У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
1 2 3 4 5
добро пожаловать! Последнее пристанище для каждого, кто тосковал по атмосфере канона и старого леса. Новая старая история котов-воителей. Рейтинг проекта — R.
почетные игроки
5.12 Поздравляем победителей голосования на почетного игрока и самых-самых! Как вы могли заметить, форум "приоделся" в зимний дизайн, а в игре наступил сезон Голых деревьев. Также были введены подарки и увлекательные квесты для племен. Следите за новостями, праздники уже близко!
нужны в игру
!!! открыта регистрация во все племена !!!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя теней » главная поляна


главная поляна

Сообщений 161 страница 180 из 185

1

http://s9.uploads.ru/qQi45.png

главная поляна
——————————————————————
Лагерь племени Теней предсказуемо очень хорошо скрыт от посторонних и даже при большом желании чужаки вряд ли смогли бы отыскать его.  Местность вокруг него очень густо засажена соснами, елями, пихтами и прочими преимущественно хвойными деревьями, чьи кроны пропускают минимальное количество света под свои сени. Пройдя сквозь их обильные ряды, можно наткнуться на  сплошную стену из терновника и ежевики, что произрастает плотной ограждением вокруг лагеря, в котором не сразу можно обнаружить узкий просвет, служащий входом внутрь. Пройдя сквозь него, мы можем увидеть, что представляет собою сердце Сумрачного племени: продолговатая неширокая поляна, по разные стороны от которой располагаются палатки котов: оруженосцы и воители спят по соседству; целительская и детская близки относительно друг друга, а старейшины же обитают в отдалении ото всех, ибо тем нужен покой. В конце всей поляны, параллельно ей самой, вытягивается остроконечный утес, с которого обычно вещает предводитель и в расщелине которого находится его обиталище.

0

161

[indent] Ушёл ведомый Кометой патрульный отряд, ушли вместе с телом Саламандры ответственные за её проводы, и на поляне сразу стало тише, свободнее. Тихо выдохнув, кошка грузно, устало опустилась на задние лапы. Двое суток без перерыва даже на мало-мальский отдых, насыщенные чередой серьёзных переговоров, длительных переходов, вереницей неоднозначных тревожных событий, требующих быстрой обработки с последующим принятием стратегически важных решений,  сделали своё дело: голова раскалывалась, глаза слипались, Крушина чувствовала себя абсолютно выжатой и мечтала лишь суметь добраться до подстилки, но по факту вариант отправиться спать категорически отметала. Безусловно, можно было поручить дежурство кому-нибудь из воителей, выбирающихся из палаток после сна, но развитое чувство ответственности и осознание серьёзности происходящего, час от часу набирающего обороты, не позволяли так просто покинуть поляну по крайней мере до возвращения Кометы.
[indent] Поведя ушами, дымная повернула голову в сторону подошедшей Наледи, решившей, видимо, попинять ей за недостаточно внимательный подход к составлению патрулей и оценке рисков в отношении с Грозовым племенем. Однако Крушина, и без того не отличающаяся широким эмоциональным диапазоном, сейчас слишком устала даже для того, чтобы демонстрировать что-то из доступных ей оттенков проявления чувств да порывов, одарив молодую воительницу лишь холодно-отстранённым взглядом отекающих глаз. - Мы провели там весь вчерашний день и вечер. После дождя там осталось ещё большее ничего, чем было до, - спокойно напомнила она, усилием воли поднимаясь на лапы и делая несколько шагов вперёд, дабы вынести себя на центр поляны. - Напоминаю всем, что отныне и до окончательных выяснения виновных в смерти Саламандры и урегулирования отношений с соседями оруженосцы и целитель не покидают лагерь без сопровождения хотя бы одного воителя. Воители по возможности также не ходят по одиночке, при возникновении крайней необходимости обязаны поставить в известность главного в лагере или ответственного дежурного. Мы больше не можем позволить застать себя врасплох. В состав пограничных патрулей должны входить минимум два старших воителя. В пустые перепалки и конфликты никто не ввязывается. Помните, какое племя вы представляете и какая ответственность лежит на каждом из вас. То, кем являются наши соседи и как поступают, не означает, что мы должны опускаться до их уровня, уподобляясь грязным мелочным проступкам. Безнаказанным не останется ничего, но это не должно походить на месть обиженного котёнка, - ещё раз оглянувшись на Наледь, великанша продолжила, качнув гривастой головой. - Патрульные к грозовой границе, захватите Наледь.
[indent] Сейчас даже не верилось, что вся эта канитель началась какие-то пару дней тому назад с глупой выходки Вяхиря: ещё один повод задуматься о личной ответственности за судьбу целого племени и о том, как поступок одной-единственной личности может влиять на запустившийся по цепочке ход событий. Встрепенулась Ива, и великанша развернула корпус в её сторону, вновь опадая на влажную землю. Новость, обозначенная молодой кошкой, казалась крайне неоднозначной: после недвусмысленной позиции Ветра Крушина предпочла бы не иметь с ним никаких дел даже с учётом известной всем присказки о том, что целители выше любых войн (звучит красиво, но на практике верилось далеко не всегда), однако сейчас племя оказалось в ситуации, когда особо выбирать не приходилось, и тот опыт, который мог передать Полуночник, определённо не будет лишним. Возможностью использовать его знания себе во благо пренебрегать нельзя. - Хорошо. Только помни: доверяй, но проверяй. И не води его нашими тропами, - резко дёрнула хвостом Крушина. Никто не должен был даже примерно знать, где и что располагается на их землях, пусть даже ветровой целитель собирался выложить им все травнические секреты. Чужой открытостью можно пользоваться, вторить ей - никогда. И уж тем более не доверять слепо каждому слову, но Ива - кошка не глупая, сама должна понимать. Надо будет обговорить это с Кометой. - Справишься. У тебя нет выбора, - жёстко заключила глашатая. К юнице сумрачная относилась с той же стратегией, что и к её брату. Да и ко всем другим, впрочем. Она не видела смысла сочувствовать Иве - в первую очередь это потеря всего племени, а не её личная, - не считала нужным распинаться в поздравлениях - хвалят за заслуги и достижения, а не скупой факт сидения на должности, - равно как не намеревалась излучать тонны поддерживающего позитива и уверений в успехе - он достигается исключительно упорством, тяжёлым трудом и готовностью брать на себя ответственности и нести все её последствия, но никак не громкими, пустыми словами. Время покажет.

Отредактировано Крушина (26-11-2018 03:35:20)

+3

162

►откуда-то

Полумесяц все никак не выпускал из под взора своих голубых глаз худющенькую, растрепанную спинку дочери. Несмотря на часто напускную "взрослость", та была в глазах родителя еще совсем мелкой, почти наравне с теми копошащимися дикарями-трехлунками. Хорошо, что Ящерка выросла такой рассудительной. Иначе отец почти не интересовался бы этой пятнистой прохвосткой? Да-а. Мысли растекались в голове чем-то ледяным и липким.
Кот поднял глаза и вновь уперся взглядом в тело, лежащее у всех на виду. Этот обряд прощания казался издевательством, заставляющим и без того настрадавшуюся кошку мерзнуть на ледяной, пропахшей еловыми ветвями, землице. Буквально вся эта смерть - этим словом охватывал Полумесяц общую ситуацию, включавшую обнаружение, прощание, захоронение, - словно отвечая сезону, была окутана холодом. Острые плечи воина дрогнули, поджимаясь. Он поднялся на лапы, затем, проходя мимо Ящерки, формально-заботливо пригладил ее загривок и задержался на пару секунд.
- Ты в порядке?
И, почти не дослушивая ее ответ, двинулся к телу погибшей целительницы. Пропуская кого-то из соплеменников, воин задержал взгляд на спокойной морде кошки. Наверное это - эталон жизни целителя, когда твое тело остается телом на земле, а душа, всю жизнь принадлежащая звездам, наконец-то оказывается в ранее почти недоступных угодьях. Темный нос Полумесяца коснулся прохладной шерсти покойной. Кот прикрыл глаза, уши мягко опустились к голове. Прощай и прости нас, что не уберегли.

Утро застало кота внезапно, мешая сумбурную кашу в пятнисто-полосатой голове большой рассветной ложкой. С прощания он почти ни с кем не говорил, да и, откровенно скажем, желающих поболтать было мало. Все таки это была не спокойная смерть кошки преклонных лет, а насильственная, ужасная, подставляющая. Кот успел уже забыть даже про кишки на границе с Ветром, память старательно заделывала неприятные бреши, рожденные гадким ударом по его происхождению. Этот роковой молот и без того висел над его остроскулой головой чуть ли не с рождения, не позволяя забывать о том, что он сейчас везде чужой.
Выбравшись из палатки, что было естественной реакцией на свое имя, Полумесяц подошел к Цикаде, уже хлопотавшей возле тела Саламандры. Все еще лежишь тут? Одними глазами спросил воин у мертвой соплеменницы. К воинам приблизилась Ящерка. Полумесяц коротко закатил глаза, подключение к похоронам его маленькой дочки показалось кощунственным.
- Спереди так спереди. - Хрипло согласился воин с решением старшей воительницы, обходя Цикаду. Кишки потаскал, теперь мертвое тело нести, может это основная работа теперь у него будет? Наклонившись, кот взялся за загривок и поднял морду. Саламандра оказалась неожиданно тяжелой и очень твердой, не было в этих мышцах той постоянной жизненной силы, что есть даже в только что убитых мышах и прочей дичи. Просто камень.
► сосняк

+2

163

Мошка поникла. Топь её игнорировала, Луна была занята, все сидели грустные, а Мошка...
Мошка уже минут пятнадцать ни с кем не разговаривала.
Не то, чтобы такое было в первый раз. Однажды Мошка не разговаривала ни с кем целых двадцать-тридцать один день. Может, даже цклых шесть дней, она не помнила точно. Это случилось во время её путешествия из города в леса, когда рядом не было никого, кто мог бы поддержать. Ну, не считая самой себя, но Мошка старается больше не разговаривать сама с собой, лесных это смущает.
Но хоче-е-е-ется! Кто меня пожалеет, если не я?! Кто меня поймёт, если не я? Кто будет меня любить, если не я? Черно-белая надула губы, чуть не плача глядя в спину Топи. Несколько секунд она буравила её спину взглядом, отчего попыталась очень злобно топнуть ножкой. Топ! Топь! Ууурх!
Ученица обернулась. Странная церемония прощания продолжалась, коты были поглощены своим горем. Может, я смогу сбегать быстренько в Гниль? Мой домик должен быть ещё цел. Ух, если его не размыло дождём. Коробки часто размывают дождём - взять хоть ту, в которой я родилась. Тогда меня тоже до последнего игнорировали... Правда, Двуногие, но какая разница? Мошка встрепенулась и бодрым шагом направилась к выходу из лагеря. Я туда-обратно, никому и дела не будет, да-да!
План кошечки был разбит вдребезгиголосом крайне недовольной Крушины. Не то, чтобы у неё был другой голос. Стоило ученице услышать, что Крушина начала что-то говорить, так кошка таким же бодрым шагом развернулась и села на место. Не так уж и хотелось!
— ...Напоминаю всем, что отныне и до окончательных выяснения виновных в смерти Саламандры и урегулирования отношений с соседями оруженосцы и целитель не покидают лагерь без сопровождения хотя бы одного воителя.
...Вру, очень хотелось. Как так-то-о-о? Мошка поникла. Луна не захочет со мной пойти на Гниль. Никто не захочет! У-у-у-у-у! Ну что за день?! Кошка вздохнула и обернулась. Может, Ивушка со мной хочет поговорить? Надеюсь, я буду злить Вихяря, если буду тусить с его детишками, хехехе. Как там королевы котяткам в Детской говорили? "Эта Мошка странная, не дружите с ней". Хехехе. Мне никто не указ, с кем я буду дружить!
- Хе-е-е-е-е-е-ей. - Широко улыбаясь, протянула кошка, присаживаясь к небольшой компании. Они о чём-то говорили? Пфф! Ну и ладно! - Че-как?

+5

164

выход из лоу. в патруле был с Волчеягодником номинально.

После смерти Саламандры, территории племени Теней будто бы замерли в ожидании последнего вердикта их обитателей. Крысолап чувствовал эту тишину тоже: в каждой части леса, в каждом испуганном выдохе зверушек, в каждом взгляде букашек, попадающихся на пути. Он ощущал на себе чужие взгляды, полные безнадежности и раскаяния, но вместо того, чтобы скорбеть с остальными, облизывался и нервно дергал кончиком хвоста. Он ждал тоже, но, в отличие от других, совершенно не знал, чего именно ждал. Заразившись общим настроением, Крысолап вел себя на редкость тихо, разве что мог вставить где-нибудь неуместный зевок. Но на этом, в принципе, всё.
Был, конечно, еще один повод контролировать себя – Волчеягодник, чей внутренний огонь обжигал усы Крысолапа, плетущегося позади в патруле, либо отдыхающего где-то в палатке оруженосцев. Саламандра – целитель. Целителей, согласно Воинским Законам, убивать нельзя. И, возможно, смерть целительницы оказалась очередным камнем, брошенным в черную шкуру ученика, который, по всей видимости, переваривал «несправедливости» мира по-своему. Он высчитывал, гоня прочь тревожные мысли, кем мог быть убийца, и почему, лисье дерьмо, тот делал что-то, чего Крысолапу, в теории, делать нельзя. 
Крысолап терялся, тонул в общих отзвуках горя, захлебывался в непередаваемой тоске и скалился так, будто бы прямо сейчас убивают его самого. Не каждый раз видишь, как лекаря племени вносят неподвижной тушей в лагерь, как приказывают подготавливать все к похоронам, как уводят ученицу куда-то далеко. Её приведут уже другой, и при том не внешне – внутренне. А, быть может, Ивушка изменилась уже тогда, когда впустила в свою душу плохие новости.
Все, что мог делать Крысолап сейчас – это вбивать в свою голову неправильные мысли и отлынивать от общей работы, сливаясь со стенами палатки да изображая искреннее сожаление. Он вроде уже не маленький котенок, не понимающий, что происходит вокруг, но, тем не менее, опускаться в омут скорби с головой все же отказывался, предпочитая пережидать. Пережидать до тех пор, пока его не потопят, пока в уши не вольётся кипяток, пахнущий смрадом и мертвечиной.
Крысолап не ведал – спал ли он после того, как Волчеягодник всучил своего оруженосца в объятия еловомховых подстилок и приказал отдохнуть. Его глаза не закрывались, но шум на поляне отчего-то то стихал, то снова и снова наполнял тело черношкурого, переводя того в нервное состояние. Однако, долго бодрствовать кот не смог и все же прикорнул – на самую малость – позволив себе выплюнуть гнетущий ком отчаяния.
А затем, все началось по-старому.
Проснувшись от голоса наставника, Крысолап отчего-то спутал день и подумал, что смерть целительницы ему приснилась – практически точно также Волчеягодник вытаскивал его сутки ранее. Разве что сейчас никто не втыкал Крысолапа в сочную кучу из дичи. Неопределенно водя ушами, он с недоверием всматривался в морду наставника, стараясь разглядеть хотя бы какие-то упоминания прошлых дней, подернутые дымкой сновидений. Но не разглядел ничего – лишь блаженно улыбнулся, пряча за ухмылкой долю хитринки и осмотрел поляну.
- Я всегда готов, ты же знаешь. Придет Ивушка, и мы пойдем покорять лес. Может быть, наткнемся на неприятелей «Или на тех, кто убил Саламандру. Я тогда спрошу у них, каково это на вкус – серьезно нарушать законы» - Тогда я покажу, что уже готов стать воителем.
Впрочем, у Волчеягодника на Крысолапа были немного другие планы. Указав на клок мха, одиноко валяющийся чуть поодаль от недооруженосца, воитель сообщил что надо делать. Половину слов Крысолап пропустил мимо ушей, представив, что перед ним никакая не крыса, а сам Крысолап – только маленький, с длинным лысым хвостом и огромными ушами. Он отметил откуда-то взявшиеся два разноцветных глаза, поежился и попытался вспомнить, было ли у кого из его родичей подобное отклонение. Не припомнил, поэтому быстро нафантазировал одинаково зеленые глядящие прямо в душу глаза.
- Готов. Сначала я пригнусь, потом подкрадусь близко, а потом прыгну, чтобы не дать крысе убежать или съесть меня, - коротко, прерывая последние слова наставника, ответил Крысолап и приложился к земле. Ему следовало поймать себя за хвост и вытрясти все ненужные рассуждения из головы. Крысолап хотел в очередной раз почувствовать себя опустошенным, но не для того, чтобы развалиться в палатке оруженосцев, упуская из жизни еще один день, а для того, чтобы сосредоточиться на чем-то едином.
Клочок мха подмигнул зеленым глазом и превратился в гусеницу, которая начала медленно уплывать по земле от ветра. Крысолап поплыл за ней – осторожно передвигаясь с лапы на лапу. Два шага – остановка – еще два шага. Лишь тогда, когда плывущий «Мохолап» остановился, Крысолап прыгнул на него, придавливая своими лапами ту часть, которая должна была быть шеей. Вытянувшись во весь свой крысиный рост, оруженосец тряхнул игриво головой, будто бы не отдавал отчёт своим движениям, а потом ухватил клок мха верхними клыками и проткнул его насквозь. Как снимать после – Крысолап даже не задумывался. Вместо этого он довольно улыбнулся и, с висящим на клыках мхом, повернулся на наставника.
Да как раз вовремя – в лагерь вошла Ивушка, представившись Ивой. Крысолап перестал улыбаться и отметил, что её возвращение в действительности было похоже на некое возрождение из пепла. Ива, за время ее отсутствия, преобразилась и будто бы подросла. Теперь зеленоглазый видел в кошке не столько подростка, совсем немного старше Крысолапа, сколько состоявшуюся целительницу, коей были и Саламандра. Что может вот так внезапно преобразить того, кого знаешь всю сознательную жизнь? Крысолап не ведал. Поэтому, он проскользнул к наставнику и ткнулся холодным носом в шерстяной бок Волчеягодника, а оттуда в очередной раз восхищенно взглянул на Иву.
- А она красивая, да? И такая воинственная.
Крысолап уже забыл, что они с Волчеягодником куда-то собирались идти.

Отредактировано Крысолап (27-11-2018 18:00:02)

+5

165

Ящерка сидела где-то с краю поляны, медленно пережевывая небольшую лягушку. Она косо глядела на лежащую, недалеко от нее мертвую Саламандру и каждый раз, когда взгляд упирался в безжизненное тело, под пятнистой шерстью кожа покрывалась мурашками. Сказать честно - аппетита это не прибавляло. Казалось бы, вот только она ходила живая. А тут раз и нет ее. Бедная Ива, на нее ведь теперь такая ответственность свалилась. Надо подойти, поздравить. Хотя стоит ли поздравлять или сочувствовать? Это заставляет задуматься и серьезнее относиться ко многим вещам. Мимо прошел отец, поинтересовавшись благосостоянием дочери, но кажется, это была просто формальность, ведь взгляд ясных голубых глаз был пустым, и едва ли хотя бы половина его внимания была обращена на нее.
- Все хорошо, пап.
Он попрощался с Саламандрой, Ящерка же доселе не прощалась вот так ни с кем. Но тоже надо. Наверное? Или нет? Они же не были близки? Но она была целительницей, и они были соплеменниками... были.
На поляну вышла Крушина, раздав указания и поручив хоронить мертвячку Ящерке, Полумесяцу и Цикаде. Быстро закопав останки своего завтрака, малышка приблизилась к телу, утыкаясь носом в шерсть у уха.
- Доброй охоты в Звездных угодьях, Саламандра. - прошептала пятнистая.
Ученица сделала пару шагов назад, уступая место старшим. Ей доверили нести хвост. Тоже задача. Кошечка кивнула и аккуратно подняла свою ношу.
--> сосняк.

+2

166

Взрослым всегда и во все надо влезать, даже в небольшую перепалку между подрастающим поколением, которые вот, уже, через пару лун станут оруженосцами, обретя наставника. Голос Топь был лишен красок, словно королева не пожурить хотела маленьких драчунов, а вставить свое последнее, решающее и веское слово, так необходимое им.

Дух поднял голову, кинув недовольный взгляд на кошку и повел плечами, ощутив прожигающий лопатки взгляд матери. Замечание, так некстати озвученное не могло пролететь мимо чутких ушек королевы, сидящей неподалеку, скорбящей по Саламандре. Фыркнув, выражая небрежное отношение к сказанному Дух потерял всякий интерес к Топь.

Одной лапой небо не закрыть, Медяк. — не менее едко произнес Дух. — Жесткость проявляется в решениях, жестокость в битвах. Между ними тонкая грань, но тем не менее и то, и другое присутствует к каждом.

Легенды, передающиеся от одного воителя к другому, учат их еще в детстве видеть разницу. Дух не мог не согласиться со словами Медяка, так же, как и не оспорить их. Жестокий предводитель не боится навлечь гнев звезд, жесткий же никогда в наказание не отправит своего воителя на опасное задание, не будучи уверенным в нем. Там, где опасность, всегда можно ощутить холодное дыхание смерти.

Хороший воин? Жестокий воин? — передернув ушами, иронично протянул котенок. — В чем отличие, для тебя?

Рассуждения Мотылюшки не могло не забавлять Духа. Они словно спорили, что хорошо, а что плохо, забывая о том насколько сложна жизнь и сколько в ней разнообразия красок. Это не деление на белое и черное, все гораздо сложнее. А сложности Дух не любил. Именно поэтому внимание котенка резко перескочило с кошечки на ее извечно недовольного брата, что выгнулся дугой, смотря на пятнистого котенка весьма враждебно.

Что, Капелька, только смотреть и можешь? — с издевкой поинтересовался Дух. — Правильно, до меня тебе далеко.

Дух приподнялся готовый к драке, чувствуя, как азарт набирает обороты, но тут же кривиться. Топь весь настрой сбивает этим своим взглядом! Вон, у белыша, даже хвост повис!

Действительно, поджать хвост проще всего!

Слова сами собой вырвались из его рта, а в груди шипело недовольство, готовое вот-вот вырваться наружу, толкнув импульсивного котенка на очередную глупость. Что, собственно говоря, он и сделал. Шустро оббежав тело целительницы, вокруг которого собиралось все больше и больше котов, котенок не сильно дернул Матылюшку за ухо. Дух знал, недовольное шипение этой кошечки будет, как спусковой крючок для Капельки.

Пятнистый отпрыгнул назад, оглядывая соперника шальным взглядом, а затем бросился на Капельку, намереваясь скрыться от родительских глаз в толпе, где им никто не помешает решать вопрос по-мужски.

+1

167

Стоило затянуться перепалке между Медяком и Духом, как враждебный вид словно ветром сдуло с морды белесого, и тот, смахнув с боков пушистым хвостом добрую часть пыли, уселся сбоку от своего тёмного братца. Конечно, достаточно далеко, чтобы тот не подумал, что Капелька относится к нему куда лучше, чем могло бы показаться на первый взгляд, но достаточно близко, чтобы пестрый котёнок, так неожиданно влезший в разговор с такой серьёзной темой, понял, чью сторону в этом споре поддерживает Капелька. На самом деле он с одинаковым нежеланием хотел бы поддерживать хоть кого-то из них, но от чего-то Медяк был ему ближе. Наверное, благодаря его шуточке про чужие мозги.

Одной жестокостью пользуется только тот, у кого нет других сил завоевать уважение, — Капелька облизнулся — на усах все еще чувствовалась пресная пыль, оставшаяся на морде после номерка Медяка с песком. — Никто не захочет довериться такому коту, все просто будут его бояться или ненавидеть. Если жестокий предводитель настолько туп, чтобы не понять, что племя предаст его в любой момент, то кому такой нужен?
Встрепенувшись, белесый перекинулся взглядами с собеседниками по очереди. Жестокость, жесткость... А другие качества? Перед глазами всплыл образ Кометы. Красивая [но не такая красивая, как он!], уверенная, умная, обаятельная, — котёнок вздохнул, мечтательно, и нашел взглядом вторую по важности кошку, Крушину. Они не казались ему жестокими. Просто умными и серьёзными. Потому что он видел их не так часто и лишь в пределах лагеря. А другие предводители? Да, он знал их по именам, но какая ему до них разница, если в Тенях и так все самое лучшее?
Звездоцап был жестоким. И хорошим воином, — котёнок задумался, вспоминая рассказы матери. — И всё. Вот тебе и вся слава жестокого кота. Это же глупо! Разве предводители не хотят, чтобы про них потом рассказывали легенды? Вот наша Комета...

Хороший воин? Жестокий воин? В чем отличие для тебя?
Капелька гордо распушился и прикрыл глаза — в своей правоте он был уверен всегда, это даже не обсуждалось и лишняя мысль о том, что он может говорить чушь, не возникала в голове.
Каждый жестокий кот  хорош в бою, но не каждый хороший воин жестокий. Жестокие коты не чтут Воинский закон. Какие они воины тогда? Умение вгрызаться в глотки не делает из кого-то хорошего воина. Мы ведь воители, а не убийцы.
Тот, кто убил Саламандру, никак не мог быть хорошим. Он был ужасным. Ужаснейшним.
Сам Капелька был уверен в том, что станет лучшим воителем, но мысль об убийстве не смела прокрасться в подсознании. Белесый задумался об этом лишь после вопроса Духа. Но если этот мышелобый решит, что может делать все, что ему захочется, то я готов стать жестоким котом на некоторое время! Пусть попробует.

<...> Правильно, до меня тебе далеко.

Капелька приподнял брови скорее от искреннего удивления, чем от возмущения. В широко распахнутых глазах мелькнуло недопонимание, и котёнок даже наклонил голову вбок.
До тебя?
Возьми свои слова обратно, Дух, — голос белесого звучал спокойно лишь потому, что он был уверен в том, что он лучше всех в Детской. А это просто зависть. Пусть говорит что хочет — Капелька скосил глаза на мать, чтобы лишний раз напомнить себе о том, насколько он хорош. Мама-то не врет. — А то...
Дальнейшую мысль котёнка прервал очередной выкрик пятнистого, на который уж никак нельзя было не обращать внимания. Ледяные глаза сузились в щелки, и Капелька опустил уши, лишь бы противное шипение Духа стало тише; вначале решив, что тот опять кинется пустыми словами, Капелька чуть ли не прирос корнями к своему месту, но следующего он никак не ожидал: проводив взглядом Духа, котёнок искренне надеялся, что тот провалит обратно в Детскую, но никак не решит прикатить свои пятнистые бока к Мотылюшке!

А ты, походу, не понял, — по-детски грозно мяукнул Капелька себе под нос, тем самым лишь убеждая себя в отсутствии мозгов у соседа по палатке — Медяк был прав. Взгляд ненадолго скосился на братца, словно ожидая от того чего-то, но как только Дух сменил курс и направился прямиком к ним, Капелька подскочил и распушился, словно при сильных холодах. — Только попробуй хоть еще раз...
Тот даже слушать не стал — наверное, такое поведение доставляло ему удовольствие. Конечно, и Капелька любил дерзить и задирать, но исключительно ради того, чтобы потешить свое самолюбие, но ни в каких других целях. А вот Дух, похоже, просто развлекался. Когда пятнистое  тельце полетело в его сторону, белесый отшатнулся, в последнюю секунду успев увернуться.
Еще раз, и я тебя изваляю в песке получше, чем Медяка.

+2

168

[indent] - Топь, [мать Духа], - настойчивее повторила дымная, убеждаясь, что разошедшаяся и, видимо, начавшая дуреть от передозировки активности после бессонной ночи мелочь всё ещё не навострила носы в сторону детской. Вернувшись на прежнее место, Крушина полулегла, подвернув под себя все четыре лапы и нахохлившись: несмотря на то, что настоящие холода ещё не добрались до их лесов, пара суток на ногах сделали своё дело, сбив терморегуляцию, и этот рассвет вовсе не казался тёплым да уютным. Всё ещё держа ухо востро, кошка уже вознамерилась было прикрыть глаза, обманывая организм симуляцией дремоты, дабы хоть немного расслабиться и перевести дух, но выкрики младшего поколения Сумрачного племени становились всё отчётливее и агрессивнее, переходя в форму, мириться с которой, делая хоть мало-мальские скидки на буйную фантазию, подкреплённую легендами старейшин, великанша уже не могла: где это видано, чтобы молочные рты мало того, что буднично разбазаривались на подобные темы, так ещё и затевали самую что ни наесть настоящую драку? Бравые дуэлянты, чёрт бы их побрал.
[indent] - Угомонились! - закапывая мысли об отдыхе под ближайшим кустом, рыкнула дымная, широким шагом минуя Мотылюшку и приближаясь к отскакивающему от Духа Капельке. В следующую секунду зубы кошки сомкнулись на пятнистом загривке. Без труда оторвав мальца от земли, великанша несколько раз грубо тряхнула его в воздухе, приводя в чувство. Она не мать и даже не абстрактная королева, сюсюкаться не будет. Строгая, требовательная и решительная, она никогда не чуралась без малейшей жалости во всех смыслах дать по мозгам, когда считала это необходимым. - Возможность нападения на соплеменника - последнее, что должно приходить вам в головы, в противном случае некоторые останутся наблюдать за тренировками бывших соседей из детской до конца своих лун, - возвращая Духа земле и движением хвоста подзывая к себе «приёмных» родственников Капельки, резко начала Крушина, обводя всех хмурым взглядом. Одно дело - игры, пусть даже не всегда мирные, они служат неплохой подготовкой к первым боевым тренировкам, но как можно надеяться на кота, считающего возможным выяснить отношения с соплеменником посредством мордобоя? Уму непостижимо. - В ночь прощания с вашей целительницей, после угроз со стороны обоих соседей и недвусмысленных посылок от них максимум, на который вас хватило - устроить ругань и драку, теша собственное самолюбие? Как на кого-то из вас таких когда-нибудь сможет положиться племя? - разочарованно качнув головой, глашатая на несколько секунд устало прикрыла глаза, собираясь с мыслями. Определённо, возвращаясь в лагерь, она рассчитывала совершенно не на это. - Становясь на путь воителя, каждый из вас как непреложную истину должен поставить на первое место интересы и нужды племени и лишь на десятое - своё «я». Необоснованное упрямство, самолюбование и уверенность в своём великолепии не накормят, не защитят, не обогреют племя, не отстоят его интересы на границах и Совете, не помогут в бою. Собственные желания всегда вторичны, - а пока каждый из котят занимался лишь попытками перекричать других и навязать свою точку зрения. Да, зелено-молодо, но не окажется ли потом, что внушать прописные истины уже поздно? Когда-то кто-то упустил этот момент в воспитании Вяхиря, и что получилось из кота, являющегося, по-сути, перспективным, сильным воителем? То, что племя пытается разгрести вторые сутки и чему конца-края не видно. - Ни один настоящий, достойный воитель никогда не проявит жестокость не только к своим соплеменникам, но и к соседям и одиночкам за исключением откровенно вопиющих случаев. Грубость как единственно верную и действенную силу используют те, кто на самом деле слабы и не умеют больше ничего, но добиться результата мало, его нужно закрепить, что сделать таким подобным образом невозможно.
[indent] Выдержав небольшую паузу, дабы дать котятам время переварить информацию, Крушина выжидающе оглянулась на вход в лагерь, настойчиво отгоняя зарождающуюся в груди тревогу: время шло, а патруль всё не возвращался. Неужели кишки были лишь приманкой, и их отряд попал в беду? Или Звездопад также падок на бесполезные дебаты, как и Солнцезвёзд? Отнекиваются, небось, всеми правдами и неправдами. Лицемерные трусы. - Жестокий воин не всегда успешен даже в бою. Он ослеплён своей идеей и не замечает ничего вокруг. Так очень легко ошибиться. В битве побеждает тот, кто собраннее, умнее и хладнокровнее, кто способен просчитать на несколько ходов вперёд, знает свои сильные и слабые стороны и видит их в противнике, умело пользуясь этим, - так и не уловив мелькание знакомой шерсти среди пушистых еловых лап, вновь обратила внимание к котятам глашатая. - Защитить - не всегда значит убить кого-то или хотя бы отметелить. Как и от кого или чего ещё воитель может защитить своего соплеменника или всё племя сразу? И чем бы сегодня могли помочь своему племени даже вы, если бы не вопили целую ночь на всю поляну, бесполезно сотрясая воздух о том, для понимания чего вам ещё не хватает ни опыта, ни знаний?

Отредактировано Крушина (29-11-2018 04:08:38)

+5

169

Рядом с сестрой Сойкоглаз всегда чувствовал себя спокойнее. Было ли дело в её ровном, ласкающем слух, тембре голоса, или родном запахе, или в невесомых, ласковых, ободряюще-поддерживающих прикосновениях, он не знал. Но с удовольствием ловил каждое её слово и щурил глаза, радуясь тем редким мгновениям, когда мог побыть рядом с ней и при этом не получить нагоняя от отца.

Ну? – вдруг поинтересовалась Ива, и старейшина с готовностью навострил уши. – И откуда царапина?
У Сойкоглаза упало сердце.
Он торопливо облизнул нос, словно пытаясь стереть эту проклятую отметину, свидетельство его позора, клеймо и непозволительно громкий, вопиющий крик о беспомощности, и неопределённо пожал плечами. Прежнее приподнятое настроение потемнело и влажным пеплом устлало лапы кота; осыпало его шерсть налётом почерневшего серебра и осело на языке солоноватым привкусом крови. Отвернувшись в сторону, старейшина съёжился и натянуто усмехнулся. Сестру тревожить своими заботами он не желал: её дела были в разы хуже и серьёзнее его, и не ему было жаловаться.

Да так, ты же меня знаешь, – искривил губы в ломкой улыбке Сойкоглаз и как можно беспечнее дёрнул хвостом. – Просто неудачно упал.
Это было ложью лишь отчасти. Он действительно упал, свалился в грязь по собственной инициативе и жадно хлебнул последствий своих необдуманных просьб вместе с затхлой жижей. Сойкоглаз ободрал морду не то о случайно подвернувшийся камень, не то о собственную гордость, отчего-то решившую, что слепому коту может найтись место среди грозного Сумрачного воинства.

«Забудь, – выпустил когти старейшина и повторно коснулся кончиком языка свежего рубца – одного среди десятка более давних, подобных ему. – Просто забудь и иди дальше».

Хе-е-е-е-е-е-ей, – вдруг вклинился в их короткий диалог тягучий, точно разогретая древесная смола, голос Мошки. Сойкоглаз вздрогнул от неожиданности, но тотчас признал соплеменницу и расслабился. – Чё-как?

Да как-то вот так, – беззлобно хмыкнул он, с усилием избавляясь от тяжёлых мыслей. Пятнистый кот дурашливо оскалился и наугад ткнулся мордой куда-то в направлении её запаха. – А сама-то как?

+2

170

Затормозив, уперев свои маленькие пятнистые лапки в землю, после неудачного нападения, Дух резко обернулся готовый отразить любую попытку Капельки ему ответить. Только вместо ожидаемого удара или же хитрого маневра, которым белоснежный котенок одарил темного брата, хулигану досталась угроза:

Еще раз, и я тебя изваляю в песке получше, чем Медяка.

Изваляешь? Да ты только языком молоть и горазд! — презрительно фыркнул котенок, забыв о воителях вокруг них. — Или не только?

Сощурив глаза, поинтересовался Дух, намеренно высокомерно подняв свою голову. Он знал, Капелька не спустит ему «нападения» на его сестру, пускай белый и сам периодически поддразнивал ее. Тут дело было в другом, ведь не Капелька это сделал, а он — Дух! Если и было у подрастающего оруженосца слабости, то их не сложно было вычислить, все же племя, словно один большой муравейник, от ушей рядом живущих трудно что-либо скрыть. Мать и сестра, две ниточки, дергая за которые, Дух мог за несколько секунд спровоцировать Капельку на драку.

Пятнистый любил потасовки, не только ради развлечения или в качестве лекарства от скуки, хотя, чего скрывать это тоже было. Ему нравилось изучать противника, учиться, испытывать самого себя, побеждать. Будучи одиночкой, маленький хулиган использовал всю свою фантазию с одной целью — разнообразить сегодняшний день. Не секрет, что жертвами направленного не в то русло энтузиазма становились соседи по детской, лагерь в целом и его жители.

Вот и сейчас, не дождавшись нужной реакции, разве что в глазах оппонента прибавилось злости, Дух решил подстегнуть Капельку сделав обманный рывок в сторону Мотылюшки. Намеревался-то он намеревался, и в его голове все было грамотно сделано, красиво! Только вот одна неожиданность в лице, морде, глашатаи племени, Крушине, все испортило.

Угомонились!

Миг и котенок оказался в воздухе, беспомощно ловя лапами воздух. Протестующе зашипев, как только мог, пятнистый почувствовал горькую нотку стыда. Его, Духа, за шкирку, словно пойманного зверька, хорошенько тряхнули. Возможно, кошка надеялась, что случайно оторвет ему голову? Иначе, зачем так трясти такого бесценного будущего воина обладающего не только харизмой, но отвагой!?

Ты мне чуть голову не оторвала, Крушина! — с нотками обиды сказал Дух, ударив хвостом по земле и отойдя от глашатаи на пару шагов. Еще и прибьет, за то, что рот раскрыл.

Оказавшись на земле маленький хулиган подумывал фыркнуть и удалиться, оставив Капельку наедине с той, кто похвалила бы малыша за его разумность. Не белый же был провокатором, но посмотрев на лапы глашатаи, передумал. А то мало ли, решит, для ее речи народу мало, возьмет и прищемит его хвост, лапа соскользнет.

Сказать, что все сказанное глашатае одна большая куча листьев, значит быть либо бесчувственным чурбаном, либо обладать способностью пропускать мимо ушей все. К несчастью, Дух не был ни первым, ни обладал вторым, а потому с первых же слов осознал — выговор будет серьезный, поучительный и внушительный. Заснуть сегодня он уже не сможет, слова Крушины будут мучить его всю ночь, утро и последующий день. Что тут сказать, пищу для мозгов она им дала.

Разве на поле боя можно оставаться хладнокровным? — поинтересовался котенок, не представляя как можно сдерживать себя, если твоим соплеменникам причиняют боль. Стоило кому-то не так посмотреть на его мать, как Дух уже загадывался от желания сказать что-то особенно едкое. В прочим, он и говорил.

Хладнокровие? Котенок сомневался, что когда-то сможет быть сдержанным.

Отредактировано Дух (01-12-2018 22:00:39)

+3

171

Строгий взгляд глашатой оставался прожигать шкуру даже тогда, когда его обладательница ушла в патруль на границы.
"Справишься. У тебя нет выбора", - гудел в ушах голос Крушины, и вот казалось бы... скажи великанша это хоть с несколько другой интонацией, Ива ощутила бы прилив сил, уверенность в выборе предков и желание идти вот прямо сейчас копаться в травах и нестись навстречу к Полуночнику с жаждой знаний.
От слов Крушины дочь Вяхиря прибило к земле, будто ей на позвоночник рухнула какая-нибудь столетняя ель: ни пошевелиться, ни спастись.
— Хе-е-е-е-е-е-ей. - почти ровесница Ивы, Мошка, подсела к ним с Сойкоглазом, и серо-белая как-то рассеянно повела ухом, все еще ощущая тяжелое чувство ответственности и обреченности после слов глашатой.
— Че-как?
- А? - рассеянно дернувшись от специфичного говора бодрой беззаботной Мошки, Ива переглянулась с братцем, который принял весь удар на себя. А вот царапина все еще интересовала юную целительницу, и ответ Сойкоглаза совершенно её не удовлетворил.
— Да так, ты же меня знаешь, — искривил губы в ломкой улыбке Сойкоглаз. — Просто неудачно упал.
- Угу, - недовольно буркнула она, шлепая хвостом по ушам слепца.
- Зайди потом ко мне, - уф, первое самостоятельное лечение. Казалось, лапы немеют от одной только мысли, хотя это, всего лишь, царапина.
- А я пока пойду... кажется, вон, Комета возвращается, - вспомнив наказ предводительницы переговорить с ней в палатке, Ива рассеянно улыбнулась Мошке и побрела в палатку лидерши, обходя по большому кругу Крушину, отчитывающую молодняк.
Выцепив в толпе мальков Мотылюшку, серо-белая слабо ей улыбнулась и, ускорившись, скрылась в палатке Кометы.

----> палатка предводителя

+3

172

Замыкая небольшой отряд, Сабельник делал длинные вдохи с короткими выдохами не только для того, чтобы успокоиться, но и приучить легкие в холодному воздуху, который вновь вернулся в виде зимних холодов, переждав лесное лето. Первый снег, оказавшийся сильным снегопадом, знатно подпортил коту планы, но никак не мог его остановить. Наступит ли еще раз подходящий момент, когда набирается достаточно наигранного спокойствия и смелости, чтобы позвать соплеменницу на вылазку? Учитывая, что та не была ни патрулем, ни прогулкой за дичью. Да и какая дичь в такую погоду? Скользнув янтарными глазами между сосен, пятнистый внимательно слушал Вяхиря с Кометой, параллельно раздумывая, что бы сказать ему самому. Не им, конечно.

Со стороны лагеря раздавались писки малышни, которые неожиданно прервал голос Крушины; это заставило черно-белого усмехнуться: хоть что-то оставалось стабильным. Что не произойди — у малышни всегда детство в одной точке играет, однако сколько воитель не наблюдал за нынешним помётом, их детство выражалось лишь в активности и громкости, а также глупости, с которой те обсуждали неизвестные им темы с самым что ни на есть умным видом. Полынь не была самой легкой кошкой в воспитании, но даже с ней было куда проще, нежели с этой мелкотней. Не дай Звёздное Племя, чтобы хоть кого-то из этой четверки ему всучили в качестве ученика. Распушившись от этой мысли, черно-белый секундно скривил морду, и усы передернулись, накладывая на вид сумеречного оттенок брезгливости. Хотя кто ему их даст, пока у него есть собственный оруженосец? Правда последний ряд событий не давал Сабельнику никак вытянуть Стрижика с собой, благо Наледь с Цикадой взяли на себя общие тренировки; может хоть там шоколадный не корчит из себя обиженную неженку. Сабельнику искренне хотелось верить, что тот притворяется: извиняться было не за что, а обида оруженосца не имела весомой подоплеки.

Не уловив его силуэта на поляне, Сабельник чуть прищурился, словно раздумывая, вздыхать ему с облегчением или от раздражения; после взгляд краем коснулся дымчатой глашатаи, которая еще, судя по всему, не успела назначить вечерние патрули. Обстоятельства складывались просто прекрасно, и все это означало, что нужно было выкрасть Багрянку из лагеря до того, как произойдет очередная новость. Хотелось хоть минуты спокойствия. Спокойствия,  — хохотнул про себя кот с нервными нотками. Оно ему просто обеспечено. Обдумав все в очередной раз, бесхвостый обернулся, тут же наткнувшись взглядом на мысленно упомянутую подругу. Кажется, он даже пересекся с ней взглядом на секунду (или ему от недосыпа показалось), что заставило его помедлить, но подобное поведение казалось уже совсем глупым; встряхнувшись от залепившего загривок снега и недосыпа, которым Сабельник обозвал простое волнение, черно-белый направился к ней. Замерев перед кошкой, сумеречный удостоверился, что Багрянка ничем не занята, и слабо улыбнулся. Настолько, насколько вообще позволяла нынешняя обстановка.
Могу тебя из лагеря я выкрасть ненадолго?

+3

173

Удивительнo, чтo Багрянка так и не смoгла найти себе занятия за целый день. Выбравшись утрoм в лес, oна так и вернулась ни с чем, ибo пoгoда резкo ухудшилась. Снег накрыл её тёмную шубку тoнким слoем, делая пушистее и круглее. Багрянка смешнo пoмoрщила нoс, стряхивая с усoв снежинки. Oни забавнo разлетались в стoрoны, кружась в завихрении вoздуха, а затем вливаясь в oбщий пoтoк снега, снoсящий их в стoрoну. Былo не слишкoм-тo хoлoднo, нo oт дoлгoгo сидения на месте, лапы начали мёрзнуть. Кoшка принялась разминать пoдушечки, пo oчереди выпуская на лапах кoгoтки. Сабельник oбещал прoгулку, нo как бы oн не передумал, наблюдая такие капризы прирoды.
Багрянка пoдняла дoвoльную улыбающуюся мoрдашку вверх, пристальнo вглядываясь в рoй белых мушек стремительнo несущихся к ней. Настрoение былo на удивление хoрoшее, так всегда пoчему-тo бывает с сменoй сезoна. Багрянка любила этo всегда внезапнoе oбнoвление. Казалoсь бы, такая закoнoмернoсть, нo всегда застаёт врасплoх.
Oдна oсoбo крупная снежинка, явнo oбразванная нескoлькими слипшимися между сoбoй, с трудoм пoспевала за свoими бoлее кoмпактными и резвыми сёстрами. С весёлым прищурoм вoительница смoтрела, как та кружилась, oтклoняясь oт oбщегo курса, падала и приземлялась... на чёрнoе ухo Сабельника.
В беззвучнoм удивлении Багрянка приoткрыла рoт, нo тут же снoва заулыбалась, приветствуя друга. Кoе-ктo целый день старался на благo племени, а ты тут снежинки лoвишь.
- Я специальнo выделила время для этoгo пoхищения, - кoшка с гoтoвнoстью пoднялась и пoравнялась с старшим вoителем. Снежинка упoрнo не пoддавалась редким дунoвениям ветра, смешнo дёргаясь на кoнчике уха Сабельника, застряв в шерстинках. Багрянка привстала на цыпoчки, нo всё равнo не дoтягивалась дo ушей крепкoслoженнoгo кoта, а пoтoму слегка припoднялась на задних лапах, быстрым движением касаясь нoсoм кoнчика кoрoткoй кистoчки и сбивая снег тёплым дыханием. Так-тo лучше.
- Так куда же мы направимся? - как ни в чем не бывалo oна энергичнo двинулась следoм за Сабельникoм к выхoду, сoвсем не прoчь пoкинуть пoляну, пoка не случилoсь чтo-нибудь, чтo мoглo бы oмрачить и этoт день тoже. Мoжет, у негo есть хoрoшие нoвoсти?

>>> за саблей

+3

174

[indent] Мотылюшка вперила взгляд желтых, таких, как жидкий мёд, глаз на Капельку. И тут же ухо отдалось резкой болью, Мотылюшка едва открыла пасть, отчаянно прошипев и рьяно мотнув головой, чтобы несчастное ухо могло ощутить прохладу зимнего воздуха. Она гневно, совсем несвойственно себе, посмотрела на Духа. В глазах заблестели слёзы обиды. Кошка напряглась всем телом, едва ли сдерживаясь от того, чтобы выплюнуть что-то обидное прямо в морду малолунному задире, однако она скорее бы съела собственный язык, чем так поступила. Мама учила быть прилежной и хорошей дочерью, всегда уметь быть выше всяких споров и стычек. Но то, что сделал Капелька для Мотылюшки было настоящим открытием. Она смотрела на названного брата большими, размером с каштаны, глазами, не веря им. Это точно её брат?

[indent] Видя то, как закипает в глазах Капельки ярость, Мотылюшка мгновенно подобралась телом, мотнув головой, чтобы стряхнуть первые пушистые хлопья снега с макушки, подскочив к светленькому котику. Неожиданно возникнув перед двумя сморщенными носами сумрачных котят, Мотылюшка твердо взглянула в небесно-голубые радужки Капельки, давая понять, что этот хулиган и задира не заслуживает всего того времени, которое ему уделяется.
[indent] - Он тебя просто провоцирует, - понизив голос до шёпота, настойчиво произнесла Мотылюшка, вполне логично следуя взгляд за взглядом собственного брата, - просто провоцирует, Капелька! Но только-только маленькая кошка повернулась в сторону Духа, как кот рванул вперёд, из-за чего пестрая девчушка шарахнулась назад, впечатавшись спиной в грудь Капельки. Дыхание почему-то ускорилось, а пульс застучал в ушах так громко, что в один момент кошке показалось: вот-вот заболит голова.

[indent]  Терпение Мотылюшки, казалось, уже плескалось где-то на уровне границы глубокого стакана. Казалось, ещё чуть-чуть и кошечка взорвется, доказав всем, что и в тихом омуте черти водятся. Но как нельзя кстати за спиной сорванца Духа выросла Крушина, а Мотылюшка спокойно вздохнула, когда пятнистого котенка как следует встряхнули в воздухе.
- Ты мне чуть голову не оторвала, Крушина!
- Лучше бы оторвала, - нервно и неожиданно мрачно тихо пробубнила себе под нос Мотылюшка, приглаживая шерсть, которая из-за нервов теперь топорщилась во все стороны, а сама кошка походила внешне больше на мячик, в который играют котята, а не на прилежную кошку. Нервно лизнув грудку, Мотылюшка подобралась поближе к пушистому хвосту глашатой, подмяв его лапами под себя и довольно вытянув задние лапы. Так было теплее и куда более комфортнее, чем на голой земле, когда метёт снег.

[indent] Внимательно слушая Крушину, Мотылюшка прижала уши к затылку. Её не вдохновляли все эти рассказы о воительском деле, не прибавляли никакого желания расти и скорее посвятиться в оруженосцы. Для Мотылюшки всё это - сомнительная инициатива, на которую она бы не пошла никогда в жизни. Безусловно, если бы её преследовали амбиции её отца, то возможно кошка смогла бы добиться невероятных успехов по части воительницы, но эти крутые сомнения, которые мучили кошку в последнее время, откровенно говоря, постоянно, не отпускали ни на секунду, чтобы представить свою жизнь без статуса воительницы. Ненадолго отвлекшись, кошка нашла глазами Иву, растянув губы в невесомой, как крылышко мотылька, улыбке и слегка подняла переднюю лапу, будто бы ободряюще махая молодой целительнице. И уже в следующий момент хмуро сдвинула брови.
- А мы все обязательно, - сделав акцент на этом слове, - станем воителями, Крушина?

+3

175

— О, отлично, просто замечательно, — тёмно-бурый котёнок едко зашипел на младшенькую сестрицу, — я мастерски причиняю боль родным и в этом — хоть в чём-то, мы с вами ужасно похожи. Запомни-ка хорошенько, Мотылёк, — выплюнув исковерканное имя в очаровательно-невинную мордашку, Теневой хлестнул по боку крепко так ужаленным хвостом (будто уязвлённой гордостью), — ты не имеешь никакого права меня воспитывать, — эмоции переполняли гневно дрожащие игольным остриём зрачки, короткая шёрстка на загривке только что в патруль куда-нибудь не отправилась, а слова пятнистого Духа пролетели мимо подёргивающихся чёрных ушей.

Впрочем, намечающаяся драка не пролетела. Мстительно усмехнувшись, Медяк готовился было упиваться чудным зрелищем — наконец-то самолюбивого братца отделают с первого по десятое числа, однако неожиданно вмешалась глашатая. Вмешалась, конечно, принеся на огромном пушистом хвосте очередную воспитательную нотацию. Котёнок бы восхитился силой перекатывающихся под внушительной шкурой мышц, неколебимым спокойным хладом (то ли лесным, а то ли могильным), сковавшим грубые, по-настоящему яркие черты воинственной морды. Однако. Он терпеть не мог попытки воспитать, указать место, подчинить. Он терпеть не мог всё это бесполезное чтение морали — спасибо, уже успел насмотреться и прочувствовать силу взаимовыручки, взаимоуважения племени, когда думал, сидя у холодного края детской (читай: жизни), что лучше бы Топь его просто утопила (ха-ха, снова смешные шутки, Медяк). Хоть какое-то милосердие. Спа-си-бо. Больше не надо, меньше тоже, как говорится.

— А мы сможем положиться на племя, правда? На то самое племя, где маменьку от выволочки дорогого отпрыска — простите, приёмного, только появление глашатаи остановило? — злая, удушливым терновым плетением обернувшаяся вокруг бурой шеи уверенность в таковом раскладе (иначе Топь просто не Топь, коей её знал котёнок) заставила голос противно треснуть, задрожать, но не стихнуть окончательно, о нет. Светло-янтарные глаза, глаза дикого, из всех положительных чувств живущего одной лишь гордостью хищника уставились аккурат на Крушину, — или это тоже не столь важно, а? Или мы растём просто, чтобы в нужный момент без вопросов умереть за кого-то — даже абсолютно неблизкого?

+1

176

— Да как-то вот так.
— Ха! Ты ваще первый, кто хоть как-то на это ответил! — Откуда я знаю эту фразу? Не помню... Мошка не смогла сдержать улыбку, когда увидела, как Сойкоглаз тыкается носом куда-то в воздух. без лишних мыслей она ткнула тоже куда-то в пустоту рядом с ним. Потому что почему бы и нет? — Поздравляю!
— А?
Ой-вэй. Ива выглядит недовольной. Или рассеянной. Неважно! Мошка обеспокоенно отвела взгляд. А вдруг я ворвалась куда мне не следовало? Они же сестрёнки-братишки все. Я всё-таки сделала что-то не так? Ивушка теперь такая важ... Ива. Она теперь Ива, так ведь? Как они вообще не путаются во всех этих именах?.. Новых-старых, разных. Зачем? Между Мяврой и Мошкой вот вообще разницы нет. Чёрно-белая потупила взгляд. А должна быть? Наверное, должна. Поэтому и меняют? Сложно...
А раз сложно, то значит, правильно. У лесных всё сложно.

— А я пока пойду... кажется, вон, Комета возвращается...
— Э-э-э?
Я ТОЧНО сказала что-то не так! Не раз, не два, все-все куда-то уходят! Мошка открыла рот, забыла что хотела сказать, закрыла рот и беспомощно смотрела вслед уходящей целительнице. Прости? Извини? Я помешала!?
— Не, ну ты?!..
Мошка вновь заткнула рот, с ужасом глядя куда-то в сторону. "Не, ну ты видел!?" Я чуть не сказала этой Сойкоглазу! Матушки-кошечки, что за день-то странный? Быстрее, скажи хоть что-нибудь!
— ...Не, ну ты... ответишь мне на пару вопросов? Ива, теперь... Ива? Хе-хе. Смена имён. Странная штука, ага?
Ну, я даже не вру. Я действительно ничего не понимаю! Ай, я молодец, как выкрутилась!

Отредактировано Мошка (05-12-2018 20:03:42)

+3

177

Или не только?
Вот-вот и Капелька взбесится. Этот котишка, и когтя не имевший ничего общего с его семьей, с его матерью и с ним самим, — какое право он имел так говорить? Да и с чего бы? Неужели белесый успел сказать ему что-то, что-то сделать? Чего он прицепился? Цокнув зубами, котёнок выгнулся дугой и уж было приоткрыл рот, чтобы плюнуть ядом в адрес Духа, но перед мордой возникла пушинка. Мотылинка. Капелька косо глянул на её ухо, словно даже не интересовался, что там (от чего-то было стыдно ему показывать свое небезразличие к сестре), и распахнул на неё бледные глаза, в которых все еще плескалась секундно вызванная ярость. Слова кошки мало-помалу заставили его тяжко вздохнуть и с этим выпустить злость вместе с клубком пара.

Он тебя просто провоцирует.
Собственные мысли каким-то чужим, здравым голосом тут же откликнулись в голове: А Мотылюшка ведь права. Не успев ничего ей толком ответить, Капелька только сдавленно выдохнул, когда хрупкое тело врезалось в него, выбив из груди воздух. Брови свелись на переносице, и белесый уж думал что сейчас точно проучит Духа парой слов, после чего больше не вернется к этому разговору, но вдруг над их небольшим лоскутком земли, который они успели занять на поляне, поднялась чья-то тень; посыпавшиеся снежинки внезапно перестали прилетать с одной стороны, словно возникла некая стена. Растерянно подняв голубые глаза, Капелька ткнулся взглядом в глашатаю.
Угомонились!

От такого тона от самого загривка по спине к крупу прокатилась волна испуганных мурашек, тут же улизнув в пушистый хвост. Зубы словно срослись вместе, и отвечать не было никакого желания: не хотел бы он такую наставницу! Конечно, белесый уважал её, но не без доли боязни, которую обычно испытывают к собственным симпатиям, однако представлял себе ученичество варением в сливках с перерывами на тренировки. Что ж, скоро он разочаруется. Сама глашатая, лишь подтверждая подсознательные опасения котёнка, сомкнула клыки на пятнистом загривке. Будь бы на месте Духа кто-то еще — Капелька бы искренне посочувствовал, но сейчас только задумчиво хмурился, пускай в ледяных глазах ясно читались искорки удовольствие. Правосудие! С полным безразличием выслушав возмущенный писк Духа об оторванной голове, котёнок только удивленно уставился на затылок Мотылюшки.
Лучше бы оторвала.
И это она его сейчас успокаивала?
Впрочем, удивление недолго продлилось; тихо хохотнув, белесый дернул ушами в сторону дымчатой кошки. Он внимательно её слушал, хотя детское внимание не позволяло ему слушать речь глашатаи без внезапных пробелов в памяти, особенно навострив слух и прищурившись на её слова о воительской истине. Поставить свое «я» на десятое место? Словами не опишешь, какая тень сомнения проскользнула по морде Капельки, когда он повторил слова Крушины про себя.
Собственные желания всегда вторичны.
Это мы еще посмотрим.

Когда Крушину завалили вопросами, Капелька продолжил сидеть молча. Не то чтобы её слова заставили его задуматься, скорее зацепили его. Можно было бы сказать, что они открыли ему глаза на правду, если бы сам сумеречный не был уверен, что это лишь очередная попытка других заставить его усомниться в себе. Не так уж это и просто. Пусть этот трюк прокатит с другими, но не с ним. Не так быстро, в любом случае.
А мы все обязательно станем воителями, Крушина?
А Мотылюшка сегодня не переставляла удивлять. В любой другой момент Капелька бы решил, что кошка вновь заводит шарманку о мире о всем мире, что она против драк и войн, но если не воителями, то кем? У неё что, много вариантов? Не помнилось ему, чтобы в ним в Детскую спускались коты со звездным шлейфом и говорили что-то про его сестрицу. Ну или как там предки являются? Не дождавшись ответа Крушины, белесый задумчиво цокнул языком:
А кем бы ты еще хотела стать?
В лоб. Ну а что? Не родственники что ли? Издевки — неожиданно — в вопросе не было. Крушина определенно ответила бы на вопрос Мотылюшки, но это его мало интересовало. Ему было интересно, о чем думает сама кошка. О чем вообще думают такие ярые противники даже шуточных боев. Девчонки.

Пока Капелька думал, Медяк с вопросами в стороне не остался; резко повернув к нему голову, Капелька долго рассматривал брата. Тоже провоцирует? — постоянные грубости в сторону Топи начинали дергать за нужные струнки. — Или обижается на неё? В любом случае, его это задевало. Но не так сильно, как слова Духа. Перетерпит. Как и обычно делают в семьях. Разве нет?
Или мы растём просто, чтобы в нужный момент без вопросов умереть за кого-то — даже абсолютно неблизкого?
Глупость какая. Не бывает неблизких.
Белесый тихо кашлянул, прочищая горло от забившейся туда снежинки.
Так найди себе кого-нибудь близкого, — а то раз все вокруг такие злые, чего бы ему не побыть к кому-то добрым? А если сам такой же, как и всё их семейство — чего возникать?
Разве они не близки?
Кажется, нет.
И это испугало.

Отредактировано Капелька (05-12-2018 21:48:04)

+4

178

«Как будто я не знаю, что дождь постарался замести последние следы», - Наледь раздражённо дёрнула хвостом, скрывая нетерпение от поучений Крушины. Это, конечно, была колючка в её сторону, за её собственные слова и выбранный тон, но всё же она взрослая воительница с головой на плечах. Ведь верно?..
«Совсем как Коготь».
Крушина была известна своим спокойным нравом и сдержанностью, стремлением к контролю ситуации, поэтому не было ничего удивительного в том, что, ограничившись этакой словесной пощёчиной молодой кошке, призвала к себе внимание всех собравшихся на поляне. Наледь нетерпеливо выпустила когти, покосившись в сторону выхода из лагеря: казалось, патрульные, унёсшие тело Саламандры для торжественной церемонии погребения, исчезли там миллионы лун назад.
«Крушина, ну пожалуйста! Я же не малый котёнок!»
Хвост, дрожавший от собственной наглости, уже давно разъярённо и раздражённо метался позади из стороны в сторону; каждое слово глашатаи Наледь воспринимала как упрёк себе лично. Почему Крушина так против того, чтобы она проверила границу? Разве она не заслушивает доверия, разве каким-то образом дала понять, что может подвести здесь всех и каждого, разве...
«Неужели из всех полукровок только Луна заслужила её доверие?»
На противоположной стороне поляны зажёгся знакомый янтарь глаз, поглощающий её, завораживающий, превращающий вновь в ученицу в его когтях. Полосато-бурый наставник потянулся, размашистым шагом выходя на середину поляны, пересекая её, опаляя взглядом Наледь, заставляя пристыженно опустить мечущийся хвост и сжать зубы. Молчаливый взгляд был ещё более резким и несправедливым упрёком, чем промедление и лекция Крушины.
«Выше голову».
Легче сказать, чем сделать. Он до сих пор обладал неведомой силой над ней.
Наледь поставила уши торчком, стоило лишь услышать своё имя вновь.
«Наконец-то!»
Благодарно кивнув дымной глашатае, воительница мотыльком порхнула к выходу из лагеря, задержавшись лишь для вида. Всё же проверить границу ей необходимо было одной.
Или с Когтем.

-------------- >>> граница с грозой

+1

179

Ива не осталась с ним надолго. Сойкоглаз удручённо опустил голову и невнятно фыркнул себе под нос что-то понимающее. Его сестра стала целительницей, и теперь он не смел претендовать на её свободное время, как раньше. Котята становились учениками, те – воителями, теперь настал черёд меняться и Иве. Один лишь он, Сойкоглаз, оставался прежним; изо всех сил старался не стать гниющей стоялой водой, не расцвести клейкой плесенью и не стать негодным для племени раньше положенного и больше уже имеющегося.

Зайди потом ко мне, — шепнула целительница, и старейшина неопределённо кивнул. — А я пока пойду... кажется, вон, Комета возвращается.

Удачи, — эхом напутствовал её пятнистый кот и полубоком обернулся к выходу, чтобы лучше расслышать знакомые тяжёлые шаги и, если повезёт, уловить слабый шлейф запаха его обладательницы.

Комета была уставшей. Кончики ушей Сойкоглаза настороженно дрогнули, стоило ему уловить более продолжительные паузы между шагами, шорох хвоста, задевающего утоптанный наст чаще обычного, и тихое, на грани его слышимости, дыхание предводительницы. От неё слабо веяло кровью, чем-то прогорклым и старейшине едва знакомым, а ещё — племенем Ветра. Немного, почти не ощутимо, но слепой кот научился вычленять из россыпи запахов те компоненты, которых было меньше всего.
Ему нравилась эта тренировка логики, памяти и чутья. Возможно, однажды ему это пригодится.

Комета ненадолго задержалась около глашатаи, и её голос, предназначенный не ему, безмолвному слепцу-наблюдателю, ломким, острым осколком льда вонзился под кожу последнего и охладил его кровь сильнее стылого ветра.

Сойкоглазу стоило поговорить с ней. Выдернуть, вывернуть перед предводительницей наизнанку своё тлеющее сердце и позволить ей растереть его в пятно кровавой сажи, если это хотя бы на один мышиный ус могло помочь ей преодолеть все те невзгоды, что разом обрушились на её плечи. Но старейшина знал, что он сам — лишь ещё одна причина её головной боли, и не более того, и его признание не сделает лучше никому из них двоих.

А потому неуютно повёл плечами, опустил голову и крепко стиснул зубы.
Разбитое сердце — это не печальное стечение обстоятельств. Порой это осознанный выбор.
Но, даже приняв решение — правильное, как ему казалось, решение, — коту отчего-то всё ещё хотелось запрокинуть голову и отчаянно, с надрывом, взвыть на весь лес; сорваться на бег и мчаться так далеко, как только позволили бы его окрепшие, но всё ещё недостаточно сильные, лапы; захлебнуться тем сладким ядом, что наивные романтики с издёвкой прозвали «любовью», только бы перестать вздрагивать от каждого полутона её голоса, только бы перестать ощущать её отсутствие в его жизни как незаживающую рваную рану в груди, только бы научиться дышать без отзвука её имени на губах.

И вместе с тем — никогда не забыть той эйфории, что дарило её мимолётное прикосновение к его шерсти.
Глупый, глупый пропавший Сойкоглаз.

Ха! Ты ваще первый, кто хоть как-то на это ответил! — вернул его к реальности бодрый голос Мошки, и старейшина вскинулся, вновь повернулся к соплеменнице и хитро улыбнулся:

Да я ещё и не так могу! — Что ж, стоило признать, каламбуры были явно не его коньком.

...Не, ну ты... ответишь мне на пару вопросов? — продолжила мяукать о своём великовозрастная ученица. — Ива, теперь... Ива? Хе-хе. Смена имён. Странная штука, ага?

Ты права. Странная, — задумчиво кивнул пятнистый кот, задержав на кончике языка печальный вздох: Комета удалилась в палатку вместе с Ивой. — Переживаешь о своём грядущем посвящении в воительницы? Твоё имя станет иным.

«И только моё — останется со мной навек».

+5

180

[indent] - Ну-ка, тихо! - недобро косясь на Мотылюшку, обычно ведущую себя куда более разумно и достойно,  шикнула великанша, определённо не намереваясь становиться свидетельницей очередного конфликта. - Пока что голову вам срывает только безрассудство, не без удовольствия отметив тишину, воцарившуюся на поляне как только котята присмирели, Крушина уселась, намереваясь обвить хвостом лапы, да не успела - на её великолепие уже посягнула Мотылюшка, решившая устроить себе элитную подстилку. Усмехнувшись в усы, дымная перевела взгляд на Духа, оставив юную кошечку отогреваться: покуда это не доставляло ей дискомфорта, сгонять девчушку старшая смысла не видела; а может, просто слишком устала, чтобы размениваться ещё и на такие мелочи. - Конечно. Не только возможно, но и нужно. Эмоциональность - то, на чём легко может играть твой противник. Поддевая, грубо затрагивая то и тех, к кому ты не безразличен, он без труда возьмёт над тобой контроль, вынудив совершить ряд выгодных для него ошибок, если ты не научишься в первую очередь думать и лишь потом делать, сохраняя себя в здравом уме, - не раздумывая, начала объяснять великанша, качнув головой, дабы отогнать надвигающуюся дремоту, изо всех сил старающуюся сомкнуть ей глаза.
[indent] - Почему ты сейчас напал на Капельку? Потому что, поведясь на его сознанную или несознательную провокацию, не сдержался. И попался - на поляне сейчас столько котов, что остаться незамеченным было бы просто невозможно, - сделав паузу, дабы дать котятам время обдумать сказанное, сумрачная нетерпеливо нахмурилась, всё ещё не отмечая даже намёка на возвращение патруля. Чем могут закончиться эти переговоры, если Комета ушла на них настолько взвинченной? Взвинченной и уставшей. Тревога кольнула подушечки лап, и, чтобы не дать ей разгуляться с новой силой, кошка вновь переключилась на мелкотню. - И, разумеется, остался крайним виноватым. А Капелька напасть не успел, ему дала возможность притормозить Мотылюшка. Теперь понимаешь, как это работает? – Дух [да и Капелька, в общем-то] хоть и вёл себя порой совершенно безбашенно, очевидно, умел слушать и думать, обладая рядом черт, с которыми успешно сможет работать его наставник, растя достойного воителя, и это стоило того, чтобы сейчас вместо отдыха окружить себя оравой котят, которых Крушина, впрочем, всегда (и всех) воспринимала старше, чем они есть, требуя и обращаясь на соответствующем уровне. Иначе попросту не умела – дух матери-наседки, способной сюсюкаться и спрашивать, где палочка, а где листик, присутствовал в ней не больше, чем яркие огненные отметины на шерсти, то есть, уходил в конкретный минус. - Не имея самообладания, в любой ситуации, испытывая гнев, страх или любое другое сильное чувство, вы будете делать то, что первым придёт в голову, а не то, что правильно. Всегда нужно оставлять несколько секунд на то, чтобы всё обдумать, взвесить и понять, верно ли вы собираетесь действовать и почему нужно именно так.
[indent] Наконец, на поляне появилась сопровождаемая своим патрулём Комета. - Видимо, переговоры не задались, – понимающе кивая на желание предводительницы сначала отоспаться – она сама еле сдерживалась от того, чтобы не развалиться прямо здесь и сейчас, - заключила сумрачная, провожая тёмный силуэт взглядом, когда над ухом зазвенел скулёж Медяка, вновь заставивший нахмуриться разгладившуюся было морду. Любой новопосвящённый – мягкая масса, но чтобы результат ученической лепки был достигнут, глина должна быть хорошей. Увы, случается брак, и несмотря на отсутствие какой-либо предвзятости, в целом несвойственное Крушине, она уже сейчас видела: то, что при зачатии намешалось в этом юнце, имело слишком чёрное, гнилое нутро, чтобы явить что-то достойное. Слишком жалеющий себя, слабый, ноющий, обиженный на всех вокруг нарцисс – где это видано, чтобы будущий оруженосец, воитель в подобном тоне жаловался на наказания (хотя бы сверстнику, не то что глашатой!), где это видано, чтобы пятилунный котёнок позволял себе подобное хамское, потребительское отношение к племени? Очевидно, с осиротевшего мальчишки кто-то слишком усердно сдувал пылинки, взрастив в нём непомерный эгоизм. Мало, мало драла Топь приёмыша, как бы он ни вопил об обратном. - Не вижу на тебе ни одного следа беспощадной пытки. Даже оплеухи не вижу. Исключительно по шёрстке гладят лишь домашних кисок. Всех котят, все зависимости от того, приёмные они или родные, наказывают родители, всех оруженосцев – наставники, даже воитель может заработать выволочку от старшего товарища или предводителя, и никто от этого ещё не умер. Жалость к себе тоже должна иметь границы, – строго осекла сводного братца Капельки дымная, сходу давая понять, что ни по одной из причин не намеревается сюсюкаться с ним, теша юношеские наглость и хамство. - Запомните все, в племени нет разделения на близких и неблизких, в первую очередь все мы - одна большая семья,   - оборачиваясь к Капельке, подхватившему заданную Медяком тему,  продолжила Крушина, в большей степени всё же по-прежнему обращаясь к последнему. - Каждый день каждый кот, выходящий в лес, рискует умереть. За себя и за своё племя. В бою, на охоте, в патруле, выполняя поручение или просто прогуливаясь. Все, кто окружают нас сейчас, каждую секунду готовы отдать свои жизни, оберегая в том числе и вас, заботясь о тепле, сытости и комфорте вашего существования. Таковы наша жизнь и законы этого леса, и это - одна из причин, по которой старейшины всегда живут в уважении и почёте. То, что они за долгие луны отдали племени, достойно самой большой и искренней благодарности. И каждый из вас, если ему хватит доблести и чести, однажды сделает тоже самое. Действительно без вопросов. Или не сделает - история леса, к сожалению, насчитывает достаточно предателей, - Медяка каждый день окружали коты и кошки, долгие луны верой и правдой, потом и кровью служа своему племени. Не они должны добиваться сопливого юнца, это он должен раз за разом доказывать, что достоин встать в один ряд со старшим поколением сумрачного племени, с его более доблестными молодыми членами. Все получали равное к себе отношение, и Медяк ещё не сделал ничего, чтобы к нему относились иначе. Ни одной заслуги, лишь пафос и гонор. Кто бы ещё помог ему утереть молоко с детских усиков. - Мир перестанет ополчаться против тебя, если ты дашь ему шанс и ответишь взаимностью. Иди, - лапой стряхивая с тёмной шерсти котика налипшие во время поединка с братцем иголки (авось, и ежиться перестанет), кивнула старшая.
[indent] Мысли вернулись к Мотылюшке и её вопросу, на который сразу же хотелось ответить утвердительно: каждый котёнок мечтает стать оруженосцем, оруженосец – лучшим воителем. Это то, что Крушина видела всю свою юность, то, к чему стремилась сама, и эта скрепа прочно въелась в мозг. Но взгляд, блуждающий по поляне, наткнулся на один из помётов прошлого года. У Вяхиря родились сын и дочь, но ни один из его котят в итоге не стал воителем. И, помедлив, великанша отрицательно качнула головой, ещё какое-то время перед тем, как заговорить, наблюдая за ускользающей от Сойкоглаза в сторону палатки Кометы Ивой. - У каждого из нас свой путь, и, если предки увидят, что тебе предначертано иное, они непременно дадут об этом знать. Не беспокойся, – зевнув, сумрачная поднялась на лапы, высвобождая свой хвост из плена. - Не бывает котов, делающих всё в равной степени хорошо. Кто-то лучше дерётся, кто-то охотится, есть выдающиеся нюхачи и стратеги. У каждого свой талант. Все вместе мы подчёркиваем достоинства и прикрываем недостатки друг друга, это и делает нас, племя, сильнее, – уже направляясь к палатке, заключила кошка, перед тем, как скрыться в обаятельном полумраке воительского уголка, направив котятам строгий взгляд, предупреждающий очередной поток выходок и шалостей.

Палатка воителей (номинально) - Гниль

Отредактировано Крушина (10-12-2018 23:59:24)

+4


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя теней » главная поляна