелевшую голову, чувствуя, как в ответ на каждую фразу Суховея внутри что-то обрывается. Падает. Булькает. Тонет.

Возможно, какие-то надежды или воспоминания о спокойных днях. Впрочем, какая уже теперь разница.

— Многие готовы верить своему предводителю, но не все, — замечает Шершень, и Утёсник, вскинув подбородок на это заявление, встречается с его взглядом. «Прощупывает», — догадывается воитель и немного расслабляется. — «Да пожалуйста. Мне нечего скрывать».

Утёснику нечего скрывать хотя бы потому, что в чужие семейные распри он не лезет, каким бы вездесущим его ни называла Овсянка. Потому что, как известно, всё это себе дороже. Вон как вышло у Звездопада и Суховея — их перепалки и раньше не особо скрывались в племени Ветра, все знали, но не говорили об этом, потому что привыкли. И Утёсник молчал вместе с остальными, потому что его это не касалось. А теперь, смотри-ка, как прижало.

Собравшиеся принимают активное участие в решении проблемы, и даже Овсянка не остаётся в стороне. Почему «даже»? Утёсник, всегда готовый влезть в любое общее обсуждение, неуверенно мнётся и отбивает точную дробь хвостом по воздуху, понимая, что тут он вряд ли чем сможет помочь. Не потому, что духа у него хватает только на ночные проделки, а потому, что не хочет он лезть в это дело, хотя понимает, что нужно. Нужно, важно, но кот не готов. Попросту не может до сих пор поверить в случившееся. Что-то давно назревало над лагерем, но зрело как-то подозрительно долго, а теперь оно вдруг обрушилось водопадом, и Утёсника начинает заворачивать в водоворот загадочных событий. И он не может справиться с течением. Поток мыслей тянет кота вглубь его самого.

— Нужно поговорить с Соболем. И Полуночником. И нужно быть особенно внимательным ко всему происходящему вокруг. Любая мелочь может оказаться очередным Звездопадовским фокусом.

Нет. Нет-нет-нет. Пожалуйста. Шерсть на загривке Утёсника начинает медленно подниматься, а сам он под тягостным давлением воцарившейся обстановки так же неспешно опускается вниз, пока разъехавшиеся лапы локтями не упираются в землю. Он закрывает глаза. Суховей прав, теперь действительно нужно трижды думать о том, что ты говоришь и куда идёшь. Но, с другой стороны...

Он чувствует на себе косые взгляды и бросает такие же, недобрые, в ответ. Давится перед теми, кого он почему-то хочет подозревать, молчанием и тщательно взвешивает каждое слово, которое хочет сказать тем, кому доверял и не такое. И каждый раз опускает глаза перед тем, как кого-то к себе подпустить, чтобы кто-нибудь не дай Звёздное племя увидел в них страх. Страх, который можно понять по-разному.
Настали тёмные времена.

— Доверь это мне, — вызывается Овсянка, и голос кошки выводит Утёсника из коридоров мрачных мыслей. Он дёргает головой и убеждает себя, что всё это ерунда, что не будет такого, что племя Ветра не так глупо, чтобы... А чтобы что? Не начать подозревать друг друга в сообщничестве со Звездопадом?

— Только в поисках мелочей не забывай об осторожности, — предупреждает Овсянка, и мягкий голос подруги действует на яркоглазого убаюкивающе, так, что он даже на секунду задумывается о том, а не приснилось ли всё это ему? «Почему мы просто не можем жить в мире?»

Потому что обязательно найдётся кто-нибудь, кому это не понравится.

— Даже ты её не решишь, — замечает Белоснежка.
— Я не собираюсь решать её одна, — Овсянка говорит спокойно, но Утёснику не нужно читать между строк, чтобы понять, что кошке тяжело. Он хочет прижаться к ней, хочет ласково шепнуть на ухо, что всё хорошо. Но кот понимает: словами делу не поможешь. А впрочем...
— Конечно, — Утёсник выпрямляет плечи и подаётся вперёд, хотя лапам очень-очень хочется унести его куда-то в лес и подальше от всего. — Мы все должны внести свой вклад в предотвращение войны. Только равнодушный к судьбе племени или предатель не хочет этого добиться, — воитель старается не смотреть на кого-то, чтобы ненароком не вызвать возмущения; мало ли, подумают, что он кого-то подозревает. — Тёмные времена настали уже давно, но сейчас они слишком сгустились. Мы должны пролить свет на случившееся, чтобы каждый воин Ветра обо всём знал. Потом уже остальные племена. В общем, — и Утёсник делает шаг вперёд, — я готов помочь.

Шкура на его спине угрожающе трещит. Кажется, наш котёнок в теле воителя готов подрасти и повзрослеть.

Отредактировано Утёсник (25-03-2019 18:57:38)

+9

229

начало игры.

- Воробейница!
Обеспокоенная, Колючка не то выскочила, не то вывалилась из палатки оруженосцев, вздыбив загривок. Её учтивость провалилась также внезапно, как и желание не перебивать чужие разговоры зазря. Ощущая, что её опасения не проходят напрасно, Колючка  на несгибаемых лапах просеменила прямиком к только-только пришедшей Воробейнице. Возможно, стоило попросить прощение у группы воителей, возможно мирно отдыхающих после патрулей или обсуждающих планы по будущим охотам, но Колючке было совсем не до этого. Округлив глаза, она легко ткнулась Воробейнице в плечо и вытянулась, доставая губами до ее уха.
- Воробейница, Штормогрив пропал.
Скорей всего, Колючка паниковала раньше времени, но на то были свои причины: пестрошкурая ожидала всё утро своего наставника, дабы идти на тренировку, который, собственно, её наставник самолично решил устроить, о чем, конечно, предупредил Колючку. А, зная Штормогрива, просто так он не будет отменять свои планы, в особенности, если он уже оповестил остальных. На худой конец, если Звездопад решил отдать воину приказ, Штормогрив, несомненно, нашел бы способ, чтобы передать Колючке, что все задуманное отменяется: она прождала наставника длительное время, и вот сейчас, когда рыжий силуэт Воробейницы скользнул в лагерь, поняла, что необходимо действовать.
- Я не вижу его среди остальных: на поляне он так и не появлялся, и я подумала – не случилось ли чего?..
Она обогнула взглядом каждого кота, находящегося на поляне, задержалась глазами на каждом углу, едва-едва заметном для ее зрения, но не обнаружила родной огненной шерсти, отчего нахмурилась еще больше.
- Я, конечно, хотела это рассказать Вьюговею, – её привычка называть отца по имени имела место быть: Колючка не так часто наблюдала палевую шерсть на протяжении всего детства в Яслях: - Но его не оказалось в лагере. Мама тоже куда-то ушла, но их я, по крайней мере, видела раньше, да и у них не было никаких планов со мной. А Штормогрив, едва наша предыдущая тренировка закончилась, ушел. И не возвращался – я точно в этом уверена.
Колючка не боялась ни лесных зверей, поджидающих за пределами лагеря, ни чужих котов, готовых убить любое движущееся существо. Но она боялась растерять слишком быстро тех, кто был ей дорог. И, поддаваясь нервной панике, пестрая прекрасно понимала, что сейчас, возможно, именно тот момент, когда стоит по-настоящему бояться.
- Надо найти его, - выдохнула ученица, а затем сразу же добавила:  - Я пойду с тобой. Если не возьмешь – пойду все равно.
Упорство вмешались воедино с неосознанными принятыми решениями за других, поэтому Колючка так небрежно выдохнула эту фразу, а затем только подумала и, извиняясь, прижала уши к голове:
- Если ты, конечно, согласишься мне помочь. Если нет – я попрошу кого-нибудь другого.
«Но мне очень хотелось бы, чтобы это была ты»

+7

230

Доверь это мне.
Что-то опустилось внутри - противоречие, страх. Он не мог никому доверять полностью, даже ей. Он не сомневался, что она найдет подход, найдет слова, и вообще разговорит любого кота, а своего отца в особенности, но любая вещь, которая не была под контролем Суховея, заставляла его шерсть стоять дыбом. И поэтому он оставил это без ответа. Он должен был подслушать, узнать, получить любую другую гарантию, что Овсянка его не предаст, не красивыми убеждениями-метафорами, а чем-то более существенным.

И он получил.

— Я не собираюсь решать её одна.

Белоснежка смотрела на нее с принижением, и Суховей был готов за одно вот это вот "ты не решишь" выгнать эту белую гору говорливого меха прочь. Но он не мог терять этой поддержки, пусть даже если и мнимой. Ему вообще было тяжело оценивать ситуацию вокруг себя и что-либо делать, пока рядом не появилась та, что зародила в нем холодный рассудок и орлиное наблюдение. Суховей по привычке слегка вытянул шею, как делал всегда, чтобы казаться выше, сильнее и правее. Сейчас, когда он мог подозревать в чем угодно даже собственную наставницу, ему как никогда это все было нужно.

Тяжелый вздох и выразительный взгляд - он не мог говорить с Гончей обо всем сейчас. Но он не сомневался, что она и так догадывалась о происходящем, сложить два и два тут не составляло особых усилий, более того, все это давно уже складывалось перед ее глазами.

Все вокруг требовали от него что-то, намекали на всякое дерьмо и пытались спланировать то, что спланировать было нельзя. Много слов, мало действий. Советы, Соболь, подстава. Спровоцировать Звездопада? Суховей пытался делать это всю жизнь, и пора уже было признать, что получать от отца желаемое у него никогда не получалось. Это не имело никакого смысла, все равно, что управлять тупой собакой. Они были слишком разные и Суховей не хотел иметь с ним больше дел. Привести на Совет и спровоцировать, взмахивая перед его носом шкурой Воробейницы? К черту, "к черту". Опротивило быть мишенью до коликов, каждый раз удивляться, когда реакция отца не совпадала с его ожиданиями, раздражаться из-за этого и придумывать новые подставы. На этот раз он будет действовать иначе.

- И как бы ты подстроила ситуацию? - давай, расскажи, раз самая умная, - Дать кого-нибудь убить на Совете? "Эй, Звездопад, тут так много предводителей, не хочешь перерезать глотку самому жирному? А мы всем племенем поможем", - абсурд, идиотизм, - даже если племена узнают о проделках Звездопада, племя Ветра будет пожизненно у всех в долгу, только самый сытый и счастливый поверит в историю несчастного обманутого народа и не воспользуется этой уязвимостью.

И это было правдой, потому что Суховей бы ей воспользовался непременно и с великой радостью.

Сколько уже времени прошло? Дело близится к вечеру, а Звездопада до сих пор нет в лагере и одни только ежи знают, где он и чем занимается. Планировать что-либо с этим котом бессмысленно. Наша задача сейчас - создать собственную оборону, оборону правды и голоса разума.

И Суховей был рад слышать согласие с его словами.

Только равнодушный к судьбе племени или предатель не хочет этого добиться.
Суховей кивает, все так, он запомнит эту фразу, как самый главный аргумент для всех несогласных с ним. А затем поворачивается к Овсянке.

- Доверяю, - такое тошнотворное, болезненное, вымученное, но правдивое, всегда правдивое. Он смотрел на Овсянку, как на убегающего жирного кролика, только сюда нужно было подставить что-то более изысканное и метафоричное, чего Суховей, конечно же, не умел. Он просто боялся за нее, действительно боялся.

- Спасибо. Пока Овсянка не поговорит с Соболем, никто больше из племени не должен об этом знать, иначе самые преданные побегут искать Звездопада и жаловаться, иные - распространять информацию по всему лесу. Будет много волнений и лишнего шума, каждый начнет делать то, что считает верным для себя. Племя должно узнать об этом либо от Соболя на общем собрании, чтобы мы все приняли участие в обсуждении и решили, что с этим делать, либо, в крайнем случае перед грозящей нам всем опасностью.

Равноправие, мать его.

А потом он видит на выходе из лагеря то самое рыжее пятно, ради которого почти срывается с места, но подходит медленно, переваривая в голове все свои мысли, возможности и теории.

- Привет, Воробейница, - почти с любовью, со страстью долгого ожидания. Как же давно они так близко не общались, как же сильно он скучал по этому их общению после роковых слов его папочки. Только вот не он единственный в ней нуждался, а еще и всякие жуки да колючки, всякая дрянь, которая к шерсти липнет и которую только зубами выковыривать.

Она никуда не пойдет. Суховей холодно смотрит на подошедшего оруженосца. Эта мелочь не даст ему все испортить.

- Сходи со старшими воителями, - указывает на котов позади себя - все как на подбор, выбирай - не хочу. Сам, оглядывая воителей, кивает на Колючку, знак дает, мол заберите ее кто-нибудь, - А мы подождем Звездопада здесь, - кот поворачивается к Воробейнице, - соскучилась небось по нему?

Суховей улыбается от своего превосходства, от владения этим их секретом, знанием о котором он пока ни с кем кроме Воробейницы делиться не собирался. Он знает, что она без него - ничто, пустышка, что отец скорее всего управляет ее глупым наивным ветреным рассудком для умаления своих старческих притязаний. И если она сейчас ищет Звездопада, значит они еще не виделись, значит она еще ничего не знает и плана на этот случай у папочки заготовлено не было.

Отредактировано Суховей (26-03-2019 19:55:09)

+12

231

Рыженькая воительница, оторопело вытягивая тонкую шею и ушки, так и не дождалась ответа от Шершня и Овсянки, бегло переглядывая с соплеменника на соплеменника. Удивленная, растерянная, даже немного предки как признать испуганная кошечка нервно перебирала передними лапами, взрыхляя влажную, истоптанную десятками кошачьих лап землю.
- Воробейница!
Звонкий окрик заставил рыженькую едва ли не подскочить: сердце ухнуло вниз, и юная воительница вздрогнула, оборачиваясь на лепечущую к ней со всех лап малышку-Колючку. Девочка была так встревожена, что Воробейница едва не закусила дрогнувшую в панике нижнюю губу, наклоняясь к крапчатой соплеменнице поближе.
Однако Колючка, словно поймав встречный порыв бывшей ученицы Звездопада, потянулась к ней, прошептав на ухо страшные слова:
— Воробейница, Штормогрив пропал.
- Как пропал? - взволнованно, хоть и негромко, переспросила воительница, осматриваясь среди старших.
- Так вот чего так все всполошились?..
Колючка заболботала о том, что рыжий здоровяк куда-то запропастился, и Воробейница, прежде уверенная и решительная, затопталась на месте, совершенно оглушенная происходящей на поляне смутой.
— Надо найти его, — выдохнула ученица, а затем сразу же добавила:  — Я пойду с тобой. Если не возьмешь — пойду все равно. Если ты, конечно, согласишься мне помочь. Если нет — я попрошу кого-нибудь другого.
- Какая упрямая девочка, - растерянно пробормотала Воробейница, впрочем, возвращая взгляд на крапчатую ученицу и придавая мордашке легкую тень улыбки, мол, ничего, Колючка, прорвемся.
- Конечно, давай я... - и голос оборвался, едва рыжая встретилась взглядом к подходящему, совершенно-не-такому, жутковатому Суховею.
Жутковатым было то, что мрачный сын предводителя улыбался, и кошка почувствовала, как на загривке прошлись мурашки.
— Привет, Воробейница, — низкий, хрипловатый, почти томный голос палевого самца вернули Воробейницу в их незапланированную ночную прогулку, и она, нервной усмешкой возвращая испуганным глазам привычный бесноватый блик, прикрыла передние лапы хвостом.
Чтобы не видел, как дрожали.
- Суховей? - бодрый, такой присущий Воробейнице голос окликнул воителя, и она чуть подняла уголки губ в улыбке. Бросив короткий взгляд на Колючку, рыжая чуть склонилась к уху самца:
- Это из-за пропажи Штормогрива так все всполошились, ты не знаешь? - словно особенно доверительно, рыжая подняла ушки в очаровательном недоумении, с хорошо прикрытым удивлением натыкаясь на резкость Суховея.
— Сходи со старшими воителями. А мы подождем Звездопада здесь, — кот поворачивается к Воробейнице, и она, плохо скрывая растерянность, нахмурилась, — соскучилась небось по нему?
Лапы перестали дрожать, и кошку словно припечатало к земле.
Блефует?
Знает?

Воробейница промолчала, приподняв одну бровь.
- На ферме нашли странные трупы мышей. Пахло ужасно. Предводитель должен знать, да и пропажа Штормогрива, - а Воробейница не сомневалась, что Колючка не стала бы раздувать из мухи кота, - что-то тут нечисто. Как думаешь... - да, я спрошу твое мнение, я потешу твое самолюбие, склонившись к тебе чуть ближе, - с чем это все связано? Может, я все же схожу с Колючкой на разведку?

Отредактировано Воробейница (28-03-2019 20:52:38)

+8

232

Каждое слово Суховея, ядом разливающееся внутри Колючки, нестерпимо жгло, но в ответ пестрая лишь отвела уши, стремясь не слушать голос сына предводителя, не видеть его. Направляя все свое внимание на Воробейницу, Колючка обеспокоенно пару раз взмахнула хвостом, но вытянулась по струнке и больше не двигалась – её заметили, а значит суетиться не требовалось. Только бы ее слова не были отпущены в пустоту, только бы Воробейница откликнулась. Колючка не хотела идти с другими соплеменниками, в особенности представленными Суховеем. Что-то отторгающее и пугающее одновременно терзало маленькое сердечко Колючки – она не чувствовала себя в безопасности, а потому все сильней и сильней цеплялась за тонколапый образ Воробейницы, стремясь не выпускать её из поля зрения. Стремясь держать себя в лапах.
- Он сказал, что пойдет охотиться с тобой. Сказал и ушёл. Ты вернулась – его нет. Ты знаешь, где он может быть?
«Ты спрятала его?»
Мигом выбрасывая скверные мысли из головы, Колючка всё же позволила себе перевести хмурый взгляд на Суховея, осмотреть его, найти черты Звездопада и хотя бы на секунду почувствовать себя в большей защищенности, нежели ранее. Суховей – не Звездопад, но это не мешало Колючке сделать хотя бы на минуту вид, что рядом предводитель – рядом спокойствие. И даже боевое ранение – рассекающая морду Суховея рана от когтей – не могло испугать только начинающую обучаться. В её голове тотчас появилась логическая цепочка, в конце которой воитель и получил ранение. Возможно, Суховея стоило уважать – возможно, он защищал границы от чужих племен или от чего похуже, вот только нужные эмоции все равно не приходили в голову. Колючка не видела в нём определенной черты – той самой, которая проглядывалась в Воробейнице, в Звездопаде. В Штормогриве.
«Я могу сходить одна. Могла бы. Если бы знала территории. Заблужусь – нарушу воинский закон – нет-нет, нельзя. Воробейница точно знает, куда мог уйти Штормогрив – возможно, они разошлись в процессе тренировки. Только он не вернулся. Он не оставил бы»
Рваные мысли заполоняли голову, заставляя Колючку еще больше нервничать, но, тем не менее, она не позволяла открыть себе рот, пока старшие разговаривают. Возможно, о серьезном. Слова Воробейницы, сказанные о ферме и мышах заинтересовали пестрошкурую, но она не подала и виду – лишь дернула ухом, постаралась уловить суть разговора и одновременно осмотреться – вдруг Штормогрив придет? Вдруг, он просто... Просто уснул после охоты? Нет, Предки, такое бы точно не произошло. Скорей всего, его взяли в плен, а может быть он и вовсе сейчас отбивается от недругов тогда как она, его храбрая ученица, сидит в лагере и тратит время?
«Возьмешь других – они тебя заведут не туда. Воробейница точно знает – она нужна тебе. И нужна всем»
Колючка врала, но врала в первую очередь самой себе, говоря о том, что возьмет c собой других. Ей сообщили одну информацию, и она обязала себя верить исключительно этой информации, отчего и старалась заглушить горящее сердце, с трудом останавливала себя от необдуманных решений. Она дождется. Обязательно дождется.

Отредактировано Колючка (29-03-2019 02:01:36)

+5

233

С холодным любопытством Шершень вглядывался в морды присутствующих, буквально чувствуя, как каждого охватывает это лихорадочное-тревожное волнение, граничащее с помешательством  - как тонок баланс рациональности и безумия? И ему определено было не плевать на судьбу своего племени, хотя бы до тех пор, пока его шкура мелькает в рядах вольного народа пустошей. Но чем дальше, тем утомляюще звучали голоса соплеменников: слишком обобщенно, слишком пресно, а все эти песни о пресвятом единстве, стремления сохранить мир во всем мире его не трогают.

Впрочем, когда рядом образовалась та самая соплеменница, принося на своей шёрстке ворох странных, точно знакомых ему запахов, задаваясь вполне очевидным вопросом, воитель невозмутимо расправился.

Заговор, — Шершень сардонически улыбнулся, почти невинно склоняя голову в глумливой ужимке. Он шутил, конечно, шутил: Воробейница ведь не глупая кошка, но все такая же по-юношески наивная. Да и станет ли кто подозревать, что они тут занимались такими серьёзными вещами, подвергая свои хвосты неоправданному риску.

Мы сделаем все, что в наших силах и даже больше, — воодушевленно произнес кот куда-то в пустоту, поднимаясь с нагретого места, чтобы наконец покинуть душное сборище, но янтарные глаза так удачно зацепились за палевую шерсть подруги, скользнув взглядом по растревоженным чертам - и этот жест неожиданно пробудил в голове навязчивые воспоминания, где давно уже не осталось абсолютно ничего светлого, прежнего. — а в пропасть тоже за ним прыгнешь? — совсем тихое, над самым ухом, предназначенное только для Овсянки. Впрочем, ответ его не волнует, и даже эти милые переглядки уже кажутся тупой игрой больного воображения, поэтому он разворачивается и уходит, не желая быть в этом гармоничном союзе третьим / запасным колесом. Тем более, у него есть одно незавершённое дело.

ферма

Отредактировано Шершень (30-03-2019 23:34:03)

+6

234

- А кто расскажет Звездопаду о мышках? Посторонние запахи, следы - тут каждая мелочь важна, тебе ли не знать.

Суховей уверен в том, что это снова папины проделки, слишком много совпадений. Для чего - неясно, просто так, для развлечения, привлечения чего или кого-либо, собак например. Звездопад слишком хорошо скрывал себя, просто идеально пользуясь своими полномочиями. И даже если его могли бы обнаружить неподалеку - его совесть была заведомо чиста, ведь все предводители святые, воображаемыми призраками благословленные. Как же тошнило от осознания этого многолетнего лесного заговора.

- Колючка, почему ты до сих пор стоишь здесь? Тебе совсем твой наставник не дорог? Давно бы взяла с собой Утесника и сбегала на разведку. В таких случаях нельзя терять ни секунды, - он пытливо смотрит на нее, - давай, иди уже, сколько можно.

Суховей садится между ней и Воробейницей, еще раз из-за спины бросая недовольный взгляд на оруженосца и кивая в сторону воинской палатки. А потом поворачивается к рыжей, такой милой и наивной, словно бы не причастной ни к чему, Воробейнице.

- Все обсуждают непристойное поведение Звездопада, - сразу в лоб, - думаешь, ваша тайна смогла бы прожить еще двести лун? Хочешь вместе с ним все племя Ветра опозорить?

Вглядывается в просторы пустоши позади, чувствует носом приближающийся патруль, говорит чуть быстрее, чтобы никто не успел подслушать, наблюдает за каждым шорохом за чужой спиной.

- Только не дергайся, если хочешь на этот раз выйти сухой из воды. Я понимаю, что это все влияние, предводительская должность, такому коту хочется верить. Но ты же умная кошка, Воробейница. Неужели ты не видишь, что это все ненормально?

Давай же, милая, подумай немного своим мозгом, пока у тебя есть шанс на выживание и чистую совесть.

- Что он просто пользуется тобой?

Смотрит пытливо, а после переводит взгляд на подошедшего Соболя. Чудесно. И не вставая с места одаривает его приветственной улыбкой и мнимой доброжелательностью.

- Чудесный вечер для разговоров, Соболь. Воробейница как раз рассказывала про мертвых мышат и у нас с Овсянкой даже есть ответ на все то, что в последнее время угрожает нашему племени, - и вот он уже чувствует полевой запах кошки, на которую совсем недавно положил все свое доверие и надежду.

Отредактировано Суховей (01-04-2019 18:01:11)

+10

235

— Хочешь показать Звездопаду, что он потерял, выбрав не ту? - Гончая, замерев, перевела немигающий взгляд на Белоснежку. Чёрная губа едва заметно дёрнулась, стоило соплеменнице нарушить хрупкую границу личного пространства и оказаться слишком близко.
- Хочу лучшей доли для племени Ветра. Но смотри, как бы из-за тебя я не пожалела о выборе стороны, - отрезала серебристая кошка, отворачиваясь от вынужденной собеседницы и обращая внимание обратно на говоривших котов. Суховей и Шершень, конечно, оказались в центре водоворота, и теперь Гончая, оценивающе глядя на них, думала о мотивах. Её бывший ученик, несомненно, нисколько не нуждался в рассказе о тяжёлой судьбе - его путь, кажется, был предопределён ещё давно. Другие же, окружавшие сына предводителя, казались схожими с попыткой разглядеть что-то на дне мутной лужи: наверняка хотели проявить себя, а лицо, что станет предводителем восстания, было делом второстепенным.

- Я думаю, тебе стоит вглядеться в неё получше, Суховей, - хрипло усмехается Гончая, не сводя взгляда, мало чего выражающего, с рыжей фигурки. Но теперь, когда ей не следует держать копившееся последние луны, обретает возможность высказаться всласть. - Не будь наивным: последние луны эта пай-кошечка проводит не с нашим предводителем, а под ним. - воительница приближается к уху своего бывшего ученика, как недавно Белоснежка, говорит едва слышными, шипящими звуками. - Может, она уже носит их выродков? Судя по её взгляду, она этого явно хочет. -  отстраняясь от Суховея, кошка поднялась с места и быстрым шагом направилась в сторону выхода из лагеря. Вероятно, излишне погруженная в свои мысли и потому не успевая сманеврировать, задевает чьё-то плечо, поднимая голову и с немым вызовом глядя на того, кто так невовремя вырвал её из чертог подсознания.

+10

236

--> ферма
Шип шел замыкая отряд и только ближе к лагерю сообщил Соболю, что собирается немного поохотится. Отойдя от отряда, он мимолетно заметил пробегающего мимо кролика, но бежать за ним уже было бессмысленно - ушастый быстро скрылся где-то в кустах. Зато, внимание привлекла белка, копошащаяся в корнях дерева. Ловко настигнув добычу, серогривый вошел в лагерь практически одновременно с патрулем, но на входе столкнулся с Гончей, что очень целеустремленно покидала поляну. На которой, к слову, было целое столпотворение. Воин задержался взглядом на морде соплеменницы. Та явно недовольна.
- Все в порядке? - он чуть склонил голову, - Будешь?
Пусть не кролик, но воинам зачастую доставались уже остывшие тушки. Свежачок несли королевам да котятам, а тут кровяная, горячая белка. По сути не справедливо, что воители не успевают урвать себе лакомые кусочки. Стараешься, работаешь на благо племени и вот тебе благодарность. В патрули ходи, свежачок отдавай, лагерь стереги.
Шип перевел взгляд с Гончей на толпу, что замолкла как раз когда пришел отряд. Звездопадом поблизости и не пахло, а значит не собрание. А что тогда? Бунт? Да нет, бред какой-то. Пройдя к краю поляны, воин устроился неподалеку от толпы, но сохраняя при этом отличный обзор.

+6

237

> ферма двуногих
Соболь был раздражен, хотя старался особо не показывать этого. Он не спит нормально вторые сутки, а живот разрывает от голода, однако сейчас есть более важные заботы. У глашатая так всегда: он лучше отдастся делу на все двести процентов и завершит начатое и лишь потом нормально отдохнет и заполнит желудок. Как пагубно подобный образ жизни влиял на самочувствие и здоровье кота не волновало - долг перед Племенем Ветра прежде всего. Возможно, именно благодаря такой сильной черте характера, как стойкость, Соболь и занял такую важную должность и до сих пор не слетел с нее.
Когда патруль уже подходил к лагерю, Шип решил отлучится для охоты. Нехотя кивнув, как бы давая свое разрешение (оно не требовалось), полосатый шумно вздохнул. Вряд ли в окрестностях лагеря старшему воителю что-то могло навредить, но был дан приказ, чтобы по одиночке никто не шастал по территории племени. Шип, конечно, не свалил по-тихому, как это сделала Воробейница, но неприятное чувство где-то внутри груди проскользнуло. Глашатай был не в силах читать нотации. Он просто хотел дойти до дома, обговорить все с предводителем и уснуть.
Однако для сна уже не было времени, ведь из-за верхушек деревьев показались первые лучи солнышка, где-то вдали запели утренние птахи. Скорчив гримасу, полную недовольства, Соболь вошел в лагерь и оглядел главную поляну.
- Шип, - вислоухий даже не оборачивался, а его взгляд не был ни на что сфокусирован. В голосе четко прослушивались ноты усталости. - Не забудь поведать обо всем Полуночнику. Но сами никуда не ходите, отправь целителя потом ко мне.
Глашатай отошел куда-то вбок и уселся на землю, чтобы собрать с мыслями. Все действительно происходящее очень странное и экстренное, но прежде чем идти к Звездопаду, нужно все обдумать самостоятельно, чтобы во время разговора изложить все кратко. Соболь так, конечно же, не умел.
- Нет, не очень чудесный момент для разговоров, - когда подошел Суховей, глашатай чуть-чуть оживился: выпрямил спину и прокашлялся. - Да уж, Воробейница... Я не уверен, что она смогла рассказать все четко и подробно, ведь она ушла раньше всех. Потом наш патруль смог еще чуть-чуть узнать и выстроить некоторые догадки.
"Овсянка?" - до боли родной запах молодой кошечки почувствовался моментально, и Соболь улыбнулся. Он был так рад видеть свою дочь, что вся раздраженность и усталость мигом отошла на второй план. Хотелось сейчас прижаться к Овсянке всем телом, но из-за присутствия сына Звездопада вислоухий кот ограничил себя лишь улыбкой.
- Привет, милая Овсянка. - ну а после приветствия глашатай вновь откинул свои отцовские чувства куда-то в сторону. Сейчас совершенно не до них. - Во-первых, в каком смысле "у вас"? И во-вторых, как вы успели тут найти "четкий ответ", даже не побывав на самой Ферме? Но если вам есть что сказать - пожалуйста, я вас выслушаю.
Грубо стукнув хвостом по влажной почве, Соболь одарил  своим вниманием Суховея и Овсянку. Становилось жарко.

+6

238

— Он сказал, что пойдет охотиться с тобой. Сказал и ушёл. Ты вернулась — его нет. Ты знаешь, где он может быть?
Односложные, а оттого немного обвинительные фразы малышки-Колючки врезались в воспаленное сознание кошечки, которая едва-едва пыталась уловить происходящее. Смута, непонимания, переговоры и шепотки - и апофеозом всему донельзя странное выражение морды Суховея, отчего в горле - созвучно его имени - пересохло.
- Да, но на охоте мы разделились. Он был... подавлен и убежал. А я вернулась, очень давно, и потом мы ушли в патруль - в котором, кстати, случилось кое-что важное, - выделенная интонацией последняя фраза предназначалась исключительно Суховею, но тот абсолютно не реагировал, оттесняя пеструю ученицу от Воробейницы.
К горлу подступил комок едкой паники.
— Колючка, почему ты до сих пор стоишь здесь? Тебе совсем твой наставник не дорог? Давно бы взяла с собой Утесника и сбегала на разведку. В таких случаях нельзя терять ни секунды, — он пытливо смотрит на ученицу, и оттесненной Воробейнице остается только переглядывать через его плечо на Колючку да старательно прятать в глазах испуг, — давай, иди уже, сколько можно.
И хотелось бы шепнуть малышке "я тебя догоню, не волнуйся" - но слова никак не подбирались, и воительница, пряча беспомощный взгляд, посмотрела на Суховея.
Он был близко, и рыжая не смела отстраняться, до больного вспоминая ночь их неожиданных откровений и пытаясь вернуть себя в то состояние. Да, тогда воительница была убедительна.
— Все обсуждают непристойное поведение Звездопада, — сразу в лоб, и кошка в абсолютно искреннем изумлении отвела назад уши, — думаешь, ваша тайна смогла бы прожить еще двести лун? Хочешь вместе с ним все племя Ветра опозорить?
Тишина.
Ваша тайна.
— Только не дергайся, если хочешь на этот раз выйти сухой из воды. Я понимаю, что это все влияние, предводительская должность, такому коту хочется верить. Но ты же умная кошка, Воробейница. Неужели ты не видишь, что это все ненормально?
В ушах застучал пульс, и растерянное выражение мордахи наверняка спасало кошечку. Она дышала коротко и часто, словно перепуганная пичуга - Суховей не мог этого не видеть.
— Что он просто пользуется тобой?
- Я знала, что ты поймешь, - тихий, робкий девичий шепот.
— Не будь наивным: последние луны эта пай-кошечка проводит не с нашим предводителем, а под ним, - слова подошедшей Гончей почти засыпали последние пригорстни земли в могилу Воробейницы, но даже тотальный шок и испуг не могли удержать кошку от упрямого, прищуренного взгляда на Гончую. Предки, как же хотелось заткнуть её когтями!
Творится что-то неладное, и если Суховей - тот самый Суховей, который неожиданно обрел авторитет - верит испуганной Воробейнице, значит, так тому и быть.
— Может, она уже носит их выродков? Судя по её взгляду, она этого явно хочет.
Провожая Гончую испепеляющим взглядом, доселе молчавшая Воробейница медленно, робко перевела взгляд на Суховея. С этой сучковатой дамой рыжая поквитается - уж когда-нибудь точно! - и предкам одним известно, как она узнала...
- Я... не хочу об этом говорить, - и будь оно сказано с интонацией уверенной кошки, оказалось бы правдой. Но... игривое, разномастное детство Воробейницы вкупе со сложными отношениями с матерью научили кошечку выживанию, и она умудрилась сморгнуть с глаз несколько непрошенных слезинок.
Пусть Суховей ей верит.
Пусть видит, как она скрывает эмоции от Соболя.
Пусть Воробейница молчит, тихой рыжей тенью держась поблизости к Суховею.
Пусть Звездопад держится подальше отсюда.

+8

239

Услышав голос Утёсника, Овсянка чуть приободрилась и, коснувшись глазами чужого взгляда, слабо прищурилась. Тень улыбки тронула только её глаза, и вряд ли кто-то, кроме друга, это смог бы заметить. Спасибо.

Казалось, в круг этого "тайного" собрания уж больше никто не смог бы втянуться, но нет: новые уши все прибывали и прибывали, и становилось ясно, что весь этот сбор пора давно разогнать, а обсуждение закончить. Но новые мордочки так быстро вклинивались в их тесный круг, что предотвратить это толком никак было нельзя. Палевая только скосила глаза на Колючку и напряженно пробежалась взглядом по товарищам. Продолжать держать вид? Пожалуйста. Но как долго котята и юные соплеменники будут вертеться между лап?
Вздох застрял где-то в середине горла, но так и остался за зубами. Всё раздражение, которое успело накопиться в этой маленькой кошке за такой короткий отрезок времени, нашло свое отражение в словах Суховея. За что Овсянка была ему очень благодарна. Однако стоило коту начать нашептывать на ухо Воробейнице, как палевая поспешно отвела глаза и ткнулась ими в огненную шерсть.

А в пропасть тоже за ним прыгнешь?

Вдох споткнулся об удивленную паузу в гортани, и воительница только выдала глупый глухой звук. Шершень, конечно, всегда славился своей любовью к неожиданным появлениям и словам, однако подобное заявление коснулось ушей ветрячки даже без намёков на предупреждение. Проигнорировав все нотки язвы, которые буквально сквозили между слов друга, Овсянка пропустила их через себя, прежде чем коснуться чужих медных глаз взглядом. Может, если бы Шершень остался на месте еще хоть на секунду, он бы заметил, как от возмущения у воительницы вздыбился загривок. Может, если бы он простоял рядом чуть дольше, она нашлась бы с ответом.
К чему это было?
Стиснув зубы, кошка удерживает мысль на кончике языка, но так и не дает ей выхода.
Объяснение, наверное, может быть только одно. Овсянка смотрит на спину Шершня, переводит глаза на Суховея, на Утёсника, а после вновь возвращается к широким плечам.
Мальчишки.
И когда дружба из Детской, палатки оруженосцев успела перерасти в это? Не было бы это глупостью, палевая бы затаила обиду.
Но вместо этого угрюмо провожает Шершня взглядом, пока зеленые глаза не цепляются за знакомую шерсть. Губы слабо вздрагивают, словно противясь рассудку, но Овсянка все же улыбается.

Привет, — обращаясь не столько к самому Соболю, сколько ко всем пришедшим, кошка ненадолго останавливает внимание на Шипе. Как только тот отходит, она приветливо взмахивает хвостом отцу, и кончик слабо загибается, словно цепляясь за слова Суховея. Тут же глашатай меняется в выражении, и Овсянка еле удерживается, чтобы не прикрыть устало глаза. И почему Соболь вновь начал так быстро растворяться в своих делах? Помнится, пару лун назад он бы прижался к ней щекой и мурчал бы на ухо еще до самого заката. Впрочем, заметив заминку, палевая встрепенулась. — Не забывай, что Воробейница — ветряная кошка. Кажется, ты недооцениваешь скорость собственных соплеменников! — Овсянку перебивает собственный короткий смешок. Обойдя отца, она по-привычному касается своего бока своим и, дав тому привыкнуть, слабо прижимается. — У юнцов голова варит побыстрее вашего.
Ветрячка кивает на уходящего Шипа и опять улыбается. Выжидает небольшую паузу, прежде чем отстраниться от отца, но продолжает держаться рядом с ним. Через шерсть чувствует его тепло, и даже ветер кажется теперь не таким холодным. Чувствует ли он то же самое? Или ему не дает этого сделать та пелена раздражения, что затуманила ему голову? Плохо, плохо. В таком состоянии он никуда не годился для разговора.

Но если вам есть что сказать — пожалуйста, я вас выслушаю.
Сейчас страшно захотелось скосить глаза на друга, но Овсянка знала, что лишние переглядки с Суховеем не сулят ничего хорошего. Да и зачем ей на него смотреть, если они прекрасно знают все ответы?
Воробейница все рассказала, а мы быстро догадались,спиной чувствует, как гневно Соболь возит хвостом по земле, и палевая лапка слабо касается лапы глашатая. — Раз такое дело, может мы пройдемся? У меня все лапы после дозора в лагере затекли, а тебе явно не помешало бы постоять на свежем ветерке. Пойдем.
Боднув отца щекой, Овсянка поднимается с места и устремляет взгляд на выход из лагеря. Лишь бы согласился.

-> источник (?)

+10

240

Принципы дают трещину: ломаются, извиваются смертоносным змеем, кусают прямо в сердце, заставляют задержать дыхание – всего несколько слов Воробейницы бьют Колючку, заставляют отпустить всё то, что творилось на душе куда-то в небытие. Горло сжимают в тиски невидимые клыки, и Колючка пытается сделать вдох – еще один, очередной, спасительный. Чтобы не выплеснуть всё скопившееся беспокойство, переходящее в агрессию на ни в чем не повинную Воробейницу. У неё и без того, видать, проблемы.
Колючка выдыхает.
Кидая взгляд от одного на другого, она игнорирует остальных так, будто бы поляна практически пустует – не интересны, скучны. Серы, как пасмурный день. Такие же серые, какой становится и Воробейница.
Сердце Колючки – горящее, под стать горящей шерсти наставника. Её возраст позволяет совершать непоправимые поступки, от которых, как бы сильно того ни хотела сама пестрошкурая, избавиться не получится. Выпуская когти, она судорожно мечется взглядом меж двоих: Воробейницей и Суховеем. Они заодно. Все они заодно, против неё. Терпение разбивается о холодную стену старшей кошки, вместе с Звездоцаповыми принципами, стоит только Колючке поймать взгляд Воробейницы. Взгляд зажатой Воробейницы, пойманной в цепкие лапы Суховея, точно птица, попавшая в самый неблагополучный, засушливый период, куда-то в пустыню. Куда-то туда, откуда она уже не сможет выбраться со сломанный крылом.
Колючке остается только подметить, как же сильно им подходят имена. После – остается только сдержаться, чтобы не оправдать свое имя, вцепляясь колючкой в лапу Суховея, не прогнать Воробейницу прочь – чтобы спасала свои пёрышки.
Нет. Она совсем не такая. Горящее сердце ведёт её совсем в иные дали.
Прикрыв глаза, Колючка делает шаг назад – совсем незаметный – и будто бы предугадывает слова Воробейницы, отступает – даёт этим двум поговорить между собой. Правила запрещают котёнку покидать безопасную зону Лагеря, но Колючка больше не котёнок. Она – не кто иной, как оруженосец, и пусть только-только переступивший черту юности, но уже какой-никакой воитель...
« - А ты надолго, Штормогрив? Мы же хотели идти на тренировку.
- Я ненадолго. До пустоши и обратно – ты не успеешь сосчитать всю дичь в Куче. Жди меня, маленький воин»

Взгляд в последний раз касается выступающих лопаток рыжей кошки – всего на миг. Затем Колючка разворачивается и спешит прочь с поляны:
- Если решишь идти – догонишь. Ты знаешь, где искать.
А если нет – Колючку это не так сильно волнует. Она знает территории Ветра, пусть и не наизусть – пока время не пришло – но запах отличить сможет. Так же, как и сможет найти запах Штормогрива, если начнёт искать с пустошей.
По пути Колючка, наконец, выравнивает дыхание. Проиграла ли она молчаливую битву с Суховеем, или же победила, открыв глаза себе - неизвестно. Известно лишь то, что Колючке стоит после поблагодарить Суховея за то, что позволил ей расширить кругозор и отказаться от чужой помощи.
«Я иду»

пустоши – пепелище.

+7


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя ветра » главная поляна