У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Дорогие игроки!
Вынуждены сообщить вам одно нововведение — теперь в одном помёте может быть не больше 4 котят во избежание слишком большой наполненности детских и переполнения племён персонажами в целом. Практика показывает, что в больших помётах свыше трёх-четырёх котят велика вероятность того, что большая часть малышей перестанет играть и закрестует своих персонажей раньше, чем пройдёт посвящение в оруженосцев, а это… ну, не очень, согласитесь? Поэтому планирующим и будущим родителям советуем лучше рожать чаще, но по чуть-чуть, а игрокам с планами на котят взвешенно принимать решение о создании персонажа и перед подачей анкеты оценивать все возможные риски!

коты-воители. последнее пристанище

Объявление

закрыта регистрация: река - оруженосцы
упрощенный приём: ветер - воители, река - воители, клан - стражи и ловчие

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.



Dead in the water

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

https://forumupload.ru/uploads/0019/c8/05/725/t212376.jpg
https://forumupload.ru/uploads/0019/c8/05/725/t239783.jpg

Но мне сложно разобраться, что со мной не так
Когда утро начинается с панических атак


Лагерь Речного племени
Три луны назад. Ночь.


— Вопросы?

https://forumupload.ru/uploads/0019/c8/05/725/t563448.jpg
https://forumupload.ru/uploads/0019/c8/05/725/t702824.jpg

+2

2

[zvn]оруженосец, 8 лун[/zvn]

Ночь. Лагерь Речного племени погрузился в тусклый мрак и всё вокруг затихло, словно окружающий мир неожиданно опустел, сохраняя место лишь загробной тишине - небось, все уже спали, уткнувшись в мягкие подстилки, и, возможно, видя прекрасные сны (а может даже кошмары?), но внезапно для себя Раскат не мог уснуть, как бы сильно ему этого не хотелось. Спальное место на редкость показалось твёрдым и неуютным, а в душе засел ком несвязной тревоги, заставляющий чувствовать в районе живота нечто неприятное, что щекотало и не хотело отпускать. Что это? Почему? Он раньше чувствовал подобное и даже не раз, но сейчас оно словно шло по нарастающей, уничтожая любые надежды на нормальный сон. В таком состоянии сложно закрыть глаза со спокойной душой, что уж говорить об остальном.

К сожалению, Раскат не в состоянии что либо сделать со своей подавленностью, и, с трудом смирившись со своей участью, он встаёт с подстилки и сонно потягивается. Быть может, ему стоило прогуляться и вдохнуть свежего воздуха, чем юноша и решил заняться. Правда, когда наступала ночь, выйти из палатки, не пнув никого по носу, становилось самой настоящей проблемой - в этой ситуации оруженосец не хотел кого-либо будить, поскольку у него были планы страдать без сна наедине, но, на удивление, выходя через множества спящих соплеменников, Раскату повезло не столкнуться с кем-то из них. Он вышел навстречу лагерю, покрытому сумраком и осмотрелся, невольно вспоминая о неприятном случае.

Кажется, совсем недавно убили Молнию. О нём скорбели многие, и Раскат, который по причине своего юного возраста ещё не до конца выстроил картину смерти как таковой, возможно, не мог ощутить того, что ощущали другие. Что можно сказать точно - ему становилось грустно, когда он вспоминал пострадавшего воина. Даже в какой-то степени досадно и обидно. Особенно при том факте, что Молния умер не сам, а его заставили. Поступок, который сложно осмыслить и принять за трезвое решение - тот, кто сделал это, вряд ли блещет здравым умом. А ведь тот, кто совершил это преступление против Воинского Закона, находится прямо по соседству, и эта мысль пробуждает навязчивую идею.

Ученик ступает в одну из палаток, в которую ему вряд ли разрешили бы войти, но сейчас его, к счастью (или к сожалению) никто не остановит. Войдя мешкает, в определенный момент даже жалеет о принятом решении, но отступать не торопится. Пленник спал, как и все,  но хаотично дрожал, быть может, от снящихся ему ужасов.

"Так ему и надо"

Как ни крути, Раскат пришел к нему для разговора. Возможно, слишком глупо и самонадеянно, но он абсолютно об этом не думал.

- Зачем ты убил Молнию? - спросил оруженосец, стоя у Грозового прямо над душой, хотя сам же боялся, что таким темпом закончит так же, как и убитый воин.

+2

3

Секунды обращались в минуты, минуты в часы, часы дни, дни в луны... Но то, что для мира было временем, для него было лишь мгновениями, водоворотом событий, что сливался в одну единственную точку и замирал в одном эпизоде, обрыве, что всплывал в памяти столь четко из раза в раз, врезался, рвал на куски, прежде чем рассвет снова сшивал воспоминания воедино, лишая возможности добраться до спасения и решения, заставляя повторяться этот цикл вновь и вновь.
Порой ему казалось, что он мог бы успеть, что ничего не произошло. Порой ему казалось, что он сталкивался с убийцей мордой к морде и мог наконец понять, зачем это все было нужно. Но с восходом солнца все едва выхваченные ответы вырывались из его лап и терялись в аккуратно собранном вновь ворохе, заставляя дрожать и теряться. И не было вокруг никого, кому можно бы было довериться, даже если лагерь наполнен был шумом и жизнью, переплетений двух племен, Одуванчиковый был в нем один, отстранен и оторван, определенный лишний элемент, чужак, от которого невозможно было избавиться до окончательного решения вопроса, за которым должны бы были стоять звезды. Казалось.
Эта ночь не отличалась от остальных. Он гнался за ускользающей тенью сквозь лесную чащу, окружение отзывалось мраком и холодом, смрадом гнили и металла, незнакомое, чужое, далекое. Почва под лапами неприятно чавкала, буквально издавала предсмертный хрип, стоило лишь в нее приземлиться темным лапам. Было не до брезгливости. В ушах стоял стук сердца, вой ветра, удаляющиеся шаги.
Не опоздать. Не дать уйти.
"Зачем ты убил Молнию?" — голос из-за спины.
"Что?"
Он тормозит, резко оборачивается, чувствует, как перехватывает дыхание.
Что? — хрипло, глухо.
Ночь обрушивается на него камнепадом, ознобом, тонкими иглами, что входят в кожу, и обжигающим глотку воздухом. Распахнутые глаза смутно различают силуэты перед собой. Никакого движения. Никакой тени. Никого — перед.
Одуванчиковый переводит дыхание, прежде чем приподняться, ощущает, как покалывает затекшие конечности, обращает взгляд наконец в сторону, откуда раздался голос. Совсем еще юный ученик. Грозовой воин может поклясться, что не знает его имя. Во мраке его шерсть кажется бурой, палевый всматривается в очертания, прежде чем мотнуть головой, убедиться, что стоящий перед ним — не часть сна.
Что ты здесь делаешь? — спрашивает старший воитель с определенным недоверием к своим мыслям, к реальности вопроса и голоса. Но такого крохотного котика не могли поставить на охрану. Значит, он зачем-то пришел. Одуванчиковый растерянно вскинул бровь.

[nick]Одуванчиковый [/nick][zvn]Старший воитель, 53 луны[/zvn]

Отредактировано Пёс (05.08.2022 23:21:20)

+1

4

[zvn]оруженосец, 8 лун[/zvn]

Пленник, спящий в Речных оковах в ответ на вопрос тут же приходит в себя и таращится в сторону ученика с захватившимся из-за кошмаров дыханием. Он спрашивает глухим голосом, явно не понимая происходящее и, возможно, даже не бывая уверенным в том, что на данный момент не находится во сне, а Раскат, в свою очередь, продолжает стоять камнем, уверенно нависая, пытаясь не показывать свой страх перед кровожадным убийцей, хотя из-за единственного осознания, что тот прямо сейчас находится рядом, у оруженосца ещё чуть-чуть, да выпрыгнет сердце. Как ни крути, он был слишком гордым, чтобы просто взять и уйти. А может, ему уже стоило пожалеть о подобной затее?

Незнакомец восстанавливает дыхание и оживает в глубокой темноте, приподнявшись. Рыжий был уверен, что тот в любом случае не в состоянии напасть - выглядел слишком сонным и замученным, создавал ощущение того, от кого легко убежать, если придётся. Тем более, вряд ли он будет настолько глуп, что нападёт на излишне любопытного ученика прямо в лагере. Если так подумать, выбора у Грозового совсем не было, кроме как ждать своей участи.

Он снова спрашивает что-то, и пока это происходит, Раскат ощущает, как из-за усталости сгорает бывалый энтузиазм и агрессия, адресованная его собеседнику, пусть желание узнать ответ на многие вопросы всё ещё управляло юным сердцем.

- Я же спросил, - заговорил он так же тихо, понимая, что его могут услышать, если будет говорить в полный голос, - Ты вообще слышал?

- Зачем ты убил Молнию? - спрашивает он снова.

+1

5

Ученик смотрел на него своими желтыми глазами. Что-то пряталось в них, под этим флером напускной серьезности, смелости, уверенности. Что-то таилось, нужно было лишь смахнуть пыль, чтобы различить очертания этого нечто отчетливо и уверенно, даже если медленно оно меркло в ночной глуши.
Одуванчиковый ведет ушами, стоит юнцу подчеркнуть, что он уже говорил о причине своего появления. Значит, ни голос, ни вопрос не были сном, не были иллюзией, навеянной мороком. Как значит это и то, что погоня ими же была, и не было шансов ухватиться за эту нить. Оруженосец его ни от чего не оторвал. Не помешал. Всего лишь разбудил.
Старший воитель дергает усами.
"Зачем ты убил Молнию?"
Вопрос раздается в тишине вновь. Стоит лишь вновь блеснуть среди слов имени, грозовой кот с трудом сдерживается, чтобы не нахмуриться. Кончик его хвоста дергается, а взгляд трогает прищур.
Чтобы не задавал лишних вопросов, — буркнул Одуванчиковый мрачно, прежде чем опуститься обратно на свою подстилку, вперивая в полосатого ученика взор снизу вверх. "И тебе не стоит", — будто говорит он, вслед за чем палевый всматривается в окружение, желая убедиться, что их не подслушивающих, что нет сторонних зрителей или кого-то еще, помимо них двоих.
В таких условиях можно было бы даже попытаться сбежать. Эта мысль породила затаенный мрачный смешок. Но побег не давал шансов на справедливость, побег лишь утверждал в головах уверенных в его вине свою правоту.
Неважно, решил ли после этого ученик уйти, решил ли остаться, взгляд успел уцепить его полосатую шкурку вновь, и воитель прикрыл глаза.
Я его не убивал, — произнес он вновь, стараясь не поддаваться сомнению, невидимой лапе, что в его голове столь желала перепутать сон с явью и заставить его поддаться под всеобщий глас осуждения. Истина была спрятана среди густых колючих зарослей ежевики, добраться до нее было, кажется, невозможно. И Одуванчиковый уже сбился со счета, сколько раз он обращался к предкам с просьбой послать ответ и указать путь.

[nick]Одуванчиковый [/nick][zvn]Старший воитель, 53 луны[/zvn]

Отредактировано Пёс (05.08.2022 23:21:41)

+1

6

[zvn]оруженосец, 8 лун[/zvn]

Чудаковатый собеседник тут же даёт понять, что не хочет отвечать любопытному ученику, резко преисполненным жаждой справедливости - впрочем, чего тот ожидал? Что ему все преподнесут на тарелочке? Сразу расскажут истинную историю случившегося? Конечно же нет. И трезвое осознание глупости происходящего неспешно вбивается в голову самому юноше, оставляя разочарование и яркий неприятный осадок, может даже стыд за глупое поведение, хотя стоило ли ему переживать из-за позора перед настоящим нарушителем Воинского Закона? Не должен ли он чувствовать угрызения совести, а не оруженосец, лишь поинтересовавшиеся из-за случайного порыва?

Несмотря на то, что ответ был вполне ожидаем, Раскат чувствует обиду, пусть и не набирается смелости выразить её. Однако, уходить не торопится и до сих пор стоит перед Грозовым, то ли в ожидании чуда, то ли придумывая новый способ вынудить нужную информацию: пленник не казался глупым или внушаемым, поэтому подсунуть ему первую пришедшую в голову ложь не получится - не поверит и отвечать, соответственно, не станет. Умолять и унижаться перед таким, как он, тоже вариант недалёкий и удел слабаков.

Получается, выбора, кроме как уйти с позором, не остаётся?

"Получается, что так," - и стоил ли этого нарушенный сон?

Отвернувшись от противного для него очертания, Раскат уже планирует, как будет вновь пытаться уйти в сон, забыть об этом всём, в том числе и о существовании тут настоящего убийцы. Страх перед ним, конечно, от разговора ушёл поодаль, совершенно не оправдав весь юношеский мандраж, но омерзение и интерес всё ещё играли на своих струнах. И стоило огненной шкуре почти что пропасть на фоне ночи, нарушитель Закона произносит:

- Я его не убивал, - "чего?"

Увлечённый неожиданным ответом, Раскат поворачивается к воину, остановившись.

- Как это? - вдруг врёт? Какая наглость, - Да ты же врёшь, правда?

Юноша фыркает от осознания того, что прямо сейчас ему могут нагло врать. Хотя и наоборот - могут говорить наичестейшую правду. В то же время, имел ли он право усомниться в правдивости обвинений, выданными большинством?

- Если не ты, тогда кто ещё?

Отредактировано Раскат (04.08.2022 16:52:11)

+2

7

[nick]Одуванчиковый [/nick][zvn]Старший воитель, 53 луны[/zvn]

Он ловит, как удаляющаяся прочь фигура вдруг останавливается, и в отблесках луны отражаются свечением медовые глаза, что сталкиваются с его собственными, скрытыми от света звезд в тени временного укрытия и, одновременно, клетки, тюрьмы.
И от этого хочется слабо усмехнуться. Устало, мрачно. Если бы был полностью уверен, не замер бы сейчас, не попытался бы получить утвердительный ответ на свой вопрос. Но значило ли что-то сомнение оруженосца?.. Хвататься за эту соломинку было... смешно. Одуванчиковый был уверен, что он смешон в своем отчаянии, как смешон в своей уверенности. Но черты морды его не дрогнули и остались серьезными, накинутые лишь вуалью усталости и осыпанные проблесками тревожной измотанности.
Я говорю правду, — произнес палевый кот, не сводя с собеседника внимательного взгляда. Его не удивило чужое недоверие к своим словам, даже уже не задело. Стоящий перед ним ученик был обитателем берега, противоположного от его родного. Их учили не верить друг другу. Им следовало не верить друг другу.
Это было естественно. Или же нет?
В последнее время Одуванчиковый сомневался в естественности своих убеждений. Не меньше, чем в своей в целом.
Если не ты, тогда кто ещё?
Такой... ожидаемый вопрос, от которого когти палевого кота слабо взрывают промерзшую землю, а взор его мрачнеет. Грозовой воитель прижимает к себе хвост, пока пытается вновь выцепить из размытых картин зацепку.
Он скрылся на территории моего племени, — шепот раздался тихо, почти лихорадочно, когда взгляд резко метнулся к выходу, а после вернулся к оруженосцу более размеренно, будто вспышка молнии, за которой следовало вновь мнимое успокоение.
Если бы я знал, кто это был, меня бы здесь не было, — произнес Одуванчиковый вслед уже в более привычном для него тоне, поджимая губы.

Отредактировано Пёс (05.08.2022 23:43:56)

+1

8

[zvn]оруженосец, 8 лун[/zvn]

Пленник уверяет, что говорит правду, не теряет внешнего спокойствия, пусть украшенную измученностью, настоящим измором - он наверняка мучается уже продолжительное время, но от вины ли за убийство? Или от осознания того, что будет наказан по заслугам? Раскат  не в состоянии пробраться в чужую голову, ровно так же, как и разглядеть в морде собеседника эмоции, наличие которых помогло бы ответить на множество вопросов. Но тот стоял камнем. То ли скрывал все за толстым слоем льда, то ли просто устал настолько, что потерял возможность ощущать хоть что-то из ряда живого, хотя ученик не отрывал от него сверлящего взгляда в попытке заметить в чужих глазах слёзы, либо на губах безнадёжную полуулыбку - ничего из перечисленного.

Заметил он разве что неожиданное движение подушечек лап, как когти шевелятся в мягком чехле, а взгляд плавными волнами тускнеет. Последний заданный оруженосцем вопрос явно надавил на больное, заставил в чем-то сомневаться и судорожно искать ответ. Неужто убийца сам сомневался в своей лжи? Либо же он был всего лишь заложником возникших обстоятельств, уже не до конца верящим в правильности происходящего?

Рыжий запутался. Как бы старательно он не пытался разобрать две стороны монеты, они спутывались прочным узлом. Это было далеко не его дело, но неужели это могло остановить юнца, ещё не до конца понимающего, в какую неразбериху он ввязался прямо сейчас?

- Он скрылся на территории моего племени, - Раскат замечает, как с этими словами нервный взгляд собеседника прыгает к выходу, на что он напрягается и встаёт на дыбы, готовясь противостоять попыткам сбежать из оков справедливости (или лжи?), но тот на неожиданность успокаивается, оторвавшись от манящего лагеря, - Если бы я знал, кто это был, меня бы здесь не было.

- Как думаешь, а ты не просто...Свихнулся? - с вопросительной интонацией шепчет оруженосец, неуверенно пригладив шерсть, - Все против тебя. С какого перепугу мне тебе верить?

Потом он вздыхает. Усмиряет пыл и возвращается к диалогу.

- Ладно... - его взгляд становится задумчивым, а брови опускаются, - Каким было убийство Молнии с твоей стороны? Ну, что ты видел тогда? - не то чтобы Раскат пытался найти в этой ситуации правильность. Он вовсе не играл в героя или судью. Скорее, просто хотел сделать вывод для себя самого.

Отредактировано Раскат (Вчера 10:21:43)

+1

9

Как думаешь, а ты не просто...Свихнулся?
"Ты мне... не веришь?"
Слова остались непроизнесенными и лишь тронули бирюзу глаз старшего воителя вопросительным блеском, с которым он остановил взор на мордочке оруженосца. Казалось, очевидно, его вновь задело недоверие, но стоило вскрыть, поддев когтем трухлявую кору, как мелкими жучками, перебирая своими крошечными лапками, из под той полилось бы... сомнение. И страх.
Одуванчиковый моргнул растерянно, задерживая дыхание, что вряд ли заметно бы было в ночной тишине.
Что если весь этот разговор — сон? И все те события, его воспоминания — сон? Он молчал, пока срывающиеся с губ ученика слова поддевали его страхи, которые он не осмелился бы произнести сам, но которые все равно звучали, все равно существовали, все равно заставляли трещать реальность по швам, и казалось, что навес над головой должен бы сейчас разойтись, обрушиться, обнажая чистое, беззвездное черное небо.
Тогда бы он был уверен: все это — сон. Он бы видел эту границу так четко, что уже не стояло бы этого вдруг прозвучавшего, вдруг затрещавшего в голове вопроса: "А ты не свихнулся?"
Ответ был... очевиден. Но и он имел свои границы, которые Одуванчиковый хотел бы обозначить для себя, пока в пасти было сухо и мысли в голове шумели роем ос.
Ведь чем еще могло быть его болезненное следование за белоснежным воителем? И чем была его нынешняя тоска, стоило лишь обратиться мыслями к утраченному образу?
Пожалуй, сейчас старший воитель вновь почувствовал себя, как и множество лун назад, маленьким и жалким, слишком неправильным для этого идеального и чистого мира.
Он испытал секундное желание прогнать ученика прочь, будто тот мог бы увидеть то, что ему бы было не положено, но морда не дрогнула, а желание так и осталось желанием.
С какого перепугу мне тебе верить?
Можешь мне не верить, — мрачно и тихо, прикрывая глаза, заключил Одуванчиковый, уже готовый отвернуться. Однако, заслышав следующие слова, не шелохнулся и остался в своем положении. На секунду взгляд его оказался прикован к собственным лапам.
Что ты надеешься поймать здесь? — раздается вопрос, с которым старший воитель пытается понять, что движет полосатым учеником. Или с которым он обращается к себе, вновь ныряя в омут потерянных мыслей и обрывков воспоминаний.
Я... не знаю, — произносит он снова, хрипло, как произносил уже не впервые, а после кладет голову на лапы.
Я помню, что видел, как кто-то на камнях дрался, — мяукнул тихо, — всплеск воды, тяжесть, окровавленное тело под лапами... угасающий взгляд, в котором тонули звёзды, в котором было все, но с каждой секундой становилось ничего...
Взор Одуванчикового потяжелел и оказался прикован к темноте.

[nick]Одуванчиковый [/nick][zvn]Старший воитель, 53 луны[/zvn]

Отредактировано Пёс (Вчера 18:49:04)

+1