У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
Весна продолжает наступать, отгремела битва за Нагретые Камни, а мы готовы рассказать вам о результатах голосования за лучших игроков марта!

Речное племя в этом месяце занимает не одну номинацию, и начинаем мы с Молнии! Лучший кот месяца, пусть ты и расстроен после битвы, мы знаем - твой сильный дух и способности помогут племени заполучить все, чего оно достойно, а тебе - добиться любых успехов.

Отчаянная и смелая речная воительница потерпела поражение в одной лишь битве, но никак не в этом голосовании. Волноглазка становится лучшей кошкой, а мы продолжаем болеть за неё всем сердцем и знаем, что с такими воительницами Реку ждёт большое будущее!

Боец и просто замечательный парень Остролап занимает звание лучшего ученика! Мы гордимся тобой, а искренняя забота о соплеменниках вызывает одно лишь тепло и улыбки на лицах - ты просто молодец!

Бойкая и сообразительная Проталинка становится лучшим котёнком! Чуем, не за горами те дни, когда эта кошечка запомнится не только своём племени, но и всему лесу - как насчёт запоминающегося Совета после посвящения в ученики, м?

Наконец-то Гром и Корица, становятся лучшей парой месяца, отобрав у парочек из речного племени эту номинацию (интересно, надолго ли)? Весь Ветер ждёт плодов вашей любви, а форумчане - новых постов и ярких чувств!

Отважная Вихрелапка получает звание самого запоминающегося персонажа - а мы не перестаём переживать за ее судьбу и желаем всем сердцем скорейшего выздоровления.

Смерчезвёзд не только становится самым каноничным персонажем марта, но и получает долгожданное звание почетного персонажа! Интересно, как бравый предводитель Грозы воспользуется новыми бонусами и возможностями? Мы следим за тобой!

Поздравляем всех победителей, а тех остальных призываем активно играть и не менее активно голосовать - весна на дворе, самое время всему живому просыпаться и набираться сил и новых отыгрышей!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



сеновал

Сообщений 81 страница 90 из 90

1

http://s7.uploads.ru/BsLa6.png

сеновал
——————————————————————
Где-то там, за полями нейтральных земель, стоит неприметное и совершенно нежилое гнездо двуногих. Припрятавшись среди небольшой рощицы, это здание уже долгие луны предназначается для хранения сена, иногда - зерна, и вот почти круглый год двуногие оставляют здесь солому с полей, не утруждаясь перевозкой в город. Не всем котам по душе ночевать под человеческой крышей, но какой здесь запах! Аромат сена, полевых трав, иногда - зерна, который неминуемо привлекает ленивых, сытых мышей. Умиротворенное место переждать непогоду, поохотиться на жирных полевок - быть может, когда-нибудь это место станет домом какому-нибудь бродяге?

0

81

[indent] Одно лишь упавшее крохотным камушком вслед за спустившейся буквально один миг назад лавины неприятного осознания слово послужило заветным щелчком для последней детали всего складывающегося в не лучшую сторону пазла, от чего цветастая переносица невольно дрогнула в сдержанной попытке сморщиться. Поверив словам соплеменника в тот погожий день на пасеке, но с осторожностью не позволив ему убедить в их неоспоримой правдивости, Кленовница тайно понадеялась на совесть рыжего кота и лишь из скребущих голову изнутри побуждений всё же решила проверить услышанную информацию. Ещё дождливым утром отправляясь вон из родного лагеря и без какого-либо перекуса с предыдущего вечера проведя весь день в этом заброшенном Гнезде Двуногих, она действительно ожидала увидеть здесь смутно знакомые травы, которые когда-то видела в палатке целителей, или снующих повсюду упитанных грызунов, но взгляду открылась абсолютно иная картина. Без сомнения, наиболее интересная по сравнению с ожидаемой, но без того не менее неожиданная.

[indent] С шумом приземлившееся у самых лап крыло воробья негромким стуком костей о деревянный пол возвратили задумавшуюся Кленовницу в нынешнюю реальность и всецелом привлекли её внимание, в то время как в жёлтых глазах заиграли нотки голодного хищника. Пустеющий уже слишком долго желудок предательски сжался и, обернувшись вокруг себя, позорно заскулил внутри живота, недовольным урчанием вырываясь наружу, в то время как в едва приоткрытой пасти уже скопилась вязкая слюна и неприятно обволокла розовый язычок. Торопливо облизнувшись, тут же оставляя на длинных белых усах прозрачные капельки, кошка молчаливо кивнула на предложение и с видимой в резковатых движениях жадностью впилась в часть чужой добычи, быстро раскидывая некрупные перья около себя и большими кусками сдирая со скелета ошмётки мяса. Когда же с перекусом было покончено, а приятная тяжесть упала на самое дно желудка, сразу разгоняя по всему организму привычную леность и буквально заставляя пушистый круп неспешно опуститься на сенную подложку рядом, ветровая глашатая медлительно пробежалась языком по пушистой грудке и пригладила мягкую шерсть. Какой Шершнь добряк, – юрким кроликом мелькнула едва уловимая мысль в голове, от которой брови хмуро свелись к переносице.

[indent] — Спасибо тебе за воробья, Львица, — явно думая совсем о другом, отстранённо пробормотала Кленовница и вновь обернулась в сторону дома. В степях уже неторопливо вечерело и, если она желала возвратиться в лагерь до наступления полной темноты, стоило задуматься об уходе. — Интересно, чего же добивался Шершень, так просто рассказывая об этом месте? Что только на уме у этих котов бывает? — поёжившись от ворвавшегося в трухлявый амбар прохладного порыва ветерка, задумчиво рассудила воительница и доверчиво прикрыла глаза. — Будет очень жаль, если он уйдёт из нашего племени и подастся в одиночки. Но вот если в наших рядах прибудет, — глашатая мимолётным чуть хитроватым взглядом мазнула по раскосой мордочке Львицы и неторопливо поднялась на лапы, тут же отряхивая пушистую шерсть от налипших к ней соломинок. — Сомневаюсь, что Звездопад откажется от бравой воительницы или ловкой охотницы. Понадеюсь, что Шершню всё же хватит ума сделать верный выбор, — и, взмахнув пёстрым хвостом и в последний раз взглянув на широкоплечую фигуру одиночки, широкими шагами удалилась вглубь родных пустошей.

закрытие временного разрыва, —> лагерь племени ветра (ном.)

+2

82

Две кошки обедали в полной тишине, и только Львица нет-нет, да и посматривала на трехцветную кошку напротив. Она почти слышала, как роились мысли в голове ветряной воительницы, и с судорожно сжимающимся желудком и совершенно не чувствуя вкуса птицы размышляла, что же такое сейчас в мыслях Кленовницы.
Та поблагодарила за воробья.
- У нас было принято делиться, - вежливо ответила кошка, облизывая лапу и умываясь: только бы не смотреть лишний раз на воительницу, только бы не выдать себя и, простите предки, Шершня.
Дальнейший разговор выбил все камни из-под лап горной стражницы.
— Будет очень жаль, если он уйдёт из нашего племени и подастся в одиночки.
Львица с удивленным "мр-р?" навострила уши и чуть склонила голову бочком.
- Но вот если в наших рядах прибудет, — взгляд трехцветной воительницы цепко осмотрел поджарую фигуру горной кошки, и та вскинула подбородок.
А глаза горели.
— Сомневаюсь, что Звездопад откажется от бравой воительницы или ловкой охотницы. Понадеюсь, что Шершню всё же хватит ума сделать верный выбор.
И была такова.
И только Львица осталась стоять, и хвост - наконец, освобожденный, - принялся змеей извиваться. Дыхание буро-полосатой потихоньку ускорялось, в глазах пробежали огоньки, и она растерянно рассмеялась.
Истерика.
- Какого... - бормотала она, неверяще мотая головой. На сеновале резко стало жарко, душно, дышать нечем, и Львица побежала - только бы лапы забрали все ее волнение.

---> дальше

+2

83

*спустя какое-то время после ухода Львицы*

Аккуратно, озираясь по сторонам, Джек толкает головой огромную скрипучую дверь и на миг озирает в надежде, что этот громкий звук не привлечёт внимание каких-либо незваных гостей, занявших столь заманчивое укромное место раньше него. Кругом всё молчало. Он почувствовал, как во рту собирается медленно слюна от привкуса крыла пойманной не так давно им синицы, теперь безвольно болтавшейся в пасти. Переждав, по его мнению, достаточное количество времени, одиночка ещё сильнее наваливается на дверь и распахивает её уже шире, позволяя солнечному свету проникнуть внутрь и осветить собой пол со склоками пыли и несколько наваленных друг на друга стогов сена. Джек щурит нездоровый глаз и проходит внутрь. Он слишком долго не ел, и это воздержание уже давало о себе знать урчанием в пустом желудке. Кто бы тут ни был, Джек не нарвётся на конфликт, Джек просто молча встанет и уйдёт, его никто не тронет, ведь так?.. Ведь не   всегда   всем   нужно   решать   конфликты   когтями,   ПРАВДА?

- Здесь никого нет, значит, никто не обидит... спокойноспокойно... - быстро-быстро тараторит себе под нос одиночка, будто пытаясь этими словами заверить самого себя.

Он проходил уже мимо этого места и прекрасно помнил, что ранее здесь жила какая-то странная кошка, а вместе с ней племенной. Тогда Джек предпочёл убраться восвояси и по возможности позабыть об этом злополучном месте. Вдруг этот племенной решит забрать себе этот дом?! И, увидев его, тут же прибьёт. Располосует вторую часть морды или чего хуже! Но сейчас, вернувшись вновь сюда, он не встретил ровным счётом никого и не уловил ничей запах. Джек останавливается около наваленной кучи сена и укладывается рядом с ней, вытягивая с наслаждением лапы и опуская синицу. Он не ел, кажется, с самого утра, всё искал место, где он сможет без страха и без конфликта спокойно насладиться едой! Едва Джек делает первый укус, как слышит какой-то топот снаружи. Прижав уши к макушке и чертыхаясь, он вскакивает и замирает, прислушивается к шуму. Не сюда! Не иди сюда! Да только это всё равно бесполезно. Незнакомец вошёл. Джек нервничает, чувствует, как внутри него всё колет от едкого страха. И, не выдерживая, выскакивает из-за кучи сена и по привычке прячет левую сторону морды, смотрит на незнакомца лишь правой.

- Я ухожу!.. Я уже ухожу! Только не трогай меня, ладно?.. м-мне здесь нечего делать, это твой дом, твоё сено, твоё место... - он даже птицу оставил, лишь бы не отбирали и не ранили.

Отредактировано Джек (30.04.2021 13:58:12)

+4

84

У надежды и слепой веры — грязные трюки, именно они из раза в раз заставляли Лазаря с рассветом покидать теплое местечко на сеновале и отправляться к пригороду, возвращаться из раза в раз, ждать, скрести когтями землю, ходить из стороны в сторону, а ближе к полудню возвращаться ни с чем.
"Кто-то должен был выжить", — твердит надежда. Лазарь знал, что некоторые просто отстали по дороги, может, они еще дойдут до леса.
"Это пустая трата времени", — твердит рассудок. Прошло уже достаточно рассветов, чтобы понять, что никто не придет и никто не окликнет его имя, не скажет, что все хорошо и что они наконец вместе. Никто. Если бы могли или хотели, уже бы пришли. И с каждым рассветом надежда меркла и гасла, но дымчатый кот пользовался даже самой блеклой искрой. Хоть и знал — нужно двигаться дальше.
Его голова была забита размышлениями, когда он двигался по направлению к сеновалу, так что идея о том, чтобы поохотиться, уже просто не вмешалась в сосуд, и возвращался "домой" кот с пустой пастью. Это было не страшно. На сеновале всегда было много добычи. Одному даже было слишком много.
Посторонний запах, шорохи, открытая дверь. Лазарь замирает и прищуривается. "Чужак". Жизнь на улице учит — прогони чужого, позаботься о близком. Дымчатый напрягается, вслушивается, лишь после — входит внутрь. Его фигура загораживает единственный проход и отбрасывает длинную тень по узкой полоске света, проникающей в сеновал, янтарные глаза отражаются блеском.
Кто ты?! — резкий хриплый голос прерывает испуганное бормотание светлого кота. Чужого кота. Лазарь готов оскалиться и вздыбить шерсть, готов выпустить когти, спугнуть проходимца, но не делает того. Лишь с прищуром вглядывается в худощавую фигуру, не спеша отходить от единственного возможного пути отступления.
Что ты здесь делаешь? — вопрос звучит уже спокойнее, но также твердо.

+2

85

Чужак перегородил дорогу, и Джек почувствовал, как у него всё пересохло в горле. Он даже думает сперва выпустить когти и пригрозить ими, расчистить себе путь. Но эта идея замирает где-то там же, где и появилась. Одиночка понимает, что сам нарвался на рожон в поисках более-менее тёплого места, нужно было оставаться реалистом и довольствоваться чем-то малым, поваленными деревьями, кустарниками, пустыми коробками с сырым дном. В город Джек уже и думать не смел сунуться, слишком далеко это было и слишком много вокруг было недоброжелателей, то ухающих от внешнего вида кота, который тот со временем начал стыдиться, то грозящихся украсить вторую половину морды, чтобы подчеркнуть ещё больше эту красоту. А этот сеновал давно привлекал его внимание, но нём пришлось позабыть из-за живших тут странных котов, которых уж точно не хотелось тревожить, однако место продолжало привлекать своим теплом, обилием мышей и, что главное, уютом. И вот, чем он поплатился, когда всего лишь вновь захотел себе нечто большее, нечто лучше!.. Отпустит ли его теперь этот бродяга? Джек старательно всматривается в него здоровым взглядом - тот не выглядит чересчур уж грозным, не выглядит накаченным или готовым пуститься в бой. Но стоит стойко, твёрдо, явно намереваясь отстаивать свои права. Джек млеет уже перед такими.

- Я.. я всего лишь пришёл сюда съесть свою еду и отдохнуть. Я- я не думал, что этот сеновал уже занят. Ну конечно, такое тёплое и уютное местечко, конечно оно будет уже занято... занято кем-нибудь. Как я раньше не подумал! Я- я всё понимаю... - он отворачивается от бродяги и смотрит куда-то вглубь помещения.
Уши, до этого виновато опущенные, приподнимаются с интересом, у того явно происходит какой-то мыслительный процесс. Но лапы... лапы Джека давно зудели от усталости и стёртых в кровь подушечек лап из-за долгого блуждания по каменистым неровным поверхностям близ города, было больно шагать. И если бы..

- ... может быть, ты бы разрешил мне здесь остаться ненадолго? Мне только поесть и отдохнуть... - он поворачивает голову к одиночке, показывая, что обращается к нему, но смотрит очень бегло, на миг лишь к свету также обращая изуродованную часть морды.

+2

86

Все это бормотание похоже на жужжание мухи: такое же быстрое, несвязнное, непонятное... странное. Как и сам кот — странный. Это не внушает доверия. Заставляет Лазаря раз за разом осматривать незнакомца, отмечать любую деталь. Не пропускать мимо его ушей ни малейшей фразы.
Еще раз спрашиваю, кто ты? — твердый голос эхом отражается от стен сеновала.
Но Лазарь еще раз останавливает на светлом коте взгляд. Ни вздыбленной шерсти, ни когтей, ни единого намека на враждебность. Лазарь фыркает себе под нос, что-то тихо бормочет. Думает.
А впрочем, — взмах хвостом, он прикрывает глаза, входит внутрь, — неважно.
Кем бы ни был этот незнакомец: забредшим домашним, племенным (маловероятно) или таким же брошенным судьбой одиночкой (скорее всего), он не желал вреда. "Не обиднее этой самой мухи", — заключает Лазарь, и даже шрам, что, кажется, может натолкнуть на мысль о боевом опыте пришельца, мало вызывает такую ассоциацию и вообще какую-либо реакцию. За свою жизнь Лазарь видел достаточно, слышал достаточно, чтобы делать подобные поспешные выводы.
Он не нарушает дистанцию: 5 кошачьих хвостов — расстояние, на котором он останавливается перед незнакомцем, чтобы лучше его осмотреть.
Он боится.
Мысленно Лазарь усмехается.
Все в порядке, малой, — произносит он мягче, окидывая взглядом окружающие его просторы сеновала, чтобы потом на выдохе, хрипло: — Здесь достаточно места на двоих.
Эти слова — уже приглашение, но, словно желая донести свой посыл окончательно, заглядывая в глаза одиночки, он добавляет:
Если ты не станешь доставлять проблем, можешь оставаться здесь столько, сколько хочешь. Мой дом — наш дом.
Лазарь понимает: прогнать его — доказать себе, что он все еще не может смириться с утратой. Глупость, ведь нужно жить настоящим. И если этот кот обещает стать его мимолетным "сейчас", зачем гнать его прочь?
Ты ранен? — вопрос, когда дымчатый кот улавливает запах крови, прикрывает глаза. Плохой знак, но хочется не думать о худшем. — Мое имя Лазарь.

Отредактировано Лазарь (01.05.2021 19:23:12)

+2

87

лагерь племени ветра --->

Лапы сами несли буро-полосатую кошку к сеновалу, где ей довелось обосноваться. Убегая от лагеря племени Ветра со всех лап, бывшая горная стражница впервые за долгое-долгое время позволила себе выплеснуть эмоции: бежала, стирая подушечки, ревела, не стесняясь слез, и лишь изредка останавливалась, закидывая голову к небу и вопрошая тихим вскриком: почему все так?
Когда она, Львица, успела так запутаться?

Потеряться.

На подходе к своему убежищу кошка совсем успокоилась, и ни один мускул на лице не выдавал ее состояния. После всплеска эмоций пришла апатия, полнейшее безразличие и горечь, и больше всего ей хотелось забраться на одну из верхних балок и уснуть.
Но запахи чужаков вмиг отрезвили.
- Это мое убежище, - не претендуя на единоличную собственность, сразу подала голос стражница, выходя в тонкую полоску света в амбаре. Крепкое телосложение сразу выдавало в ней серьезную соперницу: мало ли, какие помыслы у этих двух чужаков.
Раскосые зеленые глаза перескакивали с одного кота на другого, имя которого она успела услышать: Лазарь.
- Я здесь живу. Не так давно. Не мне вам запрещать здесь оставаться, да только себя прогнать не дам, - сразу и сходу заявила буро-полосатая, качнув крепким хвостом. Безразлично отведя уши назад, она, не евшая уже около суток, даже не ощущала голода: только сосущую изнутри пустоту.
В два высоченных, своейственных только горнякам, прыжка Львица оказалась на верхней балке. Потоптавшись в сухом сене, одиночка съежилась в тугой комок, словно бы попыталась закрыть собой же зияющую изнутри дыру.
Сейчас можно было предаться горю: прочувствовать все, что она испытала, глядя на убитого горем Шершня над телом умирающей кошки. Все, что она испытала, не встретив радушия самца (которое, конечно, сама себе надумала, надеясь, что кот, с которым ее что-то начинало связывать, и правда влюблен в нее).
Сил горевать почти не осталось.
И сон все никак не шел.

+3

88

Твёрдость в голосе и повторение вопроса заставили Джека невольно вжать голову в плечи, настолько ему неуютно было рядом с этим котом. Он же ему всё, вроде бы, сказал! Что ещё от него хотят?.. Но сильная заинтересованность в его личности внезапно сошла на "нет", и бродяга с равнодушием отозвался, что это всё не так важно. Похоже, просто не увидел в изуродованной морде незваного гостя угрозу своей жизни. Проходит внутрь (тем временем Джек отшатывается от него на пару шагов назад). И неожиданно вдруг оборачивается, вынудив Джека мгновенно напрячься, а взгляд от волнения заметаться по помещению от одной стены к другой, от пола до крыши, от того стога сена к другому.

— Все в порядке, малой, - на этих словах Джека отпускает. Он поднимает несмело взгляд на одиночку и едва заметно кивает в знак благодарности. Его не прогоняют, опасность миновала.

- Да... достаточно, - куда-то в сторону отвечает, - Спасибо.

Его отпускает. Дрожь, до этого охватывающая всё тело, ушла, оставляя то в полном покое. Джек отходит к своему месту и подбирает птицу, с ней в пасти уже возвращается к двери, чтобы устроится поближе к той - лишняя перестраховка не помешает, если придётся сбегать в случае чего. Последнее происшествие ох как научило его осторожности и перестраховке. С которыми он, возможно, слегка перебарщивал, но лучше так, чем никак.

— Ты ранен?

Джек озадаченно хмурится, поворачивает голову и осматривает своё тело. И впрямь, откуда-то несёт ароматом крови, но это явно не от него. Потрескавшиеся подушечки лап не могли источать настолько сильный запах, а он будто витал где-то вокруг них. И как раньше он его только не заметил? Видимо, был поглощён больше мыслями о том, что нужно никого здесь не встретить. Неужели тут была бойня и кто-то ранен? Эти мысли заставили Джека невольно вздрогнуть, но пара вдохов и выдохов привели его вновь в чувство.

— Это мое убежище.

В ноздри уже с силой ударил запах крови, от чего бродяга прямо приподнялся, непонимающим, удивлённым взглядом уставившись на вошедшую в их небольшой амбар кошку. И она, в отличие от Лазаря, не была так дружелюбно настроена на делёжку своего дома с какими-то непонятными бродягами. А Джеку не хотелось влезать в конфликт. Какой же тяжёлый, жуткий день! То один незнакомец, то другой. Его нарочно с ними сталкивают что ли?! Он даже не успел толком кусок в рот положить.

- Это от неё пахнет кровью, - как констатацию факта выпалил бродяга, указывая на незнакомку. - И... чем-то знакомым...

Взгляд, острый, внимательный, изучающий, впился в вошедшую кошку и провожал её до самого конца. Всё бы ничего: и кровь, и запах какого-то самца - очевидно, не так давно проводила с кем-то время, - но этот... очень сильно волновал и напрягал Джека. Брови сведены к переносице, а носом он продолжает жадно и шумно втягивать тонкую и медленно развеивающуюся струю запаха. Степи и кролики, плотный, однородный, да ещё и смешанный с запахом крови и адреналином... Джек неожиданно вскочил, задел крупом пустое ржавое ведро, которое опрокинулось с громким шумом и покатилось по полу.

- Племя... от неё пахнет племенем... - произносит он. - Ты одна из них? Да нет... нет, это невозможно. Запах слабый.

Это не полностью успокаивает Джека. Однако и слова о том, что она их не тронет, и этот факт немного расслабляют его. Только вот на спокойный вечер уже точно надежд не остаётся.

- Они ранили тебя тоже? Она была ранена? - с последним вопросом обратился одиночка уже к первому собеседнику, - Спасибо, что не прогнала. Племенные бы прогнали. Они всех прогоняют... заняли пол-леса и гонят всех прочь, гонят и убивают...
Последние слова потонули в гортанном рычании, но дальше тот не пошёл.

Отредактировано Джек (03.05.2021 15:29:07)

+5

89

Взгляд Лазаря внимательный, пусть и беглый, он скользит по худощавой вытянутой фигуре стоящего перед ним котам, ища какой-то намек на источник запаха (но нет — он чист), и только дымчатый, нахмурясь, хочет буркнуть, что, наверное, ему показалось, развернуться и направиться в сторону одного из стогов, как слышится звук лёгких шагов.
Нет, не показалось.
Чужой голос:
Это мое убежище.
Одиночка резко оборачивается в сторону просвета через плечо, легкий прищур касается его глаз и упирается в подтянутую фигуру бывшей стражницы, оббегает контур ее приглаженной шерсти и останавливается на чуть поблекшей зелени глаз (не без интереса).
И все же, ей не было резона прогонять двух бродяг, отброшенных на отшиб жизни, а им не было смысла — ее. Лазарь не собирается провоцировать конфликт на пустом месте, он коротко кивает, принимая условия незнакомки, чей запах, кажется, он заметил, когда впервые пришел на сеновал. Но тогда он не придал этому значения.
Впрочем, даже сейчас это не сыграло бы роли, но встревоженные нотки в голосе светлого кота с изуродованной мордой сыграли свое: Лазарь несколько напрягся.
Она была ранена?
Я не вижу на ней никаких ран, — сводя брови и в задумчивости вновь останавливая взгляд на одиночке, произносит он, в первую очередь, с целью успокоить и заверить обеспокоенного сожителя.
Тогда откуда запах?
Спасибо, что не прогнала. Племенные бы прогнали. Они всех прогоняют... заняли пол-леса и гонят всех прочь, гонят и убивают... — прерывают его промелькнувший в голове вопрос слова светлого. Что-то в них заставляет Лазаря снова нахмуриться: он слышал о племенах из рассказов в городе, слышал об их свирепости и, одновременно, благородстве, но оставить высказанное беспокойство без внимания, видимо, не может.
Это они с тобой это сделали? — Лазарь не уточняет что "это", обращаясь к бормочущему, а затем снова упирается взглядом в незнакомку, словно бы кошка, принесшая запах племен, могла бы подтвердить или внести долю истины в слова испуганного бродяги.

+3

90

Буро-полосатый хвост небрежно свесился с балки, медленными завитками выдавая, что кошка, как бы ни старалась, уснуть не могла. Она лежала, отвернувшись от одиночек, и раскосые зеленые глаза непривычно расширенным взглядом всматривались в темноту.
В них стояли искренние горючие слезы.
Она думала о Шершне. О Рыке, запах которого так не хотела бы узнать, и никак не понимала, почему он убил ветряную кошку. Серый здоровяк не славился мягким характером, но убить.
Шерсть становилась дыбом, немыслимо. И еще хуже осознавать, что ее слова стали камнем преткновения между ее бывшим домом и племенем, где живет кот, в которого она...
... да, влюбилась.

Зеленые глаза болезненно зажмурились, пуская по щекам новые темные полоски. Львица уткнулась носом себе в лапы, содрогаясь от беззвучных рыданий, и обрывки разговора незнакомцев потихоньку доносились и до нее.
— Они ранили тебя тоже? Она была ранена? — услышала Львица голос одного из самцов. Треугольные ушки приподнялись, — Спасибо, что не прогнала. Племенные бы прогнали. Они всех прогоняют... заняли пол-леса и гонят всех прочь, гонят и убивают...
Выровняв дыхание, бывшая горная стражница бесшумно вздохнула и стряхнула с глаз слезы. Все, что увидели одиночки, когда бродяга к ним обернулась - чуть более яркий, чуток болезненный взгляд Львицы.
— Это они с тобой это сделали?
- Нет, - спокойно ответила буро-полосатая, все так же оставаясь на верхней балке.
- Воители не убивают. Прогоняют со своей земли, на которой кормятся.
А мой клан... нет, Рык - убивают.
Желудок сделал сальто.
- Никто со мной ничего не делал. Я жила раньше в клане, который в горах. Они как племя, только... не племя, - неуклюже объяснила Львица, все еще не возвращая себе эмоции.
- А вы что здесь забыли?

+5