У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
Любимые игроки!

Еще один год прошел. Нет, представьте только: Последнему Пристанищу, ставшему домом для всех нас, уже целых два года!
Два ярких года, полных историй, сюжетов, личных и глобальных линий, новых персонажей и захватывающих отыгрышей.
Мы любим вас, ребят!
И мы искренне хотели порадовать вас. Просим любить и жаловать: новый дизайн всея ПП. На сей раз мы решили более четко отслеживать племенную тематику, и в этом сезоне именно племя Теней удостоилось чести сиять на ваших экранах.
Кто станет следующим племенем? Зависит от вашего актива! Дерзайте, ребят!
И спасибо вам. От души, от амс, от каждого лично и всех нас в целом. Это непередаваемо круто: знать, что по ту сторону экрана тебя ждут. В обличии кота-воителя или человека в реальной жизни - не важно.

Любим вас.

Спасибо, что вы есть! С днем рождения, Последнее Пристанище!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » речное племя » водопад


водопад

Сообщений 1 страница 20 из 69

1

http://s5.uploads.ru/IbdsV.png

водопад
——————————————————————
Тихое журчание воды, заполняющее всю территорию Речного племени, здесь превращается в оглушающий грохот. Вода с огромной скоростью летит с обрыва и, разбиваясь о камни, вливается в широкую реку. Стволы деревьев вокруг вечно сыроваты, зато зелень их напитанных влагой крон поражает воображение.
Здесь не рыбачат, не погружаются в воду для тренировки навыков плавания. Даже самый крупный и матерый кот бессилен перед стихией. Это место - хранилище тайн и отличное укрытие. Хорошенько изучив водопад, предки Речного племени нашли здесь небольшой лаз, сразу за водной стеной. Проникнув в расщелину скалы, можно скрыться от хищников или врагов, даже обладающих чутким слухом.

˟ здесь можно собрать ˟

мать-и-мачеха
водная мята
хвощ
календула
тысячелистник
кровь-ягода

апр[]июл
май[]авг
июн[]авг
июн[]окт
июл[]сен
сен[]фев

ястребинка
лаванда
пижма
ежевика
мяун-трава

апр[]окт
июн[]июл
июн[]сен
июл[]авг
авг[]дек

— зима
— весна
— лето
— осень

0

2

Главная поляна —->

Когда стирается тонкая грань между сном и явью, становится сложно отличить фантазии, бред, игру света и реальность. Все перемешивается, сливается в единую картину и приводит целительницу в ужас и восторг одновременно. Щербатая привыкла доверять своим глазам и более того, выискивать скрытый смысл в тех вещах и мелочах, которых воители племени даже не заметили бы. Кто знает, когда Звездное племя решится послать этой косматой кошке знак, всегда нужно быть начеку.
Но чего она точно не ожидала, так этого того, что звездный предок явится средь бела дня в самое сердце Речного племени. Явится и укажет свою волю, решит внутреннее противоречие еще совсем молодой целительницы. Нужен ли ей ученик? Кто им должен стать? Всего одним словом. Она.
Косматая бело-бурая кошка бросила короткий взгляд на Сивую. Сложно сказать, что о ней думала Щербатая. Она замечала как маленькая старейшина относится к целительству. Как внимательно слушает все что говорит и рассказывает ей Щербатая. И безумно, до щемящей боли в сердце было её жаль. Не должен был путь такой бойкой кошки так рано свернуть в палатку старейшин.
Спокойное течение реки постепенно усиливалось, убыстрялось. Шум усиливался по мере приближения двух кошек к водопаду. Осторожно спустившись вниз, к водоему в который падали огромные, мощные струи воды, Щербатая остановилась. Голова была гордо поднята к небу, а глаза словно вопрошали: "Звезды, вы уверены в своем выборе?" Длинная, нечесанная шерсть целительницы тут же покрылась мелкими каплями водной пыли, став тяжелее. Холод еще едва заметно дал о себе знать, но целительница не хотела искать другого места или идти в пещеру за водопадом. Скользкие камни карниза не были предназначены для лап Сивой.
Шум воды был столь сильным, что различить речь собеседника можно было только стоя рядом с ним. Зато можно было не опасаться того, что кто то подслушает. Да и кому это могло быть нужно?
"Как мне ей сказать? А вдруг она откажется? Путь целителя не из легких, его нужно выбирать сердцем, а не по принуждению и не из за отчаяния."
Щербатая опустил голову и посмотрела в глаза Сивой. Огромные желтые глаза выражали легкую грусть.
- Сивая... - Привычные колкости застряли комом в горле, а хвост слабо шевельнулся.
"Что мне ей сказать? Извини, ты можешь быть воином, потому что Звезды начертали тебе другую дорожку? Или что это утешительное подношение от наших предков? Нет, нет-нет..."

+2

3

----> главная поляна

Почему Щербатая выбрала именно такой путь для странного, совершенно не ко времени путешествия? Вопросов было слишком много, и ни на один из них серая не могла получить ответ раньше, чем они прибудут на место. Уперевшись любопытствующим взглядом в бело-бурую лохматую спину, Сивая не сразу обратила внимание на то, как преобразил сезон Голых Деревьев с его вечными снегами все вокруг. Река замерзала, но все еще шумела местами, и чем ближе кошки оказывались к водопаду, тем громче становился рев воды. Этот водопад был воплощением бурной стихии, с которой не справиться холоду. В ее мыслях он ассоциировался с самим Речным племенем, сильным и неподвластным никому.
От мелкой водяной пыли промокла и начала превращаться в тонкие сосульки шерсть, неприятно покалывая морозом кожу. Серая передернула плечами на ходу, отчего чуть не провалилась в сугроб.
Все же лучше идти по следам Щербатой, так легче.
Она старалась не оступаться и держать темп, к тому же целительница явно замедлилась. Пришли? Старейшина все еще не могла понять, почему кошка отвела ее сюда. Ирония или нет, но совсем рядом кошка и получила свою травму, о чем сейчас, конечно, забыть не в силах. Знала ли Щербатая, и специально ли это сделала?
— Сивая... — ее голос был с трудом различим из-за рева падающей воды, но серая слышала свое имя. Взгляд врачевательницы племени был странным, и по телу серой прошла дрожь, на этот раз вызванная вовсе не холодом.
— Щербатая, — тут же отозвалась кошка, решив идти напролом. Какие бы страшные вести - может, о брате, а может, и о ней самой - ни готовилась сообщить буро-белая, она успеет раньше и выскажет свою просьбу. Ту просьбу, что вынашивает внутри долгие луны, и из-за которой не может решиться жить дальше, как все. — Я хочу стать твоей ученицей.
Она чуть вскинула голову, мол, я все для себя решила. Словно только от ее, Сивой, решения тут что-то зависело. Как ни странно, жаждущая для себя пути целительницы, она почти утратила веру в могущество предков. Сейчас кошка верила в то, что творит свою судьбу сама. Вот и творила.
— Ждать знаков от предков ты можешь еще очень долго, а я что-то да запомнила из твоих дел, и учусь быстро, можешь спросить моего наставника, — зачастила она, словно пытаясь убедить кошку в своей хоть какой-то, но значимости. — Мне надо этим заниматься. Просто... надо.
Выговорившись, она застыла, покрытая мелкими застывшими каплями, с инеем в и без того светлой шерсти, словно истукан. Внутри Сивой все так же окаменело, ожидая ответа. Почему-то она верила, что услышит "да пожалуйста, пошли в палатку и постарайся вытерпеть мой характер", но сомнения все же не давали покоя. Кто знает, как отреагирует Щербатая - ведь для нее знаки от предков наверняка значат куда больше.

+4

4

Дыхание вырывалось небольшими облачками пара. На небе ярко сияли звезды, словно немые наблюдатели, исполнит ли Щербатая их волю. Громкий, размеренный плеск водопада убаюкивал и мешал сосредоточиться на одной единственной мысли - что сказал застывшей рядом кошке? Целительницу охватило волнение, и лапа потянулась привычно почесать за ухом.
— Щербатая, я хочу стать твоей ученицей. - Желтые глаза мгновенно округлились и замерли, разглядывая морду Сивой. Не шутит ли она? Или это такая шутка Звездных предков. Раз ты впервые не знаешь что сказать, пускай скажут за тебя? — Ждать знаков от предков ты можешь еще очень долго, а я что-то да запомнила из твоих дел, и учусь быстро, можешь спросить моего наставника. - Весь вид Сивой говорил о том, как она этого жаждет, да и сама Щербатая замечала её интерес к целительскому ремеслу, то с какой живостью серогривая интересовалась травами, как вызывалась помочь с любым поручением, что косматая иногда даже брала её в помощники для сбора трав. Тихий вздох вырвался из груди целительницы. Кошка молчала, не отвечая сразу на слова молодой старейшины. Отвернувшись от неё, она смотрела на то, как волшебно мерцал снег от света звезд, как холодная и зябкая водная пыль нависала над водопадом.
"Это ведь не значит, что вы меня скоро призовёте, правда?" Что-то кольнуло в груди, но бело-бурая отогнала от себя непрошеные горькие мысли и вновь обернулась к Сивой. Тепло постепенно разливалось по всему существу Щербатой при виде этой покалеченный, но не сдавшейся кошке. "Должно быть тяжелые времена грядут, но с такой помощницей мы не пропадем."
— Мне надо этим заниматься. Просто... надо. - Сивая застыла, сверкая зелеными глазами, а Щербатая подняла морду к небу.
- Сивая, смотри как прекрасны звезды. Они сияют каждую ночь, освещая путь заблудшим душам, и наблюдая за нами, оценивая наши действия  и наше бездействие. - Негромкий голос целительницы перебивал бушующий водопад, но сидящая рядом кошка должна была все расслышать. По крайней мере Щербатая на это надеялась. - Мы хотим равняться на них в мудрости и отваге, отказываясь осознавать, что мы - живые. Сивая, Звезды следят за тобой. - Щербатая опустила голову. В больших желтых глазах целительницы отражалась сама серогривая и мерцающий снег, наделяя старейшину неземным ореолом. - Они не оставили тебя и готовы разделить с тобой свои таинства. Сегодня мне был послан знак о том, кто должен будет стать моим учеником, - Кошка замолчала и чуть наклонила косматую голову к Сивой. - И это ты. Ты станешь следующим целителем, Сивая. - Торжественно произнесла Щербатая и улыбнулась. Так как она умела - немного кривовато, но зато от души.

+4

5

Конечно, Щербатая не ожидала столь резкого поворота событий и столь неожиданного признания в своем единственном желании в жизни. Серая могла понять удивление целительницы и ее растерянность — сейчас она могла понять, кажется, что угодно, кроме отказа. Отказ она бы не поняла и не приняла. Это казалось Сивой чем-то нереальным и совершенно глупым, невозможным в этот момент. Она шкурой чувствовала напряжение, исходящее от нее самой, оно кололо иголочками (или то был холод) и перехватывало дыхание, заставляя теплый воздух вырываться из приоткрытой пасти рваными облачками.
— Сивая, смотри как прекрасны звезды. Они сияют каждую ночь, освещая путь заблудшим душам, и наблюдая за нами, оценивая наши действия  и наше бездействие. — Щербатая задрала голову к небу, и Сивая повторила ее жест прежде, чем задумалась над этим.
Прекрасны, не то слово. Но я не верю больше в их могущество, тех, кто живет среди звезд. Они могут посылать нам какие-либо знаки, но свою судьбу каждый делает сам. Я не буду верить в то, что они своими оценками наших действий могут дать каждому верное будущее. Такое, как дали мне. Или Излому. Пусть себе красиво сияют, мы сможем справиться и своим умом.
— Мы хотим равняться на них в мудрости и отваге, отказываясь осознавать, что мы — живые. Сивая, Звезды следят за тобой.
Она сморгнула водяную пыль, налетевшую в глаза от водопада.
Я никогда не захочу больше равняться на тех, кто пытается управлять нами и навязывать свою волю. Мы должны равняться на свой опыт и опыт живущих с нами. Мертвые забывают, каково это - быть среди живых, и потому делают ошибки. Страшные для нас ошибки.
— Они не оставили тебя и готовы разделить с тобой свои таинства. Сегодня мне был послан знак о том, кто должен будет стать моим учеником, — пока Щербатая говорила, старейшина в неверии воззрилась на нее.
Знак. Знак! Как это было невероятно и смешно - подослать знак, когда она сама решила, что вот-вот поговорит с Щербатой насчет возможного ученичества и попросится к ней в помощники на постоянной основе. Пытаться подгадать под ее мысли, которые им видны, и послать знак - ну не лицемерие ли это? Губы кошки тронула странная кривая улыбка, трактовать которую она и сама, увидь в отражении, не смогла бы.
— И что же они сказали... — негромко мяукнула она, хрипло кашлянув. В горле сухо саднило, словно она не говорила луну и даже больше.
— И это ты. Ты станешь следующим целителем, Сивая. — в голосе целительницы сквозило торжество. Сивая и сама торжествовала. Несмотря на неверие в могущество в предков (впрочем, не отрицающее их существование и возможности), она была рада. Жизнь старейшины больше не была... бесцельной. Пустой и унылой, без каких-либо перспектив.
С того момента, как целительница произнесла эти слова, Сивая обрела цель и перестала быть обузой. Острой иглой сожаление за судьбу Излома кольнуло ее сердце, но она знала, что это не путь для брата. Он не смог бы. А она — может.
— Я знала, что так и должно быть, — с улыбкой и без малейшего хвастовства произнесла зеленоглазая, глядя на Щербатую. С благодарностью и уважением. — Не потому, что я лучшая или еще по какой причине... Просто знала.
И верила в это практически с того момента, как узнала о калечной лапе и перспективах. Это все я сделала сама с помощью своей веры. Веры в СЕБЯ. Не в них, там наверху.
— Нам наверное стоит вернуться? — дернув хвостом в сторону уже присыпаемых снегом следов кошек, спросила она.
Наступила прохладная ночь, и стоило оказаться в пределах теплой палатки уже сегодня. Сивая представила, как сейчас волнуется Излом, не обнаружив ее на моховой подстилке спящей. Ей не терпелось поделиться с братом новостями. И с Ручей. И поскорее перебраться в целительскую, чтобы не отрываться от дела, что должно стать ее жизнью. Но... Всему свое время. Бывшая старейшина, ныне ученица целительницы Речного племени, вопросительно взглянула на свою наставницу.
Идем?

+3

6

Внутри всё замирало, каждый вдох давался с трудом. Сложно было держать себя в лапах, чтобы всю фигуру целительницы не подтрясывало от этого момента. Целители выбирают своих учеников раз в жизни. Крайне редки случаи, когда им приходится делать свой выбор повторно. Пускай целителям открыты таинства звёзд, и предки говорят с ними, жизнь не может быть вечна. Даже самому искусному лекарю в свое время придется уйти на покой. И тогда его место займет ученик, выбранный как Звездами, так и сердцем.
Щербатая тихо вздохнула, совладав с диким биением сердца. "Успокойся. Что ты ведешь себя как котенок, впервые покинувший стены родного лагеря." Глаза сияли торжественностью. Она не спрашивала Сивую о согласии с волей предков, серогривая выразила его раньше, чем косматая успела открыть пасть. Теперь их соединяли узы куда крепче чем "соплеменник-соплеменник" и даже крепче чем "наставник-оруженосец". Вынужденные обходиться без любви и тепла семьи, целители волей-неволей сближались со своими  учениками. Да, они получали уважение и признание в племенах, к ним шли за советом, за лекарством от физических и душевных ран, забывая, что целители не всесильны. А сами лекари могли обратиться и открыться лишь друг к другу.
— Я знала, что так и должно быть, - Сивая улыбалась, без хвастовства в голосе, застенчивости и лукавства. Простая улыбка грела как самое настоящее знойное солнце. Щербатая сама не заметила, как улыбнулась в ответ. — Не потому, что я лучшая или еще по какой причине... Просто знала.
- Возможно ты имеешь особую связь со Звездным племенем, а возможно ты просто очень наблюдательная, - Целительница подмигнула Сивой. - И давно поняла, что я присматриваюсь к тебе так же, как ты присматриваешься ко мне и моему ремеслу.
— Нам наверное стоит вернуться? - Щербатая повернулась к водопаду, вдыхая полной грудью свежий, морозный воздух, что кусал за кончик носа и ледяной волной прокатывался по горлу. Ярко сверкающий снег приковывал к себе внимание, и не хотелось никуда уходить, завороженно наблюдая за этими искрами в воде, небе и на снегу. Но надо. От такого холода не спасет даже пушистая шуба.
- Да, пойдем. - Кивнула целительница, отвечая на полный ожидания взгляд кошки. С сожалением отвернувшись от водопада, бело-бурая направилась в сторону лагеря. - Сивая, ты ведь понимаешь, что ленивые деньки в палатке старейшин у тебя закончились? - Щербатая повернула голову к собеседнице, а в глазах бегали знакомые всем искры смеха. - Отныне ты очень занятая кошка, у которой не может быть времени на глупости. Нужно будет твердо оценивать себя, свои силы и ситуации, с которыми тебе придется сталкиваться, ведь не всегда я буду рядом. Пожалуй это можно назвать первым уроком. Впереди столько всего интересного и сложного, но ты справишься, куда денешься. - Усмешка отразилась на морде у кошки, когда она отворачивалась от ученицы.
- Сейчас надо будет ложиться спать, должно быть оруженосцы уже залатали нам крышу в палатке. У меня осталось еще несколько гнезд для больных, сегодня можно поспать в одном из них, а завтра сделаешь себе нормальную подстилку. Утром я поговорю с Львинозвёздом. А в ночь половины луны ты пройдешь церемонию посвящения, которую проходил каждый целитель. - Сказала Щербатая уже на подходе к лагерю и, не замедляя шага, направлась в свою палатку. Быстрый взгляд не выцепил на главной поляне ни одной фигуры, нуждающийся в целительской помощи.
"Если что, они всегда могут меня разбудить, если понадоблюсь, хвала ежам, сплю я не слишком крепко. Вроде как."

---> палатка целителя —-> главная поляна

+1

7

Щербатая согласилась,им действительно было пора покинуть шумное местечко у водопада и вернуться в лагерь. Интересно, как много соплеменников заметит, что ночует сегодня Сивая не в старейшинской палатке? Первым, конечно, будет ее брат. Излом узнает о новой должности сестры первым, и он будет тем первым, кто порадуется за неё всей душой, она это точно знала. А следующей будет, конечно, Ручей.
Но с ней я поговорю наутро, - подавив зевок, подумала старейшина. На неё волной накатила усталость, словно после того, как они с Щербатой пришли к соглашению и все решили, силы решили покинуть тело серой.
— Сивая, ты ведь понимаешь, что ленивые деньки в палатке старейшин у тебя закончились? — на ходу Щербатая оглянулась на свою будущую ученицу, и та с улыбкой кивнула в ответ.
— Не могу сказать, что я сильно этим огорчена, — с преувеличенно серьёзным видом мяукнула она чуть погодя, хромая следом и пытаясь поспевать за шагом буро-белой.
Целительница продолжила говорить, поучая серую, и та слушала ее внимательно, уверенная в правоте кошки. Да, конечно она справится — иначе и быть не может. Сивая как раз таки привыкла полагаться только на свои силы, так как травма и последующая разработка лапы и тренировки через боль укрепили ее дух и тело. Она была идеальным кандидатом на столь серьезную роль, потому что привыкла к ответственности за себя и других и не боялась (или верила, что не боялась) их.
— Надеюсь, ученики постарались на славу. Не хочется приболеть в целительской палатке в первую же ночь там, — негромко усмехнулась зеленоглазая,  бросая взгляд на наставницу. Они уже почти вернулись и сейчас со стороны лагеря доносился крепкий запах Речного племени. — А ночь половины луны... Я буду ждать ее как никогда.
На мгновение, перед тем как скрыться в лагере, она подняла голову к небу и взглянула на мерцающие звезды. Они выглядели совершенно равнодушными к тому, что происходило внизу, в мире живых. К ним никакой близости серая не ощущала. Возможно, только пока, а может, она всегда будет держать небольшую дистанцию в общении с предками... время покажет, как оно выйдет.

—> целительская —> главная поляна

+1

8

— Тебе придется догнать меня, если хочешь получить еще один поцелуй от меня, маленький домашний котик!  - он пробил ее стену недоверия, сумел выкарабкаться из опасной ситуации и предотвратить множество бед. Форель облегченно выдохнул, мысленно радуясь своей маленькой победе, но тут же его захватили новые эмоции. Трехцветка умела одним лишь взглядом заставлять сердце Форели биться чаще, а мозги отключатся, сознание и разум затуманиваться. Ее пушистый хвост, статная грудка и гибкие движения манили. Звонкий хохот одурманивал и постепенно янтарноглазый избавлялся от напряжения и заговорческих мыслей, поддаваясь природным чувствам.
- Это ты меня назвала домашним котиком?! - наигранно-грозно пробасил Форель, тут же пускаясь в бег, - Каково ж тебе будет рассказать остальным, что ты якшалась с котиком Двуногих? - поддержал веселье звонким голосом Форель.
Он несся за Уклейкой через речной берег. Лапы зарывались в влажный песок, а грязь из-под подушечек летела прямо под пузо. Но могло ли это волновать воителя, который сейчас был озадачен лишь одним - Уклейкой. Головой он понимал, что, возможно, делает это нарочно, специально, чтобы отвести от Уклейки все подозрения. Но нутро не обманешь. Он действительно был влюблен. Да с такой силой, что от охваченных эмоций он все больше терял самообладание и становился похожим на какого-то влюбленного дурачка. Однако, бдительность старался не терять. Уклейке нельзя было знать о его личных делах. Никогда.
Наконец, лапы почувствовали каменистый берег и мраморно-серый оказался возле водопада. Уклейка казалась намного ближе, чем была на самом деле. Форель сделал мощный прыжок вперед и схватился за бедра кошки лапами, валя ее с лап. Шумящий водопад казался прямо над головой, то и дело попадая своими брызгами на пушистые шкуры воителей. Мраморно-серый гулко выдохнул, примечая как устал после столь продолжительной перебежки, а затем, подбираясь прямо к носу Уклейки, задержал дыхание, глядя в ее глаза.
Поочередно глядя то на левый глаз Уклейки, то на правый, Форель чувствовал, как изнутри его обжигают огромные чувства. Его пленили черты кошки, заставляя приближаться к ее морде все ближе, и ближе... и ближе... Пока серый нос Форели не коснулся влажного носа Уклейки. По всему телу пронеслись табуны мурашек, а лапы свело. Кот лежал возле Уклейки, а почва под ним словно бы плавилась.
- Уклейка, - шепотом начал Форель, а потом, не моргая взглянул в глаза кошки, - Я тебя люблю, слышишь, - в горле пересохло, но сами слова Форели дались на удивление легко. Он никогда бы не подумал, что с такой простотой на душе это скажет. Но искренность творила чудеса. И не нужно было думать на несколько шагов вперед, не нужно было думать, что же будет потом. У водопада было "сейчас". Он действительно любил ее, всем сердцем и всей душой. И как же в один момент стало горько, что он не может открыться ей полностью. Что львиная доля останется для Уклейки под огромной толщей мутной воды.
Форель сверлил ее глазами, казалось, дырку в черепе проделает. Мгновения тянулись, словно вязкий мед.
- Кажется, ты мне что-то обещала, рыбка. А, простите, это вы говорили домашнему котику, - хищный взгляд Форели явно намекал. А затем, одурманенный нахлынувшими чувствами, он совершенно внезапно лизнул Уклейку в нос, пододвигаясь все ближе к ней. Дотронувшись носом до уха, кот настойчиво коснулся щекой щеки Уклейки, понимая, что вот-вот начнет терять самообладание.

+4

9

Ветер свистит в ушах, пока трехцветка мчится вперед. Она бежит так быстро, словно от этого зависит ее жизнь. Воительница поворачивает голову, ловя взгляд соплеменника и фыркает от смеха, понимая, что темно-серый уже устал. Уклейка уже открывает рот, чтобы пошутить, что она была права насчет толстого домашнего котика, как Форель одним мощным прыжком настигает её, словно загоняя очередную добычу, хватает и заваливает на землю. Из горла кошки вырывается что-то, похожее на сдавленный хрип, но она поддается, придавленная весом воителя. Мелкие камушки попадают в длинную пушистую шкуру и трехцветка остервенело трясет передней лапой, стараясь от них избавится. Кошка поднимает глаза, щурясь от брызг воды, и вдруг понимает, что выбрала прекрасное место для объяснения своих чувств. Она нечасто здесь бывала: водопад отличался своеобразной атмосферой уединенности и чего-то недосягаемого.
Воительница садится, обвивая хвостом свои лапы и в притворном скромничестве вылизывает грудку, пряча глаза. И как начать такой сложный разговор? Уклейка уже не в первый раз пыталась признаться темно-серому в том, что питает к нему отнюдь не дружеские чувства. Форель устало выдыхает, переводя дух после продолжительной пробежки. Речная старательно прячет усмешку, когда кот приближается к ней, глядя ей в глаза. Интересно, видит ли он, как в её янтарном взгляде пляшут веселые огоньки? Трехцветка наклоняется к его морде, рассматривая свое отражение в его глазах и вдыхает такой дорогой сердцу запах.
А я вижу, что ты устал. Буду устраивать тебе тренировки чаще, домашний котик. — воительница вклинивает в романтическую обстановку свою шутку, однако тут же исправляется, — Всё, я молчу и больше не порчу нашу прогулку.
Воитель тянет её на землю, чтобы лечь, и она не противится, лишь внимательно изучает его взглядом. Форель тянется к ней, касаясь её носа своим, холодным, вызывая у нее улыбку и нежное касание в ответ. Они замирают в нескольких миллиметрах друг от друга и Уклейка нутром чувствует, что вот он, тот самый момент. Однако темно-серый опережает её. Его признание получается серьезным, внешне трехцветка старается сохранить непроницаемый вид, но внутри бушует настоящий ураган из чувств.
И я давно люблю тебя. — торопливо, чуть сбивчиво в волнении произносит воительница, — А ты... давно влюблен в меня?.. — этот вопрос вырывается у нее непроизвольно, почти шепотом. Подумать только, какую ошибку могла бы совершить Уклейка, если бы вовремя не прозрела! Когда-то влюбленная в Крестовника, она совершенно не замечала других котов, да и на Форель обратила внимание лишь на финальном испытании благодаря Сердцедубу, который и поставил их в пару. А так бы до сих пор бегала за трехцветным воином, теша его самолюбие и позволяя собой помыкать. Но Форель был другим. И трехцветка верила, что воитель будет с ней искренним, защищать и оберегать.
Обещала? — фыркает она, горделиво приподнимая голову. — Я что-то не припоминаю, — Уклейка смолкает, бесцеремонно перебитая его выражением чувств, но не возмущается, а с удвоенной нежностью трется щекой о его шею.
Я не могла в тебя не влюбиться: ты большой, сильный, преданный и красивый, — улыбается Форели, склонив голову набок, придавая своему виду своеобразное очарование. Подается вперед, кокетливо касаясь его бока бедром, почти зазывающе. Ей приходится чуть вытянуться, чтобы достать языком до его щек. С трепетом, как в первый раз, Уклейка приглаживает топорщащуюся серую шерсть и бросает на Форель хитрый, горящий взгляд янтарных глаз.
Действуй.

Отредактировано Уклейка (17.09.2019 07:32:24)

+5

10

music

Он уже не чувствовал кончика своего языка. Лапы то и дело подрагивали, то ли от холода, то ли от обжигающего чувства где-то под ребрами. Чувствуя носом приятный запах Уклейки, Форель старался остановить это мгновение. И весь мир поддавался ему. Вся природа словно бы замирала. Пританцовывающие хороводы листьев... он видел каждую каплю воды, отталкивающуюся от водопадного потока... он видел порывы ветра. Он чувствовал её. Она - его мир. Отражение самого себя. Но лишь той, самой благородной, самой светлой части. И Уклейка влекла его, туманила сознание громкими фразами, залезала под самые кишки, не стесняясь в выражениях. А Форель "пил" ушами ее речь, захлебываясь от нахлынувших эмоций.
— А ты... давно влюблен в меня?..
- Дольше, чем ты думаешь, - глотая звуки, прошептал Форель, медленно касаясь лапой до лапы Уклейки. С каждым новым словом он проваливался в бездну, открываясь с совершенно новой для себя и Уклейки стороны. Все посторонние мысли отошли на второй план. И Форель не сопротивлялся этому чувству. Наоборот - с неприкрытым удовольствием наслаждался моментом.
Уклейка управляла им. Сама это знала и абсолютно нагло пользовалась. А темно-серый воин следовал, как оглушенная глупая рыбка заплывая прямо в щучью пасть. Но он был готов всеми Звездными предками поклясться, что эти чувства - лучшее, что он мог испытать в своей жизни. Это первая влюбленность, которую по ошибке выдаешь за самую крепкую, самую сильную любовь в своей жизни. И Форель действительно так думал.
— Я не могла в тебя не влюбиться: ты большой, сильный, преданный и красивый, - "Да-да-да, я такой. Я преданный, сильный," - мысли шестилунного котенка - настолько Форель начинал выпадать из реальности.
И когда она коснулась своим языком до его щеки, Форель блаженно прикрыл янтарные глаза. Открыв веки, он одурманенным взглядом окинул все тело Уклейки и сам не понял, в какой момент потерял контроль над своими действиями.
- Буду твоей опорой и стеной, - касаясь пестрых лопаток грудью, Форель прижимается к кошке всем телом и чувствует, как табуны мурашек проносятся от ушей до хвоста, - ты только доверяй мне, - во рту пересохло и последнюю фразу воитель сказал с легкой хрипотцой.
Такой робкий, осторожный и заботливый, Форель боялся оступиться и показаться для Уклейки слабаком. Сбивчиво дыша, кот то и дело следил за мордой Уклейки, страшась причинить ей вред. Шум водопада оглушал, но даже среди этого шума он отчетливо слышал дыхание трехцветной возлюбленной. Форель потерял счет времени, наслаждаясь моментом. Ему казалось, что он подцепил самый настоящий Кашель - так сильно горело его тело и бросало в дрожь.
Он был уверен - этот день он запомнит навсегда. Был уверен, что Уклейка - лучшее, что могла придумать природа. Был уверен, что все делает правильно. Но не был уверен лишь в одном...
"Что дальше?"
В определенный момент волна эйфории полностью отключает разум Форели и он в крепких объятиях прижимается к Уклейке. Изо рта вырывается что-то похожее на мурчание смешанное с рыком и темно-серый чувствует, как постепенно расслабляются все мышцы.
"Плевать."
Чуть отстраняясь от трехцветной, кот ложится возле ее бока. Молча вылизывает ее мордочку, влюбленным взглядом не отрываясь от ее янтарных глаз.

Отредактировано Форель (25.09.2019 22:41:21)

+5

11

Дольше, чем ты думаешь, — Уклейке нравится, с каким трепетом Форель произносит эти слова, будто это сейчас важно. Какая разница, кто в кого сколько времени влюблен? Главное, что чувства накалены до предела здесь и сейчас. С немым намеком, прощупывая почву, он касается своей лапой до её собственной, но воительница уже давно всё решила для себя.
Мы оба понимаем, к чему клонится разговор, — шепчет трехцветка, в сомнении пожимает плечами, будучи не совсем уверенной в том, что воитель её правильно поймет, —  Пути обратно не будет, Форель.
Готов ли ты к разительным переменам? Сможем ли мы стать семьей?
И когда только они успели так быстро повзрослеть? Стоит лишь прикрыть глаза, как бесконечной чередой несутся, словно бурный речной поток, воспоминания. Общие. Вот их первое столкновение, когда они впервые удостаивают друг друга вниманием — воительнице кажется, будто бы это было только вчера. Детский флирт, еще неоформленные мысли. Они много чего взяли друг у друга.
Из водоворота ностальгии её вырывает резко ударивший в нос запах темно-серого кота, что могло означать лишь его приближение. Хитро прищурившись, трехцветка окидывает его оценивающим взглядом, замечая в глубине помутневших янтарных глаз желание. Таким она видела Форель лишь единожды.
Слышал что-нибудь о личном пространстве? — пoлyшyтя-пoлycepьёзнo вырывается у речной, а затем всё происходит так быстро, что Уклейка не успевает понять, как оказывается лежащей, прижатой телом Форели к земле. В воздухе застывают мысли и слова, слышны лишь шум водопада и сбивчивое дыхание влюбленных. 
Буду твоей опорой и стеной, ты только доверяй мне, — такие красивые слова не должны оставаться без внимания, но Уклейке не хочется отвечать. Всё как нельзя прозрачно. Оказалась бы она здесь, если бы не доверяла Форели?
Глупыш.
Трехцветка сдавленно выдыхает, что затруднительно, воитель держит её тело в стальной хватке, не давая права на капитуляцию. Его порывистые прикосновения к пестрой спине на мгновение отрезвляют, вырывая замутненный разум из пелены животной потребности. В это момент Уклейка любит его так сильно, как не любила его никакая другая соплеменница. Плевать на других, ведь в итоге он поддался только её красоте. Кошку не волновали возможные последствия. Форель давно сломал её, превратившись в слабое место воительницы. Но ему кошка была готова поддаваться, была готова слушать его и идти до конца. 
Волна удовольствия и усталости захлестывает влюбленных с головой, и Уклейка обмякает в лапах воителя, чувствуя затылком его теплое шумное дыхание. Она изворачивается всем телом, чтобы увидеть Форель и расплывается в хитрой ухмылке, разглядев блеснувшую негу на дне медовых глаз и выражение полной расслабленности на морде. Он столь же растрепан и помят, сколь она, но это не лишает Форель природного очарования.
Что дальше, Форель? — Уклейка поддается его ласке, утробно урча, — Мы теперь самая настоящая пара? Что же скажет Черника? И Крестовник?

Отредактировано Уклейка (29.09.2019 13:09:56)

+5

12

Она была так близка. Намного ближе, чем мог себе когда-нибудь представить Форель. Он чувствовал ее тепло, мягкую, очень пушистую шерстку и зарывался в ней своим темным носом, нежно прикусывая между лопаток. Чувства захлестывали воителя и подбрасывали на небеса. Он чувствовал себя настоящим, единым целым с Уклейкой. По телу пронеслись стада мурашек и речной воин ощутил, как "падает" на землю. Напряжение сменилось слабостью и Форель туманным взглядом провелся от одного конца горизонта к другому. Замер на мгновение и тут же наклонился к Уклейке. Заботливо лизнув ее промеж ушей, он завалился около ее бока, пытаясь привести в норму бешено стучащее по ребрам сердце и восстановить дыхание. Уклейка была прекрасна, даже несмотря на взъерошенный вид. И Форель был счастлив осознавать, что это все не сон, а настоящая действительность. В такие моменты хочется горячо благодарить судьбу, что это произошло именно с ним, что в тяжелой жизни воителей имеет место быть чему-то хорошему, светлому. Наконец, можно по-настоящему понять, что путь воителей не только в бесконечных драках и бойнях. Вот она - жизнь. Лежит прямо возле морды Форели, ласково улыбаясь.
— Что дальше, Форель? - а кот словно бы и не слышал ее. Перевернувшись на спину, Форель внимательно разглядывал ползущие по небу мелкие облака, — Мы теперь самая настоящая пара? Что же скажет Черника? И Крестовник?
А ему просто хотелось молча лежать и наслаждаться моментом. Темно-медный взгляд коснулся черт трехцветки и Форель медленно приложил лапу ко рту Уклейки.
- Насладись моментом, - Форель убирает лапу и приподнимается, чтобы потереться лбом о подбородок Уклейки. Вот он, пойман в ее сети, как маленькая плещущаяся рыбка, беспомощно лебезящая сквозь паутину веревок, - Плевать на них всех. Зачем тебе чье-то одобрение или сопротивление? У меня есть ты, у тебя есть я. Что нам еще надо?
"Что дальше."
Воин был уверен - а ничего не изменится. Их отношения станут только крепче, он заручится безоговорочным доверием со стороны Уклейки, обеспечит ей безопасность. Все. Жизнь-то прекрасна!
Форель чувствовал, как прохладные капли водопада падают на его всклоченную шерсть, приятно охлаждая разгоряченное тело. Хотелось бы уснуть прямо здесь, столь сильно накатила усталость. Однако, их могли бы спохватиться в лагере, а значит придется собрать всю волю в лапы и отправиться обратно.
Темно-мраморный нехотя перевернулся набок.
- Домой?

+5

13

Уклейка была как никогда рада тому, что их отношения наконец переросли во что-то большее, чем флирт и бесчисленные намеки с обеих сторон. Во всяком случае, так говорил Форель, и трехцветка ему верила. Но события развивались так быстро, что голова речной трещала по швам от обилия мыслей. Что бы не говорил темно-серый о том, что нужно не обращать внимание на Чернику и Крестовника, Уклейка была уверена, что издевок не избежать. Возможно, трехцветный нахал даже перестанет с ней общаться. А есть ли воительнице какое-то дело до него?
Она переводит взгляд на довольную и расслабленную морду Форели и не сомневается в правильности своего выбора. Кошка зевает, ощущая, как лапы саднят от усталости. Кто же знал, что это так утомительно? Воитель тоже не отличался бодростью, настолько медленно и нерасторопно было каждое его движение. Он нежно трется лбом о ее подбородок, но прикосновение выходит щекотным, так что трехцветка прыскает, стараясь замаскировать смешок под внезапно появившийся кашель.
У меня есть ты, у тебя есть я. — в ответ Уклейка глядит на Форель сквозь хитрый прищур глаз и согласно кивает головой, забавно потряхивая кисточками на ушах. Юркой рыбкой выворачивается из объятий крупных серых лап, потягиваясь и играя мышцами на спине.
Ты только не думай, что я устраиваю представление для тебя,о, лучше не верь мне,просто мышцы затекли от долгого лежания. — не слишком уверенно закончила воительница.
На самом деле меня беспокоят навалившиеся на меня обстоятельства: ученица, к которой сложно найти подход, порой мне кажется, что у нее вместо языка терновый куст, а тут еще и ты, Форель, со своей нахлынувшей любовью. — шутливо бросила Уклейка, возвышаясь над темно-серым, — А помнишь, как здорово я приложила тебя головой об лед на финальном испытании? Это был час славы, посланный мне Звездными предками! — с нескрываемым пафосом произнесла трехцветка, закинув передние лапы на воителя и гордо задрав подбородок. Уж Форели с ученичества было известно, как кошка любит хвастаться своими успехами. Но воительница была уверена, что кот поймет её правильно.
Домой? — звучит это страшное слово, вырывая влюбленную из пелены мечтаний. Ей хотелось чего угодно, но не идти домой, чтобы снова погрузиться в рутину воителя. Но обязанности никто не отменит, и трехцветная была рада, что теперь темно-серый разделит с ней скучные серые будни, и тогда они точно перестанут быть серыми.
Домой. — и с чувством безграничной любви переплетает его хвост со своим.
Любовь окрыляла.
> главная поляна, закрыла разрыв

Отредактировано Уклейка (14.10.2019 11:18:25)

+3

14

--> главная поляна
[indent] Он шел быстро переставляя лапы даже не удосуживаясь оглянуться или сбавить темп, чтобы Ручей поспевала за ним. Она придет, он знал. А если нет - она будет полной дурой. Желудь хмурился, широко раздувал ноздри, его поступь была тяжелой и решительной. Он слишком часто сюсюкался с ней, пора было брать кота за яйца, а точнее Ручей за... за что там обычно берут кошек. Методы были действенные, работали безотказно. Нет, он конечно не собирался делать с ней чего-то, о чем не принято говорить вслух, просто стало быть, по-другому она всерьез его и не воспримет.
[indent] Приближающийся гул воды с потрохами выдавал место, куда они шли. Водопад. Здесь не было дичи, не водилось рыбы, да и душевных разговоров не вышло бы, все заглушал невероятный шум. Желудя это место успокаивало. Позже. А сперва...
[indent] Он решительным шагом вышел на небольшую поляну, холодная вода сразу обрызгала серебристую шкуру, он повернулся к водопаду и разразился долгим, душераздирающим, громким воем, который с легкостью тонул в грохоте падающей воды. Другие не услышат, в этом вся прелесть. Он кричал долго, протяжно, будто стараясь избавиться от всей боли что скопилась внутри, выжать себя до предела. В конце дыхание сперло и он замолчал, пытаясь отдышаться. Речной обернулся, крикнув:
[indent] - Теперь ты.

+1

15

лагерь ---->

Ручей следовала слепо и почти бездумно, изредка поднимая голову на наступающий шум. Глухой, рокочущий водопад - а сомнений, что это был именно, уже не оставалось - да, стоило пройти еще немного, и за кромкой снежного леса покажется он.
Такой, что захватывало дух.
Такой, что его блики на солнце своей красотой и жизнью напоминали, что Буран, которого она могла бы лунами ждать, сохраняя надежду на возвращение, теперь безоговорочно, стопроцентно мертв.
Эта мысль просто убивала, врезалась в самые жилы, возвращая на землю

Под землю.

Желудь остановился, Ручей - следом. Кошка смотрела на него почти равнодушно, успев подумать о том, то они недалеко от лагеря, и это было чудесно. Хотелось вернуться туда, и если караулить над могилой больше будет нельзя, то хотя бы - решать дела племени.
Собственно, теперь, когда котята выросли, а любимый - мертв, это ее единственная забота.
Воздух прорезал крик. Животный, густой, басовитый голос Желудя, который выл, зажмурившись от напряжения в глотке. Ручей отрезвела, концентрируя внимание на нем, и когда самец взглянул на нее, отвела уши назад. Чего он хочет?
- Теперь ты.
Ручей отступила назад, скосив глаза на ущелье, куда впадал водопад.
Надо было прокричаться.
Как тогда, на заводи. Чтобы вернуться в племя, и жить дальше, и быть хорошим глашатаем в эти непростые времена. Сделав шаг-другой, глашатая остановилась лапами на самой кромке, так аккуратно, что несколько камешков скатились вниз. Набрав воздуха в легкие, серая сорвалась на какой-то рваный, беспомощный всхлип, а потом заревела в голос, закричала, пригибаясь к земле.
Кричала до хрипа, до холода в пустых легких, и когда сил не осталось, она, сгорбившись, приникла к земле, заревев тихо и беспомощно, почти касаясь лбом земли.

+1

16

[indent] Она кричала не так, как он. Но кричала. И от ее крика, едва уловимого за шумом воды, холодело все внутри. Желудь внимательно смотрел на глашатаю, она сгибалась так, будто ее тело ломается, будто пронзает тысяча когтей, а когда она затихла, припав к земле, воин подошел ближе, опустился на холодную землю рядом с ней. Он положил лапу ей на плечо, позволяя чтобы кошка уткнулась в его шерсть.
[indent] - Можешь говорить все что хочешь, водопад все унесет за собой.
[indent] Он просто был рядом, просто позволял ей быть кошкой, обычной слабой кошкой которой просто хочется спокойствия и счастья. В его действиях не было обычного флирта, он искренне хотел поддержать соплеменницу. Слишком много всего на нее свалилось. Будь сильной, ты справишься... настолько избитые фразы, их кажется говорил каждый в племени, да что там, и сам Желудь не был исключением. Да только не была Ручей такой же как все. Она была похожа на него. Может и от боли ей следует избавляться также? Воин был бы благодарен, если б рядом также с ним был тот, кому можно открыть душу, кто выслушает и не осудит. Или та...
[indent] Но он был одинок. И если не ради себя, то ради племени он обязан был привести кошку в чувства. Он положил подбородок на ее макушку. Не говорил ни слова. И надеялся, что она не отстранится. Ей нельзя быть одной. Просто нельзя. Он стерпел бы даже если бы глашатая начала быть его когтями по морде и обзывать самыми последними словами. Стерпел бы. Потому что так было нужно. Потому что это и есть истинная любовь, когда другого ставишь превыше себя. Когда готов забыть о собственной гордости. Больная любовь. Скорее всего да. И она знала, что он все выдержит. Все, ради нее.

+1

17

Унесёт, говорит. Что он там унесёт?
- Да нечего! - ревела она зверем, хрипя до скрипа в горле.
- От меня ничего не оста-а-а-алось, Желудь, ни-че-го! - никогда еще и никто прежде не видел глашатаю Речного племени такой. Она выла, жмурилась, скалилась, покачиваясь чуть вперед и чуть назад. Обернув себя хвостом, кошка словно пыталась удержать внутри хоть кусочек жизни.
- Так нельзя! Я всегда... я всегда была за племя, за всё, что отличает котов-воителей от плешивых бродяг, я делала всё, что мне говорили. Я была хорошей, я поступала хорошо, я слушалась законов и наставлений Звездного племени...
... А ЗАЧЕМ?!

Ручей кричала, чувствуя, как внутри всё заканчивается.
- Ты не представляешь... я помню до сих пор, когти помнят, когда в прошлые Голые Деревья, земля была... такой мерзлой, - спустя какое-то время затихла воительница, стеклянным взглядом пронизывая пенную воду.
- Я копала ему могилу, - по слову выговорила она, бесцветно, чуть приподняв брови.
- Они поймут... все поймут, почему сейчас не смогла... когтями помню, Желудь, - забываясь, серенькая прикрыла глаза, чуть раскачиваясь.
- Твое счастье, что ты один. Кажется, теперь я тебя понимаю, - проговорила воительница, и неизвестно, как много времени прошло. Ручей судорожно выдохнула, собираясь с силами и медленно поднимаясь, чувствуя боком пригревшего её Желудя. Впервые она посмотрела на кота с благодарностью, словно принимая неизбежное.

+3

18

[indent] Ей нужно было выговорится. Нужно было, чтобы ее просто выслушали, без лишних вопросов и утешений. Выплескивать своё горе было тяжело, но как же действенно. Жёлудь сидел плотно прижавшись к Ручей, аккуратно, успокаивающе поглаживая ее хвостом по спине. Она вся съёжилась, казалось что она хочет стать ещё меньше и потом вовсе исчезнуть. Взгляд желто-зелёных глаз был устремлён на водопад.
[indent] Ручей затихла. Счастье? Он глубоко вздохнул. Одиночество делает тебя сильнее, но как же тяжело жить вот так, без надёжного плеча рядом. Знать, что не кому доверить секрет, не с кем поделиться болью или радостью. Разве что с этим водопадом. Пожалуй, он был единственным другом Жёлудя, видя всех его внутренних демонов. Кошка встала, но не отшатнулась или вежливо отодвинулась как это было раньше. И посмотрела на него. Так, как никогда не смотрела. И, казалось, внутри все расцвело. Он наконец сделал верный шаг на пути к, хотя бы расположению Ручей. Чтобы она не раздражалась от одного присутствия самца.
[indent] Жёлудь поднялся на лапы. Ему потребовалось несколько секунд для принятия этого решения. Он поманил хвостом глашатаю и двинулся вниз, к самой кромке воды. Спустившись, воитель обернулся, чуть помедлил поджидая Ручей, и двинулся дальше, к самой стене воды. Аккуратно завернув, он нырнул в узкий лаз, который, если пролезть чуть подальше, расширялся и превращался в небольшую пещерку, едва освещенную. У стены стоял валун, большой, с причудливым рисунком и мерцающий как рыбья чешуя.
[indent] - Ты вряд ли слышала эту легенду, - отстранённо начал он, - О ней мало кто знает, ведь ее не принято рассказывать котятам. Когда-то, очень много лун назад, задолго до твоего или моего рождения, беременная воительница по имени Чешуя ходила на охоту. Да только не повезло ей наткнуться на барсучиху, что забрела на территорию Реки. Осознавая, что не в силах победить врага, Чешуя пустилась в бега. Но удача была не на ее стороне, или стресс так сработал, что начались схватки. Она добежала до водопада и скрылась в этой самой пещере. И окотилась. Лёжа у камня, она представляла что предки слышат ее и молила их. Молила лишь об одном, чтобы ее дети выжили. Вероятно, роды прошли не слишком удачно, или же она была слишком измотана, чтобы выбраться отсюда самостоятельно. Жизнь покинула ее. Ее тело нашли через несколько дней. Но каким-то чудесным образом, котята были живы и здоровы, спали у уже успевшего окоченеть, тела. С тех пор, все отчаявшиеся приходят сюда, прикладывают нос к камню и просят то, чего хотят больше всего на свете, - он замолчал, переводя взгляд с камня на Ручей, - Я узнал эту историю от друга. Сейчас он охотится в звездных угодьях.

+2

19

Серая кошка поежилась и отстранилась от соплеменника, чувствуя под шерстью ощущение неправильности происходящего. Она не хотела подавать Желудю ни ложные надежды, ни давать какие-то обещания, ни-че-го.
В данный момент Ручей ощущала одну только пустоту, и немногим ранее ей было бы, возможно, жаль полосатого самца, но сейчас - откровенно - ей было жаль себя.
Серая понимала, что ни один, даже самый ужасный, кот на свете не заслуживает таких испытаний. Покорно поднимаясь, речная кошка пошла следом за Желудем, на мгновение просыпаясь от тяжелого, пробуждающего потока воды, мазнувшего по спине. Вскинув голову, она отряхнулась, чувствуя необычайную резкость каждого нервного окончания, и прошла чуть дальше, в полумрак... пещеры?
Остановившись, Ручей вскинула голову, с сомнением вскидывая бровь. Она стояла на фоне водяной стены, за ней - смутный, неясный солнечный свет, и повсюду брызги.
Ручей хотела было уже возмутиться. Неужели он не понимает, что сейчас - да и когда бы то ни было! - глашатой Речного племени не до романтики, уюта и уединения.
Раскрыла было уже рот, чтобы разразиться, да Желудь её перебил.
Поджав уши, она слушала серебристого соплеменника, не отвлекаясь на тяжкий гул падающей воды.
- С тех пор, все отчаявшиеся приходят сюда, прикладывают нос к камню и просят то, чего хотят больше всего на свете, - закончил речной кот, поднимая глаза на Ручей. Внутри у серой все перевернулось, она сморщила переносицу, уставившись на красивый, необычный... и оставившей её равнодушной камень.
- Мне ничего уже не нужно, Желудь, - глухо, едва различимо среди шума водопада, отозвалась Ручей, поднимая синие глаза на соплеменника. Она силилась, и, грустно улыбнувшись, кошка качнула хвостом, мол, идем домой.
Что ей могло быть нужно?
Двое возлюбленных в могиле.
Котята выросли, и их счастье зависит целиком и полностью от действий Ручей, в том числе в надвигающейся войне и холодах.
А племя... племя они вытянут.

----> лагерь

+1

20

спустя около недели с битвы
[indent] Желудь шел грузной походкой тяжело переставляя лапы. Раны все еще ныли, пусть и доставляли в разы меньше беспокойства. Он обернулся на Ручей, обида на глашатаю все еще сидела где-то сильно глубоко в душе, да только он не показывал этого, вернув своей морде привычное, серьезно-насмешливое выражение.
[indent] Он вызвал серенькую на разговор не ради привычного флирта или чтобы просто побыть с ней наедине, как делал обычно. Дело действительно было серьезное, да и откровенно сейчас было не до того, чтобы заглядывать голубоглазке под хвост. Они двигались туда, где их разговор не коснется лишних ушей и где их вряд ли смогут выследить.
[indent] Резко остановившись, когда лапы почувствовали холод мокрого камня, воитель обернулся на глашатаю. Он понимал, что он делал сейчас. Можно ли назвать это предательством Созвездия? Ручей была глашатай, а значит имела такое же право на эту информацию, как и вожачка. И доверия сейчас к серенькой было куда больше.
[indent] - В день битвы, мы ходили на охоту с Черникой, - он хлестнул себя хвостом, - У мостика Двуногих, нам повстречался чужак. Одиночка, как я подумал. Ходил, вынюхивал что-то, - сплюнул, - Мы его не драли, подумали, что ни к чему еще больше врагов, да и он не был настроен враждебно. Представился странным именем. Мох, Растущий у Воды, кажись. Говорит в горах живет, в клане. Мол территории исследовал, которые к горам прилегают. Сразу распрощался, заизвинялся, что зашел на наши земли, мол не знал, что тут еще кто живет. Вот.
[indent] Он поднял тяжелый взгляд на Ручей. Ей решать, что делать с этой информацией, его же задача лишь доложить. Плевать кому, серенькая все сделает правильно, ибо пока еще совсем уж критичных ошибок, подрывающих доверие кот за ней не заметил. Он шумно втянул ноздрями морозный воздух, почувствовав наконец расслабление, когда брызги от водопада окропили его шерсть.

Отредактировано Желудь (20.01.2020 21:50:05)

+2


Вы здесь » cw. последнее пристанище » речное племя » водопад