У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
Любимые игроки!

Еще один год прошел. Нет, представьте только: Последнему Пристанищу, ставшему домом для всех нас, уже целых два года!
Два ярких года, полных историй, сюжетов, личных и глобальных линий, новых персонажей и захватывающих отыгрышей.
Мы любим вас, ребят!
И мы искренне хотели порадовать вас. Просим любить и жаловать: новый дизайн всея ПП. На сей раз мы решили более четко отслеживать племенную тематику, и в этом сезоне именно племя Теней удостоилось чести сиять на ваших экранах.
Кто станет следующим племенем? Зависит от вашего актива! Дерзайте, ребят!
И спасибо вам. От души, от амс, от каждого лично и всех нас в целом. Это непередаваемо круто: знать, что по ту сторону экрана тебя ждут. В обличии кота-воителя или человека в реальной жизни - не важно.

Любим вас.

Спасибо, что вы есть! С днем рождения, Последнее Пристанище!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя ветра » старая барсучья нора


старая барсучья нора

Сообщений 1 страница 20 из 58

1

http://s8.uploads.ru/HPWJb.png

Код:
<!--HTML--> <style>
.gtemp-app1 { 
width: 90%;
 font-size: 11px;
 text-align: center;
 line-height: 120%;
 color: #000;
 
 padding: 15px;
 padding-top: 10px;
 margin: 10px;
 } 
</style>
<center> 
<center> 

<div class="gtemp-app1"> 
<div style="width="100%">
<div style="text-align: center; height: 320px; overflow: auto;">
<br> 
  <font face="yeseva one"><font size="4"><b>старая барсучья нора</b></size></font>
<font face="Times New Roman">——————————————————————</font>
<font face="Century Gothic"><b><font size="3">М</size></b><font size="2">ало кто помнит из ветряных котов, как же образовалась эта дыра. Лишь старшие воители могут вспомнить, откуда на территории племени Ветра появилась таких немыслимых размеров нора. Когда-то здесь обитала барсучиха. Своими мощными лапищами она вырыла в небольшом уступе глубокую нору, где на протяжении долгого времени растила своих детенышей. Это место считалось поистине опасным для неопытных воителей и, тем более, для оруженосцев. К счастью или сожалению, много лун назад в сезон Юных Листьев к норе явились Двуногие и разогнали все семейство. А может убили. Кто знает? Но все коты племени Ветра отчетливо слышали в тот день грозный лай собак, громкие выстрелы и надрывистый вой барсучихи. По сей день старая барсучья нора остается заброшенной и не представляет никакой опасности. Но кто знает, погибла ли тогда барсучиха и ее выводок? Лучше сохранять бдительность...</size></font>

</div>
</div></div> 
</center> 

˟ здесь можно собрать ˟

бурачник
подмаренник
пижма
пустырник

июн[]июл
июн[]авг
июн[]сен
июл[]сен

лаванда
кошачья мята
календула
мяун-трава

июн[]июл
июн[]сен
июн[]окт
авг[]дек

— зима
— весна
— лето
— осень

0

2

Пастбище

[indent] Сил бежать долго не было, и чем приглушённее становился собачий лай, тем медленнее переставляла подрагивающие лапы Ясенница, испытавшая за последние несколько часов сильнейшее потрясение в своей такой короткой жизни. А ведь сегодня первый раз, как им удалось выбраться из детской, и что же теперь? Их окружает неизвестность, в которую притащила их какая-то больная полоумная кошка, а за спиной рвётся через хлипкую изгородь монстр с огромными клыками. Пожалуй, лишь осознание этого не давало остановиться совсем и повалиться на землю в горестном рыдании испуганного, брошенного, уставшего ребёнка, а братья по бокам - повесть хвост: даже в таком состоянии она не могла позволить своей репутации пошатнуться. - Зачем она это всё сделала? - с прозвучавшей в голосе обидой пробурчала девчушка.
Хотя, наверное, правильнее было бы спросить, где они находятся и куда двигаться дальше, да только у кого? И есть ли смысл? Золотистая готова была голову на отсечение отдать, что вокруг нет никого, кроме медленно, но верно надвигающихся сумерек. Организм, уставший активно сопротивляться происходящему, принял его как данность, в крови кипел адреналин, а лапы упрямо несли куда-то вперёд, вперёд, вперёд. В конце концов, если всё время идти прямо, не сворачивая, должны же они ведь рано или поздно хоть куда-нибудь добраться, правда же? - Узнаёте что-нибудь? Может, Ласка в какой-то сказке говорила...
[indent] Наступив во что-то мокрое, Ясенница попятилась, исступлённо уставившись на лужу, принявшую образ корыта с водой, в которое тыкала им Макошь. Только с этой водой ушлая кошка наверняка ничего не могла сделать, и юница, испустив слабое, едва слышное урчание, принялась жадно лакать, пока живот не заполнился настолько, что отяжелел. Когда сухость во рту исчезла, стало даже как-то полегче, но унылое, потрёпанное, грязное изображение себя, смотрящее на неё из лужи, речная тут же с отвращением разбила, что было сил ударив по нему лапой. Брызги, разлетевшись в разные стороны, осели на шерсти Берёзки и Пчёлки. - Вы запомнили, что эта говорила? - вновь плетясь вперёд, золотистая хмурилась, пытаясь воспроизвести в памяти обрывки прослушанных ею последних слов одиночки, вряд ли обещавшей им что-нибудь хорошее.
[indent] Ещё через какое-то время носа речной коснулся кошачий запах, и Ясенница автоматически взбыдила загривок, неумело хватая кашу из запахов сразу нескольких котов, но каких-то... Приглушённых что ли? Лишь поняв, что никто прямо сейчас не выпрыгнет на них из-за кустов, юница смогла немного успокоиться, уняв подступивший к горлу ком. Не зная, как выглядят границы, чем могут пахнуть другие племена и хотя бы примерно где они находятся, котёнок могла лишь гадать, вспоминая рассказы о приключениях Огнезвёзда, его походах. - Ласка ведь говорила, что котят никто не тронет, правда же? А мы - котята, - неуверенно начала рассуждать золотистая, смотря на братьев из-под насупленных бровей и переминаясь с лапы на лапу. - И мы всё равно ведь не пойдём назад. Давайте тогда туда? - принимать решения в лагере и роще было намного проще. Там был дом, там было её племя, и, пожалуй, краешком сознания Ясенница даже начала понимать, что есть и что дает племенное единство, но думать над этим сейчас не было ни желания - и так грустно и тошно, ни времени. Совсем стемнело. Переступив границу племени Ветра, золотистая вяло поплелась дальше, вдоль другой её стороны, смотря под лапы и игнорируя все звуки, даже рёв неизвестных ей Чудищ, в отдалении, за зарослями, несущихся по тропе. Лишь одно заставило её встрепенуться - навевающий всё тот же ужас, приближающийся лай. - Оно... Оно нашло нас!

+4

3

пастбище --->

- Дура она, вот зачем! - почти на истерике рявкнул малец, чувствуя, что лапы просто отваливаются. Он бежал, сбивая подушечки в кровь, и старался еще и Пчелку подогнать - но раки милосердные, как же было страшно оборачиваться! Детское воображение вкупе со страхом, сковывающим все живое внутри, рисовало, что звук их собственных лап принадлежал тому чудищу, которое грозилась спустить на них эта странная, жестокая кошка.
- Я ничего не узнаю, я хочу обратно в лагерь, пусть лучше меня целых два рака покусают, пусть бы это чудище вместе с этой кошкой в реку кинули и раками закидали, - хныкал и вскрикивал котенок, все чаще замедляя шаг. Нежные подушечки начинали кровоточить, и Березка едва не заплакал от облегчения, увидев лужицу и плюхаясь прямо туда, откуда Ясенница утоляла жажду.
Так пить было в разы проще, да и мокрого меха малец уже не боялся. В этой лужице раки уж точно не водятся.
- Она... бежит... она? - выдыхая слово за словом, пытался отдышаться Березка, чувствуя, что до жути хочет спать, и только бешеный стук сердца не давал малышу уснуть. Он тяжело, грузно поднялся, и, весь мокрый, послушно пошел за Ясенницей, чувствуя, что лапы категорически возражают каждому последующему шагу.
- Ласка ничего такого не говорила, - шмыгнув носом, устало плелся малыш, хвостом подгоняя и Пчелку. Он понуро свесил голову, шагая следом за сестрой по инерции.
- Говорила только, что от лагеря далеко уходить нельзя, потому что... - котик запнулся, чувствуя предательское чувство вины. Он сглотнул и продолжил: - потому что там водятся всякие звери и котятам небезопасно, - обреченно закончил малыш, чувствуя, что уши прижимаются к макушке в виноватом жесте.
Сильнее чувства вины было лишь удушающее чувство страха.
- Оно нашло нас!
Внутри все оборвалось, и Березка встрепнул длинную мокрую шерсть.
- В лаз! - взвизгнул котенок, грубо пихнув сестру в сторону узкой черной норы, которая, как оказалось после, расширялась в глублении. Забившись туда после Пчелки, малыш прижался бочком к своим. Лай раздавался все громче, и Березка, к своему стыду, дрожал всем телом. Ему было холодно, шерсть все еще была влажной, но все это меркло и бледнело по сравнению с тем фактом, что совсем недалеко от них огромная, страшная псина, которая преследует явно одно желание.
- Сидите т-т-т-т-тихо.

Отредактировано Берёзка (10.11.2018 21:05:33)

+5

4

>пастбище

Он просто бежал, что есть сил. Казалось, Пчёлка никогда прежде не делал таки длинные прыжки, но уж больно жить хотелось. Странная местность постепенно сменялась сухими пустошами, где лишь изредка попадались одинокие деревья. Да, тут все было по-другому. Совсем не как в их уютном лагере. Рыжий малыш бежал между Ясенницей и Берёзкой, молча глотая воздух и захлебываясь собственной слюной. Да уж, свой первый выход из детской малышня наверняка запомнит. А Пчёлка уже усвоил урок, что без мамы выходить из лагеря не надо. Потому что... случается что-то странное. Как он вообще оказался тут с Берёзкой и Ясенницей? Он совершенно ничего не помнил. Но глаза этой кошки он запомнил, кажется, навсегда. Холодные, ледяные, голубые глаза, смотрящие на всех сверху вниз.
Малыш несся и молчал, пока котята резко не остановились возле грязной лужи. Сестра что есть дури ударила по воде лапкой и грязь шлепком окрапила рыжую шерстку Пчёлки. Все трое принялись жадно пить, утоляя жажду. Изо рта рыжего доносились громкие хрипы и, казалось, он окончательно потерял голос.
- Может это испытание какое-то? Или нас Львинозвезд наказал за выход из лагеря? Мама же предупреждала, что выходить нельзя, - осипшим голосом, задыхаясь, предположил Пчёлка, продолжая пить грязную воду. Под лапой что-то зашевелилось и котёнок испуганно посмотрел промеж лап. То ли змея, то ли рыба с лапами (??) как ненормальная барахталась прямо под правой лапой и Пчёлка лишь сильнее прижал оную к земле.
- Рыбы с лапами бывают?! - котик впился коготками в ящерку и приподнял ее над землей. По крайней мере, он пытался как-то разбавить напряженное настроение. А потом по всему тело пронеслась вибрация. Ухо уловило басистый лай.
— Оно... Оно нашло нас! - тут же послышался голос Ясенницы. Рыжик опустил ящерку обратно в лужу и вздыбил шерсть.
"Что делать?" - но не успел он озвучить вопрос, как Берёзка завизжал во все горло.
— В лаз! - пинок в бок и Пчёлка понесся к черной дыре в земле. Зубы начали постукивать друг о дружку. Неужели эта кошка все-таки сдержала свое обещание?
Как только все трое забились в нору, Пчёлку развернулся, чтобы видеть происходящее у выхода и тут же зоркий глаз заприметил ящерку, болтающуюся в воде, видимо, пытающуюся вынырнуть из грязного плена.
- Там же рыба с лапами! - проникся сочувствием Пчёлка и загорланил во весь голос, - Ее ж это чудовище сожрет! - сам того не понимая, орал и выдавал их местоположение Пчёлка. А потом резко заткнул себе рот лапами и ошарашенно переглянулся с братом и сестрой.
"Что я наделал."

+5

5

[nick]Генрих[/nick][status]иду искать[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/aJ1t9.jpg[/icon]
Благословение снизошло наконец на изнывающего в неволе пса. Когда ограда натужно заскрипела под сильным порывом ветра, который нёс с собой запах кошатины, Генрих в предвкушении залаял, наваливаясь на старые доски и не без удовлетворения чувствуя, как те всё больше поддаются. Запах свободы бил в ноздри, перебивая смрад фермы. Теперь сама судьба сжалилась над Генрихом, кошачьей лапой очищая ему путь.
Верёвка не казалась чем-то непреодолимым - меж досок он видел копошение добычи, а сам забор уже готов был поддаться яростной жажде свободы. Разве эта старая верёвка может удержать Генриха на месте? Слюна брызгала, лай вырывался из пасти с противным скрежетом и хрипом, но в какой-то момент всё встало на свои места.
Подгнившая рядом с ошейником верёвка таки сдалась, и собачья туша с силой навалилась на забор. Тот поддался даже без сопротивления, кое-кто сделал для этого всё возможное. В миг, когда Генрих вылетел за пределы своей тюрьмы, рядом уже не было котов, но он и не стал заострять на этом внимание. Ветер теребил шерсть, пока пёс нёсся по полю, а высокая трава хлестала бока. Давно забытое ощущение.
Нарезав несколько кругов, он вдруг остановился в привычной стойке, когда его носа достиг запах котов. Да, точно, коты были там, у ограждения. Бегать бесцельно, конечно, потешно, но загонять добычу разве не веселее ли? Без труда взяв след, Генрих помчался по запаху трёх котят. В какой-то момент он понял, что вокруг витает множество кошачьих запахов, но все они стары. Однако неужто мяучалы так близко подобрались к его земле? К земле его хозяина? Злость подогревала, азарт заставлял бежать быстрее.
В конце концов, Генрих упёрся в пятачок земли, где след обрывался. Пёс долго бы топтался на месте, если бы из норы, укрытой склоном, не донеслось мяуканье глупого котёнка.
- Гр-р-р...
Генрих оскалился, приближаясь к темнеющей дыре. Сейчас. Глупые коты. Не раз они задирали пса, не способного преодолеть привязь и забор, и дразнили его с безопасного расстояния. Что же теперь? Трусливые создания бегут, видя истинного хозяина этих мест.
- Р-р-рвать!
Генрих смог просунуть лишь голову в старую нору, а широкие плечи не вошли. Но котятам некуда было бежать, и это забавляло пса. Он, подначиваемый чувством превосходства и ненависти, впитанной с молоком матери, принялся быстро раскапывать промокшую землю. Из-за дождя она была мягкой и податливой, а значит, котятам оставалось жить совсем недолго.
- Р-р-р... - Генрих пыхтел и рычал себе под нос, запах котов с нотками ужаса и страха заставлял копать энергичнее.

+1

6

[indent] Ясенница не узнала свой голос. Казалось, это кричал кто-то другой, вдалеке. И вообще все это происходило не с ней, с другим котенком, а она просто стояла и смотрела со стороны. Будет ли тогда больно ей, если эти клыки вонзятся в её шкуру, разрывая, ломая, терзая? Смотря в горящие в ночи тупой, зацикленной злобой глаза, на тягучие канаты свисающих с обнажающих оскал губ слюней, золотистая вспоминала Миндальную, её покалеченную лапу, которой, слишком увлечённая более яркими, интересными вещами, совсем не уделила внимания в лагере. Вспоминала и понимала, что так не хочет. Не хочет жалостных взглядов и охов, не хочет слушать, что отныне и навсегда для неё закрыт путь воительницы. Ей две луны, а впереди - в десятки, сотни раз больше. Она не хочет провести их лёжа. Юница хочет жить. Жить в полном смысле этого слова: бегать, плавать, придумывать новые интересные игры, участвовать в приключениях, смеяться, дразниться, охотиться и драться, даже собирать этот чёртов мох. Жить, а не существовать.
[indent] Страха почему-то не осталось. В голове пульсировало лишь одно, слишком серьёзное для такого маленького, несмышлённого создания желание: дышать. Сейчас, и через минуту, и через час. Дышать, вырывая себя из-под опаляющего гнилью и жаром хрипа псины, дышать наперекор тянущимся к её шее клыкам. Значит, нужно бежать. Опять бежать, забыв про усталость, про смыкающиеся веки, про чувство потерянности. Про всё, всё, всё. Только бежать. Бежать и следить, чтобы бежали братья. Берёзка, Пчёлка... Ясенница машинально повернула к ним голову, обводя пустым, ничего не видящим взглядом растерянной, загнанной полёвки и сорвалась с места, бросая в скалящуюся собачью морду комья размытой дождём, влажной земли, взрывающейся под лапами. Каким же далёким, ненастоящим теперь начало казаться утро, когда в лес пришла ночь. Ночь после полнолуния, в которую оживают все ужасы. Ночь, в которую близ заброшенной барсучьей норы три котёнка сражались за жизнь, а где-то совсем рядом текла обычная, спокойная, размеренная жизнь: сонное вылизывание перед сном, поздние перекусы, болтовня ни о чём. Такая близкая и такая далёкая параллельная реальность.
[indent] Через несколько метров, показавшихся уставшему котёнку вечностью, обернувшись через плечо, Ясенница с ужасом поняла, что Пчёлка всё ещё тупит, купая в луже свою странную рыбёшку, а Берёзка вместо того, чтобы растолкать их мистера-медитацию торчит подле него. Полным безнадёжности взглядом оценив расстояние собаки от них, золотистая спешно вернулась, тут же получив тычок в бок и с испуганным писком кубарем прокатившись по узкому лазу. Впечатавшись спиной в стенку и кое-как уняв мелькающих перед глазами раков, юница от души залепила Берёзке по носу (что б знал, как толкаться). Вернее, собиралась Берёзке, но в темноте, тесноте, окончательно выйдя из себя от шока и страха, перепутала братьев, так что оплеуха досталась Пчёлке, вожделенно рассматривающему эту чёртову лужу. Осознав промашку, речная пригрозила второму котику хвостом, намекая, что в таком случае объяснит, как общаться с любимыми сёстрами, чуть позже. Если, конечно, доживёт, ибо...
[indent] Ибо именно в этот момент рыжий решил пожалеть свою забытую добычу. Нет, Ясеннице, конечно, тоже хотелось есть, но какое это имеет значение, если сейчас сожрут их?! Тихо застонав, юница за хвост притянула Пчёлку поближе к себе, навалившись ему на спину всем своим весом, дабы этот дурак не выскочил из норы прямо псине в пасть. Впрочем, находиться здесь им всё равно было нельзя, но куда бежать, есть выход фактически перекрыт? - Надо убираться отсюда, он найдёт нас, вытащит и прикончит! - панически бормотала Ясенница, хватая пастью воздух и беспомощно оглядываясь, только чтобы не видеть эту тянущуюся к ним, рычащую морду - слишком, слишком близко. Устав, она привалилась боком к стене и едва не прокусила от неожиданности язык, во второй раз за несколько минут кубарем покатившись по тоннелю. Очевидно, кролики, суслики или какая-то другая обитающая здесь семейная тварь прорыла себе целую сеть входов и выходов. - Давайте скорее сюда. Берёзка, ты бери Пчёлку и ищите новую нору подальше отсюда, а я попробую забрать эту его рыбу с лапами и отвлечь чудище, пока вы ищите, - зашептала золотистая, очень быстро, впрочем, начав жалеть о своей смелости. Сейчас Ясенница вообще чувствовала себя смелой в самую последнюю очередь, но желание спастись и защитить братьев почему-то (речная и сама себе не могла ответить, с какой вообще стати) перевешивало всё остальное, заставляя массовицу-затейницу генерировать новые планы. - Но после этого ты, Пчёлка, заткнёшься до завтрашнего дня, ты меня понял? - тыкаясь лбом в ухо рыжему не то чтобы тот лучше расслышал её тихий голос, не то невзначай извиняясь за свою резкость (если бы не страх привести пса ко второму выходу, она сейчас ревела бы на всю степь, как подбитый солью в задницу истеричный медведь), заключила девчушка, выпрыгивая из тоннеля на скользкую от дождя траву. Наверное, не будь ситуация такой критичной, она бы очень пожалела, что не успела отвесить Берёзке прощального леща, вдруг помрёт и уже не успеет, но почему-то, когда смерть действительно была у самого носа, выкидывать такие штуки, а тем более болтать о них, совсем не хотелось.
[indent] По инерции пробежав немного вперёд, Ясенница резко развернулась на сто восемьдесят градусов, бросившись к злополучной луже и выхватив чёртову ящерицу из воды. До хруста сжав её в зубах, золотистая направилась в противоположную от братьев сторону, к границе, за которой шумела Гремящая тропа, наконец, впервые за всё это время, почувствовав, как бешено колотится готовое прорвать кожу и вывалиться из грудной клетки прямо под лапы сердце, когда ощерившаяся псина возникла перед ней, преграждая дорогу. Но как же всё же хорошо, что монстр весит больше, и страдает от размытой дождём воды гораздо сильнее. Не мешкая, ведомая уже не столько разумом, сколько каким-то вторым голосом, инстинктом и захватившим её состоянием аффекта, речная бросилась назад, шумно шлёпая по брызгающимся во все стороны лужам, покуда не нырнула в тот самый лаз, в который ранее столкнул её Берёзка. Впрочем, нырнула - громко сказано. Обессиленная, Ясенница просто свалилась туда безвольной тряпочкой, выпустив дрыгающуюся, оставшуюся без хвоста - видимо, кошечка таки слишком сильно сдавила челюсти, - ящерицу Пчёлки из пасти и второй раз за день потеряв сознание.

Лагерь племени Ветра

Отредактировано Ясенница (28.11.2018 20:05:52)

+5

7

Малыш сжался в тугой комочек буро-белой шерсти. На округлой мордашке с лохматыми щечками желтели два испуганных глаза, и суженные от ужаса зрачки лихорадочно бегали от каждого блика или лучика, пробивавшегося в нору. Зажав рядышком и Ясенницу, и Пчелку, малыш Березка делал вид, что весь такой смелый и защищает их.
А на деле - прижимается, потому что было очень страшно. Так страшно, как никогда в жизни.
Потому что послышался рык.
Он замер. Глазки остекленели, дыхание стало мелким-мелким, и Березка, затаившись, ждал, слушая оглушительный стук сердца. Тишина звенела и прерывалась тихим гр-р-р-р собаки, но эта самая тишина казалась спасительной и благословенной.
— Там же рыба с лапами! — Березка подскочил, — Ее ж это чудовище сожрет!
- Замолчи... - бессильно прошептал малец, чувствуя, как немеют от безысходности лапы. Он знал, что тварь их услышала, и даже не успел подумать, что у рыб не бывает лап.
- Она же нас, балбес, сожрет, - позабыв, что Пчелка может этого не услышать, дрожащими губами лепетал мальчишка, оборачиваясь на выход.
Где мелькнул рыжий хвост какого-то хрена выбежавшей Ясенницы.
- Стой! Рыб... рыба ты! - не успев выговорить "рыбоголовая", заорал Березка, смахивая злые слезы. За что она так с ними? Зачем полезла геройствовать?
Березка долго, очень долго ей этого не простит.
- Сиди! - рявкнул на Пчелку сын Ласки и Плющевика, чувствуя, что сердце вот-вот остановится. Он высунул мордашку из норы совсем ненамного, но этого хватило, чтобы увидеть габариты зверя и клыки. Страшные, слюнявые клыки.
- Д-дура, зачем ты полезла... в нору, глубже! - сердце точно остановилось, когда рыжая бестия нырнула обратно в нору, чудом избежав сомкнутой на хребте пасти. Рыба с лапами куда-то делась, а Ясенница осталась в глубине норы с братьями.
Без сознания.
Испуганно тыкнув ее носом пару раз и услышав дыхание, Березка затрясся и подтащил Ясенницу глубже в нору - совсем чуть-чуть, почти незаметно. Свернувшись клубочком около нее и строго зыркнув на брата, мол, ложись рядом, Березка положил голову на бок Ясенницы и зажмурился, выпуская горючие, бесшумные слезы.
Только бы проснуться, и чтобы этого всего не было.

+3

8

Пчёлка непонимающе хлопал глазёнками. Рыжая шерстка дыбилась, когда тело почувствовало незнакомые, глухие вибрации. До ушей доносился заливистый бас, который отдаленно напоминал Пчёлке Львинозвезда, когда тот вещал со Скалы. Только эти звуки были неразборчивы, скомканы. Пялясь из норы на лужицу, в которой возилась рыба с лапами, котёнок шмыгнул носом, сопротивляясь желанию заплакать.
Ясенница вылетела из норы и рыжий пусть и не услышал, что говорила сестра, почувствовал, что что-то тут не так. А тем временем рыжая сестра бежала прямо к луже.
- Эй, стой ты! Там же что-то, кто-то! - слова сбивались в ком, а сам Пчёлка совершенно не понимал, что в этот момент он действительно шептал. Собственный голос он уже не слышал, так как он давно осип и было больно говорить громче. Но малыш уверенно шептал, думая, что его все услышат.
Рыжее тельце дрожало от испуга. Плотно прижимаясь к боку Берёзки, Пчёлка просто молился, чтобы вот прямо сейчас пришла мамочка и все беды сами собой бы испарились. Но мамы поблизости не было. Никого поблизости не было, кроме троицы и ревущего чудовища. В одно мгновение, вибрации, отдающие в лапы от земли стали настолько сильны, что котёнок не сдержался.
- Оно здесь! - вжавшись в бок Берёзки, Пчёлка обхватил того лапками и спрятал мордочку в его пушистой шерстке, - Мне страшно, - дрожа и хватаясь когтями за плотный мех брата, лепетал Пчёлка.
До ушей докатился лай. Теперь он расслышал его. Мощный, всепоглощающий, совершенно обезумевший звук. Казалось, сердце вот-вот остановится, казалось, он вот-вот умрет. Но нет. Пчёлка всхлипывал, ковырял мех Берёзки когтями, но не умирал. А вот сейчас хотелось бы. Подальше от бед. Подальше отсюда.
- Что с Ясенницей? Берёзка? Что с Ясенницей?! - не желая отрывать мордочку от плеча брата, мямлил Пчёлка. А потом послышался глухой шлепок. Котенок-таки повернул голову, увидел разъяренную пасть собаки, тучи слюней, огромные зубищи и... бессознательную Ясенницу. Округлив глаза, Пчёлка совершенно бездумно отцепился от брата и протянул лапки к сестре. Вцепившись когтями за затылок и плечо, он с усилием потянул на себя крупную Ясенницу, помогая Берёзке и тут же упал на спину, прихватив с собой и сестру. Машинально пятясь назад, он забился в самый дальний угол и, заходясь в диких судорогах, прижимался к Берёзке и Ясеннице. А в глаза читался немой вопрос.
"Нам конец?"

+2

9

--> главная поляна.
Шип, признаться, смутился от эдакого неприкрытого кокетства в его сторону, да еще и от столь очаровательной особы. К счастью, смущение продлилось недолго, и вряд ли кто его заметил. Обретя привычное, холодное спокойствие, воин двинулся в сторону границ с жабоедами. Рассудительная часть желтоглазого надеялась, что все будет тихо и спокойно, однако какая-то другая, более озорная и азартная сторона, была бы не прочь найти лишний повод для ругани с соседями. Негоже воителям жить как домашние, лес на то и лес, чтобы быть опасным, а в последнее время обстановка была более, чем мирной. Скорее, больше скучной. Вожакам то хорошо, племя сыто, никто не нападает и все поют дифирамбы о том, какой же ты мудрый предводитель. Нет, к Звездопаду Шип относился с бесконечным уважением, а данное положение дел должно лишь подкрепить его авторитет среди соплеменников и других племен. Ведь в мирное время править может любой, а мудрые решения принимаются исключительно спонтанно и в смуту.
Внезапно, ветер донес омерзительный запах. Но не падали. И до границы было еще идти порядочно. Ухо дернулось, будто отгоняя назойливую муху, а сам воин замер, подняв голову чуть вверх, принюхиваясь.
- Пес? - почти удивленно шикнул здоровяк, поворачиваясь к источнику смрада, - Чего это Двуногие не держат своих зверушек на привязи.
Шип двинулся с места, стараясь ступать бесшумно, дабы их не заметили раньше, чем нужно. Шерсть на загривке уже давно стояла дыбом, а хвост едва покачивался из стороны в сторону. От азарта предстоящей битвы, кажется, стало жарко в собственной шкуре. Он чувствовал, как в висках пульсирует кровь, а сердце готово выпрыгнуть из груди. Как эта тварь посмела влезть на их территорию? Ну, ничего, проучим.
Пес усердно разрывал нору, в которой когда-то обитали барсуки и рычал. Неужели там отпрыски барсучихи? Тогда собаку она прогонит. Но им придется драться с мамашей. До чутких ноздрей донесся еще один запах, очень слабый, перебиваемый запахом псины. Запах речных. Неужели заманили на территорию пса?
- Звездное племя, надеюсь я ошибаюсь, - рыкнул воин и резко выпрыгнул из своего укрытия, воинственно шипя на неприятеля, - Проверьте нору! - крикнул он остальным, на всякий случай.
Вероятно, излишняя самоуверенность рано или поздно все-таки погубит Шипа. Но сегодня он умирать уж точно не собирался. Распушив шерсть, Ветряк казался еще больше, несясь к зверю, тараня его в бок, дабы оттолкнуть от норы и дать другим время осмотреть ее.

+4

10

[nick]Генрих[/nick][status]иду искать[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/aJ1t9.jpg[/icon]
Лапами пёс раскидывал вокруг себя влажную землю. Запах котят дразнил Генриха, тот в нетерпении порыкивал, разбрызгивая слюну. Давно же он не гонял мяучал. Они уже не помнят, кого стоит бояться. Боковым зрением пёс уловил шустрое движение чего-то мелкого и рыжего. Оскаленная морда почти шокированно обернулась к самонадеянной мелкотне. Куда это она собралась? Тупые коты.
На несколько секунд оставив полураскопанный вход в барсучью нору без внимания, Генрих в азарте бросился за котёнком, непонятно с какой целью покинувшим пока ещё безопасное убежище. Пёс готов был закончить погоню, но кошечка, кажется, убегать не собиралась, хотя это было бы намного проще. Слегка опешив от престранного манёвра, зверь развернулся следом за комком рыжего меха.
- Р-р-р... - инстинкт заставлял пса преследовать убегающую дичь, а вот что сподвигло дичь на подобное безрассудство, он не знал, да и в общем-то ему было глубоко плевать.
Но до норы бежать было совсем недолго. Рыжий пушистый хвост был почти у него в зубах. Пасть щёлкнула в каком-то усике от несчастной Ясенницы, но... вход был раскопан не до конца. Широкий лоб с размаху стукнулся в верхнюю часть проёма, а плечи - в стенки, и Генрих заскулил не столько от боли, сколько от разочарования. Как же это? Котёнок? Гнев снова вскипел в крови.
В приступе ярости Генрих засунул лапу в нору, наобум ударяя мягкую цель. Осталось совсем чуть-чуть. Ещё минута - и они будут в его зубах. Пёс продолжил остервенело копать, не видя ничего, кроме темнеющего прохода. Убью и оставлю прямо здесь. Чтобы все остальные коты видели. Чтобы боялись.
Но его снова прервали. Увлечённый котятами, он не заметил приближение нескольких взрослых котов. Лишь настойчивый толчок в бок отвлёк пса от столь интересного занятия. Дико Генрих оглядел крупного серого кота, гортанно зарычав. Др-р-рянь! Рывком пёс сократил расстояние между ними и крепко вцепился в пушистый загривок. На язык попали капли вкуснейшей крови, добавляя азарта. Генрих с лёгкостью перебросил через себя дичь, не без удовольствия отмечая, как котяра глухо ударяется о землю.
- Умр-р-ри!
Генрих стрелой бросился к серобокому, намереваясь потрепать того ещё немного.

+7

11

главная поляна >>

Компания была не из лучших. Звуки кокетства рядом травмировали уши и ум, и Вею пришлось обогнуть компанию, вырвавшись немного вперед, чтобы случайно не оказаться свидетелем того, чего его глаза не смогли бы пережить. Обида на отца растекалась по лапам, делая каждый шаг тяжелым и вместе с тем быстрым. Путь до границы был неблизким и растягивать это путешествие особо не хотелось.

Вереницу остановил запах, ядреный запах, который ни с чем не спутаешь, как ни старайся. Суховей кратко кивает на предположения Шипа и неосознанно пригибается к земле. В мыслях не оставалось места лишнему волнению, ведь если здесь собака бегает, значит, где-то недалеко они смогут наткнуться и на Двуногого.

Вей считал, что лучшим способом будет развернуться и уйти, ждать, пока собака не вернется к своему хозяину, укрепить защиту вокруг лагеря и пускать время от времени бесшумные патрули для разведывания обстановки.
- Разворачиваемся и уходим.
Но соплеменники были другого мнения.

Звездоцап-тебя-дери.

Шип так отчаянно понесся в сторону пса, что Вей опешил, не понимая, как такое вообще возможно и что за сурки в голове у этого кота сидят. Реакция была мгновенной - когда пес повалил кота на земь, Суховей был уже позади него.

Гребаные идиоты, - повторял про себя воитель. Он даже не знал, что хуже - слабость или вот такое тупое самопожертвование. Шип был слишком хорошим воином, чтобы себя вот так вот безрассудно калечить. Еще нору проверять просит вместе с этим. Конечно, больше заняться нечем.

- Мррр, иди сюда, песик, ИДИ СЮДА, МИЛЫЙ, - прокричал Суховей со всей возможной кошачьей интонацией, игриво подергивая хвостиком и виляя задом. Конечно псу этого мало, того нужно обязательно за хвост или лапу куснуть и Суховей кусает за заднюю, тут же отпрыгивает, несется в сторону, обратив на себя внимание. Никому бы он не пожелал встретиться взглядом с этой дикостью, с этим приспособлением для убийства, которое ничего, кроме крови кошачьей видеть не желает. Горячее сердце было готово выпрыгнуть из грудной клетки и Суховею только оставалось надеяться, что оно его не подведет.

>> граница с племенем теней

+6

12

Стоило покинуть лагерь с мыслью об обеде для соплеменницы, у самого Шершня в животе призывно заскулило в напоминание о пустующем желудке: последний раз он, кажется, ел ночью. Не было уже даже того предвкушения от очередной завидной находки, любовно оставленной жабоедами, наткнись они на неё где-либо ещё  — настолько эта провокация была очевидна, что даже в глазах самых недалёких кисок Двуногих — или исключительных дубин Сумрачного племени, — мелькнуло бы осознание и призыв к действию.

Путь они проделали практически в полном молчании, даже язык Шершня не поворачивался разрядить атмосферу  шуткой другой, или же просто не находил подходящих ушей. Он лишь успел бросить ленивый взгляд на мелькнувшую шкуру Суховея, в последний момент увязавшегося за отрядом, когда в воздухе отчётливо замаячил этот зловонный запах — животный смрад, неминуемо нагоняющий адреналин в кровь. Вздыбив загривок, Шершень напрягся, сопровождаемый голосами соплеменников, мгновенно распушаясь и лицезрея некрупную собаку в нескольких хвостах впереди: скромные размеры были не в сравнение с теми псинами, коих он встречал однажды на пастбище, но даже мощь этого зверя наводила лихорадочный мандраж в теле.

Пошла вон отсюда, тварь, — рыкнул кот, с каким-то отчаянным восторгом осознавая риск любой из выбранных им стратегии своих дальнейших действий. Попытка бегства могла обернуться не менее плачевными последствиями — если не фатальными, — и Шершень, игнорируя сигналы к отступлению, одним прыжком оказавшись в тылу, бросился на перехват, успев лишь хорошенько прочесать когтями филейную часть шавки, пока та была увлечена старшим воителем, надеясь, что его манёвр сработает на отвлечение и даст немного времени Шипу на уклон.

Отредактировано Шершень (24.11.2018 05:38:52)

+5

13

Главная поляна

[indent] В отличие от Шипа, словно воды в рот набравшего - предводитель определённо прогадал, подбирая ему имя, что-нибудь связанное с дубовыми поленьями подошло бы лучше, - Шершень оказался кавалером куда более галантным, и Белоснежка не нашла причин не вознаградить его. - Вот, что значит настоящий кот, - умело играя растроганное смущение, сбивчиво мурлыкнула златоглазка, зарывшись носом в шерсть на шее и потупив взгляд. - С тобой вообще ничего не страшно, - впрочем, откровенно говоря, ввязываться в истории, в которых могла бы потребоваться чья-то рыцарская помощь, кошка сегодня вообще не планировала, и, раз уж не удалось от души потюленить в лагере с чем-нибудь вкусненьким в лапах, имела полное право надеяться, что их патруль, ко всеобщему разочарованию (нет), ничего не найдёт и быстренько вернётся.
[indent] Судьба же в очередной раз решила показать ветровой непристойную комбинацию, первым посылом которой оказался отчётливый, определённо свежий запах псины, забивший, казалось, всё вокруг. Твою ж... Свидание с тупой озлобленной собакой - последнее, чему хотелось посвятить утро. Вскинув голову, Белоснежка шумно вздохнула: рассвет едва-едва начал зарождаться, а у них уже такие проблемы, чего же тогда ждать от этого отвратительного дня дальше?
[indent] - Причём тут Двуногие? Может, кишки, которые спёрли жабоеды, кто-то навалил специально, чтобы приманить псину. Только зачем им приводить это брехло на собственные земли? - наблюдая за тем, как зверюга роет нору, меланхолично рассуждала Белоснежка, испуганно топорща шерсть вдоль хребта. Ситуация принимала поворот, при котором пора было отключать актёрство и включать мозг: в конце концов, больше всего в данный момент она была заинтересована в том, чтобы не дать живой игрушке Двуногих порвать себя в клочья. Шип, кажется, считал иначе. - Шершень, почему ты не сказал, что вместе с кишками сумрачные унесли его мозги? - выгибая спину дугой, зашипела воительница, наблюдая за вроде бы не такой уж и большой собачкой, с вызывающей истеричный смех лёгкостью превратившей серого воителя в свой канатик. Впрочем, парад глупости на этом не закончился: очевидно, всем котам их патруля напрочь отшибло содержимое черепной коробки, ибо следующие несколько секунд Белоснежка наблюдала за тем, как Суховей и Шершень скачут вокруг псины, бросаясь в рассыпную: видимо, играя в увлекательную игру «кого из нас превратят в кровавую отбивную первым». Сев, кошка картинно, звучно шлёпнула себя лапой по лбу. - Меня окружают одни идиоты. Не сказать, что ветровой это не нравилось: она лично не собиралась лезть к собаке и подставлять свою прекрасную шкуру незапланированным увечьям: нафиг оно ей надо? Пусть мрёт кто-нибудь другой, она достойна лучшего. Так что, все остальные весьма вовремя начали геройствовать, отвлекая внимание на себя и создавая попавшей в не самую комфортную ситуацию кошке более-менее уютную зону, однако неужели нельзя было сделать это хоть чуточку умнее? Мамкины герои и единоличники. Кого только растит племя? Позор!
[indent] - Ладно уж, если вам всем некогда, я сама осмотрю эту нору, - закатывая глаза, снизошла черепаховая, активно изображая вовлечённость и участие, дабы никто даже на пол-усика не посмел подумать, что она ничего не делает, ничем не помогает и вообще бездушно, безынициативно себя ведёт. Напротив, Белоснежка - чуть ли не главный герой мероприятия, всегда на передовой. Осторожно приблизившись поближе к лазу, который так остервенело рыла псина, и поведя носом. Как ни странно, пахло чем-то молочным, но совсем не барсучьей «кладкой». - Что? Рыба? Какого... - убедившись в своей безопасности, Белоснежка позволила себе поглубже пролезть в тоннель и едва не потеряла челюсть от изумления. Раз, два, три... - Шип, поднимай свой зад, - выныривая на поверхность и подлетая к коту, рявкнула ветровая, шлёпая серое тело по крупу. - Там целый речной выводок. Их мамаша, видимо, совсем полоумная. Хотя-я-я... Если речным так надоели их котята, притащить их сюда и заманить внутренностями псину прикончить мелочь - вполне себе ход. А на Совете такими благородными прикидывались, извращенцы.

+6

14

Он подставился осознанно. Наверное. Поглощенный битвой пес, еще и вкусивший его крови, точно вряд ли будет обращать внимание на других. Собака оказалась не многим больше самого Шипа, она ухватилась за кошачий загривок и тело пронзила дурманящая сознание боль. Азарт битвы сводил с ума, казалось, прошло слишком много лун, с его последнего серьезного сражения. Псина откинула воителя в сторону, рядом нарисовались Шершень и Суховей, что присоединились к битве. Освободившись, Шип подскочил к противнику, смачно ударив того по морде тяжелой когтистой лапой.
«Узнаю, кто привел псину на наши земли - лично четвертую». Кот отпрыгнул от собаки, оборачиваясь на Суховея, что собрался гнать псину к границам. В одиночку. «Ох, дурак». Хотя сам то что, неужели лучше? Здоровяк почувствовал легкий удар и недовольный голос Белоснежки. Сперва, воин встал перед ней, машинально прикрывая, но дослушав информацию резко обернулся.
- Какого... - не веря своим ушам, рыкнул Шип, - Они там что, охренели? Какие, к Звездоцапу, речные котята! Чертовы рыбоголовые создания, не могут держать своих отпрысков под боком, - он распушил слипшийся от крови загривок, - Как прогоним эту падаль, отведем их к Звездопаду, пусть сам решает, что с ними делать. Хотя, я бы оставил их нам, лишние лапы никогда не помешают, раз уж речным они так не нужны.
Шип понадеялся, что Белоснежка не заорет о том, что «это же дитачки», оскорбившись его цинизмом. Абсурдность ситуации, казалось, зашкаливала. Кишки у границы, собака, выводок котят. Смахивает на чей-то коварный заговор против племени Ветра. Только вот вряд ли Сумрачные в сговоре с Речными. Хотяяя... Одни жрут жаб, другие рыб, явно с мозгами и у тех и у тех не в порядке. От таких соседей можно ждать чего угодно. То, что они не заявились в лагерь племени Ветра или хотя бы не дождались патрулей, что лишь подтверждает факт того, что котят, скорее всего, не ищут. Что за горе-мамаша у них? Первоцветик, наверняка, подняла бы такую панику, что Звездопад прочесал бы весь лес, дабы найти котят. Да и любая королева вряд ли сидела бы спокойно, когда ее котята черти где.
Так, сейчас стоит мыслить более спокойно. Если с котятами что-то случится на их территории, это будет отличный шанс для речных обвинить племя Ветра в убийстве, если еще и не в краже. Даже несмотря на то, что они сами пожертвовали молодняком, это уже никому не докажешь. Не то чтобы Шип сильно переживал за чужих детей, скорее ему было не охота разбираться с тельцами, тащить их в лагерь, слышать оханье и аханье окружающих, еще потом и с полосатиками этими отношения выяснять. Куда проще привести котят живыми, тут и с политической стороны одни плюсы и есть надежда заручиться поддержкой Речного племени, в случае чего.
- Шершень, прикрой, - крикнул желтоглазый соплеменнику, засовывая морду в нору. - Твою ж... кхм. Все целы?

+3

15

[indent] - Эти большие. Были б мельче, было б проще: меньше вяканья. Хотя, если правильно выдрессировать, - пожимая плечами, задумчиво протянула Белоснежка, которой на котят в общем и целом было абсолютно пофиг, не говоря уже об их чувствах и желании "домой к мамочке", так что в чем-то кошка более чем разделяла мнение Шипа: что упало, то пропало, и если уж Речные так бездарно просрали свой выводок, пусть теперь не смеют разевать на него рот. Новые оруженосцы - всегда здорово, особенно если первые луны они жрали за чужой счет, и златоглазке не пришлось охотиться, дабы очередная соизволившая выплюнуть из себя молокососов королева могла наедаться от пуза. Конечно, какое-то время придется держать мелочь под замком, пока мозги на место не встанут и котята не поймут, кому должны быть верны, но это все производственные мелочи. - Давай вытащим их оттуда. По туше на каждого, сойдет.
[indent] По большому счету, конечно, следовало отправиться  за собакой, дабы не бросать соплеменника один на один с таким серьезным врагом и бла-бла-бла, но Белоснежке было настолько начхать на всю эту муть о самопожертвовании во благо ближнего, что в голове не созрела даже крошечная мысль о помощи коту.  Сам захотел - его проблемы. Если помрет, конечно, жаль, меньше рабочих лап в племени, но у них вон, недавно посвящение прошло, да и котята подбросились, так что все вполне поправимо. Интересно, Звездопад хоть мало-мальски расстроится, если вместе с котятами мы притащим ему хвост его сдохшего сынка? Ухмыльнувшись, ветровая несколько раз лизнула спину, приглаживая вздыбленную после свидания с псиной шерсть, и легким шагом вернулась к норе, отталкивая лапой подвернувшийся ком земли. Ей было весьма интересно, кто вчера вечером и сегодня утром так похабно проверял границы, что не удосужился обнаружить никаких следов вторжения. В конце концов, эти нахлебники не из воздуха же взялись. Как бы своеобразно кошка ни относилась к воинскому закону и укладу жизни в племени, ее спокойное существование во многом обеспечивалось неприкосновенностью границ, и этот пункт был тем, к чему Белоснежка относилась весьма ответственно. - Вот уж Первоцветик обрадуется. Выглядят на один возраст с ее, – сложив губы, оценивающе хмыкнула черепаховая, взмахнув хвостом. Она не исключала, что псина может вернуться, и сталкиваться с ней вновь воительнице крайне не хотелось, посему она нетерпеливо водила ушами, дожидаясь, пока выволоченные на поверхность туши можно будет подхватить и с чувством выполненного долга потащить в лагерь, на законных и достойных основаниях убираясь подальше от этого чертового места.

+3

16

[nick]Генрих[/nick][status]иду искать[/status][icon]http://s5.uploads.ru/t/aJ1t9.jpg[/icon]
Котов внезапно оказалось очень уж много вокруг. Генрих в какую-то секунду отвлёкся от своей первоначальной цели, намереваясь проучить рыжего котяру, который тоже хотел помериться силами. В глазах зверя все они были чрезвычайно тупыми и самонадеянными. Какой кот в здравом уме бросит ему вызов? Нет, в них природой заложен страх перед сильнейшим. Глупцы.
И всё же некоторые удары мелких когтистых лап нашли свою цель, оставляя на теле зверя не серьёзные, но достаточно неприятные и болезненные раны. Кто-то слишком расслабился? Похоже на то.
Рванувшись вперёд, Генрих куснул рыжий хвост, но не так сильно, как хотел. Изворотливый кошак сумел избежать плачевных последствий для своего отростка. Клац.
И в то же мгновение маленькие острые зубки впились в заднюю лапу. Полузарычав-полувзвыв, Генрих снова развернулся, готовый как следует наказать надоедливую блоху. Что ни говори, противников было слишком много, и пёс потерял много времени, вертясь от одного к другому. Но новая цель всё-таки последовала голосу здравого смысла и бросилась наутёк. Что-то щёлкнул в голове пса - он кинулся следом.
Все должны быть здесь. Никуда ты не убежишь маленький глупый кот. Брызжа слюной и взрывая землю лапами, Генрих нёсся за добычей, медленно, но верно сокращая расстояние.
Убить! Убить!

>>>за суховеем

+2

17


Воителям Ветра удалось увести пса со своей территории. Однако в процессе драки были получены следующие травмы:

Шип - рана на загривке, ушибы; степень тяжести увечий - средняя
Шершень - укус на хвосте; степень тяжести увечий - лёгкая


0

18

Слепое безрассудство отступило медленно закипающему в крови раздражению, когда чужие зубы сомкнулись на его хвосте, и Шершень, единственным желанием которого было успеть прикрыть жизненно важные органы от исходящей слюной пасти, размашисто крутанулся на месте, цепляясь когтями во влажную почву. Где-то за кулисами царящего вокруг мракобесия до сих пор не считал это достойным противником. Не за тем он сюда выбирался, а потому задумался о том, чтобы уже, наконец, смачно врезать по собачей морде.

От дальнейшего сокращения дистанции и необдуманных действий его отвлёк голос Суховея — а рыжешкурый уже было подумал, что ветряк оцепенел от страха, — но тот предпринял совсем иную тактику, отвлекая все внимание противника на себя, пока псина не клюнула на наживу, выбрав себе новую жертву. Лишь осознав суть происходящего со слов соплеменников, Шершень, решительно распрямившись, обернулся к остаткам патруля, не удивлённый, впрочем, даже столь крупной находке. Каким макаром некто умудрился протащить мелюзгу через границу, оставшись незамеченным, оставалось только гадать, чем заниматься ему сейчас абсолютно не хотелось.

Надо же, что ни день, то увлекательнейшее приключение, — ни в голос, ни в твердостоящие лапы он не пускал дрожь от возбуждения, вызванного адреналином и накаленностью инстинктов. — точно не от жабоедов? А то неудобно получится: мы им шавку, они нам целый выводок, — формальности ради удостоверился он и приблизился к норе, пробуя запах. — пахнет рыбкой, — едкий, хоть и несколько приглушённый собачьей вонью, запах не мог обмануть, да и на вид те были довольно крепкими и лощёными — истинное наследие речных.

Не будем спешить с выводами, — рассуждения о нерадивых качествах королевы, что так безропотно отдала свой драгоценный свиток детишек, бросив его в логово жадного до кошачьей плоти зверя, были логичны, но вызвали на лице кота лишь усмешку, — может быть, те кишки на границе и были их мамашей? — он осклабился, выпрямляясь и приглаживая шерсть на спине, чтобы вернуть себе более менее презентабельный вид. — или нашим соседям по душе грязные методы игры, — удивительным стечением обстоятельств в их лапах оказалось прекрасное оружие для шантажа речушек. А, раз уж благородство и честь нынче не в моде, самое время повышать ставки.

Подхватив лохматый загривок девчушки, чья растрёпанная золотистая шёрстка попалась ему на глаз, Шершень неловко покачнулся, не сразу свыкаясь с ролью мамки-несушки, коей ему придётся быть на пути к лагерю. Он мыслено понадеялся, что мелкая окажется не самой вертлявой личинкой, чувствуя, как былое настроение со скрипом движется вверх от нулевой отметки. Жаркий приём им был обещан.

→ лагерь

+3

19

"Оно здесь!"
"Что с Ясенницей?"
"Березка, мне страшно!"
"Березка, что с Ясенницей?!"
Ясенница...

Малыш жмурился до боли. Трясся, прижимаясь всем своим небольшим тельцем к лежащей рядом сестрой, сон которой он будет охранять вот так вот трусливо, жмурясь. Котенок дрожал, ощущая рядом такого же дрожащего Пчелку, и понимал, что сейчас только ему и придется искать в себе крохотные крупицы отцовской храбрости и материнского спокойствия.
Только тщетно, поскольку собака рычала и рыла землю, рассыпая песок вплоть до ютившихся в глубине норы котят. Буро-белый котенок широко раскрыл глаза, в ужасе смотрел на клацающее в темноте нечто, и едва слышно пищал, почти верещал от переполняющего страха.
В будущем Подберезовик будет шутить, что если бы не этот случай, он, наверное, был бы целиком бурого окраса, без "седых" белых пятен.
Но сейчас ни о каком будущем не было ни речи, ни мыслей. Никогда впредь, и даже из рассказов Ласки, Березка не подумал бы, что может быть в мире что-то такое невыносимо страшное. Всесильное и неумолимое.
Ни на мгновение Березке не посчастливилось отключиться. Он бы и рад был услышать потом другие кошачьи голоса, до физически ощутимого облегчения осознать, что рык собаки раздается все дальше. Нет, малыш видел все и даже слишком, слышал кошачий говор и надеялся, что это будет...
- Ласка? - сощурив привыкшие к темноте глаза, неверяще мяукнул Березка, поднимая голову поверх мерно приподнимающегося бочка Ясенницы. Светлая голова кошки с цветными подпалинами так напомнила буро-белому Ласку, что тот взвизгнул, перескочил брата с сестрой и бросился навстречу, тормозя лишь в мышином усике от морды совершенно чужой, незнакомой...
... слава предкам, всего лишь кошки.
— Давай вытащим их оттуда. По туше на каждого, сойдет.
- И вы нас есть будете?! - взвизгнул Березка, вздыбив шерстку. Уж после собаки чтобы его напугали какие-то там котяры? Да будь они хоть Звездоцапы через одного, они не посмеют...
- Отпусти! Отпусти Ясенницу, ты, отпусти... Пчелка! Кусай его! - верещал котенок, совершенно позабыв о миссии спасавших их воителей. Кто-то приподнял его за загривок, и Березка во все стороны махал когтистыми лапоньками, вертясь так, чтобы ни на секунду не терять из виду ни брата, ни сестру.

----> за охамевшими похитителями

+2

20

Собака, видимо, растерялась и побежала вслед за Суховеем. Кидаться следом не было особого желания, хотя оправдываться потом перед Звездопадом... ну такое. Его сын взрослый мальчик и бегать и подтирать ему слюнки только из-за того что он отпрыск вожака, нет уж, спасибо, никто на это не нанимался. Шип вытащил голову из норы и кивнул Белоснежке.
- Вот Первоцветик их и доверим. Пусть нянчится, опыт у нее есть.
Следить за чужими потомками никакого желания не было. Это кошки, как правило, не различают свои или чужие. Шип же не любил котят перманентно. Они свою работу сделали, по-хорошему речных вообще не должно быть здесь. На Шипа уход за молодняком точно не повесят, все знают, каков его нрав и в обязанности воителей это уж точно не входит. Дай Звездное племя, чтобы они сидели либо в детской, либо у Полуночника и на глаза не попадались. Вся малышня имеет очень неприятную тенденцию путаться под лапами и нарушать тишину в самый неподходящий момент. «Это же дееети» - твердят королевы, прилизывая загривок обнаглевшей молодежи, что чувствует свою безнаказанность, сидя под материнским пузом.
Он встретился взглядом с Шершнем, который выглядел значительно лучше серого здоровяка. Загривок неприятно щипало, а в ноздри бил настойчивый запах крови и рыбы. Такое себе сочетание. Пообещав себе заглянуть к Полуночнику, по возвращению в лагерь, воин поднял серо-белого котенка, не умеючи и едва не уронил, когда тот стал брыкаться изо всех своих котячьих сил. Шип возмущенно фыркнул, но промолчал. Он, значит, жертвует собой ради спасения этих речных отпрысков, а те еще и недовольны. Желание бросить их на землю и позвать Суховея, мол, веди псину назад, внезапно стало настолько сильным, что воин хлестнул себя хвостом по боку, приводя сознание в порядок. Уж очень сильно он был возмущен.
- Скоро все узнаем.
--> главная поляна.

+2


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя ветра » старая барсучья нора