У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
Любимые игроки!

Еще один год прошел. Нет, представьте только: Последнему Пристанищу, ставшему домом для всех нас, уже целых два года!
Два ярких года, полных историй, сюжетов, личных и глобальных линий, новых персонажей и захватывающих отыгрышей.
Мы любим вас, ребят!
И мы искренне хотели порадовать вас. Просим любить и жаловать: новый дизайн всея ПП. На сей раз мы решили более четко отслеживать племенную тематику, и в этом сезоне именно племя Теней удостоилось чести сиять на ваших экранах.
Кто станет следующим племенем? Зависит от вашего актива! Дерзайте, ребят!
И спасибо вам. От души, от амс, от каждого лично и всех нас в целом. Это непередаваемо круто: знать, что по ту сторону экрана тебя ждут. В обличии кота-воителя или человека в реальной жизни - не важно.

Любим вас.

Спасибо, что вы есть! С днем рождения, Последнее Пристанище!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » игровой архив » more than you know


more than you know

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

more than you know

http://s8.uploads.ru/nIl5H.png
лагерь реки & конец юных листьев/начало зеленых————————————————————————————————Тёплый, но не жаркий солнечный день. Череп стоит в дозоре, охраняя лагерь. А для Тростиночки наступила замечательная возможность порезвиться в траве и получше узнать мир.

0

2

Как же всё-таки хорошо появиться на свет в сезон Юных Листьев! Уже миновала суровая и губительная для малышей стужа Голых Деревьев, оставив после себя лишь редкие прохладные порывы шального ветерка, день ото дня прогревающегося под лучами молодого, набирающегося сил солнышка. Закончилась пора голода и редкой дичи, мышки и птички стали постепенно выбираться из норок, наполняя, казалось бы, вымерший лес привычными песнями и шорохами. Освободилась от своего ледяного плена речка, изо всех сил утаскивая застоявшиеся льдинки прочь бурным, веселым течением, подмигивая солнцу слепящими бликами. Всё вокруг оживало, просыпалось от долгого сна, зацветало и постепенно зеленело, и такой праздник жизни - самое оно для рождения новых существ, готовых изучать новый для них мир, любопытствовать, исследовать, постигать и познавать.

Собственно, во всём этом Тростиночка была неподражаемой мастерицей. Едва открыв глазки, она уже стала крутить повсюду головой, грозясь вывернуть шею, лишь бы поскорее охватить всё взором. Чуткие ушки улавливали каждый звук и неизменно сыпали вопросами, тысячами их. Любопытство - не порок, и бедной Ручей приходилось до сухости в пасти рассказывать чересчур заинтересованной в жизни дочери, что к чему. Но самое веселое было впереди. Самое веселое началось тогда, когда котята начали аккуратно перебирать лапками, постигая азы хождения, которое оказалось намного-намного лучше, быстрее и забавнее простого ползания. И как только Тростиночка поднялась на свои лапки и более-менее уяснила себе, как ими можно орудовать, они тут же понесли её на все четыре стороны с такой скоростью, что для такой крохи даже казалась чрезмерной. С тех пор котёнок почти не сидела на месте, прерывая свои походы лишь на еду и краткий сон.

Собственно, и сейчас она была занята примерно тем же. Если остальных сытный обед под теплым солнышком достаточно быстро сморил и отправил в страну грёз, то нашей малышке необычное угощение в виде тщательно пережёванного матерью мяса только придало еще больше сил. Поэтому, дождавшись, пока братья и сестры засопят вокруг мамы, Тростиночка тихонечко выскользнула из детской, все еще немного неуверенно шагая на своих коротких пухленьких лапках. Благодаря пушистой шерстке, доставшейся от отца Бурана, ей не было холодно, а припекающее солнышко только радовало этот милый комок любопытства и задора. Оглядев главную поляну лагеря (почти пустую, ведь большинство котов разошлись по охотничьим или приграничным патрулям), она нетвёрдой, но уверенной поступью направилась к небольшому темно-коричневому початку рогоза, оставленному неподалеку от кучи с добычей. Буран сказал, что это один из первых, так как рогоз обычно начинает цвести позднее, но дочь не слишком-то поняла, а потому почти сразу позабыла объяснения отца. Сейчас ей было важно лишь то, что эта штучка - отличная игрушка, очень похожая на мышку.

- Я тебя помаю! - пискнула Тростиночка, в упор глядя на лежащую в паре прыжков от себя добычу. - Белегись!

И, сопровождая свою атаку веселым визгом (который ей, конечно же, казался грозным боевым рыком), котенок кинулась вперед. Запнулась в своих же лапках, пока бежала, плюхнулась рядом с рогозом, но-таки схватила его всеми четырьмя лапами, прижала к себе и покатилась прямо в кучу с добычей, остановившись лишь при столкновении с особо упитанным голубем, коим с утра хвастался один из старших охотников.

+3

3

День оказался солнечный, и ничего хорошего это не предвещало. Ещё вечером, слушая указание заступить в следующий дневной дозор, Череп мечтал о хорошем таком проливном дожде на весь день. Ему промокнуть не проблема, а вот любителей молоть языками на лагерной поляне будет поменьше. Череп жуть как не любил лишнего шума, слишком привык к рыбалке, которая требует тишины и полной концентрации. А какая может быть концентрация, когда кто-то норовит толкнуть тебя в бок или рассказать бесполезную байку о грозовом коте, упавшем в лужу во время Совета? Так что, когда луч света коснулся лба дремлющего Черепа, он преисполнился дурного предчувствия. "Фу, солнце", - угрюмо подумал воин, щуря льдистые глаза. Он, впрочем, тут же поднялся, привёл себя в порядок и заступил в дозор, как того требовал приказ. Едва ли не каждый из уходящих патрульных счёл своим долгом спросить у Черепа, как ему погодка, а он лишь провожал их холодным взглядом. Дальше, впрочем, было хуже. На поляну высыпали котята. Они верещали и дрались друг с дружкой, и матери не могли утихомирить их. Череп вставил к слову, что своим визгом юнцы привлекут в лагерь барсука, но они стали орать только громче, надеясь, что барсук действительно придёт. Прокляв свои никудышные навыки общения с котятами, Череп сомкнул челюсти и стоял каменным монументом, стараясь вслушиваться лишь в звуки, доносящиеся из-за лагерной стены. Ветерок остужал лагерь, но солнце припекало макушку Черепа. Вскоре его голова, нагретая солнцем и оглушенная криками будущих воинов, колко молила о пощаде. Он задумчиво всматривался в облака и тростниковые заросли, пытаясь понять, в какой момент потерял ту нить, которая связывала его с соплеменниками. Которая должна была заставить его любить визжащих котят и быть снисходительным к приставучим знакомым. А была ли эта нить вообще? Порой Черепу казалось, что он родился уже таким, какой есть сейчас. Он не мог представить себя глупышом, гоняющимся за бабочкой. Череп помнил себя спокойным котёнком, настолько спокойным, что королевы оставляли под его надзором других котят. Теперь, по прошествии лун, это казалось ему неправдоподобным. Он столько котят повидал, и все они раздражали его, как один. Вряд ли сам он был лучше них. Вряд ли.
Прошло время, и котята вымотались. У них не осталось сил орать и гонять друг друга по траве, они улеглись спать, и для Черепа наступил покой. Наставники с оруженосцами ушли на тренировки, патрульные отправились на охоту и в пограничный дозор. Не будь у Черепа задания, никто не увидел бы его в лагере до вечера. Ему нравилось проводить своё время у реки, а не рядом с соплеменниками.
Шум волн и ветра успокоил его голову. По плечу поползла маленькая божья коровка. Лапы едва не вросли в мягкую, прохладную землю. Череп наслаждался тихим голосом природы. Наслаждался, правда, недолго.
Котёнка, выскочившего из палатки, он скорее почуял, чем увидел. Спутать запах Ручей с чьим-то другим он бы не смог. Его зубы заскрежетали сами собой, против воли. Череп отрицал существование этих котят, как когда-то давно отрицал существование котят Бурозвёзда. Но Бурозвёзд знал Черепа. Он заставил его привыкнуть к своим котятам. Черепу пришлось терпеть, когда крошечные Дымуша и Ручеёк таскали его за хвост. Когда они пищали ему в уши и просили рассказать ещё одну страшную историю. Череп не чувствовал к ним нежности, но ему приходилось быть к ним лояльным. В них текла кровь Бурозвёзда, а этот кот в те времена был единственным, к кому Череп испытывал какую-никакую, а привязанность. И пусть с рождением Дымуши и Ручеёк они с Бурозвёздом перестали вместе охотиться на щуку, мрачный воин хранил преданность своему наставнику до самой его смерти.
С Ручей получилось примерно также. Она едва ли не силой заслужила признание Черепа, и он подпустил её к себе ближе, чем хотел. Вот только расстаться с ней оказалось даже сложнее, чем с Бурозвёздом. Старые раны вскрылись и не захотели зарастать. Череп решил, что больше не будет с ней связываться. С её котятами и семьёй. Он не понимал, почему ему вообще есть дело до того, как она живёт, но не мог избавиться от мысли, что больше не примет её и не станет терпеть рядом с собой.
Котёнок, выбежавший на поляну, пронзительно запищал, и Череп невольно бросил на него взгляд. Да, маленькая пушистая кошечка. Всё племя, должно быть, в восторге от её ясных глаз и неуклюжих крохотных лапок. Он отвернулся и упёр взгляд в заросли тростника. Пусть носится, если хочет. Ему-то какое дело? Не хочет спать, да и ладно, он на дозоре стоит, а не нянькой котятам.
Новый залп визга заставил Черепа раздраженно прижать уши и немного изменить своё мнение.
- Давай там потише, а, - буркнул он в сторону кошечки, не шибко надеясь на то, что его слова возымеют действие на неокрепший ум.
- Если нечем заняться, залатай прорехи в палатках или попроси взрослых научить тебя охотиться на барсука, - Череп слабо представлял себе идеальный досуг для котёнка, он вообще не привык возиться с малышами. Однажды крохотная Дымуша спросила у него, можно ли ей пойти захватить грозовой лагерь, и Череп ответил "ладно, иди, я тебя подожду".
Он надеялся, что этот маленький котёнок Ручей после его слов пойдёт в какую-нибудь из палаток, не важно, пусть хоть в предводительскую, ляжет там и уснёт как все нормальные котята, не донимающие дозорного своим визгом и не мешающие ему охранять лагерь.

Отредактировано Череп (13.04.2019 04:54:30)

+3

4

Внезапно прокатившийся по, казалось бы, совершенно пустой поляне голос заставил Тростиночку едва не подпрыгнуть на месте. Если бы она знала выражение "как гром среди ясного неба" (а точнее, если бы она хоть раз вообще слышала гром в каком-либо его проявлении), то точно именно подобными словами и описала бы данную ситуацию. Но пока что это можно было обозначить как "случилось что-то, чего я никак не ожидала". И не то чтобы голос был громогласным, устрашающим, ревущим, нет. Даже напротив, он скорее походил на мурчание протекающей за стеной лагеря речки, но чуть грубее, словно у старейшины, который вроде бы и хочет прогнать из своего гнезда надоедающих ему котят, но всё никак не может собраться с духом и перебороть свою мягкость при виде этих пушистых комочков, а потому ворчит себе под нос что-то невнятное и едва слышное. Но всё же он оказался очень неожиданным и прорезал звенящую тишину, заставив малышку мгновенно напрячься.

Сперва, на самом деле, она подумала, что это кто-то из её братьев или сестёр проснулся следом и решил разыграть её. Но нет, вряд ли кто-то из них стал бы так шуметь, грозясь разбудить маму. Щучка бы скорее подкралась к ней сзади и буууукнула что-нибудь этакое ей прямо в ушко. Не заметить Пескарика она бы тоже не смогла. А может, это соседский кот решил, пока никого нет в лагере, забраться к ним и украсть добычу?! Удачное выбрал время, нечего сказать! Тростиночка медленно перевернулась на животик, упёрлась лапками в землю, растопырила ушки в разные стороны и принялась что было сил вглядываться в окружение, пытаясь обнаружить своими голубыми глазёнками нежданного нарушителя тишины и спокойствия. Сперва ей даже показалось, что ей показалось, ибо она никак не могла обнаружить стоящего посреди лагеря и ухмыляющегося от уха до уха черного (почему-то именно чёрный цвет ассоциировался у неё с врагами) кота. Но голос повторился, и кошечка наконец-то поняла, что исходил он из пасти крупного кота, весьма напоминающего её саму. Просто стоял он так спокойно, что сливался с окружением и потому не был сразу же замечен нашей героиней. Увы, это точно был не чужой воитель. А жаль. Она бы показала, кто тут хитрее. Ведь только она могла придумать выбраться поиграть, когда никого нет!

Подхватив свой рогоз зубками, котёнок целеустремленно затопала в сторону сидящего на противоположной стороне поляны кота. Её лапки слегка заплетались, порой её клонило то в одну, то в другую сторону, но тут ей на помощь нежданно приходил зажатый в зубах початок, служивший своего рода балансиром. Пару раз она всё же запиналась за крохотные, незаметные взрослому кочки или попадала лапкой в ямку и падала, но каждый раз поднималась и шла дальше. Стороннего наблюдателя эта картина, наверное, развеселила или умилила бы, но для самой Тростиночки в подобном не было ничего смешного, неловкого или глупого. Во-первых, она на полном котячьем серьезе воспринимала свой способ хождения как истинно верный и единственно возможный на данный момент. Во-вторых, не желая проявлять слабость, она проделывала каждый подъём на лапки с выражением такой беззаботности и будничности, словно так всё и было запланировано изначально и подобный способ добраться из точки А в точку Б - само собой разумеющийся факт.

Наконец, остановившись в хвосте от кота, малышка положила свою ношу перед собой, прижала лапкой и вперилась взглядом в сидящего. Несколько секунд она просто молча смотрела на него, по своему обыкновению чуть вытянув вперед шейку, словно пыталась прожечь в нем две крохотные дырочки, а затем пушистую моську озарила улыбка понимания, а в глазах заплясали смешинки.

- Ты! - она ткнула в кота передней лапкой. - Ты уже говолиль пло баасука! Сказал, сто баасук плидёт, если мы будем сюметь! А я спосила у мамы, кто такой баасук! Она сказала, сто баасук отень бааасой и не влезет на поляну! И сто он не будет с нами иглать! Воть!

Разумеется, слова о том, что барсуки страшные и опасные животные, что от них плохо пахнет и к ним нельзя походить, Тростиночка не запомнила или не придала им значения. Подобные понятия взрослой жизни еще не обременяли её детский умишко,  а потому не имели веса и аргументации. Но вот что он будет играть - другое дело. Зачем же тогда его звать, раз он такой скучный?

- А охотитя я итак могу, вот! - малышка схватила рогоз всеми четырьмя лапками и подтолкнула в сторону кота, свято веря, что игрушку тут же пошлют ей обратно. - И не нузен мне никакой баасук!

Котёнок гордо выпятила грудку, с вожделением глядя на лежащий у лапы кота рогоз. Затем всё же нова подняла глаза на воителя и чуть склонила головку набок.

- А ты на меня похозь, - протянула она. - Скази, а сто такое полеха?

+1

5

"Что же я натворил..."
С кислой миной Череп наблюдал за тем, как котёнок медленно, но неотвратимо движется в его сторону. Эту неуклюжую походку, сопровождаемую волнообразными покачиваниями, можно было бы назвать угрожающей, если бы кошечка не шлёпалась наземь через каждый десяток своих нелепых шажков. Спустя половину пути, этот комок меха был уже не таким чистым и приглаженным, как раньше. Череп почувствовал себя не в своей палатке. Ему жуть как хотелось нырнуть в тростник и исчезнуть в его шелестящих зарослях, чтобы не сталкиваться с котёнком Ручей морда к морде. Однако свой пост он оставить не мог ни в коем случае, а держать себя под контролем умел отлично. Поэтому скрыл волнение за привычным холодным взглядом, колким и недружелюбным.
"Никто не гарантирует, что она дойдёт до меня", - подумал Череп, стараясь не приглядываться к котёнку. "Там впереди ещё две ямы, может, она туда провалится и уснёт".
Подумав над этой перспективой получше, он пришёл к выводу, что если мелкий пушистый комок уснёт на поляне, ему придётся тащить его в Детскую или звать кого-то из королев. Ни то, ни другое Черепа совершенно не воодушевляло, он не желал и кончиком хвоста притрагиваться к этому котёнку или его родственникам.
Шерстистая кошечка, тем временем, вылезла из очередной ямки и вышла на финишную прямую. В своей пасти она несла кусок камыша. Череп сжал челюсти. Ему не нравилась эта целеустремлённость, потому что до одури напоминала поведение Ручей.
Пока он пытался придумать, как ему и пост не оставить, и нежеланной встречи избежать, котёнок подошёл почти вплотную. Зрачки Черепа опасно сузились. Он попятился назад, резковато уворачиваясь от прикосновения крохи.
- Так, стой, погоди, даже не смей ко мне подходить и трогать меня своими маленькими котячьими лапками, - сквозь зубы пробурчал воин. - Я болен. Заразной болезнью. Если дотронешься до меня, больше никогда не будешь радоваться. И скакать по поляне тоже не захочешь. Станешь унылой и никто на тебя даже не посмотрит, ясно?
Слов Черепу показалось недостаточно, поэтому он начертил на земле когтем круг и встал в него.
- В этом круге стою я, и только я. Никаких котят. Это правило. 
В его взгляде всколыхнулась искорка мрачного удовлетворения. Он не даст этой чокнутой семейке дурить его третье поколение подряд. Он сильнее, он вырвется из порочного круга!
Черепу, пожалуй, не стоило прислушиваться к лепету котёнка, но он прислушался. "Что она говорит? Это какой-то незнакомый мне язык? Лягушачий говор? Может, я ошибаюсь в том, что она котёнок Ручей, и на самом деле её подкинули сумрачные?"
Различив в речи знакомые словечки, Череп угрюмо вздохнул.
- Уж я побольше твоей мамы знаю о барсуках, - тихо сказал он. - Я твою маму видел, когда она была размером с барсучье ухо.
"Сомнительное достижение тоже достижение".
Он надеялся, что его трудно перевариваемые сравнения отпугнут котёнка, но, похоже, ошибся. От общения с котятами мрачный воин давно отвык, да и опыт такого общения имел невеликий. Поэтому, когда к его лапам прилетел обтрепанный кусок рогоза, он едва не выскочил из начертанного круга. Спасла охотничья выдержка. Череп поморщился и перевёл взгляд на котёнка, стараясь не смотреть в его небесно-голубые глазки.
- Вовсе я на тебя не похож, - буркнул он, с трудом поняв смысл фразы. - Полеха? Мне-то откуда знать, может, трава какая-нибудь. Спроси у Сивой.
Из Черепа вышел бы плохой переводчик с языка котят. Плохой, плохой переводчик. Он почувствовал, что злится на себя за то, что и выпроводить котёнка не может, и понять его тоже не в состоянии.
- Говори нормально, а то я больше не захочу с тобой общаться, - прищурившись, негромко сказал он. Камыш под лапами мешался, словно горячий уголёк. - И эту... ерунду свою забери, - воин выкатил бурый камышик из круга, ощущая сковывающую плечи неловкость. Лезущий в нос запах котёнка казался ему жарким, душащим дымом. Череп поморщился. Он мог вынести ранение, болезнь и ледяной холод, но этот котёнок... нет, пусть предки покарают его чем-нибудь другим.

+4

6

Поведение кота несколько озадачило Тростиночку. Почему он от неё отстранился? Испугался что ли? Она же ничуточки не страшная, да и какой большой кот станет бояться маленького котенка, пусть даже этот котёнок – она сама? Странный он, этот большой, похожий на неё кот. Почему он стоит в стороне ото всех и почти ни с кем не разговаривает? Даже на прогулке ни словом с королевами не обмолвился, да и сейчас бурчит себе под нос так, словно недоволен чем-то. Но ведь она же не делает ничего страшного, не нарушает никаких правил, не бегает и не шумит. Что ж тогда плохого-то? Мама пару раз водила своих котят в гости к старейшинам, и Краснопёрка тогда ворчала чуть ли не также сильно, как и этот кот. Им еще стоит посоревноваться в ворчливости! Конечно, отчасти даже хорошо, что он не шумит, ведь тогда Ручей не проснётся раньше положенного и не увидит, что крошечная дочка сбежала из-под её теплого бока под солнечный свет не менее теплых лучиков. Но ведь и веселья никакого вот так вот стоять весь день!

- Мои лапки совсем не маленькие! – гордо распушила грудку Тростиночка. – А если бы ты прравда был больной, Созьвезьдие бы тебе не рразешила тут стоять, и отпавила бы к Сивой. И болезней я не боюсь! Котята не бывают унылые, а я и подавно. А если и стану, Чеепашка и Щучка тут же меня рразвеселят, вот! И я буду скакать, пока не устану, только если мама не заплетит! Это же здоррово!

Было слышно, как котёнок очень старается выговаривать слова так, чтобы кот мог её понять. Похоже, в нём не так много догадливости, как в маме Ручей – уж та-то сразу понимала, чего хочет её драгоценное чадо! Правда, для того, чтобы согласно кивать или отрицательно покачивать головой на монологи котёнка большого понимания её слов не нужно, но об этом Тростиночка никогда не задумывалась и вряд ли когда подумает – ведь она же с уверенностью считала, что рассуждает о важных вещах! Ведь разве то, что бабочки такие яркие из-за постоянных полётов под солнечными лучиками – не гениальнейшее открытие этой пушистой непоседы? Наверняка взрослые даже и не задумывались ни разу о подобном, а на самом-то деле это едва ли не очевиднейший факт! По крайней мере, Черепашке он показался очень даже логичным, а это уже что-то да значит. Так что слушать надо котят, они плохого уж точно не скажут!

А вот он говорит забавные вещи, - хихикнула про себя малышка. – Мама же сказала, что барсуки ооочень большие и что они даже в лагерь наш не пролезут. Он видел маму утром, так? И если мама размером с ухо барсука, значит, она права в том, что они большие. Так что они знают про барсуков одинаково, вот!

- Откуда Сивой знать? – мяукнула Тростиночка, нахмурив бровки. – Ты же сам сказал мне залатать пл… пр… про-ре-хи! Но я такого слова не знаю, вот и спррашиваю. Что это такое? Это интересно?

И всё же, несмотря на ворчание и неприветливый вид, кот подтолкнул ей обратно початок рогоза. Котенок попыталась сдержаться, но уже через мгновение её выдержка дала слабину, и она инстинктивно прыгнула на добычу, которая в движении оказалась еще интереснее, чем без него. Эта папина игрушка и правда оказалась ужасно похожей на мышку: маленькая, коричневая, мягенькая и даже немного теплая оттого, что нагрелась на солнышке. Прижав добычу к земле, маленькая охотница посмотрела на рогоз и нахмурилась. Затем вдруг широко улыбнулась и посмотрела на кота, для чего пришлось задрать голову. Затем опустила глаза на круг, в котором он стоял. Почему-то этот круг манил её как магнитом, словно звал поиграть в новую, доселе неиспробованную игру. Нечестно, что он занял такой большой круг один и стоит там как истукан! Почему он не пускает ее поближе? Она же тоже хочет быть в кругу!

Внезапное озарение мигом заставило хвостик Тростиночки завилять из стороны в сторону. Она весело пискнула и плюхнулась на бочок. Затем начала весьма энергично перекатываться, попутно покрывая шерстку пылью, пока не вкатилась в круг. После чего она довольно села и принялась лизать лапку.

- Вот! – безмятежно хлопая глазёнками, произнесла она, находясь теперь с котом почти вплотную и глядя на него снизу вверх. – Ты сказал, что в круге стоишь только ты. А я не стою, я сижу. Значит, мне можно тут посидеть? Пожааааалуйста!

+2

7

"Вот же заноза, ещё и старшему дерзит", - подумал Череп, хмуро глядя мимо котёнка. "А, впрочем, в чём-то она права. Откуда мне знать, большие у неё лапы или маленькие, если я стараюсь даже не смотреть в её сторону?"
Он признавал свою слабость пред ликом прошлого. В жилах этой крошечной кошки текла кровь Бурозвёзда. Ему пришлось напомнить себе, что она, всё-таки, не сам Бурозвёзд. И даже не Ручей. Только после этого Череп смог опустить свой тяжелый, гнетущий взгляд на котёнка. Роскошный мех, колыхающийся из стороны в сторону от каждого её рывка, достался ей, очевидно, от Бурана. А вот золотистые глаза не достались. Череп подумал: как же природа порой ребячится, играясь со своими творениями.
- Даже Сивая не может вылечить все болезни. Посмотри на её лапу. Если бы Сивая могла излечить свои раны, то сейчас она бы охотилась со мной и остальными, а не сидела в палатке с травами, - Череп замолчал и кинул мрачный взгляд себе под ноги. Всё-таки, он не мог "проиграть" котёнку с его детскими убеждениями. - К тому же, ты сама не заметишь, как станешь взрослой и скучной. Никто не замечает.
Кошечка действительно старалась говорить с Черепом так, чтобы он смог её понять, но холодный воин поскупился на похвалу. Для него осмысленный разговор был данностью, а не достижением. А хвалил он тех, кто действительно прыгал выше своего носа. И не то, чтобы это было его положительной чертой, нет. Каждый достоин одобрения и поддержки, совершил он малый или великий подвиг.
Солнце сверкнуло прямо в глаза Черепу, и он заслонил морду лапой. Ему хотелось поскорее окунуться в реку и смыть с себя всё, что накопилось за сегодняшний дозор. Все крики котят, все брошенные на него взгляды, все сказанные ему слова. Но солнце не торопилось клониться к закату, напоминая ему, что времени насладиться теплым деньком ещё предостаточно.
Он недовольно прянул ухом, снова услышав мяуканье юной кошечки. Ему казалось, что он уже давно должен был надоесть ей. Однако его унылость, хорошо работающая со взрослыми котами, с котятами давала сбой.
- Так прорехи... или полехи? - пробормотал Череп, пытаясь понять, что ей от него надо. - Постой. Не дури мне голову. Прорехи - это дыры, которые появляются в стенах палаток с течением времени. В них задувает ветер. Поэтому их нужно заделывать, чтобы никто не простудился.
Воин недовольно фыркнул. И почему он должен объяснять такие очевидные вещи, когда есть Ручей, Буран, да целый лагерь? "Потому что ты единственный взрослый на всей поляне".
С чем Череп спорить не мог, так это с доводами собственного разума. За кислыми мыслями он отвлёкся от котёнка. Решил, что круг сбережёт его. Поэтому шерсть на его загривке вздыбилась, когда пушистый комок снова покатился ему под лапы. Череп постарался вложить во взгляд всё своё осуждение и укор, но получилось не очень эмоционально.
- Сиди, если так хочешь, - сдался дозорный, выходя за черту круга и отступая на несколько шагов. Там он быстро начертил новый круг, такой же как и предыдущий.
- Слушай внимательно, котёнок. В этом круге котят не должно быть ни в каком виде: ни сидящих, ни стоящих, ни летящих. Совсем никаких котят. Ни шерстинки, ни когтя. Ноль котят. Только я.
Череп пригладил загривок и вернул себе душевное равновесие. Он мог бы попросить Ручей забрать этого котёнка, и она бы забрала, но ему не хотелось снова ощутить на себе её взгляд. Да и слышать её голос тоже.
"Лучше сидеть в идиотском круге и пререкаться с котёнком, да, Череп?"

+3

8

Получив позволение остаться на своём новом месте, Тростиночка довольно улыбнулась, мысленно хваля себя за смекалку и хитрость. Вот как она умно придумала, даже этот ворчливый кот согласился выделить ей местечко! А надо-то было всего-то послушать его внимательно и сделать вполне логичные выводы. Наверное, просто в стоячем виде она занимала бы слишком много места и мешала ему смотреть на поляну, а так вполне удобно и здорово. Однако радость малышки быстро начала затухать, когда вместо того, чтобы лишь слегка потесниться, старший воин просто вышел из круга, снова оставив её в одиночестве. Нарисовав себе новый чуть поодаль, он снова уселся в нём, словно в гнезде, защищенный и недосягаемый. В который раз пушистой показалось, что он её боится. До чего же он всё-таки забавный и странный!

- Как грубо! Я не просто котёнок! – уже довольно громко пискнула она, распушив шерстку и обдав собеседника укорительным взглядом. - У меня вообще-то имя есть! Меня зовут Тростиночка! Такой большой кот и не знает имя котёнка своего племени. Разве взрослые не должны знать всё-всё?

Выпалив подобную и даже достаточно внятную тираду, голубоглазая вкатила в свой круг рогоз и поставила на него передние лапки. Теперь она чувствовала себя частью игры, где у них с котом имелись свои маленькие лагеря. С одной стороны, это казалось веселым: ты – предводитель, решаешь, что и кому делать, никто тебе не указ. С другой стороны, она совсем одна в своём «племени», и это сводило на нет все прочие плюсы. Даже пойти сражаться с соседским воином было невозможно – не оставишь же свой лагерь без защиты! Она-то рассчитывала посидеть рядом с котом, ощутить себя с ним в одном кругу частью чего-то большого и важного. Пусть он и ворчливый, тем сильнее Тростиночке хотелось понять, чем вызвано его поведение и почему он не радуется жизнью в такой чудесный денек. Чем активнее её отталкивали, тем крепче она притягивалась, не зная, когда нужно остановиться, просто потому что искренне не понимала, что нужно остановиться.

Тем не менее, от активных действий в сторону кота малышку всё же удерживал его смурной вид и нежелание напугать его своей персоной еще сильнее. Однако это не отменяло того факта, что просто так сидеть в кругу сложа лапки ей весьма быстро наскучило. И в этот момент на помощь как нельзя кстати пришлось объяснение кота, который любезно соизволил пояснить маленькой девочке, что такое эти самые «прорехи». Дыры для её понимания были куда более понятным явлением: не далее как вчера она слишком сильно разворочала их семейное гнездышко, пытаясь закопать рогоз поглубже в мох, и в итоге крохотные лапки упёрлись в прохладный пол. Мама Ручей тогда назвала это «дырой» и велела зарыть всё обратно, да Тростиночке и самой не понравилось, как нелепо стало выглядеть их прежде уютное гнездышко. Неужели такое может быть и с большими кустами, которые окружают детскую? Котёнок округлившимися глазёнками посмотрела на стройные ряды тростника, камышей и прочей травы, названия которой она не знала и не особо стремилась узнать.

- А как заделывать эти дыры? – малышка выбралась из своего круга, оставив в нём рогоз, и снова уже более уверенным шагом подошла к коту, остановившись, однако, у границы начерченной им линии. – Не хочу, чтобы Черепашка или мама простудились! И Щучка, и Пескарик, и Морозец тоже! Покажи, как заделать дыры! Пожалуста-пожалуста!

+3

9

"Может, отправить её собирать репейник?" - размышлял Череп, опуская уши, чтобы писк котёнка казался хотя бы немногим потише. Он представил, как эта мелкая проказа закатывается в свою палатку с шерсткой, спутанной десятками репьев. "Королевы будут в ярости. Впрочем, ей всё равно никто не поверит, если она скажет, что это я её надоумил".
Устало вздохнув, Череп предпочёл отказаться от этой идеи, как и от всех остальных, продиктованных его нервным состоянием. Если уж возиться с этим котёнком, то только на холодный рассудок.
- Нет, не должны, Не-Просто-Котёнок, - буркнул он, метнув недовольный взгляд в сторону кошечки. "Тростиночка... ну и имя". Черепу не хотелось признаваться даже самому себе, что имя ему понравилось. Он запретил своей непослушной голове даже думать об этом. Она нехотя поддалась.
- Взрослые должны защищать и кормить тебя, но возиться с тобой никто не обязан.
Возможно, это прозвучало грубовато, но Череп просто констатировал факт. Для него подобные прямые обращения были в порядке вещей, он не собирался "смягчать" свои слова, чтобы нечаянно не ранить кого-нибудь. Он, в конце концов, живёт среди воителей, а не изнеженных домашних кисок.
"Мышеголовая Ручей. Зачем ты привела её ко мне?" - Череп коснулся лапой лба, нагретого солнцем. "Наверняка это всё твои проделки, и сейчас ты смотришь на меня через прореху в палатке. Смотришь и смеёшься. И твой отец смотрит, через прореху в облаках. И тоже смеётся. Вам обоим лишь бы поиздеваться надо мной. Знаете же, что я бессилен против вашего хулиганства".
Угрюмый кот опустил лапу. Она тоже стала тёплой, нагревшись от шерсти на лбу. Тростиночка сидела у черты его круга, распушившаяся как одуванчик. Она смотрела на него, будто ей было какое-то дело до того, что он скажет. Котятам не должны нравиться скучные, унылые взрослые. Пусть их привлекают улыбчивые пёстрые кошки и добродушные коты, готовые научить парочке простеньких приёмов. Говорливые старики, заготовившие для них больше сказок, чем лежит рыбин в куче с дичью. Может быть, игривые оруженосцы и даже мудрый глашатай. Кто угодно, только не Череп с его чёрной хандрой. Ещё немного, и он всерьёз рассмотрит ту версию, в которой Ручей нарочно подослала к нему Тростиночку. К счастью, ему представился шанс направить энергию котёнка в другое русло, благо детёныш проявил альтруистическое желание заделать дыры в палатках, чтобы никто не простудился.
Кинув на Тростиночку оценивающий взгляд, Череп поколебался немного, но потом всё-таки подошёл к зарослям тростника и нарвал самых тонких, гибких стеблей, не успевших ещё затвердеть. Он сложил их у лап пушистой кошечки, после чего вернулся в круг.
- Палатки сплетены из тростниковых стеблей, - сказал Череп, не глядя на Тростиночку. - Осмотри их внимательно, и увидишь места, где стебли повреждены или плохо держатся. Затем просто вставь на их место новые. Никаких особых навыков для этого не нужно.
Он выпрямил плечи и вслушался в лагерную тишину. Ничего тревожного он не услышал и не учуял. Обыкновенный солнечный день, спокойный и безмятежный. В траве стрекочет саранча, в реке плещется мелкая рыбка. И, всё же, Череп ни в коем случае не смог бы покинуть свой пост.
- Я сторожу лагерь, так что, помочь не смогу. Да тебе и не нужна моя помощь, там всё просто. Можешь рассказать потом взрослым, они тебя похвалят.
Подумав, что Тростиночка увлечётся работой с палатками и отвяжется от него, Череп перевёл дух. "Одной проблемой меньше. Интересно, что скажет Ручей, когда узнает, что пока она спала, я научил её детёныша внятно говорить и чинить палатки? Вряд ли она будет в восторге..."
Он опустился на землю и положил голову на сложенные лапы. Трава мягко охладила его бока, а ветер благодушно снабдил свежими запахами. Этим днём природа была в меру ласкова с обитателями леса.

Отредактировано Череп (09.05.2019 01:25:50)

+4

10

Тростиночка невольно вздрогнула и чуть попятилась, когда сидевший прямо перед ней смурной кот внезапно снова поднялся на свои длиннющие широченные лапы. Неужели он сейчас снова просто встанет и уйдёт в другую сторону? Нарисует себе новый круг и сядет туда? Но она же не выгоняла его из этого, специально даже села рядышком, не зашла за черту! Всё как он и говорил! Тогда почему же он снова уходит? Котёнку ужасно захотелось запищать от разочарования за этого своего нового знакомого. Ну что ему мешает нормально с ней поговорить? Ну и пусть он не хочет с ней вои-воси-возиться! Она его об этом и не просила ни разу, она даже слова-то такого толком не знает! Даже по имени не назвал, вредный какой!

Мама с папой никогда-никогда так себя не ведут! - подумала малышка, сокрушенно глядя вслед куда-то направившемуся коту. - Они всегда с нами играют или рассказывают интересные истории. И Дымка тоже, и другие. А он какой-то... неправильный!

Но чем больше было праведное негодование и святое непонимание Тростиночки касательно поведения воина, тем сильнее она захлопала от удивления своими голубыми глазёнками, когда кот остановился у окружавших поляну кустов и через несколько мгновений вернулся обратно к ней! Засев снова в свой круг, он вывалил перед котёнком много тонких прутиков, вырванных, очевидно, из тех самых кустов. Он что, хочет построить вокруг своего места изгородь, как у настоящего лагеря? Ей вдруг захотелось и самой принять в этом непосредственное участие, соорудить настоящее убежище... Стоп, погодите... Убежище? А что если это он от неё хочет отгородиться, чтобы не подпускать к себе? Вдруг это стены от неё? Неужели она настолько страшная...

И снова кот невольно развеял мрачные думы своей собеседницы, и вправду начав отвечать на её вопрос! Оценив подобный жест по достоинству, котёнок широко распахнула ушки и даже немного вытянулась к нему навстречу, изо всех сил стараясь слушать и не пропустить ни словечка из пасти, которую она так упорно пыталась раскрыть всё это время. Тем более, что сведения были крайне важные, а задание - очень ответственным! Распушившись от гордости за то, что её всё же сочли достойной для подобной работы, малышка завиляла хвостиком и, не сдержавшись, ткнулась лобиком в лапу большого кота.

- Ой спасиба большое, ... эм... тебе... слушай, а как тебя зовут? - пропищала она, обнюхивая стебельки. - Прости! Совсем скоро я обязательно узнаю всех-всех в лагере! И все будут знать меня и моё имя!

С этими словами Тростиночка схватила зубками один конец веточки и потянула её за собой. Сперва груз не поддался, и пушистый комочек шлёпнулся на землю там же, где и стоял до этого. Но тут же поднялся на лапки и попробовал снова,на этот раз попытавшись немного раскачать ношу туда-сюда. На второй раз стебелёк поддался, и котёнок медленно поволокла его в сторону ближайшей палатки, чтобы поскорее осмотреть её и воспользоваться советом кота. По крайней мере, пока она совсем не забыла, что с этим всем нужно делать!

Добравшись до стены палатки учеников, голубоглазая дочь глашатая едва не сунула носик в ветки, но тут же с тихим писком его отдёрнула, потирая крошечную розовую пуговку лапкой. Пристально таращиться на изгородь тоже не принесло особых плодов - малышка просто не понимала, как выглядят эти "повежденные" стебли. Посему кошечка просто встала на задние лапки и уперлась передними в стену палатки. Раздался тихий шорох, и на неё тут же посыпались мелкие частички высохшего тростника. Тростиночка отстранилась и довольно громко чихнула, озадаченно глядя на появившийся в стене лёгкий просвет. Это туда что ли надо совать эти палочки? Ну что же, надо так надо! Она подняла вверенную ей ношу и попыталась впихнуть её внутрь. За изгородью раздалось негодующее ворчание, красноречиво говорящее о том, что с другой стороны веточка упёрлась кому-то в бок.

+3


Вы здесь » cw. последнее пристанище » игровой архив » more than you know