У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Вот и подошла к концу долгожданная всеми весна, наполненная новыми сюжетными поворотами и заметным прибавлением в племенных детских, и началось не менее ожидаемое лето, обязательно сулящее нам самые интересные интриги и их расследования. В игровом мире прошла и завершилась жутким событием Ночь Половины Луны, по причине чего совсем не за горами прячется и близящийся Совет, но мы пока подведём небольшие итоги закончившегося сезона.

Молодая гвардия Грозового племени оказалась в этом месяце в самом настоящем ударе, заняв яркими и колоритными мордочками не одну номинацию. И наш почётный список, вновь хмуря брови, открывает Терновник! Лучший кот месяца, такой же своенравный и совсем (не)маленькую толику ревнивый, как и строптивица мать, ты без стеснения показываешь своё недовольство заключённым союзом между Грозовым и Речными племенами. Зайдёшь ли ты дальше обычных слов или всё же нет?

Молодая, красивая и такая манящая своим непростым характером огненно-рыжая юная воительница, занявшая в этом месяце номинацию лучшей кошки. Огнецапка, с первых шагов блеснувшая на весь наш лес и оставшаяся в наших сердцах на очень долгий промежуток времени. Мы с нетерпением ждём от тебя великих свершений, почётных мест среди остальных соплеменников и, конечно же, не менее интересную и интригующую историю личной жизни. Быть может, однажды детская Грозового племени разгорится от зародившегося в ней пожарища?

Второй раз подряд попавший в одну из номинаций, завоевавший наши сердца своей харизмой и весельем, а так же доведший до поседения бедного Вяза Дятел заслуженно занимает звание лучшего ученика! Обязательно продолжай в том же духе и не теряй своей сноровки и, глядишь, у кое-кого появится новый персонаж, а палатка старейшин племени Теней пополнится новым жителем.

Ох уж эта юношеская влюблённость и её окутывающие всех вокруг сладостные чары... Смотря на Львиногрива и Маковку, невольно начинает хотеться тоже погрузиться в эти добрые, не обременённые проблемами и сложностями романтические сюжеты, но не всем дана такая прерогатива. Так что, друзья, внимательно наблюдаем за дальнейшим развитием ваших взаимоотношений и ожидаем появления палевого львёнка в детской.

Кажется, небольшая зараза, именуемая самовольным уходом из племени боеспособных воителей, перекинулась на племя Ветра. Или просто соплеменники устали уже терпеть заносчивого и до эгоистичности честолюбивого Янтаря с его неоспоримой манией величия и желания захватить всю власть. Оставив после себя шлейф из неприятного впечатления у некогда товарищей и поставив на собственном прошлом жирный крест, он не исчезает с экранов навсегда и обязательно обещает однажды вернуться. Один ли? Или, быть может, с кем-то, кто поможет воплотить ему мечты в жизнь?

Сорока же становится самым каноничным персонажем мая, как ещё одна похвала за полученного ученика в столь юном возрасте и просто свою ослепительную обаятельность. Какой же она станет наставницей для Грозолапа? Воспитает ли из него бравого воителя или под гнётом юнца сама смягчиться? Мы будем следить за тобой, красавица!

И без каких-либо сомнений, почти с неоспоримым никем иным отрывом место лучшего котёнка всея леса занимает разжалобивший всех до горьких слёз Коготок, потерявший в ушедшем месяце не только исчезнувшего отца, но и родную мать. Вы вообще читали его посты на главной поляне Речного племени? Прочувствовали всю боль маленького, абсолютно брошенного котёнка, что остался теперь на попечении у нашей доброй Ласки? Да ещё в одну луну отхватить сразу же и звание почётного игрока... Это ли не заявка на до невозможности интересную дальнейшую историю?

Поздравляем всех победителей, а тех остальных призываем активно играть и не менее активно голосовать - лето на дворе, самое время устраивать новые интересные сюжеты и разворачивать неожиданные отыгрыши, которые запомнятся если не каждому, то многим!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



сеновал

Сообщений 101 страница 113 из 113

1

http://s7.uploads.ru/BsLa6.png

сеновал
——————————————————————
Где-то там, за полями нейтральных земель, стоит неприметное и совершенно нежилое гнездо двуногих. Припрятавшись среди небольшой рощицы, это здание уже долгие луны предназначается для хранения сена, иногда - зерна, и вот почти круглый год двуногие оставляют здесь солому с полей, не утруждаясь перевозкой в город. Не всем котам по душе ночевать под человеческой крышей, но какой здесь запах! Аромат сена, полевых трав, иногда - зерна, который неминуемо привлекает ленивых, сытых мышей. Умиротворенное место переждать непогоду, поохотиться на жирных полевок - быть может, когда-нибудь это место станет домом какому-нибудь бродяге?

0

101

— Ты не так все поняла, - его шепот убаюкивал и опьянял, и медленно, но верно вся оборона буро-полосатой кошки обреченно падала все ниже и ниже. Присутствие рыжего, в которого Львица влюбилась пылко и бесповоротно, впервые в жизни, действовало пугающе, и она почти до слез пыталась сохранить саму себя, свою честь и гордость. И цеплялась за обиду, за чувство брошенности, которое Львица надеялась никогда больше не испытать.
Ухода из клана было достаточно.
На глаза навернулись слезы при воспоминании о Совке, от звука его шепота, и Львица никак не могла отвести глаза, ведомая своим упрямством. Шершень подходил чуть ближе, и наравне с болью становилось легче и правильно.

Голос оруженосцев снял наваждение как раскат грома в тихую ночь. Вздрогнув, Львица ощерилась, в ужасе выдохнула и расширила глаза, когда рыжий самец пригвоздил одного из оруженосцев к земле.
- Что вы... нет! Я не при чем! - сам по себе раздался выкрик, когда даже малый котенок назвал ее причастной к смерти Жары. Львица испуганно выгнула спину и дернулась еще больше, когда рядышком показалось Кленовница.
- Да что вам всем от меня нужно! - в сердцах воскликнула Львица, окутанная запахом котов племени Ветра как своим собственным. Одного визита к племени Шершня хватило кошке с лихвой, чтобы набраться эмоций и расшатать свое состояние, но там была их земля, а тут - можно сказать, ее, Львицы.
И теперь даже на сеновале она не может чувствовать себя безопасно. Котята растреплют, а Звездопад обязал ее явиться на Совет, а где-то там еще Совка, и...
Кошка пятилась столько, что наконец уперлась хвостом в деревянную стену амбара. Перед мутным взглядом был Шершень, Кленовница, ветряные ученики, и какими бы они ни были разными, их всех связывает и обязывает одно племя.
И они не одиноки.
- Уходите домой.

+4

102

Падаль. Воронам скормлю, если не уберётесь отсюда,

"Заметил. Убьёт". Сердце начинает биться очень быстро. А когда Шершень начал приближаться и вовсе, кажется, начало вырываться из груди. Неожиданно клыки сжимаются на его загривке и он оказывается подвешенным в воздух, словно котёнок в зубах королевы. Вырываться бесполезно, лучше дать ему фору, чтобы он расслабился.

Что вы здесь делаете? Уши греете? Так я вам их оборву, а наставникам скажу, что так и было,

Лучше скажи, что ты здесь делаешь. — прорычал Тетерев, глядя на брата злостным взглядом. "Готовься, мало ли что он сделает" — проговорил оруженосец в своих мыслях, надеясь, видимо, что брат умеет их читать. — Возишься с этой блохастой бродягой, будто со своей парой.

Это мы должны у тебя спрашивать, что ты здесь делаешь! Тем более, с кошкой, что была замешана в убийстве нашей соплеменницы! — Торнадо, к счастью, поддержал негодование Тетерева.

Но, к несчастью, их "допрос" нарушает новоиспеченная глашатая Ветра. Вот её-то тут, конечно, не хватало.

Я не для того на всю поляну объявляла, что в свете всех последних событий из лагеря по одиночке, особенно двум зайцеголовым юнцам, выходить нельзя. За непослушание и игнорирование моих слов дома вас обоих будет ждать немалое наказание, которое мы ещё обсудим и с вашим отцом.

Тетерев, кажется, начинал рычать и злиться. "Катись к звездоцавой матери" — выругался оруженосец. Может она и глашатая, но точно не имеет права ему угрожать и указывать. Адреналин от накала ситуации буквально бил в уши, отдаваясь болью в голове, которая, кажется, сейчас взорвётся. Он махал хвостом из стороны в сторону, когда Шершень наконец отпустил его. Нет уж, всё так просто не закончится. Не в этот раз. Юношеский максимализм и самоуверенность давали адским прессом, поэтому Тетерев не мог так просто отступить. Да и брат ни за что не допустит вот такой концовки. Не таким он представлял их подвиг. И во всём виновата эта Кленовница. "Да на кой черт отец вообще выбрал её в глашатаи?" — ярость с каждой секундой копилась всё больше и больше, наполняя сосуд до краёв... И, неожиданно, он резко успокоился. Вновь поднял голову вверх, взял себя в лапы и лишь кивнул кошке.

Извини, Кленовница. Больше не повторится, обещаю. — Тетерев вздыхает и даже опускает взгляд. Где-то в глубине души ему действительно было стыдно за свой поступок. Но теперь, после такого глупого проигрыша, оруженосец не мог вернуться домой. Не сможет он отцу и матери в глаза смотреть. Только подумать, двух сыновей предводителя поймали за попыткой сбежать. Как котят. Да весь лес смеяться будет. И всё же он сохранял хладнокровие. Играл, как актёр на сцене. Подавлял агрессию скопившуюся внутри, чтобы Кленовница ничего не заподозрила. Он вновь вздыхает, затем добавляет, надеясь надавить на жалость. — Только не говори матери, не хочу, чтобы она волновалась. Ей и так тяжело.

Подождите меня около границы с нашими территориями,

"Размечталась".

Хорошо,— оруженосец поднимает взгляд и разворачивается в сторону выхода с сеновала. Брат, конечно, следует за ним.

И, стоит им отойти чуть дальше, как Тетерев резко останавливается. Очередной побег, адреналин вновь бьёт в уши. Подумай он хоть на минуту больше, оруженосец, конечно же, не ослушался бы. Покорно пошёл бы к границе, дождался бы Кленовницу. Потом бы выслушивал крики отца и матери о том, какие они с братом несносные. О том, что им нужно больше ответственности и, конечно, думать о последствиях. И, конечно, они были бы правы. Правы во всём... Но не в этот раз. Как бы это глупо не было, Тетерев смотрит брату в глаза и хмурится. В глазах Торнадо он видел отражение себя. Он видел те же эмоции, ту же злость и ту же тоску. Пора её развеять.

Пошло оно всё куда подальше. Давай сбежим. — и, конечно, Торнадо не нужно было ничего объяснять и рассказывать. Он понимал все мысли Тетерева с полуслова и всегда был на его стороне. И даже сейчас он поддержит эту очевидную глупость и пойдёт за ним. И, разгребать это им тоже придётся вместе. От этого становилось даже приятно. Когда ты совсем один делать глупости тяжело, а когда возле тебя такое крепкое плечо — да без проблем. — И не вернёмся, пока не найдём убийцу.

Ещё немного разговоров. Они быстро обсуждают план. И тут же срываются с места. Кажется, так быстро Тетерев ещё никогда не бегал. Они с братом буквально мчались как можно дальше от места встречи с Кленовницей. И бежали так, чтобы та ни за что не заметила бы их, делая огромный круг. Интересно, что она подумает, когда увидит, что их нет? Конечно, она разозлиться. Очень сильно разозлиться. И пойдёт искать, но братья не столь глупы. Убежав достаточно далеко, они извалялись в грязи, чтобы сбить запах, а следы заметали как могли. А что подумает, когда не обнаружит их? Испугается? Что скажет отец? А мать? От мыслей про мать его сердце дрогнуло. Он вспомнил её с разорванной лапой. Вся в крови, такая хрупкая... "Не волнуйся, Воробейница. Твои дети вернуться. И, конечно, не с пустыми лапами" — успокаивает он образ матери, возникший в голове. Стало безумно стыдно, но уже поздно что-то менять. Свой выбор Тетерев сделал, а что-то менять уже поздно. И впереди лишь неизвестность, полная проблема, страхов и, он надеялся, приключений.

--------> лощина

Отредактировано Тетерев (21.05.2021 18:38:06)

+4

103

[indent] Торнадо понимает — если Шершень не отпустит Тетерева по-хорошему, он вряд ли сможет заставить его отпустить брата по-плохому, но все равно выпускает когти, вздыбив шерсть. Какой-то часть разума надеется, что старший воитель не станет преступать закон. И знает, что не отступит.
[indent] Сперва пестрая шерсть глашатой, мелькнувшая на периферии зрения, отзывается проблеском надежды и лучом счастья где-то в груди, предвкушением восхищения, верой, что сейчас она все рассудит и спасет оруженосца, такой прозрачной и наивной, что миру ничего не остается, кроме как втоптать искренние чувства ученика в землю.
[indent] — Кленовница... — едва срывается с губ ученика имя, когда он обрачивается в сторону вошедшей, имя, что отзывается трепетом внизу живота и сухостью во рту. Но это не был страх. Губы едва заметно вздрагивают в улыбке, чтобы после получить нечто сродни пощечине.
[indent] Она не на их стороне.
[indent] Даже хуже — кажется, она поддерживает рыжего воина.
[indent] Растерянность, отчаяние мелькают в зеленых глазах мимолетным блеском. Непонимание. "Что она такое говорит?" Совсем немного, и Торнадо стискивает клыки, лапы пробивает дрожью, а сам он скалится, едва не задыхаясь от нахлынувшей на него обиды. Она говорила о наказании? Для них, что желали для племени лишь лучшего?
[indent] — То есть двое теперь в одиночку?! — рычит он, хлестнув себя хвостом по боку, — То есть так?! Воин, что вышел из лагеря один, возится с какой-то бродягой и угрожал ученику — это хорошо, он молодец, а мы виновники!? Это потому что мы оруженосцы и на нас легко отыграться?!
[indent] Шерсть стоит дыбом, воздух едва не искрится от напряжения, от обиды, что с клокотом обращается в гнев. От досады. От какого-то разочарования. И брошенный взгляд на Тетерева, что так мирно принимает слова глашатой, словно твердит "Ты предал меня".
[indent] И потому, развернувшись, пестрый ученик идет до самой границы в молчании, едва сдерживается, чтобы не высказать брату в лицо, что он трус и подлиза. Требуется немало сил, чтобы прикусить язык.
[indent] — Пошло оно всё куда подальше. Давай сбежим.
[indent] Слова звучат неожиданно, сперва Торнадо не понимает, упирается взглядом в светлую шерстку Тетерева. Он еще не может отойти от только что обуревавшей его душу ярости.
[indent] — И не вернёмся, пока не найдём убийцу.
[indent] Он не поддался.
[indent] Торнадо сглатывает ком в горле, с шумом выдыхает, а после озирается по сторонам, убеждаясь, что они одни.
[indent] "Прости, что усомнился в тебе".
[indent] Растерянность во взгляде сменяется сперва благодарностью. Как он мог подумать, что его брат его оставит? Что он бросит это все из-за несправедливых обвинений? Это лишь подстегивало доказать, что они достойны большего, что они не заслужили такого отношения к себе. И пламя уверенности разгорается во взоре.
[indent] — Идем, — соглашается пестрый кот с непривычно серьезной решимостью. И следует за своим братом.
------> Лощина

+3

104

Злость на двух несносных юнцов мгновенно сменилась удивлением в янтарных глазах, стоило на пороге гнезда появиться третьей нежелательной фигуре. Хвост кота раздраженно качнулся, но челюсти уже послушно разомкнулись, отпуская загривок оруженосца. Тот шмыгнул к своему товарищу, и Шершень только дернул ухом на раздавшиеся недовольные вопли: сейчас его меньше всего волновали ранимые натуры ветряных оруженосцев. 

— Хорошая, крупная тут добыча водиться, наводчик. Из гор, наверное, переселилась? Мне бы очень хотелось услышать, что происходит, но давить я на тебя не стану.
Именно поэтому вы решили притащиться сюда всем племенем? — последняя фраза резанула, и кот недовольно стиснул челюсти, вспоминая тот разговор с глашатай, историю про землю, кишащую дичью. Он упустил из неё только одну важную деталь, и внезапно понял, как жестко прокололся в глазах соплеменницы.
— Захочешь — расскажешь, ведь так?
Да, я солгал, — прижав уши к затылку, устало оборвал кот. — Мне нужно объяснять, почему? — верхняя губа дрогнула, обнажая в усмешке клыки. Краем глаза он заметил, как Львица отпрянула от них, и хмуро насупился, ощутив вдвое сдавливающую грудную клетку пустоту.  Вот так за один день лишиться доверия сразу двух кошек — одной из которых он нагло соврал, глядя в глаза, и не оправдал ожиданий другой. И не приблизился хотя бы на шаг к тому ублюдку, который давно должен кормить землю червями.

— Уходите домой. — ворвался в его затуманенное сознание глухой голосок, заставивший едва поморщиться. Переведя взгляд, Шершень вгляделся в испуганную мордашку бурой кошки, и ее выражение отозвалось внутри очередным уколом досады. Кот замешкался на мгновение, всерьёз подумав убраться и оставить ее в покое. Пожалуй, ее знакомство с ним принесло ей больше проблем, чем положительных моментов. Пожалуй, пора было смириться с тем, что у него ничерта не получалось строить с кошками серьёзные отношения.

Позволишь нам закончить разговор, прежде чем я вернусь в лагерь отбывать своё наказание? — развернуться и молча уйти ему не хватило сил, и кот, разочарованно качнув головой, посмотрел на Кленовницу.

+3

105

[indent] Всё это было как-то слишком... сложно. Живя прежде самой обычной жизнью рядовой воительницы, чьи мысли ранним утром начинались и поздним вечером заканчивались исполнением своих прямых обязанностей — защита близких сердцу и душе соплеменников да поимка свежей дичи для их сытости, — Кленовница и тогда ощущала на собственных плечах немалый груз повседневной ответственности, но он и ни на один кого-то не мог сравниться с нынешними событиями. Теми, которые отзывались не только новыми, яркими во всех возможных планах эмоциями и чувствами, но и глубокими раздумьями о причинах и последствиях, теми, что так или иначе влекли за собой немалую вереницу действий и разговоров, теми, которые приходилось нынче расхлёбывать теперь и самой кошке в числе представителей племени Ветра. От навязчивого осознания этого, словно раскаты далёкого грома в ясную погоду, от злящихся, рычащих, слишком очевидно несогласных с раскрытием их великого плана юных, совсем ещё глупых оруженосцев, от то от виноватого, то ли просто разочарованного случившимся вида Шершня становилось откровенно тошно и хотелось просто побыстрее это всё закончить.

[indent] Тяжёлый выдох небольшим камнем сорвался с едва приоткрытой пасти и разбился о дырявый пол старого Гнезда Двуногих сразу же, как двое оруженосцев выскользнули из этих стен, а усталый взгляд жёлтых глаз неспешно скользнул на забившуюся в тёмный угол бурую одиночку. Звучащие негромко рядом слова рыжего соплеменника не отзывались ничем, кроме всё ещё хранящейся на корне языка горечи чувства некогда случившейся обманчивости, но трёхцветная старалась не показывать этого: драмы в одном месте и без неё было предостаточно. Впервые за всю свою не самую долгую жизнь она искренне не знала, что же ей в этот самый момент делать и какой поступок  мог бы считаться хотя бы немного правильным, отчего тонкие губы молчаливо поджались.

[indent] — Я просто надеюсь, что такого больше не повториться, — кивая боевому товарищу и широким шагом отступая чуть назад, негромко подала спокойный голос Кленовница и едва заметно качнула кончиком пушистого хвоста. — Мне очень жаль, Шершень. И я бы хотела извиниться за наших оруженосцев перед тобой, Львица. Они не хотели пугать тебя своим напором, просто ещё не в полной мере умеют раздумывать над собственными поступками. В лагере их будет ждать серьёзный разговор, — выдавливая из себя смесь виноватой с ободрительной улыбки и почти бесшумно усмехаясь некоторым собственным мыслям, вновь продолжила глашатая и без лишних слов покачала головой. Покой теперь ей мог лишь сниться. — Мне нужно вернуть этих двоих домой до наступления темноты, поэтому мы выдвинемся прямо сейчас. Будь осторожен, Шершень, теперь небезопасно перемещаться в одиночку.

[indent] И, задержавшись на самом пороге ещё буквально несколько быстротечных секунд, словно позволив некоторым мыслям затмить всё кошачьей сознание, кошка ловко развернулась в сторону родных степей и уже почти было скомандовала поджидающим её младшим соплеменникам отправляться в путь, да вот только... Некому было куда-либо идти, потому что пёстрых фигур предводительских сыновей не виделось нигде в ближайшей округе, а тонкая ниточка их знакомого запаха неумолимо вела как можно дальше от племенных территорий. Сбежали! Глухое рычание тут же от переполняющего Кленовницу недовольства сорвалось сквозь сжатые до слабой боли, пока хвост несколько раз с характерным шумом хлестнул по пушистым бокам, пока в голове пробегало бесчисленное количество самых различных мыслей. Искренне переживая за здоровье и жизни убежавших учеников, но в то же время чувствуя обязанность как можно скорее доложить обо всём этом оставшемуся в лагере Звездопаду, старшая воительница лишь несколько мгновений задумчиво переступала с одной лапы на другую, после без труда сорвавшись на самый быстрый бег, на какой только она была способна.

—> в лагерь племени ветра (ном.)

+5

106

Двое оруженосцев племени, в которое на два голоса зазывали ее Шершень и Кленовница, кололи под самую кожу:
— Возишься с этой блохастой бродягой, будто со своей парой.
Уши "бродяги" дрогнули, и Львица поджала губы, протестующе вздернула подбородок.
- Я кошка, рожденная и взращенная в клане не хуже вашего племени, - последнее слово она едва не выплюнула, скаля белые зубы в полумраке сеновала и никак не выходя в полоску пыльного света сквозь дряхловатую крышу: только зеленые глаза светились из глубины тени.
Ученики ушли, Кленовница задержалась, бросая тяжелые взгляды то на Шершня, то на темноту, в которой зализывала душевные раны горная кошка.
- И я бы хотела извиниться за наших оруженосцев перед тобой, Львица.
Тяжелый взгляд был ответом Кленовнице, и в нем читалась неприкрытая тоска.
- Спасибо, - бесцветно отозвалась буро-полосатая из исключительного уважения к глашатае племени Ветра. Как бы то ни было, она была добрее прочих к бывшей клановой стражнице.
И она ушла.
А Шершень остался.

Нет.
Задержался.

Тишина между ними прорезалась когтем, и он наверняка слышал, как тихо и, словно сдаваясь, выдохнула буро-полосатая.
- Я... не этого ждала. Вот и все, - имея в виду визит в племя Ветра и радушный прием сородичей Шершня, выдавила из себя Львица, исподлобья глядя на здоровяка. Что еще он может сказать ей?

+3

107

Кленовница оставила их, и напряжение, повисшее в воздухе, неожиданной волнующей дрожью прокатилось в мышцах воителя вместе с вибрациями тихого дыхания Львицы. Он замер в шаге напротив неё, улавливая в темноте отблески тускло мерцающих зрачков, пытаясь увидеть в них что-то привычное и знакомое — злость, презрение, ненависть, пелену, затмевающую разум.

— Я... не этого ждала. Вот и все.
Я тоже, — голос хрипло прокатился между ними. — Мне жаль, что все вышло именно так. Я не такой представлял твою встречу со своим племенем.. твое будущее, — горло предательски саднило, и кот, прочистив его, осторожно шагнул ближе. Ее запах плотно окутал его, пронизанный осевшей свежестью пустоши и терпкостью сеновала, горечью обиды, так что шерсть на спине воителя зашевелилась, а лапы вдруг налились силой, вынудившей его в один миг оказаться практически вплотную к Львице. — со мной, — Шершень практически касался ее, но не так, как касался тогда, в порыве страсти и любви — он касался ее мягко и вкрадчиво, словно извинялся, едва щекоча усами кончики бурых ушей.

Прости меня, - прошептал рыжий воитель в самое ухо, опаляя кожу горячим дыханием. — Прости, что не вступился за тебя в лагере, — едва слышно бормотал он. — Прости, что тебе пришлось увидеть меня таким. Слабаком и никчёмным воителем, неспособным даже защитить свою соплеменницу, — она не видела, как он поморщился, как его взгляд в этот момент потемнел. — Прости, что позволил всему этому случиться, — ещё один судорожный вдох, сопровождаемый едва различимым скрипом крепко стиснутых зубов. — Я уйду, — нахмурившись, твёрдо припечатал он и слегка отстранился, с сожалением заглядывая в зелёные глаза, - если ты этого захочешь, — его тело оставалось напряжённо, готовое принять любой ответ. Но сердце оглушительно стучало, дробью отсчитывая удары о рёбра.

+4

108

Рыжий приближался все ближе, и ощущение уединения в амбаре, где они провели так много хороших моментов, окутывало вместе со степным запахом воителя. Сквозь пелену слез и затуманенное сознание на пути от его лагеря Львица почти не замечала, как расцвела степь, какими запахами наполнились луга, дочего вкусно пахнут полевые травы. Все это окутывало, оседало на шерсти ветряного кота, словно дразня и маня к себе еще больше.
Как нарочно.

Шершень хорошо узнал горную кошку. Не мог не знать и не видеть, как опускаются сильные плечи от звука его голоса, как дрожат кончики ушей от шепота, как хотелось Львице снова утонуть в рыжем мехе, забыться, как позволила себе забываться с самой первой их близости. Забывала о старом доме, о покинутых ею любимых, о сыне, о сестре, оставляя их образы потаенными где-то за сердцем.
- ... твое будущее, — короткая запинка в голосе, раздающимся где-то над макушкой. — со мной.
Этого было достаточно, чтобы буро-полосатая зажмурилась и броско, резко, почти грубовато и где-то болезненно ткнулась лбом под рыжий подбородок. Не сдержалась (да и не хотела), понимая, что где-то подсознательно жаждала этого момента.
Шершень с десяток раз повторил прости, каждым новым словом зализывая один, другой рубец на сердце, которые остались после всего увиденного в лагере.
Удивительно, что он, такой всегда уверенный и бахвалистый, нашел в себе самые нужные слова.
Наверное, это было легко, учитывая, как Львица не избалована таким отношением к себе.
- Не хочу, - кот мог почувствовать, как у него под подбородком замотала головой горная стражница. Протестующе, надув щеки, как котенок, она переплела оплела хвостом переднюю лапу Шершня, до смешных жестов показывая, как он ей нужен.
- Но я не представляю, что нам делать дальше, - в этом сладком "нам" было столько горечи, что Львица не удержалась, вынырнула из-под его головы, чтобы заглянуть в медовые глаза и найти там все ответы.

+5

109

— Не хочу, – глухо прошелестела Львица где-то под подбородком, вжимаясь в рыжий мех, и Шершень, недвижимый, почувствовал, как от ее «не хочу» тело пронзила приятная, сладкая дрожь.

Хорошо, – впервые настолько опешив от неожиданной близости и напора, только и смог что произнести в ответ воин и застыл. Его губы растянулись в едва различимой улыбке, кончики ушей мелко подрагивали. Он слышал ее рваное сердцебиение, которое эхом отдавалось в ушах, глуша его собственное. Ничего не могло быть слаще этого звука, ни одна кошка ещё не будила в нем подобные чувства. В его племени всегда хватало хорошеньких соплеменниц, да и возможностей построить с ними семью было не отнять, но Шершень, увлекаясь, самовлюблённо и нагло думал, что ему не нужны ни котята, ни долгие, проверенные лунами, отношения.

И сейчас, стоя рядом с ней, замерев над бурой макушкой, сомневаясь где-то в потёмках своей души, был ли в самом деле ее достоин, почти не дышал, словно боясь спугнуть или испортить момент ее доверия ему. И, наверное, только эта заминка позволила кошке выскользнуть. Когти протестующе вытянулись, а потом горящий взгляд наткнулся на два сияющих в темноте глаза. 

Не знаю, что нас ждёт дальше, но я точно знаю, чего хочу сейчас, — от вида а ее пронзительных глаз внутри все снова затрепетало, и он, шагнув ближе, аккуратно накрыл своим подбородком макушку Львицы. — Быть рядом, — прошептал он, зарываясь носом в густую бурую шерсть на шее кошки и мысленно посылая к Звездоцапу всех и каждого, кто посмел бы в этот момент их прервать. — и чтобы ты всегда была рядом со мной. Как сейчас, — горячим языком кот провёл носом по загривку и коснулся острого края лопатки. Ее запах сводил его с ума.
Львица, — из глотки исторгся глухой, смешанный с утробным урчанием, рык. Лапы обхватили бока кошки и, бережно, но настойчиво потянули на себя. Длинная рыжая шерсть накрыла бурую, сплетаясь. В этот миг их наслаждения он любил ее, как ни любил никого и никогда прежде.

+5

110

Мимолетное счастье растекалось по каждой клеточке, затмевая собой предыдущие невзгоды. Страх, одиночество, тупая боль в солнечном сплетении - все, что потом снова нахлынет на Львицу, когда она останется одна, сейчас растворялось. Покрывалось горячим медом: каждая трещинка, каждая царапина внутри обволакивалась дыханием самца, ощущением причастности и нужности.

В такие моменты только им и жилось.

- Шершнь... - смазывая в выдохе даже его имя, с закрытыми глазами улыбалась Львица, утопая в рыжей шерсти и степном запахе ветряного воителя. С ума сводила одна-единственная мысль: она ему нужна, и кот возвращается сюда снова и снова, чтобы залечить ее раны - или свои собственные?
И ничего будто не было.
Ни смерти его соплеменницы, ни гнева ветряных котов, ни болтливых оруженосцев и тяжелого взгляда глашатой, ни-че-го, кроме сейчас.
Иногда и этого достаточно.

- Как же... как же мы дальше, - они лежали рядом, и бока тяжело вздымались. Она, в приятной усталости, прильнула к Шершню с тихим мурлыканьем, перевернулась на спину, как игривый котенок, утыкалась носом в рыжий подбородок. Хотелось позволить себе хоть немножечко счастья в беспросветной темноте, в которую загнала себя Львица после визита в племя... возлюбленного.
- Может, Кленовница поможет нам? Она как-то... или мне показалось? - задумчиво и чуток бессвязно бормотала буро-полосатая. - Нет-нет, она говорила, что племени пригодилась бы такая... воительница, - пробуя на языке чужое слово, Львица с сомнением скосила глаза на Шершня: что он думает?

+4

111

От переизбытка чувств, нахлынувших эмоций, лапы заметно дрожали, но Шершень не замечал даже этого, полностью растворившись в моменте. Прижимаясь к бурой кошке все ближе, он ощущал на себе мягкость её меха, каждый изгиб спины, жар опаляющего дыхания - и чувствовал, как внутри, под самым сердцем, все ещё отзывалась почти забытая, тупая боль. Заглушить ее могло лишь что-то не менее яркое, сильное.

Кто-то, вроде неё.

— Как же... как же мы дальше,
Обхватив Львицу лапами и заботливо прижав груди, Шершень наконец опустился на землю, почти не различая вокруг ничего, кроме прояснившихся глаз кошки. Разнеженная и уставшая, она была полностью в его власти, и он, наслаждаясь, не спускал с возлюбленной взгляда.
Мы справимся, — твёрдо пообещал воин, зарываясь носом в бурую шерсть на шее кошки. Он чувствовал нутром, как она колебалась, все ещё сомневаясь в их будущем, и понимал, почему. После всех испытаний, после всей боли и слез, лишений дома и семьи, решиться на новый поворот судьбы. Довериться кому-то, вроде него, довериться в попытке создать свою семью, изменить не только собственную жизнь. Но так же Шершень понимал, чего хочет сам, и был готов ответить за свои слова.

Я готов ради тебя на все, Львица, — хрипло, севши произнёс он, когда внезапный вопрос Львицы заставил рыжее ухо дёрнуться. Задумавшись и отведя взгляд, кот посмотрел в сторону и неоднозначно хмыкнул, про себя отметив заманчивость ее идеи. Насколько он был уверен в предприимчивости своей глашатай, настолько же хорошо знал Звездопада, а потому сомневался, что Кленовница сможет как-то повлиять на их с Львицей незавидное положение. Да и втягивать ее в это дело после того, как он уже один раз солгал? Как минимум, доверия соплеменницы кот почти (или уже?) лишился. Надолго ли хватит ее лояльности?

И не только воительница. Как кошка, подруга, — ухмыльнулся он, продолжая мысль, — будущая королева? — многозначительно проговорил воин, шевеля усами. — Решение всегда можно найти. Если оно не найдётся само, — его хвост медленно скользнул по открытому животу кошки, и Шершень едва нахмурился, будто на мгновение представляя, какие под этим бурым брюшком могли бы зародиться жизни. Его продолжение. Шальная мысль, впрочем, была мимолётной. И на его морду снова вернулось выражение неприкрытого довольства. Янтарные глаза устремились на Львицу с ожиданием? Надеждой? Решительностью?

Если я лишусь за это звания воителя и уважаемого соплеменников, ты ведь не будешь любить меня от этого меньше? — кот криво улыбнулся и медленно провёл шершавым языком по нежной шерстке на животе Львицы, после чего поднял взгляд, горящий исподлобья, жадно дожидаясь ее реакции.

+5

112

Он говорил, что они вместе справятся, что готов на все. Девичья память - вещь интересная, и все то унижение, которое Львица пережила в лагере племени Ветра, перекрывалось теплом, близостью и голосом Шершня. Если бы рыжий чувствовал к горной стражнице чуть меньше, ему было бы совсем легко манипулировать кошкой, впервые по-настоящему влюбленной. Восхищенной кем-то.

Шершень зацепился за ее рассуждения. Львица украдкой посматривала на него, не в силах сдержать улыбки от явного одобрения, сквозившего в голосе воителя. Все-таки, в жизни этой кошки влюбленность занимала не все место: Львица была стражницей, жила в клане, жила общиной и обязанностями. Своеобразная воля, спровоцированная ее уходом из клана, была чарующим, пьянящим духом приключений лишь вначале, а сейчас... сейчас буро-полосатой больше всего хотелось быть нужной.
Не только Шершню.

— И не только воительница. Как кошка, подруга, — Львица дернула ухом и лихо прищурилась на самца, — будущая королева?
Львица моргнула. Сначала не поняла, что это за слово такое, а после масляного взгляда рыжего на ее лапы - живот?! - даже ахнула. Захотелось прикрыться хвостом, но она была ошеломлена.
— Решение всегда можно найти. Если оно не найдётся само, — хвост рыжего прошелся по нежной шерсти на брюшке, и под мехом Львицы пробежались мурашки размером, наверное, с желудей. Она вздрогнула, выдохнула от ожидающего взгляда Шершня, который, похоже, и рад бы оказаться отцом.
А Львица?
Надо рассказать ему больше...
— Если я лишусь за это звания воителя и уважаемого соплеменников, ты ведь не будешь любить меня от этого меньше?
- Что ты, - выдохнула она с взволнованной улыбкой, участливо подавшись лбом в подбородок ветряного воителя. - Я всегда буду самой верной твоей опорой. Не помню, говорила ли... у меня есть сын, уже вырос, пошел своим путем. Я не забуду его глаза, когда решила уйти, и все-таки... не станешь ли ты думать обо мне хуже из-за этого?
"Не будешь любить меньше?" - читался немой вопрос в грустной улыбке буро-полосатой. У каждого было свое неидеальное прошлое, совершенно туманное будущее, и все-таки Львица поймала себя на волнующей в самое сердце мысли, что - удивительно! - была бы даже как-то... рада узнать о котятах от него.
Только от него.
Рыжих-рыжих.

+7

113

— Что ты, - волнение на хорошенькой мордашке Львицы льстило. Понимая, о чем говорит, Шершень ещё раз с удовольствием обогнул взглядом кошку и улыбнулся, стоило ей прильнуть к нему. Обезоруженный этим порывом нежности, он накрыл подбородком бурую макушку, прислушиваясь к раздающемуся откуда-то снизу голосу. — Я всегда буду самой верной твоей опорой. — кот слегка пошевелил ушами, не спеша рассыпаться в самодовольных ухмылках, но уголок рта дёрнулся, выдавая слабую улыбку — такие слова-обещания не могли не греть душу рыжего воителя.

В таком случае, мне не страшна ни одна пропасть, — глухо усмехнулся, опуская взгляд и находя глазами зелёные глаза Львицы. Улыбка  стерлась с его лица, уступив задумчивому смятению. Новость об оставшейся в Клане семье Львицы и сыне не была для него ошеломляющей. Шершень хорошо помнил тот день, когда нашёл ее подавленную и растерянную, сбившуюся с исконного пути, так жаждущую пойти по иному. Тогда между ними не было этих ярких чувств. Вероятно, было влечение, интерес, желание заглушить пустоту внутри. Все казалось таким незначительным, не серьёзным, и Шершень, восстанавливая в памяти моменты их встреч, осознавал, как много Львица значила для него сейчас. И как мало значило все остальное.

Прошлое есть прошлое, — дёрнул плечом кот. Он коснулся носом бурого ушка и слегка повёл головой в сторону, наслаждаясь мягким касанием шерсти и ее запахом. Уткнувшись носом в затылок Львицы, Шершень выдохнул и безмятежно прикрыл глаза, наслаждаясь глубоким дыханием, каждый вдох которого отдавался в груди, сильнее вжимая рёбра в бурую спинку.

Воспоминания нахлынули не него внезапно, с головой окуная на несколько лун назад. Случайная встреча с Хельгой на пастбище, знакомство с ее маленькой спутницей, чьи янтарные глаза уже тогда всколыхнули внутри что-то, чему рыжий долгое время не мог найти разумного объяснения. Нелепое имя "Руби" засело в памяти, крутясь на подкорке, как рой пчёл, но Шершень по привычке (или нежелания принять очевидное) его отгонял. Позже, складывая в уме пазлы, он наконец понял, но все-равно оставил эту разгадку, пустив все на самотёк. Надеялся, что она его не настигнет.
И как же он ошибся.
Львица, доверяя, искренне делилась с ним самым сокровенным — и наверняка ожидала от него не меньшей открытости. Но хотела ли она знать? Нужно ли это было им? Кроме сумасбродной интрижки и мимолётного увлечения к кошке, чьего имени он даже не помнил, Шершень не испытывал ничего, гораздо больше отдаваясь своим нынешним чувствам...

..оно не помешает нам построить своё будущее, — и вдохнул, жадно, до боли, распирающей грудную клетку, ее сладковатый, будоражащий инстинкты, аромат. — После Совета или раньше, все решится. Я не позволю тебе выживать в одиночку в холода. Или сбегу вместе с тобой, — его голос стал тише, переходя на едва различимое бормотание. Обернув кошку хвостом и умостив подбородок между острых лопаток, Шершень сам не заметил, как уснул.

Отредактировано Шершень (Вчера 13:20:46)

+3