У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
1 2 3 4 5
добро пожаловать! Последнее пристанище для каждого, кто тосковал по атмосфере канона и старого леса. Новая старая история котов-воителей. Рейтинг проекта — R.
почетные игроки
04.02 Закончилось голосование на почетного игрока и самых-самых! Поздравляем всех и приносим извинения, что не каждый смог оказаться в этой таблице, так как победителей было слишком много! Но это говорит лишь о том, что все вы - сильные, уникальные игроки, которыми мы, непременно гордимся! Наш с вами дом живет и процветает, и все благодаря вам, котики! Желаем жарких отыгрышей в этом месяце.
нужны в игру
!!! закрыта регистрация в племя Теней !!!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » речное племя » главная поляна


главная поляна

Сообщений 221 страница 236 из 236

1

http://sd.uploads.ru/vEhCf.png

главная поляна
——————————————————————
Часть суши, вдающаяся в русло реки и тем самым огибаемая водой с трёх сторон, а с четвёртой плотно окружённая тростником, являет собой лагерь Речного племени. Поляна встречает уютом и спокойствием, тихим журчанием реки и шорохом камышей. Сердце Речного племени - небольшая песчаная поляна, где воители любят нежиться на солнышке и болтать о насущном. Палатки хоть и расположены глубоко в зарослях, на поляне всё равно остаётся не так много места, но, как говорится, в тесноте, да не в обиде. Ближе к выходу в гуще тростника ночуют воители, рядом расположена скала собраний - большой округлый валун, с которого предводитель обращается к соплеменникам. Палатка лидера находится за скалой, в небольшой ложбинке. На противоположной стороне палатка старейшин, а рядом - ученическая. На безопасном расстоянии от воды в зарослях камышей живут королевы и котята. Целитель проживает обособленно от всего племени, его можно найти в дальней части лагеря в небольшой пещерке меж корней старой ивы.

+1

221

Ручей прижала уши, заступая за Ракушку так, чтобы малышка оказалась между передних лап разъяренной кошки. Просыпалось ли в синеглазке нечто глубинное, пробужденное и также быстро испепеленное златогривым лидером? Возможно. Ощущая себя небывало сильной, защищая котенка всей собой, иссиня-серая воительница где-то на подкорках сознания ощутила, что ей было так необходимо.
Впервые в жизни и в совершенно неуместной ситуации совсем еще молоденькая речная кошка осознала, что все её существо жаждало тепла и ощущения плеча рядом, сильного и незыблемого. Ручей на одно крошечное мгновение увидела где-то там, далеко, себя: тихую, умиротворенную, с ласковой улыбкой наблюдающей, как у брюшка копошатся маленькие, хорошенькие комочки. Как они растут и резвятся, сбивая хрупкую, утонченную мать с лап, и отчего-то под сердцем заныло.
Она так надеялась, что когда-нибудь под сердцем будет носить золотистых львят, но поднявшийся ветерок, всколыхнувший, казалось, не только шерсть, но и душу, впервые за это страшное после смерти Львинозвезда время прояснил крохотных огонек надежды на то, что когда-нибудь все изменится.
Когда-нибудь тоска сменится светлой грустью и благодарностью, вечной памятью коронованному речному коту, первому пробудившей в ней светлячки юной влюбленности.
Когда-нибудь под лапами Ручей окажутся самые настоящие, живые, до мозга костей и последней шерстинки речные котята.
И она будет счастлива.
Ветерок успокоился, и кошка глубоко, благодарно вдохнула преисполненный надеждой и ожиданием Юных Листьев воздух.
Впервые Ручей ощутила, что все будет хорошо.
Прищурившись от необычно яркого проблеска, серенькая скользнула взглядом к реке и удивленно вытянула уши, наткнувшись на пеструю шерсть разъяренной, по-королевски уверенной в себе уже не Оцелотки. Она рявкнула на енота, и буквально через мгновение обладатель полосатого хвоста ткнул ей в нос веничек из трав, заставляя поперхнуться и лапой прижать к себе Ракушку.
— Ручей, скажи им! - встревоженно мявкнула кроха, и кошка, тряхнув головой и избавлясь от излишних проявлений чувств от енота, глухо клацнула зубами в воздухе, предупреждая чужака уходить.
- Его не тронут, он уже уходит, - низко процедила Ручей, напряженным взглядом провожая Костика. В какой-то мере она осознала, что появление излишне дружелюбного мальца было - удивительно! - хорошим знаком, ведь под лапами у серенькой оказались смутно знакомые по запаху травы, которые наверняка пригодятся...
- Щербатая, - констатируя, бессильно пробормотала одними губами Ручей, не в силах сделать и шаг. Медленно оседая, она машинально прижала к себе Ракушку, ощущая, что происходящее вокруг потихоньку обретает если не смысл, то какую-то чудовищную закономерность.
Присмотри за нашим племенем, Львинозвезд.
Все взгляды, прикованные к телу целительницы, перемещались на новую правительницу реки, и Ручей не была исключением. Сейчас на предводительницу смотрели страждущие, вопрошающие, преисполненные последней надеждой глаза, и все ждали от неё слова.

+3

222

[indent] Сердцедуб выпрямил широкие плечи, глядя на Бурана холодным и пронзительным взглядом, однако не стал более чего-то доказывать этому коту. Тому, в чьей голове война не поселилась вместе с первозданным голодом, было абсолютно бесполезно доказывать, чего хочет племя, преисполненное яростью и желанием отомстить за все звездоцаповы обиды. Кот не мог понять попытку задеть чужую гордость словами о бездействии со стороны светлого кота, поэтому лишь обдал Бурана надменным взглядом, качнув тяжелым хвостом. Это ли была попытка обвинить в бездействии? Подавив где-то в груди намёк на раскатистый рык, Сердцедуб вновь обратил взгляд на Птицу, ища в её глазах понимание того, что было раньше сказано и согласие. Медленный, полный уважения кивок.
[indent] Он прекрасно дал соплеменникам понять, что если понадобится - эта война будет. Эта война будет здесь в любом случае для того, чтобы дать котам возможность высказать все те наболевшие обиды, в которые верхушка племени лезет грязными лапами. Сейчас, выгнув губы в гримасе презрения, кот взглянул на небесный свод, выглядевший беспечным и чистым, непонимающе поднимая брови. Удивительное везение. Енот, появившийся на поляне, выглядел не столь агрессивно, когда Буран начал атаку, из-за чего Сердцедуб раздраженно дёрнул краем уха, признавая, что в данном случае расплескивать свою хваленую мощь попросту, тратя силы на енотов, выглядело очень сомнительной затеей. Благо, зверь скрылся так же быстро, как и появился, когда на поляне показалась Оцелотка. Закаленная ледяным ветром предгорных массивов, она выглядела решительно и готово, а труп Щербатой удостоился того же холодного взгляда.
[indent] Возможно, это наказание от Звездного племени за то, что целительница не могла справиться со многими поставленными перед ней задачами? В любом случае, Щербатая сейчас в лучшем мире, а племя осталось без сильной целительницы, из-за чего Сивой придётся сильно попотеть, чтобы выдержать натиск отступающих холодов и идущих широкими шагами перемен. Сердцедуб приподнял изящную бровь, приблизившись к Ракушке и бегло зрительно проверив её на ряд видимых повреждений: целая. Ещё и с травой. Старший воитель хмыкнул в усы, повернув голову к серой ученице целительницы:
- Мне жаль, - сухое и скупое, не скрывающее должного безразличия и сказанное скорее из вежливости, - узнаёшь эту траву? - он показал лапой на прижатый к груди Ракушки веничек. Возможно, хоть в чем-то небо пытается скрасить свои ошибки. Если бы Звездопад сдох в эту ночь, это было бы лучшей поправкой Звездного племени во всей его жизни. Сердцедуб выпрямился, оказавшись носом к носу с новоиспеченной предводительницей. Видя в её глазах усталость и тупую боль, кот нахмурил брови.
[indent] - С возвращением, - осёкшись и не зная, как назвать нового лидера речного племени, кот с ожиданием взглянул на Оцелотку, безусловно, ожидая от неё действий. Но перед тем, как Оцелотка займёт заслуженное место во главе Речного племени, стоило бы добавить одну вещь: - они все готовы к тому, чтобы стать воителями.

+4

223

<<< --------------- речной берег

Крестовничек замер на спуске, жмурясь на резкий красноватый отблеск, ударивший по глазам.
Солнце. Тёплое, яркое, сияющее, согревающее. Почему-то именно этот свет вдруг оказался тем бальзамом, что был так нужен его душе.
А затем трёхцветный протиснулся сквозь вход, глубоко вдохнув свежий запах вернувшихся кошек, вышел на поляну, замер, подрагивая усами и вопросительно поигрывая глазами.
Ракушка с каким-то потрепленным веничком, взъерошенные старшие воители, разъярённая Оцелотка и – конечно, куда теперь Речное племя без этой «традиции» - тело. Этакое скромное серое тело, при приближении оказавшееся Щербатой.
- Мы должны сражаться! – кипящий крик ярости буквально разорвал его. Смерть Щербатой означало только одно: снова постаралось племя Ветра.
Снова постарался Звездопад.
Лисий недомерок.
Крестовничек забыл про охлаждающее действие льда, забыл про солнце, согревшее шкуру, забыл про Крылатку, которую во что бы то ни стало решил найти по возвращении. Щербатая – лишённая жизни целительница – ещё одно важное лицо Звёзд, оставившее племя без их поддержки, - сейчас целиком и полностью заняла его мысли.
- Оце… - ученик лишь на мгновение осёкся, задним умом поняв, что глашатаю теперь зовут по-другому. Но остановить гневный поток было невозможно.
- Мы должны отомстить! За Львинозвёзда, за Щербатую, за котят! Племя Ветра – никто, бесхребетные слабаки, они не имею права отнимать наши жизни! - трёхцветный выпустил длинные когти, полоща ими снег, и потемневшими глазами уставился на пятнистую воительницу. Предводительницу.
Она должна понять его. Она должна взять его с собой. Чего бы то ему ни стоило, он поквитается со Звездопадом.

Отредактировано Крестовничек (04-02-2019 15:38:33)

+4

224

Рядом мелькнула чья-то тень, и Буран, резко зацепив взглядом фигуру Оцелотки, напряжённо выпрямился, сощурился и отступил, зная, что кошка замечательно справится без сторонней помощи. Впрочем, этот порыв ему остался не понятен, как и непонятно бездействие некоторых соплеменников, ещё недавно жаждущих ринуться в бой с целым племенем, верша правосудие. Он встретил взгляд Сердцедуба, — если ему не изменяла память, старший воитель был назначен дозорным, но никаких предупреждений и тем более действий с его стороны не последовало, — и холодно нахмурился, отряхивая шерсть. Похоже, дальше гротеских речей и напускного величия слепая отвага не заходит. Думать о том, что на войне его спину будут прикрывать ярые радикалы, обделённые элементной бдительностью, ему не хотелось.   

На морде не шевельнулся более ни один мускул, а потому Буран, подавив ранее вспыхнувшую в душе неприязнь, посмотрел на Ручей: в желтых глазах застыл единственный, значимый для него вопрос:  «целы?», но тут же взгляд устремился за плечо воительницы, концентрируясь на неподвижном теле целительницы. Сердце стиснула глухая досад. Неужели не достаточно с Речного племени бесславных потерь? А ведь они ещё даже не успели ввязаться в настоящее кровопролитие, но уже несли непоправимые увечья.

Что произошло? — он уже не слышал тревожных голосов за спиной, игнорировал морды взбудораженных оруженосцев и гневные вопли Крестовничка, когда сделал несколько шагов навстречу Оцелотке, настаивая на объяснениях. Одного взгляда, брошенного вскользь, хватило, чтобы увидеть очевидную усталость кошки, и, видят предки, он понимал, как ей сейчас будет трудно сохранять самообладание в таких условиях, но, кроме того, теперь в бирюзовых глазах было нечто иное. То, что отныне даст племени веру в стойкое будущее с не менее достойной, чем прежняя, правящей лапой. И именно тогда, когда Буран готов был поставить под сомнение собственную веру, дальний небосвод прояснился, безмолвностью величия отмечая пик своего расцвета в блеклых отсветах медленно разгорающегося солнца. Ветер прочесал серебристый загривок, отзываясь в груди редким теплом, наливая тело исполина силой самих предков-воителей.

+3

225

[indent] Оскорбленный в лучших чувствах лесной житель, уже приготовился дать отпор своим обидчикам: то было видно по вздыбленной шерсти и гневно сверкающим маленьким глазам, но, передумал, слава предкам, оставив кошачий лагерь в покое. Правда, в груди пятнистой вновь зарокотало, когда енот перед тем как исчезнуть с горизонта, осмелился на прощание потискать маленькую Ракушку. Впрочем, не удивительно, ведь если ей не изменяет память, именно она пыталась быть заступницей этому незваному гостю. Что ж, зверек выбрал не то время. Созвездие вознесла безмолвную молитву небу за то, что, напав на пушистого, она все же сдержала себя в лапах – множить смерть из-за собственной несдержанности было, пожалуй, последним, чего бы хотела новая предводительница Реки, вернувшись домой.
[indent] Им итак сполна досталось.
[indent] Верно.
[indent] Всем. Им.
[indent] Выдохнув, самка выпрямилась, расправив плечи, ловя на себе взгляды соплеменников: они ждали от нее какого-то слова – утешающего ли, жаждущего возмездия, или же дарующего надежду? Чего они от нее хотели? Можно было только догадываться. И поэтому смотреть им в глаза было поначалу страшно.
[indent] Стушевавшись на какое-то мимолетное мгновение, столкнувшись взглядом сперва с Сердцедубом, что первый заговорил, обращаясь к ней лично, Созвездие навострила уши, повернув их сторону старшего воина. Он, как обещал, пришел доложить ей об учениках, которые прошли испытание. Должно быть, тренировка уже давно закончилась, и надо полагать, весьма успешно. Пятнистая кивнула, выдержав его уверенный взгляд. Если Сердцедуб утверждал, что оруженосцы готовы вступить в ряды воинов, значит, так оно и было. Сомневаться в компетентности кота не приходилось, так что самка позволила себе скупую полуулыбку, «мазнув» морской бирюзой по мордашкам потенциальных выпускников, задержавшись, разве что, на влетевшем впопыхах в лагерь Крестовничке. Бывший ученик павшего Речного Короля, не стал разбираться долго – его голос разорвал устоявшуюся было на поляне тишину, заставив Созвездие чуть отвести назад уши, проявив едва сдерживаемое недовольство столь шумной и взрывной реакцией все еще оруженосца.
[indent] «Может, его навыки не уступают молодым воинам, но он все еще слишком горяч для посвящения», - мысль, родившаяся на затворках сознания, заставила кошку негромко фыркнуть, задумавшись о дальнейшей судьбе трехцветного ученика.
[indent] «Что ж, ты ведь дал бы ему шанс, верно?» - ласковый ветерок, коснувшийся золотисто-черной шубки, пришел в речной лагерь с рассветом, и словно бы, незаметно вдохнул в него жизнь.
[indent] Оглянувшись на Ручей, прижимавшую в себе маленькую Ракушку, пятнистая перевела грустный взгляд на сброшенное на входе серое тело. Они непременно простятся с Щербатой и похоронят ее как истинного воина речного племени. Она того заслуживает, несомненно, ну а пока…
[indent] — Что произошло? – Бурана, конечно, интересовало случившееся не меньше других, но, почему-то только он один требовал объяснения и ответа.
[indent] - Лось, - проходя мимо него, тихо рокотнула воительница, боковым взглядом цепляя полосатую фигуру Дымки, которая, скорее всего метнулась сразу же к сестре.
[indent] «Если захочет, она расскажет ей подробности».
[indent] Задержав дыхание кошка натянутой пружиной без труда оттолкнулась от земли, взлетев на запорошенный снегом камень небольшой скалы, с которого сверху вниз взглянула на собравшихся. Здесь были все. И не было никакого смысла в том, чтобы созывать собрание.
[indent] Они итак ждали ее слова.
[indent] И она как никогда была готова с ними говорить!
[indent] - Коты речного племени, - зычно начав, привлекая к себе внимание всех своих соплеменников, золотисто-черная высоко подняла голову, сверкая льдистой бирюзой. – Наш Речной Король пал от подлого удара в спину. Тело Львинозвезда мы нашли на границе, и патруль принес его в лагерь, чтобы похоронить, - умышленно не сделав акцент на потенциальном обвиняемом, самка допустила в звонкий голос холод сезона Голых деревьев, что так много отнял у них. – Я совершила путешествие к Лунному Камню и получила в дар от предков девять жизней, а также новое имя – Созвездие! Клянусь вам, мы разберемся кто в чем повинен, и виновный понесет жестокое наказание за то, что посмел нанести удар в самое сердце Реки. Однако прямо сейчас о войне с соседями не может быть речи, - повысив голос, предводительница очень строго посмотрела на Крестовничка, обращаясь в большей степени к нему, ведь это он голосил на всю поляну минуту ранее. – Все что нам наверняка известно – слова оруженосца, лишь мельком видевшего врага, потому как его быстро вывели из строя, - сурово, и, пожалуй, жестоко произнесла она, хлестнув себя по боку длинным хвостом. – И я буду очень ему признательна, если до выяснения новых подробностей о случившемся, он будет держать пасть закрытой на этот счет. Сейчас не лучшее время для разжигания конфликтов и посева хаоса, как бы горячо ни пылали наши сердца жаждой возмездия. Война ударит не только по воинам, но по нам всем. Она несет с собой многочисленные увечья, которые сейчас в сезон Голых Деревьев мы не сможем достойно лечить, - переведя дух, Созвездие нашла взглядом Сивую, в тайне ожидая ее поддержки.
[indent] - По дороге назад, на поляне Четырех Деревьев нам навстречу из кустов выскочил лось, - продолжила, моргнув, ощущая, как сердце тяжелым камнем стучит в груди. – Щербатая пала от его копыт, оттолкнув в сторону Дымку. Это был несчастный случай. И нам остается только проститься с нашей целительницей, проводив ее в последний путь. Сивая, мы приветствуем тебя как нового целителя речного племени, - склонив голову, пятнистая поймала пару секунд тишины. В горле уже пересохло, но сказано было не все.
[indent] Отдых ей только снился.
[indent] - Несмотря ни на что, Река жива, и жизнь продолжается, - вспомнив слова Речного Короля, сказанного ей в далеком туманном сне, золотисто-черная продолжила уже воодушевленно, и даже бирюзовый взгляд на градус словно потеплел. - И начать я хочу с маленьких, но достойных. Черепашка, вот ты и достигла возраста шести лун и тебе пора стать оруженосцем! До того дня, когда ты получишь воинское имя, ты будешь известна под тем же именем. В наставники тебе я выбираю Горностая. Пусть он научит тебя всему, что знает сам!
[indent] - Горностай, когда-то ты сам обучался у наставника, и смог проявить себя как достойный своего племени воитель. Ты будешь наставником Черепашки, и я возлагаю на тебя ответственность передать этому оруженосцу всё, что ты знаешь сам!
[indent] Пока поздравляли ученицу и ее наставника, Созвездие выискала в разношерстной толпе необходимые ей для следующей части мордашки.
[indent] - Также, среди нас сегодня есть те, кто готовы стать воителями. Блестяшка. Форелька. Черичка. Крестовничек, - имена торжественно упали в тишину. – Прошу выйти вас вперед, потому как время пришло.
[indent] Легко спрыгнув с камня, речная ободряюще-одобрительно сверкнула глазами, шагнув навстречу больше не ученикам. И пусть Крестовничек дуется за недавнее сколько его душа желает. Они еще поговорят.
[indent] - Итак, я, Созвездие, предводительница речного племени призываю предков-воителей взглянуть на этих оруженосцев. Они усердно тренировались, постигая и познавая Воинский закон, а также другие заветы, завещанные вами, и, теперь я с гордостью представляю их вам, как полноправных воителей!
[indent] Смягчившийся было взгляд вновь посерьезнел, придавая моменту необходимую для церемонии торжественность.
[indent] - Обещаете ли вы чтить Воинский закон и защищать своё племя, даже ценой своей собственной жизни, если случится поставить ее на кон ради защиты своих соплеменников?
[indent] Услышав твердый ответ, Созвездие отрывисто кивнула, не сомневаясь. Она правда верила, всем сердцем, что имена, которые она собралась назвать достойны вступить в речное воинство.
[indent] - Тогда властью, дарованной мне Звездным племенем, я даю вам воинские имена. Блестяшка, с этого дня ты будешь известна под именем Уклейка. Форелька, теперь тебя будут звать Форель. Черничка, ты станешь известка как Черника. Крестовничек, твоим именем будет Крестовник, - возложив поочереди свою мордочку на макушку каждого названного воителя, Созвездие отступила, удерживая их взгляд.
[indent] - Звёздное племя гордится вашими успехами в тренировках, отвагой, смелостью, активностью и уверенностью в новом дне. Мы все приветствуем вас, как полноправных воителей речного племени!
[indent] Выдохнув, кошка замолчала, позволив соплеменникам поздравить новопосвященных, дав себе тем самым необходимую передышку. Единожды выкрикнув имя каждого вместе со всеми. На этот раз прыжок обратно на скалу ощутимо ударил по натруженным мышцам лап, но она не подала вида.
[indent] - Этой ночью вы вчетвером останетесь бдить в безмолвном дозоре, охраняя наш сон, а пока что, я бы хотела вновь обратиться ко всем с еще одним объявлением, - с трудом вспоминая надлежащие фразы из последнего из проведенных за это утро ею ритуалов, золотисто-черная, на мгновение устало прикрыла глаза, вслушиваясь в тишину до тех пор, пока она не стала абсолютной. Затем, выступила вперед, будто бросая вызов.
[indent] - Я произношу эти слова перед Звездным племенем, так что души наших предков-воителей и бывших глашатаев смогут услышать меня и, если придется, оспорить мой выбор. Новым глашатаем речного племени станет Буран. Я приветствую его как мою правую лапу и заместителя.
[indent] Кивнув мраморному воину, предводительница опустилась на холодный камень, обвив лапы хвостом. Пока другие поздравляли кота с его новым назначением, речная думала о том, с чего ей нужно начать теперь, когда официальная часть возвращения подошла к финалу. Впрочем, пусть нехотя, но самка признавала, что знает, чего от нее многие ждут.
[indent] - Сейчас, когда все желающие простятся с Щербатой, Буран похоронит ее, а затем назначит патрули. Я поведу небольшой отряд на границу с Ветром. Пора узнать там ли наши котята, и, если они в «гостях», что заставило их задержаться. Со мной пойдут Птица, Плющевик, Медведица. Если надо подкрепитесь сейчас. Буду ждать вас у выхода из лагеря.
[indent] Раздав указания, Созвездие спустившись, прошла мимо своего глашатая, шепнув:
[indent] - Займи молодняк делом. Обсудим, как вернусь.
[indent] Взгляд бирюзы метнулся через поляну, отыскав светлые пятнистые шкуры ближайших родственников – Птицы и Серебряка. Предки, как бы ей хотелось забыться сейчас у них под боком – как в детстве, но теперь об этом только мечтать осталось. Приблизившись к остывшему телу целительницы, речная склонилась над ней, проведя шершавым язычком по треугольному ушку.
[indent] - Надеюсь, ты придешь когда-нибудь в мой сон. Легкой дороги к Звездам, подруга.

--->на границу с Ветром

Отредактировано Созвездие (11-02-2019 17:54:54)

+12

226

" Я смотрел на Ласку. На то, как она медленно тащит свое тело в Детскую. Изнуренная, поникшая, убитая. Я никогда не видел ее такой и не хотел бы видеть больше никогда. Сейчас, моя главная цель — вернуть малышей домой и поставить Ласку на лапы. Хотя, возможно, один только их голос уже заставит ее " вернуться в этот мир". Я очень надеялся, что так и будет. Если в племени Ветра их не окажется, все будет куда хуже, чем я мог предположить. Шансы на то, что они остались живы — катастрофично малы. Ласка уже сдалась, уже потеряла верю, но я держался. Я не признаю смерть ни одного из моих малышей, пока мои собственные глаза не увидят их. "

Плющевик тревожно глянул в сторону, где только что была трехцветная королева. Он видел, как она уходила в Детскую, вернее ... как она медленно плелась туда, еле переставляя лапы. Она будто постарела на несколько десятков лун: тело истощено, в глазах уже не видно было того счастья и азарта. При виде Ласки, сердце Плющевика болело, будто в него вонзали маленькие иголочки. Одна за одной они пронизывали тело Речного воина, не давая передохнуть не на секунду.

— Хорошо, — Полосатый кивнул Бурану и ушел в сторону. Он бы зашел сейчас к любимой королеве и попытался ее утешить, если бы мог. Она уже истребила в себе веру и надежду в спасение котят, не хотела говорить об этом. Возвращаться в темную детскую и смотреть на разбитую Ласку — последнее, чем он хотел бы заняться. Конечно, неправильным было оставлять ее в таком состоянии одной ... но сейчас, ему казалось, что лучший способ вытащить ее из этого состояния — найти котят.

"Мне казалось, что я переживаю за собственных детей куда меньше, чем Ласка. Возможно, она смотрит на все это более реальным взглядом — малышам и вправду будет тяжело одним выжить в лесу ... но ведь Звездные предки смотрят за нами, верно? Они непременно помогут Ласке, Плющевику и их котятам. Помогут всему Речному племени. "

А новости все продолжали валиться на голову Речных воинов. Оцелотка, вернувшаяся от Лунного камня, принесла дурные вести. Принесла, в прямом смысле этого слова. Тело Щербатой лежало за морозной земле. Шерсть ее потускнела, однако снежинки добавляли какой-то живой блеск. Совсем недавно здесь лежал Львинозвезд. Гневные возгласы Крестовничка заставило зашуршать все племя. Плющевик растерянно смотрел на тело мертвой целительницы и не знал, что сказать. Кончились слова, кончились чувства, кончились даже мысли. Такими темпами, можно привыкнуть к подобными частым смертям в племени Реки.

" Я не стал подходить прощаться, там и без меня было много народу. Я мог сказать что-то и здесь, но ком встал в горле. И из-за этого самого кома, даже голова была моя пуста. Словно мысли все попрятались по темным углам и не хотели вылизать. Слишком много трагичных событий произошло за короткое время. Дух Речных котов держится на волоске, осталось совсем немного до того, как все сломится. "

Когда Оцелотка, а ныне Созвездие призвала племя слушать, Плющевик приблизился к общей толпе. Выглядела новая предводительница внушительно. Голос ее был твердый и уверенный, воин пропитался гордостью за нее и искренним восхищением. Все же, Львинозвезд не ошибся в своем выборе.

Плющевик, вместе со всеми выкрикивал имя новоиспеченых оруженосцев и воителей. Все таки, нет худа без добра. Коты умирают и рождаются, нужно смотреть дальше и не допустить дальнейших смертей. Нужно сохранить свое племя.

— Я очень надеюсь что котята в племени Ветра. Неизвестно сколько времени уйдет на поиски, если их там нет. Ласка очень слаба сейчас и если потеряет рассудок, может вовсе не поверить в то, что они все же живы, — Печальным тоном произнес Плющевик, пройд к выходу из лагеря. Здесь, его уже ожидал небольшой отряд, который отправиться прямиком в племя Ветра. Надежда все еще была, его не так просто сломать. И если он все таки найдет своих детей — то больше никогда их не отпустит. Ни их, ни Ласку.

->> граница реки и ветра

Отредактировано Плющевик (09-02-2019 10:38:30)

+4

227

Буран едва повёл ухом на ответ Оцелотки: тот оказался сух на факты, и прежде горящие глаза погасли под хмуростью, задерживаясь на мордах растревоженных котов. Как теперь проявит себя племя, жаждущее войны, оставшись в такое время с ученицей целителя под боком? Впрочем, что бы им не было дальше уготовано, нужно было идти дальше, ведь очередного потрясения и без того избитые невзгодами воины вряд ли осмелятся принять на себя с должной стойкостью.

Голос Оцелотки вывел Бурана из омута мыслей, и он навострил уши, в сдержанном нетерпении готовый слушать собрание. Запал предводительницы был виден в каждом движении, в малейшем проблеске проблеске эмоций, в мимолётном взмахе хвоста, тогда как Буран, переживающий в душе не меньший ураган, оставался по-своему непоколебим, лишь слабо покачивая кончиком хвоста — холодный рассудок и закалённое лунами мужество давали ему этот контроль. Но всегда оставалось то, чему даже он порой не в силах был сопротивляться: фигура дочери, заставшая в самом центре, в окружении сверстников, невольно приковала внимание воителя, в который раз с затаённое гордостью убеждающегося в абсолютной схожести Блестяшки с матерью. Как быстро и безвозвратно менялось время, и вот уже слабой улыбкой он отмечал воинское имя кошки, под гомон поздравлений делая несколько широких шагов, вырастая за спиной той и скупым басом опуская над пёстрой макушкой: — Горжусь, — но его голос был прерван твёрдым тоном вещающей предводительницы, когда та объявила его именем нового глашатая Речного племени. В голове что-то щелкнуло: выбор, признаться, был неожиданным, но Буран не подал своему замешательству и вида, поднимая твёрдый, решительный взгляд на кошку, в знак признательности кивая: слова были лишними, да и сомнений в том, что он оправдает оказанное ему доверие, не нашлось. Так было всегда, так будет и дальше.

Племя уже простилось с целительницей, а серебристый, тем временем, прокручивал в голове предположительные варианты будущих распоряжений, стараясь предусмотреть любые возможные сценарии, и вскоре обозначил взглядом необходимые ему лица.

Сердцедуб, Крестовник, Черника, за вами граница с грозовыми, после займитесь охотой, — отдал первый приказ он, — прошу вас воздержаться от громких обвинений в присутствии соседей, а лучше направить свой гнев в дело. В племени достаточно голодных ртов, — в конце как можно яснее выразился кот, бросив строгий взгляд на Крестовника, в частности: Буран не потерпит подстрекательства и бесчинств как за своей спиной, так и за спиной Созвездия, тем более в такое неспокойное время. Если Речное племя намерено отомстить, то делать они это будут, как полагает воителям, взращённым согласно заветам предков, а не уподобляться кучке обезумевшего, ослеплённого ненавистью, звездоцапова отродья. В противном случае, чем они лучше самого Звездопада?

Форель, Уклейка, возьмите Черепашку и займитесь утеплением детской, чтобы к возвращению котят все было готово. Заодно покажите ученице, как чистить подстилки, — дальше распорядился Буран, невозмутимо подёргивая ушами, — приобщите к делу весь свободный молодняк. Как закончите, отправляйтесь вдвоём на охоту, — не выжидая ответов, Буран отвернулся, понимая, что новоиспечённым воителям могло прийтись не по душе такое задание, но других вариантов глашатай им попросту не оставил: котята, в лучшем случае, будут ослаблены и напуганы, а значит им потребуется надлежащий уход и внимание от всего племени в двойное мере.

В одиночку лагерь никто не покидает. Как минимум один старший воитель должен здесь находиться во время отсутствия патрулей. Меняйтесь, — заключительным аккордом его речи стал благосклонный кивок и взгляд, наполненный решимостью.

Ручей, — только найдя в толпе нужные ему голубые глаза, серебристый, наконец, смог выдохнуть, чувствуя оседающую в груди пустоту. Вечерние патрули он поведёт сам, но до тех пор за ним оставалось ещё одно незаконченное дело, и бесконечно оттягивать этот момент не было ни времени, ни желания. — ты со мной, — аккуратно приподняв обмякшее тело Щербатой за загривок и пропуская вперёд соплеменницу, глашатай вскоре покинул лагерь.

» речной берег

+8

228

Когда все горести, казалось бы, должны остаться были позади, и племени пора бы уже забрать своих потерянных котят, вступить в новую эпоху правления Оцелотки (интересно, как нарекут ее Звездные предки?), случился добивающий удар. Сивая, чтобы не мешать никому, отступила чуть в сторону от подруги, переживающей горе, и оставила ее вместе с соплеменниками, чувствуя необходимость в уединении. Она отхромала к целительской палатке и едва успела присесть, как на поляне снова возникли непонятные шевеления. Едкий запах тронул чувствительный нос, и приглядевшись, она заметила енота, совсем небольшого. Кажется, нападать он не собирался, чего нельзя сказать о взбудораженных и злых речных воителях.
Проучить его и прогнать, чтобы забыл дорогу сюда? Или же он - знак от предков, какой-то очень странный, но знак? Она ощутила, как вздыбилась шерсть на загривке против воли, и пригляделась внимательней. Да нет, просто енот. Старательно пытающийся что-то сделать с травинками в лапах, и явно не нашедший понимания, но безобидный. Наблюдать за ним и попытками найти общий язык, пока его не вытурили отсюда, было даже забавно. Было. До того момента, как на поляну вышагнула Оцелотка, нет, теперь не просто Оцелотка, а новая предводительница Речного племени.
Да будет твое правление долгим и счастливым и для тебя, и для всего Речного племени, - мысленно взмолилась серая, переводя взгляд на странную ношу, что скинула с плеч Оцелотка. Да, она ведь должна была вернуться не одна, а с Щербатой. С наставницей Сивой, которая только-только начала ее учить и передавать свои знания - и вот теперь лежала грудой бело-бурого меха у входа в лагерь и не подавала признаков жизни.
Судя по тому, как ее тащила предводительница - этих признаков Щербатая уже не подаст.
Сивая вскинулась и, не обращая внимания на происходящее вокруг, промчалась к телу наставницы, уже остывшему на зимнем холоде. Она еще хранила свой запах, смешанный с кровью и чем-то еще. Уткнувшись носом в шерсть, новая целительница Речного племени не плакала, но сожалела. Она не успела узнать Щербатую так хорошо, чтобы умирать внутри от скорби. Там, внутри, было много чего - и сожаление, и страх за будущее, и немного боли... Но больше всего там было непонимания.
А как дальше-то? Как это все... разрешить?
Неловко поведя застывшими плечами, она оторвалась от тела наставницы и приподняла голову, глядя вокруг растерянным взглядом. Вот уже-не-Оцелотка заняла место предводительницы и готовилась сделать заявление, а племя внимало и выглядело таким потерянным... Неужели у нее самой сейчас такая же глупая морда?
Теперь твое имя Созвездие, и мы рады видеть тебя живой и невредимой. Как же хорошо, что ты не начинаешь свое правление с бездумной войны. Нам сейчас очень не хватает крупиц непрочного мира, и пусть пока все будет так, как ты сказала. От внутреннего облегчения Сивая улыбнулась уголком губ, но тут же напряглась и закаменела мордой снова.
— По дороге назад, на поляне Четырех Деревьев нам навстречу из кустов выскочил лось, Щербатая пала от его копыт, оттолкнув в сторону Дымку. Это был несчастный случай. И нам остается только проститься с нашей целительницей, проводив ее в последний путь. Сивая, мы приветствуем тебя как нового целителя речного племени, - и все взгляды были обращены к ней, не ожидавшей этого, ничего не умеющей толком... Сивая замерла, едва заставив себя кивнуть в знак подтверждения. Слов найти она не смогла, хоть и мечтала произнести речь. Мечтала раньше - думала, что возьмет на свои плечи такую ответственность не раньше, чем лун через тридцать.
И вот теперь ей было страшно. Страшно настолько, что лапы дрожали и подгибались, и даже сломанная та что-то, да ощутила.
Как в тумане прошла остаточная церемония - все эти воинские, ученические имена, что она кричала вместе с соплеменниками. Глашатаем, кажется, стал Буран - оценить сейчас этот выбор Сивая была не в силах. Она едва выдержала свое короткое прощание с Щербатой и поспешила отойти от нее, неловко пятясь. Откуда-то изнутри поднялась даже злость - на предков.
Раз я считаю, что в вашей помощи нуждаюсь не слишком - вы решили усложнить вообще все? Думаете, я не справлюсь?
Задрав голову, она с вызовом взглянула в небо. Молчало, зараза.
Лиса с два. Мы еще посмотрим, как оно.

+6

229

Серая кошка молча наблюдала, как Сердцедуб обнюхивает травы, а после спрашивает у несвоевременно поднявшейся в должности Сивой о них. Ручей, в общем-то, было совершенно невдомек, что это за травы и зачем они нужны, и каким чудесным образом подарок енота должен принести их племени долгожданное благословение и покровительство предков. Все, что могла сейчас делать синеглазка - сидеть, поджав уши, и прижимать к себе котёнка. И совершенно непонятно, кому из них обеих это было сейчас нужнее.
Оцелотка, назвавшаяся Созвездием, была какой-то... другой. Предводительство немного изменило сильную, суровую кошку - или бывшая Оцелотка всегда была таковой, а Ручей просто хотела видеть в ней того самого лидера, который поможет племени пережить этот отвратительный,  сокрушительный сезон.
А иначе от некогда великого племени останутся одни ошметки.
— Мы должны отомстить! - выкрик юнца заставил серенькую дернуться, уставиться на Крестовничка задумчивым, усталым, серьезным взглядом.
- За Львинозвёзда, за Щербатую, за котят! Племя Ветра — никто, бесхребетные слабаки, они не имею права отнимать наши жизни! - распалялся ученик почившего лидера, и Ручей до скрипа в зубах принимала эмоции старшего ученика на свои.
Они действительно не имеют никакого права.
С сомнением переведя взгляд с оруженосца на новоиспеченную предводительницу, Ручей наставила уши, с удивлением отмечая, что даже в полнейшем мраке есть светлые стороны.
В данном случае - целых четыре. Ученики стали воителями, и вместе с соплеменниками дымчатая кошечка сначала вполголоса, а после громче выкрикивала имена тех, кто давно заслужил вступить в ряды полноправных воителей Речного племени. Эта сила, которая поддерживала жителей речных земель, возрастала и крепла, эмоциями накладываясь на убеждение новоиспеченного Крестовника: месть.
И кошечка готова была поклясться, что в глазах некоторых из соплеменников видела стальные проблески решимости.
Но все молчали. Ждали, утихая в ропоте, кого же Созвездие назовет своим преемником. Кто на этом непростом пути станет ей...
- Буран.
Буран?
Вскинув брови от осознания, что кот, воспитавший её, отныне становится вторым по главенству в племени, Ручей низко и уверенно произнесла его имя в гуле поздравлений. Все же, кажется, серогривый кот найдет одобрение в сердцах многих из соплеменников.
По крайней мере, именно это было так необходимо жителям Реки.
Новоиспеченный глашатай довольно быстро освоился в новой роли. Провожая взглядом отряд предводительницы и мысленно желая им самого скорого возвращения, Ручей мягко погладила хвостом Ракушку и отошла к Сивой, по пути осторожно задевая плечом Дымку.
- Ты цела?
Тихий голос речной воительницы её сестра обязана была расслышать, и Ручей, поддавшись порыву, с силой ударилась лбом о щеку Дымки.
- Береги себя, пожалуйста, - и, слабо улыбнувшись сестре, синеглазка повернулась к Сивой.
- Я не могу поздравлять тебя в такой день, - сокрушенно помотав головой, воительница переглянулась с целительницей и Дымкой, находя в их глазах отражение собственных эмоций, - но тебе нужно быть сильной как никогда. Я не знаю, как долго Речное племя сможет выдерживать... такое, и за что же предки на нас так разгневались. Я... - но Ручей не договорила, по привычке вскинув голову, едва бывший наставник произнес  ее имя.
Похоже, он тоже устал.
— Ты со мной, - распорядился глашатай, и Ручей, переглянувшись с собеседницами, грузно поднялась с земли.
Звездоцапова шутка в том, что у меня уже есть в этом... опыт.
И она, поравнявшись с Бураном, пошла чуть левее.
Место, где упокоился Львинозвезд, должно достаться только ему одному.

---> за Бураном

+6

230

Она смотрела на него. Прямо на него, чуть отведя уши назад и придав морде этакое недовольное выражение. Крестовничек шумно фыркнул и огляделся: воители Речного племени смотрели на него и устало, и раздражённо, и возмущённо, но ни одна живая душа его порыв души не поддержала.
Трёхцветный недовольно, - нет, обиженно, - полоснул снег когтями. Почему все всегда принимают его в штыки? Вон Сердцедуба, когда тот распалялся над (не думай каком) Львинозвёздом, все с уважением выслушали. Что надо сделать, чтобы его, Крестовничка, также принимали?
Вперёд шагнул Буран, обращая на себя внимание пятнистой предводительницы, и в горло трёхцветного как будто залили кипящей воды из горячего источника, заставляя поперхнуться гневными словами, рвущимися с языка. Оцелотка уже развернулась, что-то тихо бросив старшему коту, и взлетела на скалу, где раньше стоял наставник.
Крестовничек прижал уши к затылку, с трудом заталкивая ярость и недовольство внутрь себя. Горло от этого горело как в самый жаркий солнцепёк. Хвост ежесекундно подметал снежный покров, крепко пропечатанный лапами соплеменников.
Речь началась как обычно, очень знакомо – с призыва. Оцелотка призвала котов Речного племени обратить на неё внимание, выслушать то, что она скажет, и назвать её тем же именем, что дали ей предки, - Созвездием. Крестовничек послушно присоединился к общему хору, не зная, звучит ли в его голосе прежняя горечь по утерянному – теперь уже навеки – Львинозвёзду.
Однако затем слова Созвездия резко изменили тон. Крестовничек вытянулся в струнку, с горячностью посылая ответный пылающий взгляд, и просто поперхнулся дальнейшим. Слова предводительницы жёстко хлестнули по морде, оставляя полыхающие следы.
Нет! Как она может так говорить? Как смеет отрицать, если тоже видела всё своими глазами?
Крестовничек с силой сжал пасть, перемалывая внутри себя протестующий поток слов. Все мышцы напряглись от прилагаемых усилий, и, пожалуй, в этот момент Созвездие могла бы гордиться его силой воли.
Или просто силой мышц.
А потом в голову пришла шальная мысль, потихоньку остужающая его гнев. Крестовничек склонил голову, пряча взгляд, и внимательно уставился на свои лапы. Мысль была простая и древняя как мир, но эффект от неё действовал оглушительнее целебного мака.
Лапы расслабились, разжались, и Крестовничек втянул когти, пропуская между ними снег. Глянул на Сивую, вновь присоединяясь охрипшим голосом к поздравлениям. Лосям, выскакивающим у Четырёх Деревьев, доверять не следовало. Кто знает этих Ветряных, как они управляются с дикими лосями, но сомневаться в их причастности к этому не приходилось.
Трёхцветный чинно и благородно опустился на пятую точку (видимо, подскочил с земли в порыве гнева, бывает), обернул лапы хвостом и с гордо поднятой головой и дрожащими внутри нервами уставился на Черепашку. Лёгкая улыбка дрогнула на губах – на её месте он вспомнил себя, и Львинозвёзда, спрыгнувшего со Скалы, чтобы коснуться его носом.
Это было лучшее посвящение в его жизни.
А потом он услышал своё имя. Последнее в очереди, но своё.
Изумление мелькнуло в глазах, сменяясь необузданной радостью. Крестовничек подскочил на лапы, протолкался через соплеменников и выпал на освободившийся центр, где ещё только что стояла Черепашка и обрадованный ею Горностай.
Трёхцветный поднял голову, глядя на спрыгивающую на землю пятнистую предводительницу, и мигнул, увидев её добрый светящийся взгляд. На мгновение он сплавился с совершенно другим взором.
Слова, которые она произносила, были ему знакомы. Много раз при посвящении других учеников он слышал их и, казалось, мог сам повторить и провести церемонию имянаречения самого себя самостоятельно. И всё же тут другое. Совершенно иное дело. И вопрос о соблюдении Воинского Закона, о защите до последней капли крови Речного племени не заставил его голос трепетать, как трепетал он и утончался до едва слышимого писка у других.
- Да, - мощно, густо пробасил трёхцветный, честно уставившись на Созвездие. Душой он не кривил ни капли – дом и племя он будет защищать всегда. Любой ценой.
И тогда она назвала его новое имя.
Отныне и навек. Крестовник.
Отныне и навек.
Воин почтительно лизнул пятнистое плечо, вдыхая усталый запах предводительницы. Ответил на её задерживающийся на нём взгляд, а затем пал в пучину наслаждения: слушал, как взмывает его имя среди других имён, и смотрел на котов, что были рады его присоединению к славным рядам воителей Речного племени.
Он буквально сиял.
Крестовник вернулся в толпу, порадовался за Бурана и, как только собрание подошло к концу, бросился заканчивать начатое. Знакомая белая шерсть не мелькнула на посвящении, и Крестовник начинал переживать, уж не случилось ли чего с ней.
Проверил свою прежнюю палатку, когда сзади донёсся голос Бурана. Крестовник разочарованно клацнул челюстями, уставившись на Чернику: с ума можно сойти, даже в воительской жизни она постоянно будет тереться рядом с ним. Буран что, не мог отпустить его одного на границу?
Однако настроение тут же поднялось, стоило лишь услышать задание Форели. Ох, Крестовника чуть не разорвало пополам от смеха, и слезящимися глазами он уставился на серебристого воина.
- Ха-ха, - посмеиваясь, Крестовник подошёл к соратникам по посвящению и постучал хвостом по боку Уклейки. – Кажется, кого-то рано посвятили? – трёхцветный довольно ухмыльнулся. – Уж присмотри за ним, Уклейка, как бы он не научил Черепашку тому же самому – как не быть хорошим учеником и даже воителем.

+5

231

Что ж, она теперь воительница. И вновь ничего не почувствовала. Чего же она хотела на самом деле? Почему до сих пор чувствовала, что ей чего-то недостаёт в этой жизни? Может, стоит опять сразиться с Сердцедубом чтобы почувствовать радость?
Черника поздравила брата, лизнула его в ухо и села рядышком. Соскучилась? Ага, как же. Просто способ предотвращения новых сюсюканий с Уклейкой. Пусть эта выскочка только попробует подойти к её брату - глаза выцарапает. А. Ну отлично. Буран сам захотел, чтобы его дочь осталась без глаз. Это же надо было додуматься оставить этих двоих вместе!
Угольная была так раздражена, что не сразу поняла с кем её отправили в патруль. Едкий голос не дал ей запамятовать.
Кошка презрительно скривила губы.
- О. Форель, Форель! Чувствуешь, завоняло? - жалость? О, она давно прошла. Теперь Черника и представить не могла, как посмела жалеть этого придурка. Сейчас ещё и в патруль с ним идти. Надо толкнуть его в самую глубокую кроличью нору.
- Это наш Крестовник пасть открыл, - кошка помахала лапкой перед носом.

+3

232

НАЧАЛО ИГРЫ

×   ×   ×   ×   ×

[indent]Карпозуб любил жить. В каждом дне он старался видеть что-то хорошее и каждое же утро встречал с оптимистичным взглядом на дальнейший путь. Что сегодня приготовит ему и его племени судьба? Какие приключения будут поджидать черного воителя за углом? Так и сегодня. Едва взглянув на холодное солнце Сезона Голых Деревьев, Карпозуб с наслаждением вдохнул в легкие свежий воздух и произнес скорее самому себе, чем окружающим:

[indent]– Сегодня случится что-то хорошее.

[indent]Этим «чем-то хорошим» могло стать что угодно. Пухленькая мышка на завтрак, пробежка с утра, интересная встреча на границах или милая беседа с какой-нибудь очень красивой кошечкой. Карпозуб любил замечать те мелочи, которые заставляли его радоваться, глаза блестеть, а сердце стучать в каком-то волнующем предчувствии. Карпозубу нравилось жить и это едва ли не кружило ему голову.

[indent]В последнее время Речное племя пережило множество событий, и воитель с нетерпением ожидал развязки. Хотя, скорее всего, это было только самое начало. Львинозвезд ушел к Звездному племени, присоединившись к падшим котам-воителям на Серебряном Поясе. Крестовничек указал на племя Ветра. Карпозуб в раздражении дернул пушистым хвостом. Разве мог оруженосец ошибаться? Тем более, у него не было никакого резона водить собственное племя за нос и намеренно говорить неправду. Всех без исключения коснулось убийство Речного предводителя. Но действительно ли племя Ветра было повинно в этом? Карпозуб не сомневался в истинности слов Крестовничка и, как и большинство, затаил злобу на соседей. Что будет дальше? Когти у Речных воителей так и чесались, а юные сердца оруженосцев рисковали вот-вот выпрыгнуть от нетерпения и желания показать себя в настоящей битве. Что до Карпозуба, он лишь хотел найти виновника и плюнуть ему в глаз, не забыв хорошенько отметелить.

[indent]Время близилось к полудню. Посмотреть толком на енота у Карпозуба не получилось — зверька быстренько прогнали из лагеря. Вернулась Оцелотка. Пятнистая предводительница встала на свое законное место на Скале, как и десятки Речных лидеров до нее. Карпозуб не мог не заметить, как эффектно она смотрелась. Изящная спина, проницательный взгляд голубых глаз и эти милые пятнышки, похожие на букет анютиных глазок. Разве было хоть одно живое существо, которое смогло остаться равнодушным, глядя на эту кошку? Думая так, Карпозуб все же не забывал слушать речь предводительницы, нареченной Звездными предками Создвездием.

[indent]— Клянусь вам, мы разберемся кто в чем повинен, и виновный понесет жестокое наказание за то, что посмел нанести удар в самое сердце Реки. Однако прямо сейчас о войне с соседями не может быть речи. Все что нам наверняка известно — слова оруженосца, лишь мельком видевшего врага, потому как его быстро вывели из строя. И я буду очень ему признательна, если до выяснения новых подробностей о случившемся, он будет держать пасть закрытой на этот счет. Сейчас не лучшее время для разжигания конфликтов и посева хаоса, как бы горячо ни пылали наши сердца жаждой возмездия. Война ударит не только по воинам, но по нам всем. Она несет с собой многочисленные увечья, которые сейчас в сезон Голых Деревьев мы не сможем достойно лечить.

[indent]Несмотря на рьяное желание Карпозуба отыскать преступника, он был полностью согласен со словами Созвездия. Им всем нужно набраться терпения и, по всей видимости, провести настоящее расследование. Каким бы мрачным событием ни была гибель Львинозвезда, Карпозуба захватывала такая перспектива, и он очень надеялся поучаствовать в этом деле. Черный воитель был готов помочь всем, чем только мог. Хоть палки таскать, лишь бы это помогло узнать правду и защитило племя.

[indent]Но на этом речь Созвездия не закончилась. Ученики уже давно были готовы стать воителями и воительницами, и сегодня они наконец-то пройдут посвящение. Карпозуб выпрямился, когда увидел знакомую фигурку своего оруженосца среди других. Форелька. Это событие было волнительным не только для ученика, но и для его наставника. Многие луны Карпозуб был уверен в том, что после случая с Изломом ему больше никогда не доверят обучать юнцов. Львинозвезд, добрая душа, неужели он что-то видел в своем воине, раз дал ему еще один шанс?

[indent]Карпозуб кричал имена молодых воителей вместе со всеми, и вместе со звуком их новых имен кот вкладывал все свое чувство гордости, а главное — благодарности к ушедшему предводителю. Безмолвное «спасибо» застряло где-то между слогами в слове «Форель». А Блестяшка стала такой взрослой. Карпозуб и не заметил, как изменилась его сестренка.

[indent]— Уклейка, Форель, Черника, Крестовник!

[indent]Но дальнейшая новость могла бы сбить с лап Карпозуба. Она перехватывала дыхание, заставляла казаться все происходящее чем-то нереальным. Это сон? Я смотрю на все со стороны, словно птица, притаившийся зверек? Тот самый енот?

[indent]— Я произношу эти слова перед Звездным племенем, так что души наших предков-воителей и бывших глашатаев смогут услышать меня и, если придется, оспорить мой выбор. Новым глашатаем речного племени станет Буран. Я приветствую его как мою правую лапу и заместителя.

[indent]— Вы шутите? — просипел Карпозуб, отступая на несколько шагов назад, будто его что-то напугало. Возможно, чувство страха и не было так далеко, как казалось. Карпозуб не чувствовал ничего. Вместе с облачками пара вырывался воздух из его легких. Воин дышал, но казалось, что ему не хватает воздуха, что он способен сейчас только на выдохи, а вдохнуть никак не получается.

[indent]Нужно было срочно отвлечься. Заставить себя забыть об этом. Глашатаем стал его отец. Похоже на кошмар. Или сюрреализм. На какую-то дурацкую и совсем несмешную шутку. Хотя Бурану могло бы стать смешно, если бы он только мог читать чужие мысли. Карпозуба передернуло. Он невольно представил, как тот загребущими своими лапами копается у него в голове, достает самые глубинные воспоминания и страхи, рассматривает их и внимательно вертит головой, точно любопытная сова или притаившийся стервятник.

[indent]— Да ну бред какой! — вспыхнул Карпозуб и засеменил к Форели.

[indent]— Форель! — окликнул бывшего ученика воитель и угрожающе припустил навстречу. — А ну иди сюда! Сейчас буду тебя обнимать!

[indent]У Форели не было ни единого шанса отвертеться от любви своего наставника.

Отредактировано Карпозуб (10-02-2019 15:14:43)

+5

233

К тому времени, как что-то и в самом деле привлекло её внимание, кошка уже была сродни сугробу. Е... нот? Медведица ни капли ещё не была стара и никак не могла списать то, что видела, на дурость или трюки Тёмного Леса, да и на знания о том, что за зверь есть кто, пока что не приходилось сетовать. Серо-белая и в самом деле видела перед собой енота. Да и, в общем-то, не только она, но и всё доброе речное племя! Ну, естественно, то, что от этого племени осталось.
Полоскун не задержался у речных: коты-воители не держали, подобно двуногим, домашнюю живность. Медведица никогда не забывала, что любой зверь - чей-то детёныш или родитель, существо с жизнью не менее насыщенной, чем её собственная, но никогда и не позволяла этим мыслям брать верх над инстинктами. Медведица и есть такая - дала бы волю, уже была бы не порядочнее домашней кошки, к сожалению.
Шум на поляне сменялся другим в ожидании Оцелотки, и время тянулось мучительно медленно. Ласка как скрылась, так и не явилась назад, и Медведица почувствовала себя максимально скованной своим же не понимаем.
Плавный и ожидаемый уход Бурана от темы примерно до максимального предела опустошил серо-белую, что ощущалось и сейчас, хоть та и понимала, что иного завершения у этой короткой беседы всё равно не было бы. Отвлекаясь на что-то, всякий раз Медведица пыталась надеяться, что это способно если и не утешить чужих демонов, то хотя бы немножко поддержать свой омут. Впрочем, говорят ведь, что черти водятся в омутах без исключений, разве нет? Может её один-одинёшенек быть исключением? Примерно так Медведица и думала всю свою жизнь о себе как об омуте для чертей, просто чьих-то других. В котором, например, можно переждать бурю или, устав от тяжести совести, омыться. Или же просто немного напиться - не суть. Вероятно, ей, как омуту, такими вопросами задаваться не следовало.
Оцелотка вернулась на поляну Созвездием. Все понимали, что ей должно было занять место предводителя племени и сделать это сразу же: по-другому бывать не могло, хоть и многие, очень многие даже близко не оправились от произошедшего. Несмотря на время, которого было достаточно даже до возвращения Созвездия, к Ручей кошка так и не подошла: что-то в её словах пытавшейся помочь Медведице её укусило, и укусик пока ещё жёг. Впрочем, это совершенно не надолго. Да и вроде как пора было привыкать, что Ручей - девочка уже со-овсем большая.
Созвездие говорила с ощутимой тяжестью в словах, ведь сразу два прискорбных известия выпало ей на самый первый день её предводительства: Щербатая так же отправилась к Предкам, защитив собой молодую Дымку. С очевидной огромной вероятностью, на её месте поступил  бы почти любой кот или кошка.
Единственное, что могло бы хоть как-то скрасить такие грустные и тяжёлые дни - посвящение котят в оруженосцы. Этому и впрямь нельзя было нарадоваться, хоть и Медведица, всегда корившая себя за свою зависть, и ощущала вяжущую обиду от того, что у неё ни своего оруженосца, ни своих котят не было. Но времени на грусть по этому поводу Созвездие не оставила, назначив Медведицу в патруль. Им вместе с Птицей и Плющевиком они собирались отправиться на границу с племенем Ветра, выяснить, что там с котятами.
- Можешь представить радость Ласки, когда мы приведём их обратно? - оборачиваясь к Птице, поинтересовалась кошка очень вскользь, честно желая своими словами хоть как-то разрядить сложившееся молчание.
Никто не мог представить, тем более - они с Птицей, кошки без котят. Но Медведице хотелось, очень хотелось думать о чём-то хорошем и, пускай оно и было бы эгоизмом чистой воды, вытеснить убитую горем Ручей из мыслей радостной донельзя Лаской. К сожалению, это так не работало, и Медведица с грустной мордой, понимая, что на самой границе их может ждать то, чего они даже не стали бы представлять, засеменила за Плющевиком в нужную сторону.
В патруль

+4

234

Когда Ручей направилась в ее, Сивой, сторону, она смогла лишь слабо улыбнуться. Следовало как можно скорее взять себя в лапы, смириться и привыкнуть к новой должности и ответственности, но кошка с большим трудом представляла себе дальнейшее все.
— Я не могу поздравлять тебя в такой день, - в голосе Ручей слышалась тоска, боль и скорбь, и подруга прекрасно понимала, с каким трудом ей сейчас дается все. Резкой иголкой стыд кольнул ее: а ведь воительнице сейчас куда хуже!
Она потеряла не только предводителя - но и близкого, очень близкого ей кота. И он не вернется - представить, что она ощущает, целительница не могла и попросту боялась. Это очень-очень много боли. И Сивая тоже не может подарить подруге успокоение или обсудить свою тяжелую судьбу - просто не посмеет. Да и не получится.
— но тебе нужно быть сильной как никогда. Я не знаю, как долго Речное племя сможет выдерживать... такое, и за что же предки на нас так разгневались. Я...
Ее позвали, и подруга не успела - и решила не договаривать. Сивая сморгнула набежавшие слезы - драная чувствительность, чтоб тебя! - и кивнула ей.
- Нам всем придется быть сильными, но мы справимся. Для Речного племени скоро настанут светлые времена, хотят этого предки или нет, - с возрастающей уверенностью проговорила Сивая, ощущая внутреннюю злобу и разочарование теми самыми предками. В самом-то деле, чем именно Река заслужила столько бед, помимо обычных для сезона Голых Деревьев? Они сейчас были раздавлены морально, хотя бегавшие и радостно поздравлявшие друг друга новоиспеченные воители такими не выглядели. Радостные или нет, все они пострадали в душе и переживали произошедшие события по-своему.
- Иди, - она легко кивнула подруге и, развернувшись, с все возрастающей тревогой похромала в сторону своего жилища.
Теперь, значит, это моя единоличная обитель - и еще надолго, ни о каких учениках еще и речи не идет. Мне придется учиться всему практически с нуля, хотя и знаю основы... В ночь половины Луны окажет ли мне посильную помощь и поддержку знаниями кто-то из целителей? Орех?
Кошка озадаченно приостановилась у входа, понимая, что вероятность такая хоть и существует, но просить у кого-то помощи ей было слишком стыдно. За луны самостоятельной жизни с этой калечной лапой она отучила себя от подобного - и вот пожалуйста. Снова перешагивать через себя. Страшно. Она оглянулась на соплеменников, но никто не требовал присутствия или внимания.
Славно - значит, у меня есть немного спокойного времени, чтобы разобраться с делами.

►целительская

+2

235

речной берег ---->

- О, ты, к-кажется, плохо знаешь С-сивую, - все еще постукивая зубами, бодренько бежала серая кошка, успевая лапа-в-лапу с соплеменником.
- Если она нас увидит, - замедлившись у сухих камышей, служивших входом в лагерь, Ручей прижала уши и пугливо выглянула на поляну. Новоиспеченной целительницы видно не было, и серенькая выдохнула, заговорщицки переглянувшись с Бураном, - прикончит на месте. Она ж так лапу и сломала, не знал? К ней один кот полез миловаться, а она об него лапу и того, - хихикнула кошка. Вылизавшись наспех еще на берегу, речная воительница все еще была подозрительно темнее обычного, но в глазах понемногу возвращался былой огонек жизни. Она по-прежнему обходила, словно от огня, могилу молодого предводителя, чувствуя, что еще не нашла в себе силы придти к нему.
- С-спасибо, - просовывая мордашку сквозь шуршащий сухой камыш, синеглазка слабо улыбнулась, ощущая в себе слабый прилив жизни. Буран воспитал её - кому, как не воителю, знать, как расшевелить Ручей?
На поляне было необычно спокойно. Направляясь к общей кучи с алым снегирьком, который попался синеглазке почти у самого лагеря, Ручей задержалась у детской. Мельком глянув в палатку королев и котят, серенькая чуть нахмурилась, приметив груду склоченного, спутанного светлого меха.
- Наши еще не вернулись? - заприметив Дымку и поинтересовавшись у сестры о довольно очевидном факте, дымчатая кошечка коротко выдохнула и нахмурила брови до складочки между ними. Чувствуя, что тревоги возвращаются, Ручей подскочила, зная, куда занять лапы.
- Пойду к Черепу загляну, - боднув в плечо Дымку, серенькая обошла её и направилась к палатке, по пути еще разок бросив взгляд на Бурана.
И правда, стоило.

----> в палатку

+2

236

начало игры


Торжественные речи возбуждали зверский аппетит. Ради приличия Камыш выбрался из палатки, дабы поздравить только что посвящённых воителей и нового глашатая, но от порога так и не отошёл. Внимательный взгляд бледно-жёлтых прищуренных глаз был направлен на пятнистую лидершу. Сильна и величественна, как и подобает предводительнице, но что слышится в её словах? Желание окончить всё миром? Камыш сжал челюсти, почувствовав, как свело от усилий дёсны. Наверное, на уме каждого речного кота был вопрос - мы простим им смерть Львинозвёзда?
Камыш привык повиноваться лидеру и идти за ним беспрекословно, но в этот момент он впервые усомнился в решении Созвездия. Он не смог понять, почему кошка решила спустить на тормозах всю эту ситуацию и пренебречь честью Львинозвёзда - а дело было именно в ней. Племя сильно и хочет получить ответ. Но рискует получить репутацию слабака, молча проглотившего обиду. Чудно. Камыш еле заметно нахмурился, провожая патруль взглядом. Как бы эта встреча не обернулась новыми похоронами.
Однако нельзя было не отметить, что с воцарением пятнистой лидерши в лагере всё-таки наметился какой-никакой порядок. Её правая лапа без лишних промедлений распределил насущные дела между свободными воителями, будто уже давно обмозговывал, что бы сделать с этой пассивно-агрессивной обезглавленной кучей. Забавно было видеть, как одни новоиспечённые воители отправились укреплять палатки, а другие на границу, пусть и не в самое пекло. Взгляд Камыша остановился на недавних соседях по палатке, которые ещё прошлой ночью грели его бока, а теперь шли латать дыры в уже порядочное время необитаемой детской. Едва ли гордость черношкурого выдержала бы подобное насмехательство, будь он на их месте. Слишком уверен был оруженосец, что способен на гораздо большее.
И всё же сейчас нужно было присоединиться. Пока наставника не было на горизонте, а скрываться и увиливать от работы Камыш не умел и не хотел, стоило повиноваться приказу глашатая, адресованному всему "молодняку". Оруженосец неспешно двинулся к старой иве, возле которой у берега можно было выкопать из-под снега немного стеблей тростника и камыша для утепления детской. Надеюсь, любование своим новым статусом не помешает им хорошо работать. И не станет причиной командовать мной... и другими.

+3


Вы здесь » cw. последнее пристанище » речное племя » главная поляна