У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
1 2 3 4 5
добро пожаловать! Последнее пристанище для каждого, кто тосковал по атмосфере канона и старого леса. Новая старая история котов-воителей. Рейтинг проекта — R.
почетные игроки
7.11 Стали известны результаты голосованияна почетного игрока и самых-самых за октябрь! Также, благодаря вашим голосам, на Последнем Пристанище очень скоро будет введена подарочная система! Скорее готовьте подарки на Новый год, он уже не за горами ;)
нужны в игру
!!! открыта регистрация во все племена !!!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » игровой архив » break down this fucking wall


break down this fucking wall

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

your arms are weak from holding up this front

http://sh.uploads.ru/atN4S.gif http://sg.uploads.ru/1fjJr.jpg

лагерь // поздний вечер ————————————————————————————————maybe i could use some help
but you want something done right
you gotta do it yourself

+1

2

V A N C O U V E R   S L E E P   C L I N I C  -  S T A K E S
•   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •   •

[indent] У Подпалины под кожей прорастает ядовитый плющ: он сковывает, оплетает, перекрывает доступ к кислороду и душит. Неприятным зудом разносится по телу, заставляя когтями впиваться в твёрдую землю, и жадно глотать воздух. Она не плачет и даже не жмурится - отсутствующим взглядом всматривается куда-то вниз и почти не моргает; горечь потери смешивается с ненавистью к самой себе, и Подпалине кажется, что её вот-вот от отвращения наизнанку вывернет. Не успела. Не спасла. Позволила умереть. Слабачка.
[indent] Образы сменялись перед глазами цветными картинками и всё ещё были поразительно ясны даже спустя несколько дней. В ушах до сих пор стоят яростный крик отца и хруст его костей, когда лисица перекусила кошачью шею, а сознание выталкивало наружу вид его обмякшего тела, беспомощно свисающего из пасти рыжей бестии. Подпалину в тот момент будто тысяча ежовых игл пронзила, но она и шевельнуться не могла от сковавшего страха - лапы словно окаменели, а сознание отключилось, сфокусировавшись лишь на бездыханном воителе. В тот момент она ощущала себя беспомощной как никогда раньше, и единственное, что успела сделать перед недолгим падением с обрыва - расцарапать лисе морду, лишая зрения на один глаз. Но этого было ничтожно мало; этим едва ли можно было гордиться.
[indent] Ноющая боль в задней лапе разносится по всему телу, и Подпалина едва заметно дёргает кончиком хвоста то ли от болезненных ощущений, то ли от пожирающих изнутри мыслей. Его гибель - на её совести, её вина, и она это прекрасно понимает, да только исправить уже ничего не может. Опоздала. Где-то над ухом назойливо жужжит голос разума, кидающий обвинения, и каждое оставляет на сердце кровавый порез, который даже целебными травами Незабудки не залечить. Подпалина делает глубокий вдох, наполняя лёгкие воздухом практически до скрипа, и душный запах растений неприятно бьёт по вискам, отзываясь пульсацией. Она должна быть не здесь, а там - рядом с братом и сестрой, прощаться с отцом, но вместо этого застряла в этой звездоцаповой палатке, и без разрешения целительницы лишний раз даже двинуться не может.
[indent] Незабудка говорит, чтобы Подпалина лежала смирно и не думала вставать, а после исчезает в темноте, выныривая на главную поляну, и пятнистая обречённо вздыхает, укладывая потяжелевшую голову на лапы. Ей до сих пор не верилось в произошедшее; вернее, не хотелось верить, но осознание реальности случившегося напоминало о себе сломанной костью конечности, вынуждая Подпалину признать, что это, вопреки всем надеждам, не было сном. Больше всего на свете ей хотелось зарыться носом в густую шерсть отца, почувствовать его запах и услышать низкий голос над головой, говорящий, что всё будет хорошо, но вместо этого в ушах звенела оглушающая тишина - её давление Подпалина ощущала почти физически. Мысли в голове путаются, врезаются друг о друга и звучат поразительно громко, и юница прикрывает уставшие веки всего на мгновение, но кажется, будто проходит целая вечность.
[indent] Она лежит недвижно пару минут, прокручивая в голове яркие картины-воспоминания, и словно отключается от реальности - даже не слышит приближения чьих-то тяжёлых шагов. Только когда они оказываются достаточно близко, Подпалина медленно поднимает голову и невольно морщится от боли, кидая полный раздражения взгляд на сломанную лапу, пока сама подбирает самые подходящие фразы, которые стоит сказать брату [это ведь наверняка он]. Казалось, вина перед ним и сестрой вот-вот сожрёт пёструю ученицу заживо, и она нервно сглатывет, пристально всматриваясь в появляющуюся на пороге фигуру из-под полуприкрытых век.

Отредактировано Опалённая (26-09-2018 18:13:24)

+2

3

Рассудок, прояснев, теперь уже осознанно возвращается к анализу пережитого. Все, что на границе сознания казалось таким четким, настоящим, живым и волнующим, сейчас осталось лишь смазанным масляным пятном, осевшим на поверхности лихорадочным клеймом былого неистовства. Отпечатки самых важных кадров превратились в темную сепию, наполняя чертоги гниющего нутра мрачняком разной степени тяжести, такой частой, что стала уже почти родной и приравниваемой к внутренней.

Он ступил на порог целительской, притерев каменный уступ бочиной, едва вписавшись в узкий проем плечистой фигурой — очевидно, ведь то было сердце лагеря, священный угол под крепкой защитой племени,  осквернять который своими грязными лапами хотелось в последнюю очередь, но долг требовал обратного. Глотку неприятно саднило от приторности ароматов, но атмосфера прохладных стен мгновенно вернула к целостности восприятия собственного тела и напомнила давящим тремором  в затылке, временами переходящим в головокружение от удушья, срывая с полураскрытой пасти низких рык.  Тут же захлопнув ее, замер, разглядывая хрупкую, съёжившуюся фигуру в полумраке пространства, пока та не пришла в движение.

С глухим хлопком тёплая тушка рябчика упала перед носом пострадавшей.

Твой брат заступил в вечерний патруль, - голос сквозил холодом, принесённым снаружи, жёсткий янтарь встретил горечь зелени,  - он просил проведать тебя и оставить это, - по-солдатски опустив тяжёлую лапу, настойчиво пододвинул гостинец к кошке; непроизвольно вытянутые, окровавленные когти все ещё хранили смрад звериного запаха и воспоминание о произошедшем в лесу инциденте — для кого-то трагедии — участником которого Тайфуну также пришлось стать по стечению роковых обстоятельств, и отчего-то стоять сейчас здесь, перед ней, было слишком отягощающе. 

—  В случае отказа, затолкнуть в тебя это насильно, - он угрюмо свёл брови, сжимая скулы до проступивших желваков; ровный тон не приемлел оговорок, однако держать привычную марку становилась все сложнее, - впрочем, последнее скорее станет моей инициативой, - кривая усмешка тронула губы, и Тайфун грузно опустился рядом с соплеменницей. Попытка сохранить личное пространство была определено далека от почтительной — той, что он разменивался в обществе прочих.

Как ты?

Он не смотрел — не видел  необходимости, будучи уверенным, что найдет подтверждение зверскому увечью лишь в деталях. Жестокому и неоправданному до абсурда.

+1

4

[indent] Рассеянно-туманный взгляд с трудом сфокусировался на появившемся буром силуэте, и лишь спустя несколько секунд сосредоточенного изучения Подпалина смогла отделить мираж от реальности: перед ней, вопреки собственным домыслам и попыткам разума обмануть уставшие глаза, вырисовывался образ вовсе не брата, но его наставника, и, говоря откровенно, его пятнистая ожидала увидеть здесь в последнюю очередь. Часто моргает, облизывает пересохшие губы и слабо качает головой, словно грозовой воитель был всего лишь плодом её воображения, но резкий запах леса, принесённый на его шкуре, и свежей крови, что застыла на длинных когтях, ударили в нос слишком явственно, чтобы оказаться нереальными, и Подпалина расслабила напряжённые мышцы.
[indent] - Вот как, - опускает глаза на лежащего перед ней рябчика, но не выражает совершенно никаких эмоций. - спасибо, - благодарит вполне себе искренне, хотя внутри всё ещё чувствует, как острые когти вины оставляют на сердце ссадины [с ранами физическими они едва ли сравнятся]. На слова соплеменника Подпалина только измученно и коротко улыбается, осторожно придвигает к себе птицу и делает несколько небольших укусов, но мясо почти встаёт комом в горле, и ей с трудом удаётся проглотить каждый кусок.
[indent] Вместе с запахом крови в сознание ворвались новые воспоминания: они заполняли собой пустое пространство по кругу, врезались в память и цеплялись колючим репейником, от которого никак не получалось отделаться. Подпалина помнит, как алые капли окрашивали в свой цвет рыжую шерсть отца. Помнит, как запах собственной витал в воздухе тяжёлым грузом после жёсткого приземления. Помнит, как практически чувствовала привкус железа на кончике языка, и как от него тошнило. Этот мерзкий аромат затем сменился пахучестью целебных растений, и от него кружилась голова и тянуло в сон - Подпалине этот запах не нравился, как не нравилось и то, что она не могла выйти отсюда, даже если бы захотела. Но сейчас, в этом сплошном потоке терпкого вонизма, наконец появилась столь долгожданная отдушина.
[indent] От Тайфуна пахло сочной травой, корой деревьев и сырой землёй, а от него самого исходило обволакивающее тепло - теперь Подпалина заметила, что ей не только не хватало свежести леса, но и что она успела озябнуть. Из последний сих ей удаётся подавить в себе желание зарыться носом в густую длинную шерсть и не вжаться всем телом в бурый мех воителя: вместо этого она перебивается тихим вздохом и позволяет себе подвинуться чуть ближе, едва соприкасаясь с чужой шерстью.
[indent] - Не знаю, - честно признаётся она, покачав головой. - чувствую себя... бесполезной, - бледно-зелёные глаза на секунду прикрываются - то ли от болезненного ощущения в лапе, то ли от осознания собственной никчёмности, и Подпалина в последнюю секунду успевает сдержать подступающий к горлу стон. - я ведь с ним даже не попрощалась, - произносит почти отречёно, но по-прежнему не смотрит ему в глаза: кажется, словно в них увидит осуждение; ещё хуже - жалость.
[indent] Она не из тех, кто привык сдаваться - спасибо отцу за эту черту, - но сейчас всё чаще ловила себя на мысли, что зашла в тупик, выбраться из которого шанса нет. Подпалина словно блуждала в огромном бесконечном лабиринте с мнимым выходом - на деле же его просто не существовало. И здесь, в этой палатке, на этой подстилке, был её конечный пункт. Незабудка говорила, что всё будет в порядке. Утешала, мол, сделает всё возможное, но в глазах читалось молчаливое вымаливание прощения за намеренную ложь. И это полосовало хуже вражеских когтей.
[indent] - Уже слышал, что сказала Незабудка? - глядит куда-то перед собой, в пустоту, и даже не шелохнётся, а у самой по телу дрожь проходит. - что мне дорога в палатку старейшин, - хмурит брови от возмущения и тихо усмехается, пока в голове звучит: - сама виновата.

+1

5

Серое небо, затянутое тучами, окропив землю первыми каплями дождя и призывно ударяя к порогу, придавало ситуации, казалось, максимум драматичности. Впрочем, ее хватило бы и при солнце.

В напоминание о пережитом мышцы непрерывно гудели, требуя повышенной нагрузки, влажные шерстяные пряди, облегая туловище, свисали неопрятными узлами, обнажая изуродованные участки потемневшими рубцами; малейшее движение — надсадный рык, каждой клеткой чувствовал эту неприятно стягивающую кожу корочку, а терпкий запах лечебных смесей, коими он благоухал от подхвостья до пяток подобно загульной самке по весне, лишь сильнее раздражал обостренное обоняние.

Приглушённый кошачий голос утонул во внезапном гуле, что эхом резонировал под сводом каменной пещеры. Тайфун шумно выдохнул, недовольно дёрнув губой, и сместился в бок, все ещё находясь в непосредственной близости, но намерено заслоняя корпусом проход, заглушая хлещущие извне потоки всем своим естеством — взыграли собственнические замашки или то была небрежная попытка проявить заботу, оградив больную от ненужных эмоциональных перепадов? Племя ещё не оправилось от потери ценной боеспособной единицы, однако не многим было дано понять ту гнетущую боль, что отравляла сознания близких почившего, и Подпалина, внешне кажущаяся смирнее речной глади, определено переживала не лучшие времена.

В таком состоянии — это оправдано, - констатировал он, подсознательно возвращаясь к обстоятельству кровавой расправы, - ты боролась там. Что мешает делать это и дальше? - вопрос риторический тем не менее заставил его задуматься. Калейдоскопом случайных кадров в голове проносились возможные варианты исхода ее дальнейшей судьбы; мысль о том, что, вероятно, молодой кошке придётся оставить свои обязанности пришла с опозданием, и это опоздание показалось настолько длительным, что очевидные последствия становились бесповоротно неизбежными, ставя под сомнение полноценность будущей воительницы племени.

Ты преувеличиваешь, милая. Целителям порой свойственна излишняя мнительность. Но каким бы туманным не было будущее в текущих обстоятельствах, чертова лапа не должна стать крестом на твоих усилиях, - он осекся, отводя уши назад, словно убеждаясь в отсутствии подслушивающих. — и я говорю о внутренней силе. Той, что движет тобой постоянно, не давая оступиться. Она у тебя есть, как и была у твоего отца. Только, в отличие от него, у тебя все ещё есть выбор, — ровный тон звенел непрошибаемой уверенностью, силясь донести до чужого подсознания те простые истины, что являлись единственно важными и правдивыми, сплавленными под влиянием всего перенесенного им дерьма чредой бесконечных побед и поражений.

В моих словах не будет смысла, пока ты не примешь очевидные вещи на трезвую оценку. Сейчас это сложно, пока раны свежи, — Тайфун навис над кошкой, скользя по измождённому, дрожащему телу взглядом, бесстрастным и невидящим телесных повреждений, жестко чеканя, дабы окончательно донести бескомпромиссность своих суждений. — но они имеют свойство затягиваться, — и это была правда, та самая, железная и неоспоримая.

Или ты можешь позволить эмоциям сожрать себя изнутри, так не и попытавшись исправить свое положение.

+1

6

[indent] Неожиданно ворвавшийся в палатку ветер заставил сощуриться - вместе с ним в воздухе почувствовалась влага, и через несколько мгновений по потолку палатки забарабанили первые тяжёлые капли. Подпалина подняла подбородок, всматриваясь в темноту природной крыши над головой, и с досадой подумала, что даже от дождя сейчас не стала бы прятаться; поёжилась, немного поёрзала на подстилке, и с вопросительным взглядом проследила за действиями бурого воителя, который всё ещё оставался достаточно близко, но в этот раз ограждающий её от излишней влаги.
[indent] Он говорил фразы, вовсе не ставшие каким-то откровением: все они были самими собой разумеющимися. Взгляд травянистых глаз блуждает по его фигуре, где-то задерживаясь на несколько секунд, а где-то проскальзывая почти невесомо. Подмечает застывшую кровь на новых ранах, что разбросаны по телу в хаотичном порядке, свалявшиеся клочки шерсти и несколько не самых приятных на вид порезов, которым явно не хватало лапы целителя - Подпалина мысленно вырисовывает дорожки от одного к другому, пока не сталкивается с яркими глазами напротив, и этот взгляд отражается россыпью мурашек на её коже.
[indent] Она отводит глаза резко и чуть ли не стыдливо, смущённо, будто чувствуя нечто с родни угрызению совести, и молчаливо выслушивает всё, что он хочет ей сказать. Его голос - ровный и низкий; его голос звучит почти что вкрадчиво и проникает глубоко в подсознание, смешиваясь с собственными мыслями грозовой ученицы; его голос успокаивал. Подпалина тихо выдыхает, не поднимая глаз, и только и может, что молча соглашаться с его словами: она знала, что он прав, и знала, что должна делать дальше. Нужно только время.
[indent] - Я и не думала сдаваться, - чеканит немного громче, чем думала, словно бы речи воителя её задели, но на деле лишь подстегнули. Поднимает взгляд и в этот раз смотрит пристально, едва нахмурившись. - просто не могу себе этого позволить, - иначе это бы предало всё то, чему отец столь долго и кропотливо учил Подпалину, бережно вкладывая в её голову те столпы, на которых всё её мировоззрение держится. И Тайфун был прав: поддаться эмоциям означало бы неминуемое поражение. - я докажу, что Незабудка ошибается, и уж точно не отправлюсь к старикам раньше времени, - будто в напоминание лапа протяжно заныла, но в этот раз чёрно-рыжая выдержала неприятные ощущения, не пошевелив и усом. На мгновение замолчала, всё ещё всматриваясь в яркие медовые глаза, и уже немного тише пролепетала на выдохе: - но это не отменяет того, что он погиб, и погиб по моей вине. Потому что я всё ещё недостаточно сильная.
[indent] Она, конечно же, знала: напрямую к этому отношения никакого не имела, но косвенно - да. Она должна была попытаться что-то сделать, броситься вперёд, привлечь внимание и просто помочь, но вместо этого застыла камнем. Это ведь именно её отец кинулся защищать, а она даже не попыталась помочь; не потому, что испугалась, а просто сделать ничего не могла. Подпалине от самой себя противно было, и никто сильнее ненавидеть или корить её не мог, чем она сама.
[indent] Попытка осторожно изменить положение превращается в настоящее испытание, и с губ срывается глухой сиплый стон, напоминающий сдавленное рычание. Подпалина жмурится, приподнимается на трёх лапах - больше всё же на двух передних, - и затем неторопливо опускается на землю, в этот раз оказываясь к чужому боку даже ближе, чем находилась до этого. Запах запёкшейся крови и напряжённые мышцы вызывают едва уловимую усмешку, но та быстро исчезает ещё до того, как окажется замеченной чужими глазами, и юница теперь исходящее от него тепло чувствует сильнее.
[indent] - Тайфун, - его имя звучит почти шёпотом, смешиваясь со стуком дождя и шумом листьев. Она глядит сначала в сторону, будто пытаясь отыскать нужные слова в тёмном углу палатки, и переводит взгляд на него, слегка запрокидывая голову: рядом с ним она казалась совсем небольшой, едва не крохотной, но в то же время какой-то защищённой. - можно тебя кое о чём попросить?

+2

7

Взгляд то и дело обращался к грубому излому повреждённой конечности, в который раз отмечая серьёзность полученной травмы, затем вновь возвращаясь к лицевым чертам.  Плещущая зелена глаз не позволяла  сомневаться: Подпалина приняла вину на себя, спроецировав трагический финал непредвиденного события на собственную слабость — ее слова были тому однозначным подтверждением, находя мрачный отклик в недрах чёрствой души.

Уравновешивать чужую смерть самобичеванием  — наибольшее из всех извращений, — он не пытался придать своему голосу оттенок утешения, лишь по привычке озвучивая самоочевидные факты, пропущенные через призму годами выстроенных принципов.  — сожаления не воскресят мертвецов, однако любая потеря — повод стать сильнее, — проникнуться ее чувствами получалось лишь поверхностно: все его жизненные приоритеты, формирующие в сущности каркас нынешнего мировозрения, сводились к пресловутым рамкам поддержания за собой достойной репутации и сосредоточения на выживаемости племени, чему он ежедневно способствовал несением воинского долга. Попробуй Тайфун хоть раз зациклиться на обстоятельствах смертей близких или товарищей, многие из которых уже неизбежно бороздили бескрайние просторы звёздных угодий, — давно бы загнулся, снедаемый эмоциями в бесконечном акте саморефлексии. Каким бы тяжким не было их бремя сейчас, горечь утраты, рано или поздно проходит, оставляя после себя лишь осадочное послевкусие.

Напряженно скованные в длительном положении, бугристые мышцы пронзила волна дрожи, заставляя Тайфуна рефлекторно дёрнуться на случай подстраховки, когда кошка внезапно попыталась предпринять попытку передвижений, неуверенно балансируя на трёх лапах, но он тут же осел, стоило той вновь опуститься, окончательно разрывая между ними какую-либо дистанцию. Сквозь разбуженный инстинкт дробящего в висках куража он едва различил вопрос соплеменницы, потупив взгляд и опустив лобастую голову — суть уловил.

Конечно.  — на этот раз ему удалось разглядеть хорошенькую мордашку  в непривычной близости.

Отредактировано Тайфун (30-09-2018 00:52:52)

+1

8

[indent] Ей не хотелось ничего говорить, да и вряд ли было нужно: Тайфун был там, он всё видел собственными глазами, и даже не смотря на то, как ситуация выглядела со стороны Подпалины, с его угла она наверняка представала иначе. Юница глубоко вдыхает, качает головой и отводит глаза в стороны; ему не понять. В этом она убеждена, в этом она не сомневалась. Он знал её с самого рождения, наблюдал, как она росла, менялась, и должен в красках помнить каждый день потери, выпавший на её пока ещё короткую жизнь. Одно то, что она до сих пор не сдаётся, пытаясь идти вперёд, ей казалось сродни чуду: там, где другие забились бы в угол, Подпалина разворачивалась назад, пытаясь на ощупь найти другой выход. Так будет и в этот раз, но сейчас отчего-то в груди болело сильнее.
[indent] - Я говорю очевидные вещи. И ты знаешь, что в этом я права, - она смотрит ему в глаза уверенно, почти с вызовом, словно пытаясь убедить в собственной правоте, да только убеждать было не в чем: где-то внутри он наверняка понимал всю правдивость сказанного ею. Подпалина, объективно, всегда была слабее. Брата, сестры, ровесников... Ей больше других нужно было прикладывать усилия, больше других заниматься, и когда казалось, что врождённый талант вкупе с приобретённым упрямством наконец дали свои плоды - всё пошло прахом, исчезая, словно мираж в жаркий день. И пусть даже кто-то говорил, что в действительности юница многого добилась, в своём разуме она едва сдвинулась с мёртвой точки, максимум на несколько лисьих хвостов, когда как мечтала быть далеко впереди всех, в том числе и прошлой себя.
[indent] Она чувствует его колебания и видит отведённые глаза, но вместо того, чтобы сделать также, лишь склоняет голову на бок, глядя на него с лёгким прищуром. Сейчас, сидя здесь перед_возле неё, он казался её каким-то другим, словно бы открываясь с иной стороны, но всё ещё не до конца ослабляя естественную защиту. И Подпалина вдруг поймала себя на мысли, что с безумным любопытством хочет заглянуть за эту странную завесу, скрывающую куда большее, чем он позволял увидеть.
[indent] - Я хочу, чтобы ты потренировал меня, когда я выйду отсюда, - произносит твёрдо, будто второго пути и не существовало вовсе: есть ли единственный выход, который Подпалина приемлет, и в нём она обязательно станет воительницей. Сильной воительницей. - Чащобник замечательный воин и прекрасный учитель, и я благодарна ему за всё, что он сделал, - на мгновение бледно-зелёные глаза опускаются в пол, но тут же поднимаются на лицо напротив. - но я знаю, что могу научиться большему, что способна на большее, и уверена, что ты как никто сможешь помочь мне в этом, - то ли от слишком близкого нахождения, то ли от волнения, вызванных собственными словами, Подпалина почувствовала, как сердце в грудной клетке начинает биться быстрее, вынуждая пёструю ученицу слегка приоткрыть рот, втягивая воздух, что степенно наполнялся свежестью благодаря дождю. - пожалуйста, - произносит уже чуть тише, почти шёпотом, и добавляет уже про себя: - я не могу позволить, чтобы нечто подобное снова случилось.

+1

9

В этой обители полумрака застывшее на морде выражение являло собой на редкость умиротворённый вид, однако тусклый свет подрагивающих зрачков обличал всю гамму скопившегося в теле напряжения от столь непредсказуемого финала этого визита.

Минуты откровений повисли разряженным воздухом, опутывая загривок липкой паутиной смятений. Их диалог близился к логичному завершению, и Тайфун, все ещё не избавившись от переменчивых ощущений, оставил фразу Подпалины без ответа, увидев в глазах напротив отражение знакомой, но будто вымученной, уверенности: на ее долю действительно выпало слишком много испытаний, и опровергать этот факт было бы бессмысленным равнодушием. Однако ветер не сносил ее своими порывами, а, значит, почва под ее лапами была по-прежнему устойчива.

«Тебе придётся рано повзрослеть. »

Вновь столкнувшись с прищуром пары светлых глаз, он чутко различил вибрации размеренного тембра и, будто в контраст, колебания дрогнувших под внутренним дисбалансом век — просьбой удивлен не был, лишь сдержанно повёл плечами, выказывая своё согласие: — Разумеется, ты можешь расчитывать на меня, Подпалина, — с той же  твёрдостью подкрепил словами, не ставя под сомнение оказанное доверие.  — формальности обсудим ближе к делу, — добавил в свойственной себе решительности, между тем, прикидывая в голове примерную тактику подхода к будущим тренировкам; в том, что перелом срастется, и кошка однозначно снова приступит к своим обязанностям после длительного восстановления, он уже не сомневался. 

Тайфун наконец разогнулся, аккуратно поднимаясь с насиженного места, дабы не потревожить травмированную конечность близ лежащей, и холод снаружи, будто специально поджидая нужного момента, услужливо взъерошил шкуры пронзительными порывами, обдав приятной свежестью зудящие от избытка лекарских мазей бурые бока.

Ему показалось, что кошка задрожала.

Тебе нужен отдых, — заметив около подстилки несколько маковых семян, сложённых в ожидании скорого применения, задержал взгляд на них, после чего коснулся им пёстрой мордашки, видя лишь отражение сказанному в осунувшихся усталостью ее точёных чертах. — а меня ждёт дозор.

Янтарь остекленел в рабочем сосредоточении, но осадок от минувшего разговора прочно осел на кончике языка. Не впервые, но оттого, словно в новизну, что-то задело его: ощущение было столь двойственно, притом не теряло ценности — добиралось до сердца, прочертивая трещиной ребра.
 
Постараюсь завтра не гонять твоего брата до седьмого пота, чтобы у него хватило сил тебя навестить, — напоследок обронил, скрываясь на выходе за растительной завесой.

Отредактировано Тайфун (07-10-2018 01:26:13)

+1


Вы здесь » cw. последнее пристанище » игровой архив » break down this fucking wall