У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
В Лесу происходят странные события.

Речное племя и племя Ветра находятся в состоянии хрупкого мира: одно неверное слово, одно поспешное решение - и два племени объявят почти неминуемую войну. Смерть предводителя речных земель, Львинозвезда, своими корнями уходит к племени Ветра, чей предводитель стал невольным свидетелем произошедшего. Найдет ли в себе силы Созвездие довериться лидеру чужого племени? Сможет ли сохранить хрупкий мир, или поддастся жажде мщения, которая так захватывает её соплеменников?

Грозовое и Сумрачное племена, словно нарочно, подвергаются нападению диких зверей: в первом свирепствуют не только барсуки, но и (неожиданно!) двуногие, а на земли Теневых набрел здоровенный, неуправляемый лось. Сейчас обоим племенам предстоит непростое восстановление сил, и захочет ли каждое из них поддержать своего союзника в неминуемом конфликте?

А между тем грядет оттепель...
Рейтинг Ролевых Ресурсов - RPG TOP photoshop: Renaissance
3.05 Тем временем игра на Последнем пристанище не стоит на месте: очередные персонажи разделили между собой лавровые венцы почестей, как лучшие персонажи месяца! От всей души поздравляем с этим достижением.
Совсем скоро, 7-го мая состоится долгожданный совет, который расставит многие точки в нынешнем сюжете. Не пропустите общий сбор всех четырёх племен!
Рейтинг проекта — R.
Последнее пристанище для каждого, кто искал себе Дом. Каноничная ролевая, события которой происходят на землях старого-доброго Леса - то самое место, где вы сможете с легкостью облачиться в шкуру любимого персонажа, написать свою историю и отдохнуть от окружающей суеты. Если вы искали дом, если вы искали что-то для души - добро пожаловать. Вы нашли свое место, и мы рады вам.

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » нагретые камни


нагретые камни

Сообщений 21 страница 40 из 77

1

http://s3.uploads.ru/zvXBa.png

нагретые камни
——————————————————————
Крупные, теплые валуны, являются своеобразным символом вечных пререканий межу Речным и Грозовым племенами. Некогда они полностью принадлежали речным, облюбовавшим это место из-за его недоступности. Тогда Нагретые Камни еще были небольшим каменным островком над гладью реки. Но со временем поток воды отступил и у грозовых воинов появился легкий доступ. Десятки стычек и войн за это место произошли с тех пор.
Оно и правда поистине прекрасно. Камни, не затененные деревьями, нагреваются от солнечных лучей, чем привлекают не только котов, но и разнообразную теплолюбивую дичь. На каменистом мелководье водится крупная рыба, которой сложно улизнуть из-под кошачьих когтей.
Но стоит соблюдать осторожность - с гладких мокрых камней легко улететь в быстротечную реку.

0

21

— Череп, какое испытание? Где ты был последние луны?
— Я был в палатке Сивой, Крестовник.
Черника слышала слова Крестовника, но смотрела только на своего бывшего наставника. Да как же он мог? Кошка надеялась, что, находясь в целительской, Череп хотя бы поинтересуется у соплеменников как там его ученица. Но...он...даже...не знал. Не знал, что её посвятили!
-...Ты выросла сильной и самостоятельной кошкой, заслужившей право...
Предки, заткнись.
Угольная не чувствовала никакой гордости за себя от слов воина. Да что он вообще знает о ней? Чернике даже казалось, что она могла пересчитать их тренировки на своих подушечках. Он всегда не с ней. Где угодно, но не с ней. То со своей Ручей, или вообще витает в облаках.
Угольная сжала зубы, чтобы не выдать что-нибудь язвительное и отвернула морду. На минуту она даже позавидовала Крестовнику, что его наставник героически погиб. Зато воспоминания о нём у ученика остались самые лучшие. Черника видела, каким хорошим наставником был Львинозвёзд и как сводный брат любил его.
Мой же не знал, что меня посвятили.
-...Я и раньше отпускал Чернику одну, и она меня не подводила, с чего бы мне беспокоиться теперь....
Угольная тут же посмотрела на Крестовника. Дрожь побежала по её телу. А ведь они только что планировали вспороть Звездопаду брюхо. Ха-ха. Череп и этого не узнает. Не заметил бы пропажи бывшей ученица даже с широко распахнутыми глазами.
Черника дёрнула хвостом, якобы ненароком коснувшись задней лапы Крестовника. Ей хотелось уйти отсюда, но сказать она ему об этом не могла. Казалось бы, разомкнёт челюсти - и все обиды, накопившиеся за луны, и едкие слова - обрушатся на несчастного Черепа. Она не хотела его обидеть, но и находиться рядом с ним тоже не могла.

+7

22

Звук скрежета когтей о камень. Крестовник с тоскующим любопытством уставился на лапы Черепа, замечая мелькающие кончики чёрных когтей, с любовью огрызающих голышек.
От старшего кота разило смертельным спокойствием, и трёхцветный невольно потянул носом воздух: а точно ещё живой? Череп был смутной тенью в стенах лагеря, и знать, типичное ли для него это состояние, из них двоих могла лишь Черника. Даже удивительно, как он не сумел охладить её извечную горячность своим ледяным спокойствием.
- Я знаю, - медленно процедил Крестовник, с шумом выпуская воздух сквозь сжатые зубы. Череп был смутной больной тенью в стенах лагеря.
Взгляд старшего кота плавно перетёк на Чернику, и трёхцветный уставился на неё. Изгиб шеи, напряжение в подрагивающих мышцах. Он увидел, как сжались желваки и как подбородок дёрнулся, отворачивая её взгляд от котов. Что это с ней?
Позвоночник сжала пронзительная боль. Он-то слышал и вслушивался в слова Черепа, спокойные, как речные воды в широкой долине, и отчаянно завидовал. Эта степенность напомнила ему Львинозвёзда - наставника, который больше не мог вот так просто прийти на Нагретые Камни и сказать, как он, Крестовник, вырос и как он, Львинозвёзд, им гордится. Нет, не мог!
Кровь вскипела бурным водопадом. Ударила в голову, захлёстывая мысли. В отличие от Львинозвёзда и Черепа он не научился сковать чувства и всегда действовал импульсивно. И моментально слетел с камня, когда тонкий чёрный хвост оплёлся вокруг задней лапы.
- Да, хорошо, - рыкнул Крестовник, едва дожидаясь, пока воин закончит свою слишком продолжительную речь. Мгновение казалось вечностью, и каждый вдох, распирающий грудную клетку, проведённый на этих камнях, отдалял Звездопада от него.
Узнать бы у Черепа, вернулся уже отряд или нет...
- Мы ничем тут не занимались, - бросил Крестовник стремительно, пытаясь перебить ход мыслей светлого кота. Жар опалил уши, возвращая миг трепета, но Череп этого даже не заметил. Он уже вновь уставился прозрачными глазами на Чернику, словно говорил только с ней одной. Или пытался убедить в правильности выбранного пути.
Крестовники раздражённо изогнул шею и пригладил взъерошенную шерсть на боку. Разговоры-разговоры-разговоры! Хотя воздух сотрясал один лишь Череп - подозрительно говорливый для восставшей из мёртвых тени.
- А котята вернулись? Созвездие в лагере? - не выдержав больше этих витиеватостей, спросил трёхцветный, делая шаг навстречу. О, предки, если вы верите в баланс добра и зла, пусть она будет в лагере! Он всем нутром чуял, что есть лишь один шанс для осуществления задуманного.
И дёрнул ухом. Перевёл вспыхнувший взгляд на Черепа, вдруг вспомнив, что ещё он о нём знает.
Непревзойдённый щучий охотник. Сокрушитель щук. Совершенно не жалеющий для этого своих сил.
- Череп, как убить один ударом? - выпалил Крестовник, подскакивая вплотную к каменной морде. Он чуть не прикусил язык от возбуждения, прокатившегося по всему телу.
- Покажи мне, - требовательно заявил он и только тут догадался оглянуться на Чернику. Может, знала она? Череп научил её одной лапой перерубать щучий хребет, избегая зубастой острой морды? Научил тому, что не могу преподать ему Львинозвёзд?
«Череп, а можно ли это применить на коте - ты пробовал когда-нибудь?»

Отредактировано Крестовник (11-03-2019 21:19:42)

+5

23

Череп не понял обиды Черники, он вообще не заметил никакого подвоха в её взгляде и движениях. Его не смутила и молчаливость недавних оруженосцев, которые вряд ли хотели видеть здесь своего старшего соплеменника. Мерная, спокойная и даже монотонная речь воина оканчивалась короткими рычащими ответами Крестовника. Это выглядело почти забавно: равнодушная фраза Черепа, а затем шустрый ответ-плевочек трёхцветного кота.
На вопрос Крестовника о Созвездие и котятах Череп молча пожал плечами. Он не надсмотрщик для предводительницы и такой себе информатор, когда дело касается того, что происходит в лагере. Половину того, что обычно творится на главной поляне, речной воин вообще не замечает.
А Крестовник напомнил ему шебутного лемминга, который сам не знает, чего хочет, и просто мечется по кругу, не в силах определиться, во что вонзить свои длинные зубы. Странный кот, совершенно не совпадающий с Черепом по ритмам. Но так даже интереснее, верно?
Пока Череп размышлял о леммингах, прямо перед его глазами, закрыв собой солнце, возникла большая ушастая морда.
- Р-ру... - "чей?" - серо-бурый воин едва не подавился рычанием, резко оборвав его. Похоже, он слишком привык к тому, как легко проказливая кошка нарушает его личное пространство. Настолько, что стоило кому-то другому повторить этот трюк, как он едва не сказал "Ручей, держи себя в лапах". Вот только в отличие от среброшкурой воительницы, Крестовник решил задать ему вопрос по теме, в которой Череп вполне разбирался.
- Зависит от того, кого ты хочешь убить, - не думая, ответил он. - У котов и большинства других зверей самые слабые места - голова и шея. Если хочешь убить одним ударом, скажем, небольшую лису или кота, ты можешь заманить его к камню, - Череп огляделся и подошёл к не очень высокому, но крупному и тяжелому булыжнику. - Затем клади одну лапу на его голову, вторую на плечо, и резко ударяй его открытой шеей по камню. Должен погибнуть сразу.
Он подобрал палку, выкинутую на берег речными волнами, и показательно схватил её лапами, сверху и снизу, после чего с силой обрушил на выбранный им валун. Раздался громкий хрустящий треск, и палка, разломившись на два куска, упала к ногам речного воина.
- Перед этим лучше оглушить противника. Удары лапами без когтей наносят меньше повреждений, но они ощутимо больнее, чем порезы когтями. Даже с изорванной шкурой твой враг может продолжить нападение. А вот сильный удар по голове дезориентирует его и даст тебе шанс нанести смертельное ранение. Но "смертельное ранение" и "убить одним ударом" - не всегда одно и то же. Если тебе не обязательно прерывать жизнь врага за одно мгновение, ты можешь вспороть ему брюхо где-то от середины и до задних лап. С внутренностями наружу он выжить не сможет, но умрёт не сразу, прежде подёргается, - Череп начертил на тающему снегу неровный овал и провёл линию, показывая, в каком месте нужно вспарывать живот, чтобы выпала требуха. Не то, чтобы он когда-нибудь потрошил живого кота, зато исправно потрошил рыбу. И видел, как погибают его сородичи, сражаясь с различными опасностями дикого мира. Этот опыт, пусть и визуальный, дал ему представление о том, насколько слабо и смертно тело.
- Разрывая горло снизу, но не ломая шею, ты выпускаешь из тела врага большое количество крови, - продолжил Череп, проводя лапой под подбородком. - Он не погибнет мгновенно, но и не выживет. На самом деле, способов убить живое существо немало, так что, выбирай что тебе нравится, будь собой, так сказать...
Он мрачновато вздохнул, почувствовав сухость в пасти. Последний раз он выбивал из себя такую кучу слов ещё тогда, когда обучал оруженосцев. И то не всегда. Но тема умерщвления жертвы ему нравилась, ведь он по натуре охотник.
- С рыбой всё немного сложнее, Крестовник. Особенно, если ты охотишься не с берега. У тебя нет удобной земли под ногами, а у рыбы нет тонкой шеи, которую ты можешь легко переломить. Зато у неё есть зубы, и в случае щуки, эти зубы острее, чем твои собственные. Поймать щуку и не сдохнуть - иногда это то ещё испытание, Крестовник, - Череп оценивающе посмотрел на молодого воина, словно обдумывал, стоит ли ему продолжать говорить. - А иногда нет, - всё же, лаконично закончил он, и накрепко заткнул пасть. Охота на щуку требовала практики, и речной воин не мог просто взять и научить молодого товарища на словах, как поймать опасную и дикую рыбу. Тем более, что Крестовнику это не нужно. Он вполне может сидеть на берегу и цеплять лапами молодых щучек и окуньков. Встречаться с зубастым монстром под водой - приключение на любителя.
Череп запрыгнул на камень, чувствуя, как болезненно реагируют суставы. Лапам стало холодно. И почему он надеялся, что этот камень окажется тёплым? Воин фыркнул, но слезать не поспешил. Вместо этого, он подошёл к краю и посмотрел на реку, бурно текущую внизу. Захватывающее зрелище.

+6

24

Её немая мольба осталась незамеченной. Крестовник рванул к камня, как только почувствовал хвост чёрной. Сердечко йокнуло, но разум совсем не удивился.
А ты чего ожидала?
Как одному было плевать на её чувства, так и другому. Крестовник словно и забыл что только что между ними было и полностью погрузился в планирование убийства, этому как раз Череп его сейчас и учил, наверняка даже не подозревая зачем молодому воителю это нужно.
Угольная сидела неподвижно на своём камне, словно одна из этих окаменелых штук Двуногих, которые ставили у входа в их логово. Она потеряла всяческий интерес к происходящему, как-то даже машинально глядя, что показывает бывший наставник. На Крестовника она больше не смотрела. Она бы не бросила его, пошла бы следом за ним...Черника ведь почувствовала что-то между ними. Ей казалось, что планы о мести объединили их, что-пробудили...теперь Черника не чувствовала себя так одиноко. Но увы. Теперь она видела, что это только месть Крестовника, и что он с такой лёгкостью может забыть про неё, пускай Черника до сих пор чувствовала прикосновение его языка на своём ухе.
Вряд ли сводный брат видел, как она смотрела на него и Черепа с верхушки камня, вряд ли и заметил как она спрыгнула с этого камня и ушла прочь.
>>> главная поляна

+4

25

Внутри всё вспыхнуло. Крестовник чуть мазнул языком по пересохшим губам, подобрался, ощутив, как перекатываются мышцы на плечах, стягивая лапы, готовый в любой момент соскочить с места и броситься на хоть кого-нибудь.
Череп - не Черника. Запах его не пьянил, мысли из головы не вылетали со скоростью ураганного ветра, но от его слов, его прохладного, но уверенного до пробирающего кости голоса пьянило и будоражило похлеще, чем от молчаливого согласия Черники.
Он взялся за дело легко, уловив суть вопроса, кроющегося в воздухе. Убить кота. Легко? Легко! Не то слово, как легко! И соплеменник так запросто говорит об этом - равнодушно, но в то же время с неожиданной живостью, уловить которую можно только в сравнении с предыдущей попыткой завязать с ним диалог, - и тут же бросается к палке, с хрустом руша её о камни. Острые, смертельно опасные, источающие могильный холод.
Треск ветки мелодично отзвенел в ушах, напомнив о хрупком позвоночнике полёвки, что он успел поймать.
Трёхцветный поднял голову, собираясь бежать с камней быстрее ветра на розыски Звездопада. Но Череп - внезапно даже для себя, наверное, - продолжил говорить, заставив Крестовника застыть, недоумённо размышляя о том, сколько времени теряется впустую. Он понял основное - сломать шею, и раз за разом, раз за разом, пока все девять жизней не вылетят из него к Сумрачному Лесу! Подняться он ему не позволит: так и будет стоять тёмной фигурой над его душой, отправляя её к предкам. Разрывать горло, ломать позвоночник, выгрызать сердце - лишь бы этот ублюдок испытал все круги чёрного ада, на которые обрёк он Львинозвёзда.
Крестовник тихо рыкнул - удовлетворяющие его жажду крови картины так и стояли перед глазами. Всё так легко и просто, он даже сам этому не верил. Пусть противник не добит, но у него есть преимущества - внезапность, сила, умения и навыки, полученные от великого предводителя! Знания, так спокойно поданные ему Черепом! Черника, которая погрузит когти вместе с ним в нутро кремового кота, разрывая его, вытряхивая наружу внутренности, растягивая кишки по границам. Где-то он уже слышал о таком виде экзекуции.
Крестовник подаётся вперёд, с живым интересом глядя на чужие когти, рисующие круги на песке. Он стоит бок о бок с Черепом, опаляет его своей злостью, а внутри так и ждёт вопроса: «Кого это ты собрался убить? Уж не того ли предводителя из племени Ветра, который... Что он сделал? Убил Львинозвёзда? Тогда я с тобой, конечно, безо всяких вопросов».
Втроём они бы справились ещё лучше. Знания Черепа, сила Крестовника, гибкость Черники. Трёхцветный даже на мгновение прикрывает глаза, вплетая в созданную картину взрослого соплеменника, со стороны указывающего на их ошибки, стоящего рядом с поверженным противником. И Крестовник, развернувшись, оглядывается на сводную сестру.
- Черн?.. - её нет.
- Звездоцапово дерьмо, - рычит трёхцветный, хмурясь. Хмурясь? Сдалась она ему?
А, к чёрту Чернику, если не готова была с самого начала - чего голову дурила?
И всё же её молчаливый уход неприятно скребёт по мыслям. Как будто её участие в неожиданно задуманной авантюре было незаменимо важным. Объединяющим. Захлёстывающим с головой, сковывающим, привязывающим, повязывающим, превращающим её в его собственность.
Он переводит помрачневший взгляд на Черепа, заговорившего о рыбах и щуках. Тема убийства теряет краски, блекнет, меркнет, и чужой оценивающий взгляд, брошенный на него с камня, тоже неприятно оскальзывает по трёхцветной шкуре.
- Не сдохнуть, - откликается эхом трёхцветный, подходя ближе к плещущим на берег волнам, - Выжить, когда сдох другой, - вот настоящее испытание, - рычит, заходя в воду, резко вскидывая голову, с возмущением глядя на Черепа. - Она вот этого не понимает, - он неопределённо махнул хвостом - то ли намекал на Созвездие, то ли на Чернику.
И сжал зубы.
Зря сестрица вертелась возле него, ох зря. Жизнь её ничему не учит.
А ему сейчас катастрофически нужна была рядом Крылатка.
- Где у щук нерест? - слабо шевелит языком, точно не верит сам себе. Убивать хотелось совсем не щук. И уже даже не Звездопада.

Отредактировано Крестовник (16-03-2019 20:11:57)

+6

26

Череп уже и забыл, что это такое, когда кто-то слушает его с интересом. Его голос, холодный и пустой, даже на него самого порой навевал скуку. Но, кажется, рисуя когтём линию, по которой надо вспарывать чужое брюхо, он оживился. Ломая палку о камень и рассуждая о слабостях смертных существ, он чувствовал себя необходимым. Видя, что Крестовник жадно ловит его слова, Череп неожиданно для самого себя продолжал говорить. Что-то подобное ему удалось испытать, когда он обучал Ливня. Вряд ли это чувство было для угрюмого воина ценным, потому что он не понимал его. Не понимал, чем вызвано это желание продолжать.
"Не стоит увлекаться", - подумал Череп, отходя от Крестовника. Тот, словно очнувшись, зарычал. Старший воин прянул ухом, оглядевшись вслед за молодым товарищем. Черника ушла. Удивительно, что он заметил это только теперь.
"Почему она ушла?" - размышлял речной кот, пытаясь вспомнить что-то подозрительное во взгляде или движениях своей бывшей ученицы. "Вспомнила, что её назначили в патруль? Тогда почему не сказала нам?"
Версий, по которым кошка могла уйти без предупреждения оставалось не так уж много.
- Наверное, у неё живот разболелся, - будничным тоном предположил Череп, надеясь, что Черника доберётся до Сивой без проволочек. Он не понимал терзаний юных воинов, а потому его не заботил их душевный настрой. Заметив, что Крестовник подходит к воде, Череп проводил его спокойным взглядом.
- Я так понимаю, ты про Львинозвёзда, - сказал он, пожалуй, самое очевидное, что могло прийти в голову. Выйдя из палатки, он замечал Львинозвёзда во взгляде едва ли не каждого, с кем ему удалось пересечься вблизи. "Тебе удалось накрепко вбить себя в их сердца, Львёнок".
- И что мешает тебе выжить, Крестовник?
В последний раз угрюмый воин замешивал эту кашу, разговаривая с Ручей. Тогда он здорово разозлился из-за её глупой убеждённости в существовании преданности, любви и прочих чувств, каждое из которых фальшиво насквозь и имеет дешёвую цену. Крестовник, очевидно, был переполнен эмоциями. Даже такой отвратительный эмпат, как Череп, не мог этого не заметить. Правда, он не понимал, в чём проблема. Поэтому и задал свой вопрос. Возможно, Крестовник даже пояснит ему, в чём дело. И тогда Череп... что он тогда сделает? Поможет этому горячему юноше найти успокоение? Вдохновит, утешит, намурчит ему в уши? Или скажет, что ему всё равно, и продолжит изображать из себя продолжение этого булыжника? Хороший вопрос.   
- У щук нерест в реке, - каменным голосом сказал Череп, будто не замечая, что Крестовник стоит в этой самой реке. - Сначала нужно обойти берег. За сезон Голых Деревьев могли появиться новые коряги или мусор двуногих. Было бы глупо напороться на них во время охоты.
"К тому же... если ты думаешь, что я буду просто так учить тебя охоте на щуку, Крестовник, ты ошибаешься", - не совсем уверенно дополнил Череп свои слова мыслью. Его наставником тоже был предводитель, и поэтому, возможно, он в чём-то понимал Крестовника. Но в этом трёхцветном коте бурлила совершенно иная энергия, не такая, как у Черепа. Хорошо ли это, или плохо, воин решить не мог. Что он понимал точно, так это то, что если Крестовник продолжит рычать-кричать над его ухом, ему придётся отправить его к наставнику доучиваться этикету.

+6

27

- Живот, - презрительно оттопырил губу Крестовник. Его живот тоже разболелся, пока она рядом стояла, - он же не сбежал, не сказав ни слова? Она же хотела, она же соглашалась, и чтобы что - чтобы посмеяться над ним? Окунуть головой в грязь и уйти, оставив в ней возиться? Марать лапы она не будет - только вытирать об него?
Он со злостью плеснул лапой по воде, преодолевая сопротивление и натяжение речной глади. Нет, после этого Черника так просто от него не отделается. Ей придётся ответить за всё и на всё. Он вынет из неё душу, но ответы получит.
Чуть потухшее пламя снова раздулось - стоило лишь дать искре немного воздуха, немного душевной энергии, чтобы она вновь пронзала током всё его тело. Сила вернулась в лапы, упрямый взгляд заалел, и Крестовник чуть из шкуры не выпрыгнул, найдя новый источник своих эмоций. Будто вырезанный из камня Череп снова стал абсолютно равнодушным ко всему и сливающимся с тем постаментом, на который он взгромоздился.
- Про Львинозвёзда, конечно, про кого ещё! - вскинулся, показывая клыки, и резко, громко выдохнул, пытаясь сбросить с себя груз. Гнева. Вины.
- Он спасал меня. Понимаешь, меня! - что это в голосе - слёзы? Подводящие его нотки? Нет, нет, ни за что, не перед Черепом же!
Хотя перед кем, если не перед ним?.. Он не поймёт и не пожалеет - чем не идеальное плечо для полного выплёскивания своего отчаяния, скопившегося с того злополучного патруля? Даже Крылатки не было рядом с ним, чтобы облегчить боль своим присутствием. Даже матери.
- ОН МЕНЯ СПАС, МЕНЯ, МЕНЯ, МЕНЯ! - во всю мощь лёгких заорал Крестовник, глядя прямо в глаза Черепу, пронзая его своими мыслями, пронзая его каждым своим «меня», чтобы понял, чтобы осознал, чтобы... Да предки раздери, просто «чтобы»!
- А Я НИЧЕГО НЕ МОГ СДЕЛАТЬ! - он чуть не подскользнулся на подводных камнях - стремящаяся наружу через приоткрытую щель энергия плескала через край, заставляя подпрыгивать от отчаяния на месте. И он бы обязательно грохнулся, ударившись головой об воду, но что-то потянуло его на берег, возвращаясь на мокрый песок, изрисованный чужими когтями и общими планами мести.
- Звездопад его убил, - умерив голос, прорычал Крестовник, отводя от Черепа взгляд. - Я знаю это, - сгладил уши с головой, упрямый, - Я это знаю. Они, - кивнул головой в сторону лагеря, - могут не верить мне. Пусть делает, что хочет, мира они хотят! Какой мир, Череп? Какой, к черту, мир? - его буквально трясло от злости - как тогда, когда сам Звездопад своей наглой мордой решил посветиться перед ним, оказавшись прямо рядом с трупом Львинозвёзда. Только здесь не было этого подонка - здесь был только холодный Череп, рассыпаться перед которым всё равно что отдавать холодному камню тепло своего тела.
И всё-таки.
- Я могу сейчас всё исправить. Он не вернётся, я знаю. От этого вот. Но я.. мне... - он часто-часто задышал носом и отвернулся, смаргивая слёзы.
Сумрачные предки. Что ж это такое.
- Какие щуки, Череп, - раздался глухой раздражённый голос. Он уже забыл, о чём спрашивал: перед глазами был другой день, другие действующие лица и другой кот, жаждавший следы когтей на своей морде. Глубокой рваной раны на шее. Зияющей дыры на сердце.
А, к черту Черепа тоже. Наставник ничем ученицы собственной не краше, только отвернись - он уж тоже уйдёт куда-нибудь. Щук своих ловить. Или Созвездие жаловаться, что-де такой-такой от лап отбился совсем. И в воители его посвятили слишком рано.
Крестовник рискнул повернуться - лишь глаза, умытые влагой, блестели да замоченная шерсть облепила лапы - последние остатки всплеска взорвавшихся чувств. Спокойный Череп, всё ещё по-зимнему холодная вода добрались до сердца, охлаждая частое биение, и он прошёл мимо воителя, раскапывая свою кучу дичи. Три полёвки и одно расплющенное недоразумение.
Поддавшись непонятному порыву, Крестовник положил полёвку с торчащими костьми сквозь прорванную шкуру перед Черепом. Не сказав больше ни слова, подхватил свой улов и бросился с нагретых камней.

Отредактировано Крестовник (17-03-2019 00:23:46)

+6

28

Увидев перед собой клыкастую, пышущую жарким ядом морду Крестовника, Череп еле сдержался от искушения сбить его лапой в речку. Вместо этого он всмотрелся в эмоциональную физиономию, пытаясь понять, грустит соплеменник или злится. Ультразвук Крестовника усилился, и Череп потёр лапой ухо.
- Громковато... - пробормотал он, но его голос потонул в крике трёхцветного чудища. Из рваных, отчаянных фраз Крестовника Череп попытался собрать общую картину. Это у него получилось не так уж плохо.
"Львинозвёзд спас Крестовника от Звездопада, и Звездопад убил Львинозвёзда. Как-то так".
Череп слова вставить не мог в монолог разъяренного кота. Он, впрочем, и не пытался, позволив Крестовнику высказать всё, что тот хотел. Также, как когда-то давно позволил Ливню высказать то, что было на душе у него. Ливень потерял родителей, а Крестовник - своего наставника. Череп, словно мох, впитал негатив обоих.
"Этот камень не такой уж нагретый", - подумал он, и тут Крестовник шмякнул перед ним мышь. Череп взглянул на грязную, избитую тушку, истёкшую кровью. Из дохлого зверька даже кости торчали, словно его терзала собака, а не кот.
"Что бы сделал ты, Бурозвёзд?" - подумал мрачный воин, видя, что Крестовник настроен уйти. "У тебя всегда получалось решать проблемы подобного рода. Раз - и все спокойны. Не это ли талант предводителя, лидера? Я не смог научиться такому".
Череп знал, что должен просто промолчать и забыть это всё. Также, как промолчал на похоронах Бурозвёзда. Это не его дело. Не его проблемы. Он вздохнул.
"Никогда не думал, что после Львёнка мне достанется что-то, кроме испорченных моховых мячиков".
Лапы Черепа напряглись, спина болезненно хрустнула. Он с силой оттолкнулся и спрыгнул с высокого камня, на котором стоял. На миг речного воина охватило то самое приятное и волнительное чувство невесомости, лёгкости тела, находящегося в воздухе, а затем его плечо не очень приятно встретилось с грязно-снежной землёй. Он тут же перекатился и встал на все четыре лапы перед Крестовником, преграждая ему путь к отступлению. Грубый манёвр, но Череп никогда себя не щадил, чего уж теперь стараться. Ссадина на плече колола болью, отрезвляя разум.
- Львинозвёзд не бесполезный котёнок, чтобы зависеть от твоей помощи, - ледяным тоном высказался Череп, не замечая, как подрагивает его тело, отвыкшее от подобных бросков. - Я знал его всю жизнь, Крестовник. Если он спас тебя, значит, считал, что ты этого достоин.
"Ты бы сказал лучше, Бурозвёзд, правда? Что-нибудь вроде... не отчаивайся, маленький Крестовник, всё будет хорошо? Нет, ерунда. Ты бы придумал идеальную фразу, идеально подходящую для момента".
- Если ты думаешь, что я собираюсь отговаривать тебя от всякого дерьма, ты ошибаешься, - вздохнул Череп, хмуро оглядывая вспыльчивого воина. - И жаловаться предводительнице не побегу. Можешь отправиться к предкам и спросить у любого самоубийцы, отговаривал ли я его от самоубийства.
Всё это тяжелым, каменным тоном, присущим ему, Черепу. У него просто не хватило харизмы, злости, энергии, чего-то ещё, чтобы разбавить свои слова живыми нотками.
- Более того, мне плевать, кто верит тебе, а кто нет, это не изменит моего мнения. Ты сказал, что Львинозвёзда убил Звездопад. Ответь мне, что ты собираешься делать теперь? Мстить?
Череп выпрямился, насколько позволяла больная спина, и упёрся в Крестовника тяжёлым взглядом. С каким-то странным чувством удовлетворения он понял, что на этот раз не жалеет, что влез не в своё дело. Будто лапа Бурозвёзда одобрительно коснулась его плеча.

+5

29

Мелкие бурые грызуны, подвешенные в его пасти за хвостики, резко качнулись «вперёд-назад», стукнув мёртвыми тельцами о подбородок, и Крестовник тоже по инерции ещё качнулся вперёд, прежде чем застыть молчаливой фигурой перед появившемся из воздуха Черепом. Черепом, на плечах которого остались следы грязноватого потёкшего снега, свившего узор из намокшей светлой шерсти.
Старший кот ловко перекатился на бок, поднимаясь на лапы, и прямо перед носом Крестовника оказались прохладные голубые глаза. Ни одной эмоции. Ни одного мимического движения - лёгкого движения зрачков или же неуловимого кривления губами усмешки. Ничего. Череп каким был, таки и остался. Что тогда его сподвигло броситься наперерез, сворачивая голову на каменных уступах?
Крестовник чуть опустил голову, в любой момент готовый выпустить из пасти полёвок и сразиться за право прохода. Труда обойти Черепа не составляло - тропинка не узкая, и светлый кот не делает очевидных попыток задержать его на месте, впившись кривыми когтями в плечи и силой заставляя остаться на нагретых камнях, пока не придёт подмога. Чтобы удержать его - возможно удержать.
Он, в общем-то, сам не знал, куда собирался уйти - просто сил больше не было распыляться на Черепа. Понимал бы он ещё в этом - возможно. Зажёг бы свой внутренний огонь, и вместе они наворотили бы дел. Кто знает, кто знает, чем на самом деле он занимает во время ловли щук - часто ли смывает в реке кровь со своих лап? Он как-то слышал истории про то, что Череп топил собственную сестру в реке...
Тряхнул головой, как можно незаметнее расставил лапы, делая упор крепче и надёжнее. Взгляда от холодных и пронизывающих глаз Черепа не отрывал; прищурился, точно пытаясь выведать всю подноготную его слов. Правдивы? Обычны? Сказаны в рамках обычного утешения, не боле? В последнем он, впрочем, не сомневался - эти успокоения он слышал с того момента, как оказался рядом с телом Львинозвёзда.
- Ты его всю жизнь знал, - полувопрос-полу-утверждение; он даже немного оторопел, удивился - совсем забыл, что целое племя тогда ночь провыло возле златогривого. Оставленная подруга, оставленные друзья, оставленная семья и племянники, которых они вдвоём так и не сумели забрать из племени Ветра.
- Нет, - он выплюнул полёвок себе под лапы и замотал головой, не в силах слушать Черепа. - Нет, не достоин, - ещё более глубокая боль, застарелой раной пригревшаяся на сердце. - Нет, я там... должен.. Он меня с собой взял, ты просто не понимаешь! - распушённый хвост взреял над головой, слова глотались сами собой - он не мог собрать воедино ни одной мысли. - Надеялся, значит... котят, мы должны были забрать котят. А он... Кто ждал? Он верил, что я спину прикрою, - перевёл взгляд на лапы, с удивлением замечая, как они подрагивают.
Нет, наставник с ученицей друг друга точно стоят, он правильно почувствовал объединяющую их жилку. А что теперь объединяло его с Львинозвёздом?
Благородный предводитель, златогривый лев, на которого Крестовник всегда мечтал быть похож. Смешан со снегом, вымазан в крови, осквернён Ветром. И его образ стал забываться. Точно кто-то усиленно копался в памяти трёхцветного, постепенно смывая каждые чёрточки любимой морды. Он уже не мог воссоздать её целиком и полностью, только кусками - кусочек скрытой улыбки, кусочек сияющих глаз, кусочек наклонённых в сторону утки ушей. Пройдёт ещё время - и только сейчас с ужасом Крестовник это осознал - и он забудет даже эти мелочи.
Он раздул бока, набирая полные лёгкие воздуха, и шумно выдохнул, сбитый с толку. Самоубийцы? Разве он похож на самоубийцу? Нет, он же намерен жить! И даже после того...
А-а.
- Есть варианты? - взяв высокомерный тон, фыркнул трёхцветный, спокойно отвечая на колкий и тяжёлый взгляд Черепа. Опустил хвост, усилием заставил пригладить себя шерсть на загривке. Только что щёлкнувшая мысль в голове, поломавшая трагичный пазл, заронённая Черепом, заставила задуматься - даже дольше, чем на мгновение.
- Или ждать, пока его молния с небес покарает, жахнув в макушку? Или на него Великий Дуб упадёт и хребет переломит? Или, может, не удержится на лапах и свалится с того ущелья, что между нашими землями? Что, Череп, ты этого ответа от мня ждёшь?
Глупый вопрос - он знал - сам собственными ушами только что слышал - что отговаривать его не будут. Какой бы сумасбродный поступок он не задумал совершить. И рвалось-то всё это в насмешку - словно желая уязвить за то, что Череп отобрал у него. Он только ещё не понял, что именно, но было это нечто, вышибающее почву из-под лап.

Отредактировано Крестовник (17-03-2019 02:22:32)

+5

30

Пустой рыбий взгляд Черепа так и замер на Крестовнике, не спеша меняться, словно само время застыло.
- Будь ты мусором, Львинозвёзд не стал бы тратить на тебя все свои жизни. Так, одну-другую, ради успокоения совести, но не убивать же себя ради никчёмного недомерка? Вспомни тот Совет, когда Львинозвёзд наказал тебя. Он был единственным из предводителей, кто сохранил спокойствие в ту ночь, несмотря ни на что.
Он не помнил, из-за чего предводители ссорились, всё это прошло мимо него как в тумане, но речной лидер показал себя непоколебимым и мужественным, не в пример тем, кто затеял свару у четырёх дубов. Череп не назвал бы себя его закадычным другом, но ему хватило наблюдательности понять, что Львинозвёзд не простак и не глупец, который даст лишить себя всех жизней ради какой-то ерунды, никчёмного котишки, в котором он не видел потенциала.
- Ты сам-то хотел бы, чтобы твой наставник променял свою жизнь на жизнь какого-то неудачника?
Череп покачал головой. И как этот сорвиголова не поймёт, что лишь он сам в состоянии доказать, что смерть Львинозвёзда не была напрасной? Он пытался всмотреться в саму суть Крестовника и понять, что такого в этом юном воине, за что можно пожертвовать девятью жизнями. Неугомонный, опрометчивый, дерзкий. Слишком громкий, слишком отчаянный, слишком поспешный. В нём слишком много "слишком".
Черепу было трудно общаться с ним. Он не раздражался на Крестовника, ему просто хотелось убавить громкость его голоса до еле слышного шепота. Вряд ли в этом лесу ещё остались полёвки, не осведомлённые о жизненных тяжбах "громкого" кота. А тех, что находились совсем близко, небось прибило звуковой волной.
Вероятно, Крестовник хотел убить Звездопада. Один раз, два, три... столько, сколько потребуется. Какая ещё мысль могла возникнуть в этой горячей голове? Убить, растерзать, заставить молить о пощаде. Не самая плохая мысль из возможных, она подчёркивает сомнительную, но всё-таки преданность Крестовника своему наставнику. Сомнительную лишь потому, что у Крестовника есть куда больший диапазон выборов, чем тот, которым он располагает сейчас.
"Отпусти его, Череп. А потом похорони. Можешь добавить "ясно" или, если расщедришься, даже "понятно". Это не твоё дело, пусть сам разбирается".
Трезвый рассудок говорил Черепу одно, но саднящее плечо упорно напоминало, что он способен на нечто большее, чем простое игнорирование проблемы.
"Я не буду мешать ему. Просто донесу, какие варианты у него есть на самом деле. Я же когда-то был наставником, верно? Всего пару лун тому назад. А он в своих суждениях совсем ещё оруженосец".
- В идеале всё так и должно быть: молния, дуб, ущелье и прочее. Но на деле предки не такие уж всевидящие, раз не уберегли Львинозвёзда от предательства племени Ветра. А теперь представь: тебе удалось убить Звездопада. Ты отомстил? Не совсем так. Скорее, ты обеспечил Звездопаду лёгкий путь в Звёздное племя, вместо Сумрачного леса, куда он действительно заслуживает попасть. Звездопад погиб, защищая себя и своё племя от озлобленного монстра, от тебя. А Львинозвёзд... воспитал чудовище, нарушившее Воинский Закон ради мести. Что, если после этого наши "не всевидящие" предки сочтут, что Львинозвёзд заслуживал смерти? Ведь он воспитал убийцу.
Череп угрюмо смотрел на Крестовника. Он видел, что межплеменные распри редко решаются простыми способами. К тому же, легенды знают множество котов, которые грешили при жизни и нарушали Воинский Закон, а всё равно попали в Звёздное племя. Кто-то из них загладил свою вину, просто побыв "хорошеньким" перед смертью. В мире нет справедливости. Даже среди звёзд.
- Если ты хочешь отомстить Звездопаду и заставить его страдать, ты должен действовать как крыса. Заведи котят с его кошкой, покричи на границах, распугав кроликов, принижай его во время Советов перед его же воинами. Он будет злиться, ему будет плохо. Но этого тебе мало, да?
Вот тут начиналось, пожалуй, самое сложное. Тот путь, который Крестовник вряд ли выдержит, если не переборет своё упрямство. Путь старания, смирения, тяжелая извилистая тропа, уходящая к вершине горы. Череп слабо верил в то, что его это заинтересует, но должно же в нём остаться хоть что-то от покойного наставника. Тот самый огонёк, который сделал Львёнка Львинозвёздом.
- В конце концов, ты можешь стать предводителем и поговорить с Львинозвёздом сам, узнать его мнение. Или вызвать Звездопада на честный поединок. Не думал о том, чтобы оправдать смерть своего наставника настоящими поступками, а не подкладывать ему лисье дерьмо, нарушая Воинский Закон?
Череп прищурился. Он знал, что если Крестовник скажет "хочу убивать, не хочу трудиться", то просто покинет его и больше не вернётся к этому вопросу. Свою жизнь он прожил рядом с предводителями, действующими и будущими. Львинозвёзд, Бурозвёзд, Созвездие. Череп примерно представлял, какие качества требуются рядовому воину, чтобы управлять племенем. Он плохо разбирался в эмоциональных оттенках, но такие понятия, как "дисциплина", "твёрдая лапа", "собранность" или "холодный ум" усвоил. Практически всего, что есть у настоящего предводителя, не хватало Крестовнику. Но ведь неспроста Львинозвёзд умер за него? Значит, он верил в этого смутьяна? Череп знал, что не станет ложиться костьми за Крестовника, но в нём ещё оставалась какая-никакая, а доля уважения воина к предводителю. Потому он и попытался прояснить ситуацию, оставив финальный выбор на усмотрение молодого воина.
- А мышь зачем разломал?
О да. Череп не забыл про ту кошмарную полёвку.

+4

31

Слова Черепа камнем повисли на шее, притягивая её к земле.
- Он не оставил ему выбора, - еле шевеля губами, прошептал Крестовник. С трудом заставил себя сглотнуть озерцо слюны, заполонившее рот, - горло точно омертвело и еле-еле исполнило должный жест. Разве мог он сказать хоть кому-то о том, как позорно пал в первую же секунду битвы, окончившейся смертью златогривого лидера? Как Звездопад, не приложив и чуточку усилий, избавился от него, всего лишь ударив по затылку?
И Черепу умудрилось сделать то же самое. Он, такой спокойный и размеренный, почему-то совершенно не так смотревший на ситуацию, легко заткнул Крестовника, пресекая возможные возражения, соскальзывающие обычно с его языка со скоростью бегущей воды, ещё на корню. И ему вроде только-только стало полегче - из тела словно вышла вся грязь с криками, вся боль со слезами, вся накопленная супротив убийцы ярость с прыжками - и тут Череп, вставший посреди дороги, оборотивший всё услышанное против него. Самое обидное - спрятаться и деться от этого холодного голоса, от этого тяжёлого прохладного взгляда было некуда. И с каждым словом он всё накладывал и накладывал камни ему на спину, расплющивая, как он ту полёвку, остужая голову, опустошая искренние и до этого ни на мгновение не подвергавшиеся сомнениям эмоции.
Вспомнил Совет, как и велел Череп. Вспомнил тренировки и то, как игриво подначивал Львинозвёзда в их последние дни. Вспомнил, как тот доверил ему самую хрупкую и нежную душу этого Леса - ему, только ему, без всяких Серебряков и Оцелоток, поверив в него, всего ученика. Он всегда так много делал для него и так много значил - с самого детства, как только Крестовничек научился говорить и воспринимать мир. И как же счастлив он был, когда именно предводитель стал его наставником и самым близким котом на свете.
Судорожный полувздох-полувсхлип.
Опустив голову, Крестовник, хмурясь, перевернул одну из полёвок вверх животом и осторожно провёл когтем, рассекая слежавшуюся шёрстку. Есть ли у них свои предки, оберегающие их души и забирающие в лучший мир, пока их плоть становится кошачьей пищей? Спасают ли они их, предупреждая мышь-целителя, или оставляют на произвол судьбы?
- Предки бессильны, - он даже умудрился по-простецки пожать плечами, словно разговоры о святом были чем-то не особо важным. Крестовник, в общем-то, никогда фанатиком Звёздного племени не был, глубокого смысла в их предсказаниях не искал, зато, как все смертные, обращался к ним за помощью в час нужды и хулил в недоброе время.
И всё же он знал, что предки бессильны, - иначе как позволили бы допустить такое? Могли и предупредить Львинозвёзда, уберечь от ошибки и попросить остаться в тот вечер в лагере.
Трёхцветный отбросил полёвку в сторону, стараясь не испортить дичь, и высек высокий, резанувший по ушам звук из камня под его лапами. Представить смерть Звездопада было совсем уж нетрудно, но рядом с ним теперь возвышалось чудовище, обрисованное крупными яркими мазками Черепом.
Чудовище. Так иногда его отца звали - чудовище. Ему, может, на роду написано таким и быть.
- Ничего он не заслуживал, - прорычал Крестовник, уязвлённый до самых глубин души. Про него самого Череп может говорить что угодно, и про Звёздное племя тоже, но обесценивать смерть златогривого льва просто не смел. Ни под каким предлогом.
Чудовище, убийца. Сколько новых слов - и всё про него одного. А меж тем ярость, питавшая его внутренние силы, утихла, как разметённый ветром огонь, и лишь осталась тлеть в прикрытой со всех сторон трутнице.
- Дерьмовый план, - прямо высказался трёхцветный, выслушивая все эти потуги Черепа найти достойную замену мести. Ну чем помогут распуганные кролики и оскорбления на Советах? Кошка ещё, может, осквернит его душу, родив котят от вражеского воина, но растрачивать силы на какую-то там кошку для трёхцветного было ещё более сомнительно.
Он усадил себя на камни, раздражённо похлопывая хвостом. Что ещё ему хотят предложить взамен мести?
Застыл.
Как и все, он мечтал однажды оказаться у Лунного Камня и получить звёздное имя. Мечтал стоять на Скале и верховодить племенем, даже верил, что Львинозвёзд это в нём увидел. Что может быть прекраснее верхушки племени?
Честный поединок?
- Сомневаюсь, что с ним он будет честным, - фыркнул воин.
И всё же это был один возможный вариант иного развитиях событий из ближайшего будущего. Кто знает, вдруг получится?..
Тогда ему надо быть готовым. В любом момент, в любой день он должен вскочить на лапы и бросится навстречу Звездопаду, суметь доказать свою правоту и вернуть это исчадие Сумрачого Леса в его обитель.
Да, определённо, благородно и красиво. Он даже чуть приосанился, задумчиво растопырив усы. И даже расщедрился на краткую благодарность.
- Спасибо.
Прикрыл глаза, подумав секунду.
- Это не так просто, как кажется.
Говорить с умом, оказывается, невероятно сложно.
- Я охотился, - Крестовник нахмурился. - Просто, ну, силу не рассчитал. Я ж не знал, что из неё все кости повылазят.

Отредактировано Крестовник (17-03-2019 17:25:33)

+3

32

Не ожидал, не ожидал Череп встретить понимание, когда вёл разговор с Крестовником. Даже о саднящем плече жалеть не хотелось, когда он слышал вполне верные выводы. На несколько мгновений Череп вновь почувствовал наставником, но ощущение быстро прошло, не успев толком захватить его. Впрочем, как обычно.
Он молча кивнул Крестовнику. Со стороны, если не знать Черепа, могло показаться, будто его голову слегка тряхнуло ветром. Прямой взгляд воина касался Крестовника, но не цеплялся ни за одну из его черт, из-за чего складывалось впечатление, будто Череп смотрит куда-то за спину пёстрого кота и видит там что-то, зримое только ему. Внимание его, в самом деле, было немного рассеянным. Болезнь не пожелала просто так отпускать речного воина, оставив ему в напоминание накатывающую слабость, которую он успешно игнорировал и собирался игнорировать до конца, прекрасно зная, что за этим последует.
Останавливаться и о чём-то жалеть Череп не желал, не до того ему было.
- Ладно, твоей полёвкой я подманю рыбу к берегу, - подумав, сказал он. И вправду, это было лучшим решением, чем нести в лагерь истекшую кровью и испачканную добычу. Справедливо было бы наказать Крестовника за неуважение к дичи, да он, похоже, уже наказан на луны вперёд. К тому же, одной полёвкой племя не прокормишь, а вот подплывшая к берегу рыба - отличная возможность для следующего патруля набить кучу свежей дичью. По-хорошему, стоило бы отпустить Крестовника в лагерь. Позволить ему отнести свой улов и вернуться к привычным делам. Череп и не собирался удерживать его. Он не волновался по поводу того, что молодой воин всё ещё может переплыть границу и отправиться сокрушать своего врага. Задумываясь о судьбе Крестовника, Череп не чувствовал ни жалости к нему, ни желания вытаскивать его из передряги. Однако звёзды сошлись так, что было бы несправедливо оставлять ситуацию без внимания. Львинозвёзд не предавал своего племени, значит, и племя не должно предать его. Но почему именно теперь Череп задумался о положительном аспекте справедливости, когда столько лун принимал лишь её не менее логичную кару и ожидал только плохого? Неужели лихорадка настолько сильно тронула его голову? Череп пока не понимал, чем вызвано его желание действовать, но догадывался, что это как-то связано с Бурозвёздом.
- Если ты заинтересован в том, чтобы стать немного ближе к своей цели... - он холодно прищурился. Его сердце всё ещё билось ровно, но, кажется, бой готов был слегка участиться. Так всегда бывает, когда делаешь что-то непривычное. - ...тогда принеси мне кое-что.
Под целью он подразумевал, безусловно, не убийство Звездопада, нет. Череп подумал, что мог бы вернуть долг Бурозвёзду, передав Крестовнику то, что досталось ему просто так. То, что он так и не передал Чернике. То, что передавать не хотел.
- У щуки в глазу отражается, словно угорь из лап вырывается. Вот это и принеси мне, если имеешь интерес. И никаких расспросов.
Он отвернулся от Крестовника, отступая с его дороги. Лапы повиновались упрямому зову хозяина, пусть и с неохотой. Пройдя мимо, Череп остановился за спиной соплеменника.
- Можешь ступать, если хочешь, - тихо, твёрдо сказал он, намекая на то, что неплохо бы Крестовнику отнести свой улов в лагерь. Подобрав рваную полёвку, которая, полежав у камней, приобрела окончательно унылый вид, Череп побрёл вдоль реки, неторопливо и слегка припадая на лапу, плечо которой ушиб. Он откусывал от полёвки крошечные кусочки и бросал их в воду, раздумывая над тем, сколь игрива и непостоянна жизнь. Как река, в сущности. То леденеет, то оттаивает, то высыхает. Волны у неё бывают такие, что взрослого кота смоет, а на мелководье может и котёнок играть. Ему, Черепу, не разобраться во всём этом. Нужно быть глупым и романтичным, чтобы считать, что разбираешься в жизни.
Холодный берег. Таким должен быть и его рассудок. Он учуял мимолётный запах падали от реки, но не придал этому значения, так как в морду тут же подул свежий ветер. Мало ли, вдруг какую рыбёшку на берег выкинуло. И пошёл дальше, продолжая кидать в воду мышиные крохи.

--> берег реки

Отредактировано Череп (02-04-2019 00:24:04)

+5

33

Иди, — последнее, что услышала Уклейка, выходя из лагеря. Трехцветная даже бровью не повела, а тем более не стала оборачиваться, хотя очень хотела взглянуть на реакцию Форели, и продолжила свой путь к нагретым камням. Она очень надеялась, что Крестовник всё еще находится там, потому что слоняться без дела в одиночестве ей не слишком хотелось. Кошка шла, наслаждаясь красотой территорий родного племени. Она остановилась на мгновение и вдохнула полной грудью. В воздухе уже чувствовался этот особенный аромат, который ассоциировался с наступлением Юных Листьев.
Юные Листья... Пора любви, пора котят.
Внезапный посторонний звук заставил речную воительницу напрячь слух и зрение. Его она узнает где угодно. Крадучись, она подобралась к корням дерева, откуда ей послышался писк мыши. Уклейка приняла охотничью стойку и на мгновение задумалась, как хорошо выглядит со стороны её выгнутая спина и напряженные лапы. А Форели бы понравилось? Трехцветная, вынырнув из своих мыслей, удивленно уставилась на землю, где сидела потенциальная добыча. Её не было! Из-за какого-то кота она прозевала свою первую полевку в роли воительницы! В бешенстве она выпустила когти и прошлась по земле, поднимая в воздух комки грязи.
Это позор, Уклейка. П-О-З-О-Р.
И тут она увидела Крестовника. Почувствовав небывалое облегчение, кошка на всех парах помчалась к соплеменнику. Мы же всё еще друзья? Никакой Форель нам не помешает? Эти мысли заставили ее затормозить. Воительница искренне верила, что трехцветный кот не держит на нее зла. Она всегда могла рассказать ему о своих эмоциях и чувствах. Вот и сейчас кошка чувствовала потребность кому-нибудь высказаться о сложившейся ситуации между ней, Форелью и Черникой. Чёртов треугольник.
Крестовник! — негромко окликнула его Уклейка, чувствуя какую-то странную, неуместную ностальгию. Когда он обернулся на ее зов, она не смогла сдержать чувств и бросилась к нему, — Ты не злишься на меня? Мы же всё еще друзья, правда?
Не дожидаясь ответа кота, она глубоко вздохнула и продолжила, — Мне нужно рассказать тебе, выговориться, потому что больше я ни с кем не могу поделиться столь сокровенным. Ты понимаешь о чем я, верно? Постарайся не осуждать меня, но... Я кажется влюбилась в Форель.
Она замерла, в напряжении ожидая ответа Крестовника. Он мог ее прогнать, ведь он не переносил сводного братца! Воительница устало прикрыла глаза, и, наплевав на личное пространство, прижалась лбом ко лбу трехцветного, чувствуя как постепенно отступает гнев и напряжение.
Черника. Всё дело в этой несносной черной кошке. Она всячески отталкивает Форель от меня. — раздраженно зашептала кошка, не открывая глаз, — Как бы ты поступил, если бы был влюблен в кошку, семья которой против тебя? Ты только представь, как это сложно.
В тот момент Уклейка даже не подозревала, насколько близко подобралась к секрету, который хранили Крестовник и Черника.

Отредактировано Уклейка (29-03-2019 14:24:59)

+6

34

Крестовник проследил за лёгким движением головы Черепа - вниз-вверх, будто ветер наконец-то умудрился стронуть камень с места, - и понял, что на сегодня разговор окончен. И выдохнул. Воин не замечал, сколько напряжения и боли скопилось в груди и как болезненно её сжимало, точно от нехватки свежего воздуха.
Череп каким-то непостижимым образом сумел затушить вечное пламя в Крестовнике, высосав его, как камень отбирает тепло тела, и потому трёхцветному теперь мучительно хотелось сбежать от старшего воителя, пока тот окончательно не победил в неравной схватке. Крестовник даже привстал с места, показывая свою готовность разойтись по разным сторонам света, но взгляд Черепа, стылый как Голые Деревья, касался его, заставляя лапами врасти в землю.
- Ладно, забирай, - легко согласился Крестовник и вернул истерзанную полёвку соплеменнику, перекинув её за хвост. Даже хорошо, что Череп её возьмёт себе и использует в качестве наживки, - не придётся ещё и в лагере с каждым встречным-поперечным объясняться, чего это его добыча выглядит как после знатного массажа на Гремящей Тропе.
Но Череп ещё не закончил. Он прищурился и даже чуть подался вперёд - или Крестовнику показалось? - но в любом случае, вызвал к себе неподдельный живой интерес. Сгорая от любопытства, трёхцветный тоже подался навстречу, насторожив уши: чего от него хочет кот? Видом интриговать он, может, и не умел - ну не был приспособлен, - но вот словами подцепил, точно когтями щуку. И теперь медленно, до сладостного и пугливого трепета, проводил когтем по нежному и мягкому брюшку, готовый в любой момент усилить нажим и вскрыть нутро.
Да и самого Черепа вновь на щук потянуло.
- Что? - слетело с губ Крестовника прежде, чем он успел себя остановить - как всегда - и тут же насупился, вздёрнул голову, не желая показывать, что не понял ни слова из сказанного воителем. Что это он такое удумал - загадки задавать, что ли? Неужели прямо нельзя было сказать, чего надо?
Он нахохлился и проводил удаляющегося Черепа взглядом, не стал оборачиваться вослед и удовлетворился лишь промелькнувшим на уровне глаз кончиком хвоста. И словами, голосом воитель подтвердил, что отпускает его, - только вот разве можно вот так вот поступать?
У щуки в глазу отражается, словно угорь из лап вырывается.
Фу ты. И что это такое?
Соскочив с места и подобрав оставшихся полёвок, Крестовник потрусил вдоль берега, периодически громко и внушительно фыркая себе под нос. Луна? Солнце? Блеск воды? Солнечный зайчик? Водоросли? Ещё одна дохлая и ободранная до хребтины полёвка? Или это был своеобразный юмор, понять который дано только Чернике и остальным избранным?
- Отражается... вырывается... - недовольно бормотал трёхцветный, глубоко погружённый в раздумья и лишь изредка осознанно поглядывающий по сторонам. Взгляд больше спокойно плавал по местности, пытаясь найти зацепку к загадке Черепа, но всё, попадающееся на глаза, определённо не было отгадкой.
Кто-то окликнул его по имени. Резко дёрнувшись, он обернулся, рассеяно глядя на приближающуюся к нему кошку, и спросил себя: может, всё-таки Уклейка? Вон какая вертлявая и блестящая, точно будет в глазах щуки отражаться.
Впрочем, осознав ситуацию, Крестовник встряхнулся и расправил плечи, неопределённо поведя ими, словно не мог решить, простил он Уклейку за что-то там или нет. Они разве ссорились? Хотя кто знает этих кошек, напридумывала себе в голове, наверное, грандиозные ссоры с летящими во все стороны клоками шерсти и повышенными до хрипа голосами, проиграла всё у себя же в мыслях и в итоге на что-то там обиделась. Или.. а, погодите, так это она сейчас перед ним извиняется?
Ох, а ситуация-то сразу другими красками заиграла!
Вновь вернув себе властвующее положение, Крестовник, не выпуская полёвок из пасти, продолжил хранить загадочное молчание, а Уклейку просто понесло. Неостановимым потоком бросилась она на него, и на мгновение - но лишь на одно - трёхцветный словно себя со стороны увидел. Трещал точно также над ухом Черепа, чьи уши явно не был к такому повороту событий не подготовлены. И не приспособлены по жизни. А свой голос Крестовник хоть и любил слушать, но всё ж со стороны никогда не замечал, что может так много и безостановочно говорить.
Ну ладно, пусть её, пу... АА, ЧТО?
- ТЫ В ФОРЕЛЬ ВЛЮБИЛАСЬ? - грохнул трёхцветный, в жалких попытках пытаясь поймать свою челюсть.
То есть, погодите, он сейчас всё правильно понял? Красивая Уклеечка испытывает какие-то чувства к этому серому тюфяку?
Прости Звёздное племя своих детей. И смех, и грех, как говорится.
Что, собственно, Крестовник и сделал. Его пробрал глубокий и пронзительный хохот, и он даже не пытался сдержаться. Нет, ну Уклейке разве самой не смешно говорить об этом? Говорить об этом ему, самому красивому, самому лучшему, самому смелому, самому распрекрасному воителю, вокруг которого кошки просто грудами валяются?
- Сочувствую твоему горю, - насмешливо фыркнул Крестовник, еле-еле отдышавшись после приступа смеха, - это же надо - Форель! Ей-предки, не тебе о нём мечтать, - довольно ухмыльнулся, а Уклейка подалась вперёд. Легко, как так и надо, касаясь его, прикасаясь лбом к его лбу, разве что лапами за щёки не беря. Её сладковатый запах коснулся ноздрей: на шерсти также остались следы Форели и Черники.
Он приоткрыл пасть, втягивая в себя ароматы, знакомые с материнского живота.
- А от меня ты что хочешь? - глаза Уклейки были закрыты, когда он чуть подался назад. Имя Черники слишком много раз звучало за сегодня на этих камнях и в его мыслях. - Свести тебя с Форелью? Камнем на Чернику лечь, чтоб не мешалась под лапами? - Крестовник прищурился, оглядывая трёхцветку. - Или тебе напомнить, как ты за мной увивалась? - теперь - вперёд, касаясь носом носа. Глаза в глаза.
- Если тебе так сложно, ещё не всё потеряно, - он чуть твёрже коснулся её, обтирая морду о белую переносицу, и отпрянул, отходя в сторону и подбирая многострадальных полёвок. Пусть думает, бегает за ним, унижается, извиняется, а он - кот гордый.

+9

35

ТЫ В ФОРЕЛЬ ВЛЮБИЛАСЬ? — почти прокричал Крестовник, и Уклейка вся сжалась в комочек, испугавшись его реакции. Она долго не осмеливалась поднять на него глаза, внимательно изучая свои лапы, а между тем её щеки пылали от смущения. Как оказывается унизительно признаваться в чувствах кому-то постороннему. Воительница уже успела несчетное количество раз пожалеть о своем спонтанном решении. Трехцветная удивленно ойкнула, когда соплеменник начал заливисто смеяться. Выражение ее мордочки с удивленного быстро сменилось на раздраженное и даже обиженное. Она скривила губы и кинула на трехцветного полный ярости взгляд. А на что она рассчитывала? Что Крестовник отнесется к ее проблеме с пониманием? Теперь Уклейке до конца жизни придется терпеть насмешки кота.
Сочувствую твоему горю, — насмешливо фыркнул Крестовник, еле-еле отдышавшись после приступа смеха, — Ей-предки, не тебе о нём мечтать.
Уклейка выдохнула, теряя остатки самообладания. Он был невыносим. Вот в чем главное отличие этого кота от Форели. Заносчивый и самовлюбленный, он всегда видел только себя, и заставлял воительницу прогибаться. А она, влюбленная глупышка, позволяла собой помыкать.
Но теперь между нами нет никаких чувств. Или?
Ты ослеплен ненавистью и завистью, поэтому не видишь в нём никаких положительных качеств! — Уклейка не могла не броситься на защиту серого кота, — А кому же тогда о нём мечтать?
Вот тут кошка действительно не поняла трехцветного и даже немного растерялась, не найдясь с ответом. Кошка склонила голову набок и подняла на Крестовника взгляд янтарных глаз, в которых читались непонимание и полная растерянность.
Зачем ты ставишь меня в неловкое положение?
А потом трехцветка поддалась внезапному желанию прикоснуться к коту. Для нее это был дружеский жест, означающий единение душ, жест, который показывает поддержку. Но воитель думал иначе.
А от меня ты что хочешь? — даже с закрытыми глазами она знала, как кот на нее смотрит. Прожигает взглядом, намереваясь достать из Уклейки все секреты, что таятся в её душонке, — Свести тебя с Форелью?
А я и без тебя уже неплохо справилась.
Камнем на Чернику лечь, чтоб не мешалась под лапами? — воительница еле слышно усмехнулась, представив себе это зрелище.
Камнем и на дно реки. Избавь меня от мучений.
Знаешь, а вот эта затея неплоха. Это бы решило все мои проблемы разом, — Уклейка позволила себе короткий смешок. Однако в следующее мгновение ей стало не до смеха.
Или тебе напомнить, как ты за мной увивалась? — c этими словами он, нарушая все границы и все дозволенности, коснулся ее носа своим. Так легко и просто. Воительница опешила и, испуганно округлив глаза, начала озираться вокруг. Надеюсь, что это никто не увидел.
ЧТО ТЫ ТВОРИШЬ? — кошка была шокирована его действиями, — Я-я-я... — от волнения и смущения она начала заикаться, — И я не увивалась за тобой! Даже если и так, то это в прошлом! Ты никогда не удостаивал меня своим вниманием, для тебя были важнее другие ученицы. Ты ставил кого угодно на первое место, но не меня, — голос Уклейки звенел, как натянутая струна, — А Форель... Он не такой. Я важна для него, — воительница не осмеливалась взглянуть на Крестовника. И так некстати в памяти всплыла недавняя сценка на главной поляне во главе с Форелью и Черникой. Кошка даже не знала, как соплеменник отреагировал на её нелепую выходку. Может ему всё равно? Он наверняка со своей вездесущей Черникой... И неуверенно закончила, — наверное.
Если тебе так сложно, ещё не всё потеряно, — его полушепот коснулся ее ушей, заставляя поднять взгляд. И когда они успели стать такими взрослыми? Уклейка долгое время была уверена, что Крестовнику нет дела до ее детской привязанности к нему. Воитель уверенно коснулся её, обтирая морду о переносицу, заставляя трехцветную ответить на прикосновение.
Крестовник, скажи мне честно, ты чувствуешь что-то ко мне?

Отредактировано Уклейка (31-03-2019 21:05:13)

+5

36

- Было бы чему завидовать, - хмыкнул Крестовник. Неприятно, конечно, что сводный брат вообще умудрился дожить до статуса воителя и не умереть от страха ещё в глубоком детстве, ещё же неприятнее были какие-то жалкие сравнения с ним из уст Уклейки. Она правда не понимает, что серый мягкотелый Форель ему не ровня?
- Да знаешь, - он небрежно пожал плечами, словно говорил о плохой погоде на небесах, - рыбам на дне реки. Может, форели-самки на нересте его уже заждались, - трёхцветный фыркнул, начисто игнорируя это возмущение и раздражение в глазах воительницы. Нет, правда, а чего она хотела-то от него? Чтоб он сгарцевал на нагретых камнях от радости, повопил, порадовался за неё и, допустим, того же сводного братца?
Да они оба не от мира сего.
Ладно уж. Проявит капельку снисхождения к трёхцветной, до которой слишком медленно доходила вся абсурдность сложившейся ситуации.
Он покачал головой в снисходительном жесте, одновременно отмечая, как разительно отличается её реакция от Черники. Отпрянула, закричала, завертела головой во все стороны, будто касаться Крестовника превратилось в кару, ниспосланную самим Сумрачным Лесом. Он даже улыбнулся, представив себе, как со стороны за всем этим наблюдает Череп, «Точно, я же ищу щуку?.. водор-р-р?.. эм, м, что ищу?..» а Уклейка даже его силуэт, примёрзший к скалам, не приметила.
Брови удивлённо взлетели вверх, когда она, заикаясь, принялась всё отрицать.
- Уверена? - негромко поинтересовался трёхцветный, однако на этот раз без тени сарказма в голосе. Нет, именно тем тоном, от которого обычно идут по спине мурашки, убеждая тебя в ложности собственных слов.
«Ты увивалась за мной, как глупая рыбка, Уклейка».
- А это что, важно? - трёхцветный снялся с места, обходя кругом воительницы и останавливаясь у левого бока, едва касаясь его кончиками шерстинок. - Важно, чтобы я ставил тебя на первое место при всех? - наклонился к пёстрому ушку, вальяжно опаляя его горячим воздухом. Сейчас Крестовник чутко чувствовал, какой вызывает в ней трепет.
И сомнения.
И ему это нравилось.
- Наверное, - он услышал её последние слова и подхватил, раззадоривая. Пусть, вот теперь пусть думает и понимает, какой Форель на самом деле подлец, мягкотелое рыхло, пусть осознает, что он не достоин в этой жизни ни одной кошки и лучше бы ему было сразу, ещё в яслях, перестать дышать.
И насчёт него Уклейка была, конечно, тоже неправа. Он всегда открыто ставил на первое место в своей жизни маму - из кошек, разумеется; по жизни он сам был номером один и ни с кем не желал делить это место. Разве что?..
Пёстрая кошка ответила на его прикосновение, и он разрешил зайти себе дальше. Медленно и мягко, не отвечая на повисший вопрос, провел подбородком по скуле, сложил подбородок на макушку и застыл, наблюдая за местностью вокруг.
С Уклейкой было хорошо сидеть рядом. Робкая и заикающаяся, она чем-то отдалённо напоминала Крылатку и, как белоснежная кошка, успокаивающе действовала на него. Только требовала слишком много слов.
                                                                                                                            а Черника была безмолвна
- Это ты у нас мастерица говорить о своих чувствах первая, - еле двигая челюстью, прошептал Крестовник, не отрывая подбородка от её макушки. И прижался ближе к боку, переплетая шерсть и запахи между собой.

Отредактировано Крестовник (31-03-2019 22:17:33)

+7

37

>Главная поляна

— Вспомнил обо мне когда она ушла? - Форель закатил глаза и бодро подпихнул Чернику вперед своей лобастой мордой.
- Не перегибай, - темно-серый мерно шагал по протоптанной тропинке, ища носом знакомые запахи. Интересовала одна лишь Уклейка, увязавшаяся за Крестовником. Остальное - подождет, - Ты моя сестра, как я могу о тебе забыть?
Форели не нравились эти змеиные клубки, в которые он был волей-неволей замешан. Каждый раз, когда он пытался понять натуру слабого полна, он натыкался на одно и то же - ломающиеся вдребезги стереотипы, абсолютно перевернутся с лап на морду логика и сплетни-сплетни-сплетни. Как же кошки обожали сплетничать. Да и сам медноглазый, пока полностью не осознавая, был впутанным в слушки, делился мнениями и впечатлениями. По факту - был одним из них, такой же сплетник и баснеплет.
Сладковатый запах Уклейки вел Форель через территории к Реке и, судя по проделанному пути - к Нагретым Камням. Ветреная погода играла не на лапу. Скрежет деревьев, шелест листвы - мешало абсолютно все.
- Как насчет наловить рыбы в реке? Краснопёрка говорила, что сейчас уже можно выловить плотву. Спорим, я самую жирную поймаю?  - воитель коснулся своим плечом Черники, подбадривая и пытаясь поднять той настроение. Хотя сам был не на шутку встревожен. Где-то там, впереди, Уклейка ошивалась рядом с Крестовником. "Рядом с этим наглым идиотом." - Я поймаю эту плотву для тебя, - довольно мурлыкнув черношкурой, Форель целенаправленно потрусил к берегу реки.
Изнутри его начинало разрывать от любопытства и разгорающегося недовольства. Если Крестовник посмеет отнять у него Уклейку... о, берегись, братик. И пусть с момента первого удачного разговора с Уклейкой и вспыхнувших чувств прошло совсем немного времени, юный, извечный романтик Форель, по уши погряз в чувствах, растворившись в симпатиях. Холодный мокрый берег встретил вязкой грязью и поднятым со дна илом. Темно-серый воитель лишь немного нахмурился, понимая, что чистым отсюда ему не уйти. А будучи привязанным к своей внешности, следящим за своей густой шубой, воин бы ни за что сюда не вернулся. Но Уклейка.
Вытянувшись в струнку и приподнимаясь на задних лапах, Форель ловил запахи носом, пытаясь выцепить Речных. И тут медные глаза уловили знакомые пестрые шубки. Форель опустился на лапы и прищурился. В этом огромном трехцветном клубке меха он вряд ли бы различил двух воителей.
- Крестовник? - щурясь, Форель обратился непосредственно к Чернике, чтобы убедиться в своих предположениях. А затем... из-за его спины, из-за этой гадской трехцветной шкуры Форель заметил рыже-бурые пятна, которые могли принадлежать лишь одной... - Уклейка!
Сжав крепко челюсти, Форель насупился, напряг каждую мышцу на своем теле. Нет, он позволял этому засранцу слишком многое. Сознание отключалось, вокруг все окутывалось густым туманом. Форель даже про сестру успел позабыть, настолько сильно зацепила его Уклейка, трущаяся около этого...этого...дурака. Медленными, пружинистыми шагами, Форель направился к парочке. Видя их спины, прижатые друг к другу тела, воителю хотелось просто развернуться и уйти. Но нет, не Крестовнику отдавать его рыбку. Он схватил ее на крючок, он поймал в свои сети. А Крестовник в наглую присаживался на готовенькое. Негромко кашлянув за спиной Крестокника и Уклейки, Форель остановился, подняв пушистый хвост вертикально вверх и недовольно хмуря брови.
- Не помешал? - раздраженно спросил темно-серый, отвлекая двоих от милований.
"Вот такая ты значит, Уклейка, да?"

+6

38

>>> главная поляна
Черника улыбнулась на попытку Форели приободрить её. А точнее их обоих. Она позволила ему это, ведь что-то ей подсказывало, что следующие минуты будут очень разочаровывающими. Она даже съест это несчастную пойманную в будущем рыбку, хоть аппетит и отсутствовал.
- А я для тебя, - мурлыкавшая зеленоглазая, следуя за своим длинношёрстыми братом. О, она почувствовала этот запах раньше, чем он.
- Крестовник, - предки, она так надеялась, что он уже ушёл. Да хоть убивать этого самого Звездопада...но воин был там же, где угольная его и оставила.
Черника кивнула в ответ Форели. И вот это заносчивое имя слетело с его губ. Угольная почувствовала полную беспомощность: лапы стали словно ватными, сердце заколотилось так, словно на кошку неслась стая барсуков.
- Не помешал?
Черника видела, как он нежничал с ней...точно так же. Слишком знакомо. Так это выглядело со стороны?
О, так тебе всё равно с кем.
Черника посмотрела на Крестовника так, как посмотрит только один раз в своей жизни. Не обида, нет нет. Полное разочарование.
Речной воительнице хотелось кричать, визжать, истерить, словно он изменил ей. Словно он Её. Но с каком стати? Их вспышка чувств длилась так недолго, они даже сами не поняли что это. Он просто игрался с ней?
Если Черника ещё умела оставаться равнодушной телом, голосом, то глаза она спрятать не могла. Да и вряд ли она могла передать словами как сильно ей было обидно и...больно?
- Ну что я тебе говорила насчёт неё? - холодно произнесла угольная, почему-то ни капли не радуясь этому стечению обстоятельств и своему «триумфу», - Они стоят друг друга. Пойдём, брат, - монотонно произнесла Черника, даже не посмотрев на Крестовника.

+6

39

Важно, чтобы я ставил тебя на первое место при всех? — его голос приторно-сладок, тянет гласные, хитро поглядывая на молодую воительницу.
А по-твоему это неважно? Я этого заслуживаю, — её самоуверенность вновь вернулась, и она была готова перечить коту. Крестовник наклонился к ее пёстрому уху, буквально обжигая его горячим дыханием. Уклейка совсем запуталась: что нужно Крестовнику от нее? Никогда он не был так нежен и внимателен к ней.
Это блеф?
Казалось, что больше, чем сейчас, удивиться невозможно, но соплеменник превзошел все ожидания кошки. Уклейка оцепенела, прилипая к поверхности камня, cтоило Крестовнику аккуратно прикоснуться подбородком к ее скуле, и по-хозяйски сложить подбородок на макушку. Он проигнорировал вопрос трехцветной и задумался о чем-то своем. Со стороны их внезапные объятия могли показаться странными, но по каким-то причинам воительница не стала противиться им, хотя тревожные мысли роем пчел кружились в ее голове. Кошку беспокоил Форель. Если серый кот последовал за ней, кошке точно не поздоровиться...
Что происходит?
Это ты у нас мастерица говорить о своих чувствах первая, — задумчиво проговорил Крестовник.
Но... Я же уже сказала. Я хочу быть с Форелью. Я не шучу. А ты так и не ответил на мой вопрос. И не собираешься? — кошка выскользнула из его объятий так, чтобы можно было увидеть морду трехцветного. Уклейка смерила воителя внимательным взглядом от макушки до лап, мысленно сравнивая его с сводным братом. Как же они разительно отличались друг от друга!
Не помешал? — от такого знакомого голоса кровь в жилах речной заледенела, а сердце, казалось, перестало биться. Она с трудом сглотнула, прежде чем обернуться. В панике Уклейка бросила быстрый взгляд на Крестовника. Впервые в жизни кошка так испугалась встречи с Форелью.
Ну что я тебе говорила насчёт неё? Они стоят друг друга. — ледяной тон Черники заставил воительницу выйти из оцепенения и повернуться к незваным гостям.
Это всё неправда. Я хорошая кошка. Хорошая. Хорошая, правда. Я не хотела всего этого.
Ты знал! Снова решил поиздеваться надо мной? Ты, звездоцапов манипулятор! ТЫ. ТЫ ВСЁ СЛОМАЛ. — ее янтарные глаза наполнились слезами, но она скорее была в ярости и панике, чем расстроена. Она перевела взгляд на Форель, читая в его глазах осуждение.
Он никогда меня не простит.
Как же кошка корила и проклинала себя за неосторожность. В голове Уклейки билась лишь одна правильная мысль. Она не хотела оправдываться, во всяком случае сейчас. Её поднимут на смех. Никто не поверит. Она всё разрушила своими же лапами. И Крестовник её не защитит. Форель отвернется, а Черника будет тихо злорадствовать.
БЕЖАТЬБЕЖАТЬБЕЖАТЬБЕЖАТЬ.
Как можно дальше. Может быть стать одиночкой?
Уклейка бросилась бежать. Её единственный путь был перекрыт Форелью и Черникой, поэтому оставалось лишь прыгнуть с камней в воду. Да, опасно, но надо было спасать свою шкуру. Не обернувшись, она прыгнула в реку, где было достаточно мелко, распугав всю рыбу и подняв кучу брызг. Приземление вышло не совсем удачным, и Уклейка коротко вскрикнула, упав и подвернув переднюю лапу. Трехцветка поднялась так быстро, как смогла, и побежала не хуже воина Ветра, припадая на больную лапу.

Отредактировано Уклейка (02-04-2019 16:31:31)

+8

40

When the voice in your head
says you're better off dead
don't open a vein -
just freeze your brain

«Заслуживала бы, если б не Форель».
Крестовник чуть повёл глазами по сторонам. Ему показалось, что откуда-то раздались звуки продирающихся сквозь грязь Юных Листьев котов, и почему-то отчаянно хотелось, чтобы это был серошкурый братец. То-то он удивится, когда увидит, как легко Уклейка разглядела своё истинное предназначение в Крестовнике.
Он шумно выдохнул, задевая раздувшейся грудью тело кошки, скрытое под густой шерстью, и теснее прижался к ней. Слабая улыбка тронула губы; трёхцветный теперь больше прислушивался к тем звукам, перекрывающимся говорливой Уклейкой.
«Ну сколько можно?» - он возмущённо прижал уши к затылку и, прищурившись, уставился на выскользнувшую из его объятий воительницу.
«Говорливая».
Кончик хвоста раздражённо дёрнулся.
- Я всё сказал, - с нажимом рыкнул Крестовник, сверкая глазами. И практически сразу услышал за спиной голос Форели.
«Ага!»
С поразительным спокойствием он повернул голову, точно филин, сверкая янтароокими лунами, себе за спину, незаметно снова придвигаясь ближе к пёстрой кошке. Пусть, пусть видит, что он не имеет на Уклеечку никакого права!
«И мнение своё она быстро переменит».
Это же всё равно глупость - мечтать о ком-то, подобном вот этому вот. Вот этому.
- Грел для тебя место, - гортанно прорычал воитель, развернувшись морда к морде к сводному брату, вставая на лапы, поднимая по-боевому хвост. Пушиться от злости он тоже умеет, и, верно, выглядит куда более устрашающе, чем кот с рыбьим именем.
Кинул взгляд в сторону, на ту, что была рядом с боком сводного брата.
Челюсти заледенели, приморозившись друг к другу. Холод защекотал кончики лап.
Зеленоватые глаза продолжительно, невыносимо бесконечно смотрели на него с непонятным разочарованием. Болью. Презрением. И острым рогом лося это вспарывало глубокие чувства внутри самого Крестовника.
Омерзительно неприятно вспарывало.
А потом магнетизирующий взгляд Черники исчез, и уязвлённая гордость заработала на полную мощность.
«Эти идиоты сговорились за моей спиной».
Он не зря обратил внимание на запахи сводных брата и сестры на шерсти Уклейки. Поди сами подослали её к нему, а потом сидели в кустах и смеялись над ним. А сейчас пришли такие, все белые и пушистые, чтобы посмеяться ему прямо в морду.
«Идиоты».
Он прижал уши к затылку и зарычал, с ненавистью глядя на Форель. То, что это всё его глупая задумка, не было никаких сомнений, но почему в это ввязалась Черника?.. Так странно, что её участие в насмешке над ним больно отозвалось в глубине души. Так странно, что его задел её взгляд.
На мгновение трёхцветный отвлёкся на Уклейку, из глаз которой катились слёзы. Ультразвуковые тона резанули по ушам, но он даже не поморщился: истерика вызвала ответную бурю, в очередной раз вырвавшуюся из-под контроля.
- Я ВИНОВАТ? - срывающимся рыком накинулся Крестовник, хлеща воздух хвостом, ощущая, как ловушка насмешек захлопнулась-защёлкнулась над его головой до конца.
Нет. Нет-нет-нет, он знал, кто здесь единственный виноватый.
- Доволен? - разъярённо прорычал воитель, вконец выведенный из себя собственными мыслями и ситуацией. Что ж, давно пора было проучить этого наглеца. За ним числится слишком много просчётов.

Отредактировано Крестовник (02-04-2019 21:03:18)

+6


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » нагретые камни