У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
1 2 3 4 5
добро пожаловать! Последнее пристанище для каждого, кто тосковал по атмосфере канона и старого леса. Новая старая история котов-воителей. Рейтинг проекта — R.
почетные игроки
7.11 Стали известны результаты голосованияна почетного игрока и самых-самых за октябрь! Также, благодаря вашим голосам, на Последнем Пристанище очень скоро будет введена подарочная система! Скорее готовьте подарки на Новый год, он уже не за горами ;)
нужны в игру
!!! открыта регистрация во все племена !!!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » эпизоды » gone girl


gone girl

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

Technically, Missing

https://pp.userapi.com/c844320/v844320396/11f7f9/UdZ8fOdwDoc.jpg

https://pp.userapi.com/c844320/v844320396/11f807/tsbonGVHtpw.jpg

сумрак & около 20 лун назад————————————————————————————————След твоей сестры простыл, но пойдешь ли ты по ее стопам?
Багрянка & Сабельник

+2

2

Она чувствовала, что что-то не так. Чувствовала неминуемые изменения, лавиной накрывающие семью. Чувствовала и предпочитала загонять эти чувства подальше, ведь что может случиться такого необратимого? Она даже представить не могла. Новость свалилась на хрупкие плечи юной воительницы слишком неожиданно, выбивая землю из-под лап и вышибая из груди воздух. Поначалу было опустошение. Багрянка была шокирована, парализована вестью. Потом разум начали заполнять вопросы. Зачем? Почему? Из-за кого? Два дня она не находила себе места. Шелковицы больше нет. Нет рядом, нет в соседней палатке, нет нигде. Даже её запах скоро исчезнет из гнезда. От неё не останется ни-че-го.
- Ты отпустил её!
Торопливой спотыкающейся походкой Багрянка нагоняла воителя, без смущения крича ему вслед с вызовом и обидой. Он виноват. Он был рядом с ней. Шелковица больше не была счастлива рядом с ним и ушла! Бросила нас всех! Из-за него!
- Сабельник! - Багрянка нагнала кота на болотистой тропе, резко преграждая собой путь и без страха заглядывая в морду чёрно-белого воина, который был чуть ли не в два раза крупнее неё. - Почему ты не сделал ничего?!
Её голос нервно дрожал, меняя высоту. Шерсть топорщилась во все стороны, а хвост хлестал по бурым бокам. Пусть оправдывается. Багрянка хочет слышать, как ему жаль, как он страдает, как ему не всё равно. Признай вину! Ты должен был.
- Шелковица ушла, а ты... Что ты сделал? Что произошло? Говори со мной! - в голубых глазах смешивались ярость и отчаяние. Уход сестры полоснул по сердцу, оставляя воспалённую рану. Два дня она молчала, пытаясь сдержать эмоции, пытаясь понять хоть что-то. Но больше не могла. - Она моя сестра, она нужна мне. Я люблю её. Где теперь Шелковица? Что с ней будет?!
Багрянка резко развернулась, принявшись мерить шагами небольшую топкую лужайку. Кошка напряжённо пыхтела, все слова, сказанные ранее, так и не принесли облегчения, не дали выхода обиде. Её потрясывало. Багрянка вдруг остановилась, исподлобья глядя на Сабельника, и тихо прошипела:
- Она ушла из-за тебя!

+2

3

Уходишь? [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]  [indent]
Он стоял не подвижно, просто наблюдал за спокойным выражением её морды.
Она давно думала об этом, давно планировала, давно умалчивала, давно
носила это в себе. Её глаза были только чуть сощурены, выжидая реакции спутника,
но и ту, как казалось Сабельнику, она уже давно предугадала. А он не находился со
словами. Слишком внезапно, неожиданно и больно. Что ему делать?
Что сказать дочери?
Он не ждал от нее ответа на свой вопрос, скорее переспрашивал сам у себя.
Племенная жизнь, воительские нравы и устои постепенно угасали в ней, как и ее
привязанности. Да? Коту казалось, что его запах давно выветрился из пестрой шерсти,
материнская забота погасла в глазах, и на морде кошки выражалось теперь лишь холодное
спокойствие. Этот холод пугал его.

Ты отпустил её!
Этот окрик выдернул его из воспоминаний той ночи. Клацнув зубами, Сабельник прижал уши к затылку и даже не замедлил шага: он был слишком яростен на себя, на Шелковицу, на её семейство. На всех. Она была взрослой кошкой, свободной в своих выборах, но в этот раз ее выбор не сошелся с желаниями других; она ушла, легко, спокойно, но явно не подумала о том, что ее проблемы придется решать кому-то другому. Она забыла спросить его.
Сабельник!
Он вздыбился и поджал лапу, не окончив шага. Глаза, такие до боли знакомые, но отчего-то полные ядовитой обиды, смотрели на него прямо, так разяще отличаясь от тех, что он видел в ту ночь... Но это была не она, а лишь Багрянка. Еще одна из тех, кого забыли спросить. И теперь ему и с ней разбираться? Медные глаза блеснули.
А где мама?
Он и правда ничего не сделал, он даже ничего не сказал возлюбленной. Он просто с комом в горле проследил за тем, как она ушла. Он даже не пытался остановить ее, лишь выплеснул на нее весь яд, который скопился в нем за те несколько мгновений, которые успели пройти с того момента, как она объявила о своем уходе. Колкий язык никак не мог помочь в том, чтобы ее остановить, и вот теперь он здесь. Разбирается.
А что мог я сделать?
Молодой воитель опустил голову низко, чтобы поравняться глазами с Багрянкой, понять, что она чувствует. И почему она его обвиняет? Потому что сама не в силах ничего изменить? А может просто не хочет оправдываться перед соплеменниками? Знаете, моя сестра тут решила, что хватит с нее патрулей, так что видела она ваш Воинский Закон в глубокой лисье норе. Позорище. Шумно выдохнув, Сабельник выловил что-то, что было ему нужно из глубины чужих глаз, и медленно выпрямился, выдыхая режущую горло свежесть. Челюсти плотно сжимало от нервов, и коту приходилось медленно считать в подсознании, дабы успокоиться и не выплюнуть очередную грубость в морду юной сумеречной. Пробежавшись медью глаз по стволам деревьев, он уткнулся взглядом в темную шерсть. Где-то в груди зародился хрип и вылился вместе с сорвавшимся с губ голосом:
Давно в себе она это таила, но, как видишь, меня сим знаньем обделила, — нос чуть сморщился от кольнувшей гордость обиды, — как и тебя, свою сестру.
В порыве своего эгоизма Шелковица даже не задумалась о собственной семье, да? С Сабельником она хотя бы свиделась, а когда в последний раз общалась с сестрой? С дочерью?
Ушла на охоту.
Какая глупая отговорка. Ушла на охоту куда? К Двуногим? На какую-нибудь свалку к крысам? Под колеса Чудища? Да что угодно.
Он резко шагнул вперед и перешел на рысь, хвостом легко коснувшись соплеменницы, неохотно маня за собой. Как тяжело было давить из себя слова.
Ты думаешь, в любви ты одинока? А знаешь, насколько я её люблю? А про котят ты не забыла? Уж если б мог я вдруг Шелковницу отговорить, я б сделал так давно. Она явилась ко мне ночью, сказала: Сабельник, пойдем, — а дальше след простыл, как знаешь. Я ухожу, прости, — и всё.
Виски сжало, а может сжало и сердце с легкими, и кот резко выдохнул. Голова даже покруживалась от того урагана, что крутился в сознании.
Что с ней будет?!
Зубы крепко сцепились в отказе отвечать. Он честно не знал. И не хотел. Ему не была безразлична судьба возлюбленной, но её поступок настолько пропитал его душу отвращением, что он ничего не хотел слышать о ней. Даже если вдруг она вернется через несколько дней, вряд ли он сможет просто так ей это простить.
Не знаю я, — только хрипло выдал пятнистый и чуть замедлился. Они достаточно далеко отошли от лагеря, чтобы начать перекрикивать друг друга, но  у Сабельника не было сил кричать. Или не было желания. Голос не поднимался на кошку рядом. Бесхвостый остановился и проследил за тем, как Багрянка приготовилась к очередному словесному выпаду.
Из-за меня? — он еле сдержался, чтобы не закатить глаза, а потому лишь прошипел в ответ. Какая наглость — делать подобные выводы. — Скажи на милость, что сестре твоей я сделал? Неужто я ее обидеть смог своей любовью? Отнял её ли к подобной жизни интерес? Что мною было сделано не так?
Бешенство, вызванное обидой, в нем чуть утихло. Он осел на землю и резко успокоился. Злость сменила грусть, но она была настолько противна и отвратна коту, что он поморщился. Куда лучше было бы на всех ругаться, чем плакаться в чужие плечи.
Уж если кто-то смог мне объяснить. А ты что сделала, чтобы её остановить?

+2

4

— А что мог я сделать?
От возмущения из лёгких выбило воздух. Что? Сабельник говорил так, будто он и вовсе не имел никакого отношения к уходу Шелковицы. Будто он видел-то её пару раз в день, потому что они спали в одной палатке. Будто они не были близки столько времени. Да что ты... Багрянка тяжело дышала, не сводя возмущённого взгляда с Сабельника.
- Вы же любили друг друга, - словно убеждает, а не констатирует факт, - вы должны были быть вместе. Она должна быть здесь. Что ты мог сделать? Да что угодно! Она ведь не могла радоваться жизни, а потом мгновенно разочароваться! Ты должен был понять!
Хрипловатый голос воителя резанул по ушам. Багрянке никак не хотелось верить его словам. Это же какой-то бред. Не хочет говорить. Не хочет рассказать мне, что произошло. Трус! Она слишком любила сестру, чтобы поверить, что та бросила всё в одночасье и ни на миг не усомнилась в своём решении. Не могло так случиться. Такие решения обдумываются долго. Даже если Шелковица молчала, друг, отец её детей, должен был заметить! Они же были вместе! Слёзы снова предательски душили, истерические мысли вспыхивали в сознании, Багрянка никак не могла прийти в себя, сохранять достойный вид не представлялось возможным. Он всё врёт. Решил соврать, лишь бы не признаваться самому себе.
Сабельник вдруг шагнул в сторону и двинулся дальше по тропе, как будто Багрянка не была веским поводом отложить свои срочные дела. Пару секунд юная воительница не чувствовала в себе сил и мужества сдвинуться с места и пойти за котом. Он и дальше будет отпираться, перекладывать вину на кого-то ещё, уверять, что пострадал больше всех. Если Шелковица решилась на такое, значит, ей было намного хуже. Багрянка чувствовала и свою вину за слишком позднее понимание того, что творилось с старшей сестрой. Любовь, обожание, поддержка - всё это давно стихло между сёстрами, когда одна переселилась в детскую, а вторая была поглощена восторгом после посвящения в воительницы. "У неё теперь своя семья, Сабельник, она во мне не нуждается", - говорила про себя Багрянка, медленно отдаляясь. Она не помнила, в какой момент Шелковица начала здороваться с сестрой устало и почти нехотя, списав всё на круглосуточные заботы с детьми, не заметила, когда пропал огонёк в её глазах. Упустила. И он упустил. Он был ближе. Намного ближе. Должен был.
- Может, недостаточно? - двигаясь слегка позади Сабельника, кошка ссутулилась, тревожно переводя взгляд из стороны в сторону. - Недостаточно любил, чтобы суметь отговорить её? - она судорожно выдохнула, останавливаясь рядом с воителем. Подними она подбородок, оказалась бы лицом к лицу с суровым воителем. Но Багрянка упрямо смотрела куда-то ему за плечо. - Или... она не любила.
Поморщившись, кошка отвернулась, горечь снова накатывала, и воительница еле сдерживалась, чтобы не начать биться в истерике, выть от отчаяния, метаться по лесу в поиске следов. Она хотела бы увидеть сестру, быть с ней, но не могла повторить её шаг. Тоже недостаточно любила? Холодок пробежал по спине.
- А ты что сделала, чтобы её остановить?
Словно тяжёлая лапа опустилась на голову, вдавливая в землю и давая возможности пошевелиться. Хотела ответить хоть что-нибудь в своё оправдание, но лишь сделала несколько глотков воздуха в бессилии. Ничего не сделала. Никто ничего не сделал, чтобы предотвратить это. Шелковица была одна. Она и сейчас, наверное, одна, только стала немного счастливее. А оставшееся в племени Теней подобие семьи кусает локти. Я не хотела, чтобы всё так... Багрянка прикрыла глаза, то ли пытаясь сдержать слёзы, то ли не желая смотреть на Сабельника.

+2

5

С хмурым взглядом, напряжённым не столько от злости, сколько от волнения (Сабельнику казалось, что кошка напротив сейчас разорвется на щепки от возмущения), воитель слушал Багрянку. Да, да, и что? – он закивал ее словам.
Я любил ее. Я был рядом, – процедил пятнистый, повторяя слова кошки. После он осекся и возмущённо выпрямился: его возмутила чужая правота. Почему он не заметил раньше? Почему списывал подозрительность и молчаливость Шелковицы на какое-то плохое настроение? Отчего не спросил, почему в палатке та больше не ложится рядом, все реже предлагает совместные вылазки и сухо делится новостями? Может он просто так сильно любил её, что отказывался даже думать о том, что что-то может быть не так, как ему хочется?  Он правда не понял или не хотел понимать?
Слова Багрянки словно дернули его за шкирку и хорошенько встрясли. Воспоминания стали выглядеть иначе, картина складывалась яснее, но это не придавало ситуации красочности. Сабельник вцепился когтями в траву, словно в последнее средство для успокоения: лёгкие разрывало от тяжёлого редкого дыхания.
Недостаточно?
Он мог только переспросить. Ему казалось, что Шелковица открыла в нем нечто новое: другие эмоции, другие взгляды на жизнь. Она привела его в чувства, направляла в нужное русло, вовремя подсказывала и вовремя молчала. Как он мог не любить её за это? Да, Сабельник никогда не славился широким спектром эмоций и многословностью, но он всегда находил и другие способы, чтобы показать свои чувства. Дела громче дел. И сам Сабельник, и, казалось ему, Шелковица прекрасно осознают свою привязанность. Иначе как появились котята? Он не из тех, кто раскидывается маленькими жизнями направо и налево, словно котята - неприятное последствие влюбленности. Для него дети были куда большим. Говорить, что он недостаточно ее любил... Это не оскорбление?
Возможно, – осторожно начал кот, боясь скорее оскорбить себя, чем задеть соплеменницу, – я недостаточно любовь свою ей показал. Но в чувствах я своих всегда был с ней открыт.
Или... она не любила.
Не любила? Тогда что? Все это – шутка? Неудачные последствия неудачного выбора?
С чего Шелковице тогда было молчать? – зашипел он, не сразу осознав, что никто не сможет ответить ему на этот вопрос, кроме самой Шелковицы. Боялась его? Племени? Может она лишь прикрывала им свои мечты об уходе? Делала вид, что ее что-то связывает с племенем? Использовала его и свою семью? Сабельник нервно встрепенулся, словно этим постаравшись стряхнуть с себя неуверенный вид – не вышло. Кто использует его следующий? Кто решит устраивать притворные игрища, чтобы потом уйти?
Он опустил глаза на Багрянку. Молчит. Не знает, что сказать? Или просто умалчивает?
Может это ты ее уверила уйти? Говорила ей что-то, пока не был я рядом? – он обрушился на кошку. Видел, что ей плохо, что она еле сдерживаться, но сдерживаться ему было еще тяжелее. За несколько секунд в его разуме выстроилась слишком убедительная теория, которая только подтверждала: он не виноват. И настолько ему не хотелось верить в свою вину, что уверовал в собственные обвинения. –А может вы вдвоём там сговорились? Разве не хочется тебе сестры пример-то повторить?

Отредактировано Сабельник (01-11-2018 15:04:15)

+2

6

Всё пошло совсем не так, как-то криво и глупо. Выбегавшая из лагеря кошка была полна праведного гнева и решимости выяснить всё до последних мелочей, пристыдить виновника, отыскать истину, а теперь она сама, ссутулившись и вжав голову в плечи, стоит перед Сабельником, не желая поднять взгляд. Не хочет смотреть в жёлтые глаза, полные ответного обвинения. Подрастеряв весь пыл, Багрянка осталась один на один с тоской и чувством вины. Не лучшая компания.
- И никто ничего не знал, кроме самой Шелковицы, - прошипела себе под нос воительница. Может, Сабельник прав? Может, не стоит винить никого другого, кроме Шелковицы? Нет, это неправда. На сердце становилось ещё тяжелее при попытке перестать считать сестру мученицей, которая лишь желала вырваться на свободу. Багрянке намного проще было винить обстоятельства и окружающих, чем трезво взглянуть на ситуацию. На всех влияет окружение. Окружение делает нас теми, кто мы есть.
Она вздрогнула, будто слова Сабельника причиняли физическую боль. Отрезвляющей пощёчиной они вырвали Багрянку из вязких, пропитанных виной мыслей. Несколько секунд она ошарашенно смотрела на кота, чувствуя, как поднимается дыбом шерсть на спине. Он и правда сказал это. Обвинил в предательстве. Выставил лицемерной стервой, перекладывающей обвинения на всех и каждого в попытке замести следы. Слёзы отчего-то мгновенно высохли, а глаза шокировано округлились. Он действительно это сказал? Думает, что я... вынудила сестру покинуть племя, семью, и сама сейчас уйду за ней? Идиот. Мышеголовый дурень. Кошка нахмурилась, в душе противясь тому, что сейчас придётся оправдываться. Она будет оправдываться, хотя совсем не должна. Она не заслужила такого отношения от соплеменника. Если он думает, что ему хуже, чем мне, и теперь можно сваливать всё на меня, он оши... Гневная мысленная речь прервалась, когда картинка в голове сложилась - она делала то же самое.
- Это глупость. Я бы никогда так не поступила. Я всегда хотела, чтобы Шелковица была счастлива, но не... так. Я не знаю, что с ней произошло, - Багрянка отвела глаза, пытаясь побороть эмоции, чтобы Сабельник не видел. - Наверное, мы оба виноваты. Я была слишком невнимательна.
Отчего-то становилось легче. В горле всё ещё стоял ком, но пламя злости и обиды поутихло, уступая место неизбывной тоске. Что теперь с ней будет? Что будет с ними со всеми? С котятами? Придётся научиться жить с этим. Как бы ни хотелось Багрянке сейчас очнуться от этого затянувшегося кошмара и увидеть в соседнем гнёздышке мирно посапывающую Шелковицу, едва заметно улыбающуюся во сне, а потом разбудить сестру и пойти на охоту, чтобы весь этот бред выветрился из головы, такого бы не случилось. Гнев, обида, тоска - всё это придётся загнать куда подальше и привыкнуть к жизни без Шелковицы. Им всем.
- Мне жаль. Очень.

+1

7

Сабельник рассматривал талые, разбросанные по примятой и пока еще вялой траве куски снега, которые таяли под приходом весны. Он внимательно вслушивался в ту тишину, которая повисла между ним и соплеменницей, пытаясь уяснить из нее что-то. Слов просто нет или они не нужны? Скользнув взглядом на Багрянку, на её опущенные плечи и острые лопатки, Сабельник задумчиво повел ушами: он раньше, казалось, никого не ввдодил в подобное состояние одними лишь словами, хотя тут не обошлось и без помощи Шелковицы. Он хотел бы извиниться, но было не за что. За то что он обвинил кошку? А она  чем лучше?
Губы растянулись в улыбчивом оскале в ответ на приглушенный раздраженный шепот: Никогда бы так не поступила? Да время нам покажет. Глухо хохотнув, чему-то своему надуманному, он отвел взгляд обратно. Все хотели счастья Шелковице, да только как-то не задалось. А может счастье для них и королевы было разным? Что, если они лишь мешали ей в попытках вернуть в ней пыл к воительским обязанностям?
Не думаю, что что-то с ней произошло внезапно, ведь для таких поступков нужно долго думать. Она, должно быть, с отличием прикрывала свои все потайные мысли, — он встрепенулся опять, вздыбив загривок, в который пробрался холодок. — Нельзя быть невнимательным к тому, что от тебя сокрыто.
Или можно? Наверное, можно, да только Сабельник был не из тех, кто был готов лезть другим в душу с упорством, достойным награды. Он знал, что нередко это качество ценится в воителях, но для него подобные попытки были лишь дурным тоном. Да, они были виноваты, но не из-за своей невнимательности... Они просто не хотели принимать того, что кто-то из соплеменников, а тем более родных, готов променять подстилку рядом на гордое одиночество невесть где. И все же хорошо было закончить бы дела среди семьи и только после давать дёру. Кот сморщился так, словно на язык попало нечто из помойного ведра. Он не столько винил возлюбленную из-за её решения, сколько испытывал горькую обиду. Чем он заслужил такое отношение? Или даже привязанности — не преграда эгоизму? Насколько вообще нужно было быть сильной морально, чтобы так резко все оставить без сожалений? А вдруг Шелковница сейчас в душе несет тяжелый груз из сожалений?
Пусть несет. Заслужила.
Тебе и вправду жаль, что из Теней ушла та кошка, которой даже слёз не стоит предать родное племя?
Это говорил не Сабельник, а лишь его воительская натура. Это была простая истина, лишенная личных чувств. Однако чувства не бывают вечными, в отличие от племенных устоев, а в племени не место одиночкам, пускай те и притворяются блюдущими Закон.
Откуда в нем это отвращение?
Мне жаль. Очень.
Пятнистый прищурился, просмаковал молчание, после чего вкрадчиво спросил:
Себя?
Сабельник поднялся с места и махнул хвостом, зазывая Баргянку за собой. Прогулка должна была бы выбить из нее хандру.
Кто знает, вдруг она вернется. Но нам пока придется как-то разбираться и самим, хлопот она оставила немало. Иль ты вдруг решила хвост повесить просто так?

+1

8

Сложившееся между ними напряжение угнетало. Они ведь и не общались-то раньше толком - разница в возрасте, разница в статусе, только в патрули несколько раз вместе ходили и всё на том. А теперь Багрянка с такой обидой смотрела исподлобья на Сабельника, а тот в ответ с неожиданным вызовом. Слишком быстро этот спор перестал быть похож на выяснение отношений, грозя перерасти во взаимную неприязнь. Шелковица ушла, вынудив близких ей котов бросаться друг в друга обвинениями и плеваться ядом. Это было неправильно. Багрянка чувствовала, что всё её нутро противится исходу, к которому всё шло. Постепенно, понемногу остывая и пытаясь взглянуть на ситуацию трезвым взором, она осознавала, что уже поздно о чём-либо сожалеть. Сабельник прав. Теперь-то уже что поделаешь?
Воитель тоже остывал. Голос его вновь вернулся к прежнему холодному спокойствию. Это почти успокаивало. Багрянка поморщилась, пытаясь сосредоточиться не на оскорблении чести её сестры (пусть оно и было справедливым), а на услуге племени, которую Шелковица оказала. Намного лучше, если подобные экземпляры покидают племя в мирное время, чем встают на сторону врага на поле боя. Багрянка была далека от цинизма и скептицизма, но приходилось выискивать лазейки. Однажды она всё равно перестала бы оправдывать сестру, разница лишь в том, что Сабельник вынудил её признать свою невиновность сейчас. Потом она поблагодарит его, ведь без чувства вины дышится намного легче.
Багрянка помедлила, поразмыслив буквально пару секунд - нужно ли ей идти за воителем? Зачем? Она пока не готова полностью переложить вину на Шелковицу, да и сердце ещё болит, слишком сложно будет слушать размышления Сабельника. Но один аргумент перекрывал всё - он был единственным, кто мог её сейчас понять. К кому Багрянка может прийти с этой болью? Сабельник испытал её, теперь она понимала. Не лучше ли говорить, чем мучаться угрызениями совести в глубине воинской палатки, давясь слезами?
Медленным тихим шагом кошка двинулась за соплеменником.
- Вернётся? - горько усмехнулась Багрянка, тяжело тряхнув головой, словно тяжесть на плечах была реальной. - Мы не сможем принять её. Ничто не будет как прежде, и она должна понимать это. Ей гордость не позволит вернуться.
Ведь правда. Шелковица не оглянется назад. Может, вспомнит украдкой о друге, сестре, котятах, но не вернётся. Это означало бы признание собственной неправоты и ошибки. Способна ли на это Шелковица? Возвращается ли птица в когти охотника, если ей посчастливилось вырваться? Надеюсь, она хотя бы будет скучать.
- В какой-то момент решила, - Багрянка выдавила грустную улыбку, встречаясь взглядом с Сабельником. Она не сможет так - закрыться, сделать вид, что всё в порядке, смириться и жить дальше. Ей не хватит для этого сил. - Когда-нибудь я всё пойму и приму. Но пока не готова.
Не могу её отпустить.

+1

9

Солнце постепенно начинало опускаться, и Сабельник, отвлекшись на него взглядом буквально на мгновение, задумался: когда они вернутся в лагерь, то что им сказать? Что принести? Прийти с пустыми лапами и кислыми от злости и яда мордами? Впрочем, накал остывал, и кот оставил все эти вопросы на потом. Багрянка может обижаться на него сколько ей угодно, но его слова — самый легкий вариант того, что она может услышать. Впереди еще осуждение от племени. И не дай Звёзды, чтобы кто-то узнал об уходе Шелковицы из других племен. Страшно представить, чего тогда придется наслушаться её сестренке. А оправдываться придется им. Сабельник передернулся.
Мы не сможем принять её.
Пятнистый повернул голову куда-то в сторону, словно отвлекся, и поморщился. Его бы устроил любой другой ответ: она не проживет одна долго, она не захочет прийти обратно, она уже слишком далеко ушла... Но не этот. Сердце словно застряло между ребрами, иначе от чего его так стиснуло в боли?
А ты смогла её принять?
Он обернулся и чуть замедлился. Сабельнику было сложно себе представить, как бы он себя повел, появись Шелковица на границе Теней или в самом лагере. Сложно было представить, как ему придется натянуть на себя притворную холодность, сдержать в себе все порывы, чтобы не сорваться на ушедшую подругу, а после потом спокойно объяснить своей дочери, почему же маме стоит покинуть их границы навсегда. Шелковница бы и не шелохнулась. Ну, если бы соизволила забежать на минутку. И все же Багрянка была права, но от чего-то Сабельнику искренне хотелось верить, что их бывшая соплеменница сейчас лежит в одиночестве где-нибудь среди камня Двуногих в тупике или подворотне и тихо бубнит себе под нос, жалея о своем поступке? Но это уже больная фантазия.
А что, если она с кем-то?
Багрянка продолжала говорить, но Сабельник, несмотря на то, что внешне выглядел спокойным, не переставал перебирать в голове все построенные им теории, и с каждой новой мыслью, оборотом они становились для него все страшнее и страшнее. А если она нашла себе кого-то? Если она сейчас с ним? Его дочь вообще его? Бесхвостый опять отвернулся, чтобы соплеменница не увидела его морды, и оскалился куда-то в заросли. Рык застрял в горле и прозвучал сиплым выдохом. Когда он обратился взглядом к Багрянке, его разгоряченный ум встретился с легкой улыбкой. От такого кот замер. Чего ей улыбаться? Он сжал губы, впился в них клыками ненадолго, задумался.
Мы все пока не готовы, Багрянка.
Пятнистый оглядел ее еще разок, после чего продолжил шаг. Надо было отвлечься. Хоть на что-нибудь, пока он вновь не взвился над кошкой, не зашептал ей на уши очередные темные мыслишки насчет её сестры-предательницы.
А ведь если бы он её не любил, он бы так не злился.
Не хочешь тут кого-нибудь поймать? Хотя б вернемся в лагерь с чем-то.

+1


Вы здесь » cw. последнее пристанище » эпизоды » gone girl