У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

!!Закрыта регистрация в Речное племя!!
Ищем глашатая племени Теней


2.11 Названы лучшие игроки октября и почетный персонаж месяца! Спасибо за участие в голосовании. Желаем вам активной игры, ведь может именно в декабре вам достанется звание почетного персонажа?
6.10Названые лучшие игроки сентября, а также почетный персонаж месяца! Поздравляем и желаем интересных отыгрышей!
20.09Окончание переписи. В 23.59 по МСК тема будет закрыта, неотписавшиеся персонажи будут отмечены крестом.
16.09У нас большая радость и большое счастье - форуму «Последнее пристанище» сегодня исполняется год. Год, представляете?! Год обалденных отыгрышей, ярких персонажей, сюжетов, планов, мечт. Год, за который мы с вами создали целый форум, живой и по-домашнему уютный. Мы обрели друзей, новых соигроков, семья пополнилась и расширилась.
Сегодня мы целым составом амс признаемся в любви к вам и к нашему дому, и хотим преподнести нам всем подарок: новый дизайн, новый сюжет, добавлена летопись и карта территорий!
Давайте держаться вместе! Мы взрослеем, всегда остается столько дел, взрослых проблем… давайте не терять нашу частичку детства? Нашу фантазию, наше творчество, нашу отдушину.
Мы вас любим, котаны!
С днем рождения, Последнее Пристанище!
12.09 !!!Перепись!!! Уважаемые игроки, убедительная просьба отнестись со всей серьезностью к данному мероприятию, ведь после 20 сентября профили, не отметившиеся в переписи будут отмечены знаком [x], модели и цепи имен будут освобождены для пользования! Отмечаемся в теме: перепись населения.
грозовое племя
> Сезон Зеленых деревьев'19
Во время Совета на племена нападает свора собак, Грозовое племя отводит всех к территориям двуногих. Двуногие отпугивают свору огнепалками. Ненадолго опасность миновала.
> Сезон Юных Листьев'19
Опалённая больше не может занимать должность глашатая из-за обострившейся болезни. Солнцезвёзд принимает решение назначить временным глашатаем Ласточку. В племя после долгого отсутствия возвращается Филин, рассказавший о своём заточении у Двуногих.
За помощью к Грозовым целителям приходит Сивая, ставшая полноправной целительницей, и остаётся у соседей на некоторое время, чтобы обсудить с Орехом накопившиеся вопросы.
Из-за беременности Ласточки новым глашатаем становится Смерчешкур. Куница также объявляет, что ждёт котят, и позднее у неё и Солнцезвёзда рождается четверо котят. Ласточка не торопится объявить имя отца четырёх своих котят. Из-за резкого пополнения Солнцезвёзд принимает решение расширить территории племени за счёт соседей: он покушается на Нагретые Камни.
Битва разгорается на рассвете. Решив увеличить свои шансы на победу, Солнцезвёзд заключает союз с Кометой, и племя Теней выступает на стороне Грозовых. Сражение выиграно, но с большими потерями. Очень много раненых. Филин погибает от кровопотери.
племя ветра
> Сезон Зеленых деревьев'19
Патруль доходит до Фермы Двуногих, где находит десятки мертвых мышей. Никаких видимых признаков охоты не обнаруживается. Заподозрив неладное, воители возвращаются обратно. В следующую же ночь, по странному стечению обстоятельств, погибает Панцирь, который был в составе патруля у Фермы Двуногих.
На территориях племени Ветра Утёсник встречает Крестовника. Схватив нарушителя, он ведет того в лагерь. Все племя тем временем отправляется на Совет, не подозревая о случившемся.
Звездопад рассказывает племенам о Макоши. И в этот же момент на совете на племена нападает свора собак, натравленная сестрой Звездопада. Племя бежит на территории Двуногих, где их спасают разбуженные Двуногие, держащие наготове огнепалки. Ветряные с осторожностью возвращаются в лагерь.
> Сезон Юных Листьев'19
Пустырник покидает племя Ветра по неизвестным для всех причинам, оставляя Полуночника. Патрулируя территории, Звездопад оказывается возле границ с Речным племенем. На территории племени Ветра обнаруживается погибший Львинозвезд. По ту сторону границы приходит в себя Крестовник, тут же указывая подоспевшему Речному отряду на предполагаемого убийцу. Звездопад становится единственным подозреваемым. Никому неизвестно, что за смертью Львинозвезда стоит Макошь, сестра Звездопада, покинувшая племя много лун назад. Похожий окрас и запах пустошей, исходивший от кошки, сбивают с толка воителей, окончательно запутывая два племени. Суховей высказывает мысль, что за всеми напастями действительно стоит Звездопад, отчего в племени назревает внутренний конфликт. Веские аргументы Суховея заставляют многих задуматься. Постепенно часть соплеменников теряют доверие к своему предводителю. Тем временем Звездопад, оказавшись на нейтральных территориях, оказывается в ловушке у Макоши. Не подозревая о том, что за всеми неприятностями в лесу стоит сестра, предводитель становится жертвой ситуации. Вступив в драку с Макошью, он падает с обрыва в реку, теряя жизнь. В этот же период времени Штормогрив попадает под колеса Чудища, ломая лапу. Колючка помогает наставнику добраться до лагеря. По возвращению Звездопада в лагере назревает настоящий бунт. Суховей требует от предводителя объяснений и признаний в содеянном. Однако, еще недавно поддержавшие молодого воина соплеменники в ключевой момент не поддерживают Суховея. Суховея понижают до звания оруженосца, ныне известного всем под именем Ветролап. На территориях племени Ветра Утёсник встречает Крестовника. Схватив нарушителя, он ведет того в лагерь. Все племя тем временем отправляется на Совет, не подозревая о случившемся.
речное племя
> Сезон Зеленых деревьев'19
Ручей рожает четверых здоровых котят от Бурана.
Племя отправляется на Совет, а в это время Крестовник, не готовый мириться с бездействием племени, в одиночку отправляется на территории племени Ветра. На пустошах его ловит Утесник.
Выдра и Рогоз, в эту же ночь, приносят в лагерь гнилую рыбу с берега. Воины считают, что это знак от Звездного племени. "Рыба гниет с головы" — так его трактуют Рогоз и Выдра, намекая на некомпетентность их предводительницы.
На Совете на племена нападает свора собак. Речное племя спешит ретироваться в лагерь.
> Сезон Юных Листьев'19
Львинозвезд с Крестовником отправляются на границы с племенем Ветра. У территорий пустошей их поджидает опасность, которая вот-вот перевернет жизнь всего леса. Макошь, бывшая представительница племени Ветра нападает на речной отряд. Крестовник получает тяжелый удар по голове, отчего уходит в бессознательное состояние. Львинозвезд вступает в потасовку с Макошью, но их драка заканчивается внезапно появившейся возле границ лошадью Двуногих. В решающий момент Макошь подставляет Львинозвезда и тот попадает прямо под копыта. Предводитель погибает, теряя все жизни.
Подоспевший речной отряд в растерянности и смятении. Очень невовремя появившийся на границах Звездопад сеет семя сомнения. Крестовник, очнувшись, тут же указывает на предполагаемого убийцу — предводителя племени Ветра. Схожий окрас и запах вводят в заблуждение каждого присутствующего. Оцелотка отправляется к Лунному Камню за даром девяти жизней и получает новое имя — Созвездие. На обратном пути от Лунного Камня погибает Щербатая, угодившая под ноги лося на территориях племени Теней. Ее место вскоре занимает Сивая, а глашатаем назначается Буран.
Речное племя дипломатичными путями забирает котят у племени Ветра, Созвездие не торопится развязывать войну. Речное племя скорбит по Львинозвезду, но понимает, что сейчас не лучшее время для мщения. По приходу в лагерь, котята — Ракушка, Лепесточек, Берёзка и Ясенница — получают ученические имена. Пчёлка просит предводительницу провести еще одну луну в детской. Сивая отправляется в Грозовое племя, чтобы посоветоваться с Орехом по поводу лечения своих воинов. Во время патрулирования, Буран обнаруживает, что метки на Нагретых Камня отодвинуты. Речное племя незамедлительно собирает отряд и выступает на границы для отвоевывания территорий. Завязывается драка. В решающий момент, когда, казалось бы, Речное племя одерживает победу, на Нагретые Камни врывается племя Теней. Речные терпят поражение. Союз с племенем Теней расторгнут. Многие из отряда ранены.
племя теней
> Сезон Зеленых деревьев'19
На территории племени Теней были найдены множественные следы своры собак, которых Макошь выманила из города с помощью разбросанной мертвой дичи по всему лесу.
> Сезон Юных Листьев'19
Лагерь подвергается нападению лося. Зверь разрушает несколько палаток, отдавливает хвосты воителям, однако обходится без жертв. Котам удалось выманить лося из лагеря, и тот скрылся в лесу. Некоторое время воители усердно восстанавливают палатки. Полуночник, в это время гостивший у соседей и помогавший Иве в обучении, также принимает участие в ликвидации последствий погрома и выхаживает раненых.
Вновь происходят переговоры между лидерами Речного и Сумрачного племён. Комета осталась недовольна тем, что Созвездие заняла место Львинозвезда, поэтому решила заключить союз с Грозовым племенем. Всё это осталось в тайне не только от соседей, но и от Сумрачных котов на недолгое время. На территории был пойман одиночка Гор. Комета оставляет его в лагере на одну ночь, однако после допроса вышвыривает вон.
По просьбе Грозового племени племя Теней помогает новым союзникам в битве за Нагретые Камни. В благодарность за это Сумрачные получают право догонять любую дичь, перебежавшую границу, на территории Грозы. Всё это обострило отношения с Речным племенем.
Учеником целительницы становится Чижик.

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » главная поляна


главная поляна

Сообщений 361 страница 380 из 399

1

http://s8.uploads.ru/mIcRS.png

Код:
<!--HTML--> <style>
.gtemp-app1 { 
width: 90%;
 font-size: 11px;
 text-align: center;
 line-height: 120%;
 color: #000;
 
 padding: 15px;
 padding-top: 10px;
 margin: 10px;
 } 
</style>
<center> 
<center> 

<div class="gtemp-app1"> 
<div style="width="100%">
<div style="text-align: center; height: 320px; overflow: auto;">
<br> 
  <font face="yeseva one"><font size="4"><b>главная поляна</b></size></font>
<font face="Times New Roman">——————————————————————</font>
<font face="Century Gothic"><b><font size="3">М</size></b><font size="2">инуя тоннель в зарослях ежевики и утёсника, что окружают лагерь Грозового племени по периметру, воители попадают на главную поляну. Здесь довольно много свободного пространства, чтобы вместить всё племя, песчаная почва с редкой порослью травы, а так же много валунов, некоторые из которых воители приспособили под палатки, - всё это следствие того, что когда-то очень давно, когда коты ещё не заселили этот лес, на месте Грозового лагеря протекала река, отчего-то пересохшая и оставившая в лесу вымытую ложбинку. Ближе всего ко входу расположена палатка воителей, главных защитников племени. Далее огромная скала, с которой лидер племени проводит собрания и у подножия которой расположено его жилище. По другой стороне лагеря друг за другом виднеются палатка старейшин в поваленном дереве, палатка оруженосцев у старого пня и детская в зарослях ежевики. На противоположном конце лагеря можно заметить папоротниковый туннель, ведущий к пещере целителя, расщелине между камней. 
Коты Грозового племени любят проводить вечера у зарослей крапивы возле палатки воинов, где обсуждают события прошедшего дня, ужинают или просто вылизываются. На ночь у входа в лагерь обязательно оставляют одного или двух дозорных.</size></font>

</div>
</div></div> 
</center> 

+2

361

Утро выдалось на редкость спокойным и даже приятным, учитывая, что с каждым днем Листопад всё явственнее заявлял о себе. Кроны деревьев уже подёрнулись золотистой пеленой, а на охоте воителям всё чаще приходилось смотреть под лапы, дабы не наступить на хрустящие упавшие листья. Каждая ночь была холоднее предыдущей, а день становился короче. Как, наверное, каждому коту в лесу, Ежевике становилось немного грустно, когда тепло и радушие Зелёных Листьев отступали, а впереди маячили долгие жестокие ночи Голых Деревьев. Ещё один тяжёлый сезон, к которому племенам нужно подготовиться, чтобы пережить его без потерь.
Полосатый воитель с лёгкой тревогой всматривался в утренний лес, замечая уже исчезающий туман. Лагерь понемногу наполнялся грозовыми котами, и соплеменники, словно рой пчёл, постепенно заполняли поляну шумом. Такое оживление не могло не радовать. Если ещё пол-луны назад Ежевика беспокоился о благополучии племени, слишком уж много потерявшем после приобретения Нагретых Камней, как бы комично это не звучало, то теперь Грозовое племя был сильно как и раньше.
И вот когда в очередной раз янтарный взгляд лениво переплывал с одного соплеменника на другого, он наткнулся на внезапно материализовавшуюся палевую фигурку рядом с собой. Узнав в ней Песчаную, Ежевика невольно стушевался и нахмурился, замерев и не зная, что сказать. А сама Песчаная была не так нерешительна, как её бывший наставник, и после секунд раздумий сделала пару шагов навстречу.
- Доброе утро, - усы кота дёрнулись, словно он хотел улыбнуться, но отчего-то не смог. Сам себе он не мог объяснить, почему с той же Вальдшнеп было так легко находить личный язык и не теряться рядом с ней. А Песчаная, хоть и была тоже его ученицей, вызывала в животе совершенно другие эмоции. И эти эмоции Ежевика не мог объяснить даже себе. Хотя, скорее, боялся признать.
- Отличная идея. Можем отправиться к поселению Двуногих и удостовериться, что свора не возвращалась. А по пути что-нибудь поймаем, - Ежевика неспешно поднялся и приблизился к Песчаной, на секунду останавливаясь рядом с хрупкой фигуркой воительницы. Он и забыл какая она маленькая по сравнению с плечистым бугаем. - Расскажешь мне по дороге... чем занималась, - "всё это время". Давненько они не пересекались. Даже удивительно. И нельзя было точно сказать по чьей инициативе. Возможно, оба были не готовы.

>>>пни

+4

362

начало игры

  Сухой, золотисто-бурый лист соблазнительно хрустнул под лапами — и через мгновение взлетел в воздух, подцепленный острыми коготками. Горелушек прыгнул за ним вслед, точно рассчитав бросок, так что его клыки сомкнулись прямо на мнимой добыче.

"Ага! Попалась птичка," - мысленно проурчал котенок, гордо вскинув голову и выпрямившись. И хоть пасть заполнила горечь, охотник не собирался сразу выпускать свой трофей. — "Я буду приносить добычи больше, чем кто-либо. Даже Медок не поймает столько."

Кстати, где же его братья? Горелушек оглядел всю поляну: многие взрослые коты уже выбрались из палаток и теперь грелись под нежными лучами солнца, ожидая сборов патрулей. Как же он им завидовал! Подниматься на рассвете и отправляться с соплеменниками за стены лагеря, в переполненный звуками и запахами лес. Не это ли смысл жизни воителя?

Из недолгого размышления его вывел вид двух узорных спин — рыжей и серебристой — в другом конце лагеря. Братья склонились друг к другу и негромко переговаривались.  Горелушек готов был поспорить на целого кролика, что замышляется нечто интересное.
В голове вспыхнула идея подкрасться к ним незаметно, в очередной раз продемонстрировав свои охотничьи навыки, но братья вдруг перестали шептаться и направились к ежевичным зарослям.

Черный котик недоуменно застыл, наблюдая за ними, а потом его вдруг посетила догадка, от которой пушистый хвост задрожал в восторге. Листочек тут же был оставлен в покое.
Веселыми и чуть неуклюжими скачками он помчался вслед за Медком и Угольком, держась в тени у края поляны.

— "Наконец-то! Наконец мы сделаем это!

На секунду он подумал, что надо было бы воспользоваться не главным лазом, а секретным ходом, спрятанным у грязного места. Но поздним утром лаз никто не сторожил, и был шанс проскочить незамеченными.

А Горелушек не сомневался — их никто не сможет поймать.

Песчаный овраг —>

Отредактировано Горелушек (01-10-2019 20:41:23)

+5

363

Когда что-то округлое и полосатое, как молния, влетело в тесный круг старейшин, Малина подскочила с испугу с места да замахнулась посильнее, приготовившись дать отпор чужеродному созданию. Но, признав в этих округлых щеках и двух золотистых глазах-желудях мордочку Кроны, старуха пригладила загривок и уверенно водрузила на спину воительницы тяжелую лапу. Она совершенно не желала, чтобы ее историю услышала еще одна пара ушей, однако ветхие воспоминания из глубин памяти вкупе с нутром подсказывали старейшине, что беспокоиться сейчас не о чем.
- Растет цветок этот в очень опасном месте, дорогая моя. Прямо на крутом берегу у границы с речными. Достать его одной будет ой как не просто, там понадобится не одна пара крепких лап и надежных зубов, ведь берег может в любой момент рухнуть - и всё! И потонут ваши тела в этой пучине смерти, - сотряслись на выдохе грязные космы шерсти. Посильнее ухватив за плечи маленькую Крону, Малина ткнула ее другой лапой в грудь и украдкой глянула на Шептунью. В ней седая не сомневалась ничуть. Пускай и языком так усердно своим мелет со всеми подряд, что голоса наутро лишается, зато наверняка сильна духом и любое испытание выдержит. - Говорил мне тогда старый кот тот, что цветок такой же голубой, как синее небо над головами нашими. В его лепестках хранится вся сила и ни один нельзя потерять, иначе завянет он тут же, - негромким голосом прохрипела Малина, склонив дряблую шею чуть ниже. Она с уважением похлопала Крону по макушке за ее горячий энтузиазм и пылкое желание излечить всех старых и немощных, но с тем же неодобрительно закачала головой. - Нет, дорогая. На всех этого цветка не хватит. Лучше отдай его Космачу и своей Певунье, точно тебе говорю, он им будет куда нужнее, - с придыханием ответила старушка, взмахивая пышным хвостом и разбрасывая повсюду опавшие листья. Ее старому Космачу будет намного полезнее отведать этого растения, который, может, и не омолодит кота полностью, так придаст энергии и силы, и в глазах вновь заиграет живой огонь. 
Услышав прямо над ухом вальяжный и до боли знакомый голос, а после эту наглую морду, бесцеремонно втиснувшуюся в их узкий круг, Малина подпрыгнула с места и вся напыжилась, как курица. Не церемонясь, она обхватила тяжёлой лапой Лоскута за его безобразную шею, притянула с силой к земле, и уселась сверху прямо на черную голову. - Не твоих ушей дело! - прохрипела во все горло и разошлась в кашле от продолжительного напряжения голосовых связок. Этот упырь мог услышать весь их разговор и от своего недалекого ума пойти всё разболтать целителям. Малина соскочил с сына, как ошпаренная, приготовившись огреть его по морде. - Что ты слышал? Все наши тайны, небось? Если разболтаешь хоть один звук - напихаю твою дырявую подстилку крапивой, - крякнула она и нависла над котом могучей тенью. Её рассказ услышало итак слишком много ушей. Того и гляди, что скоро на каждом углу будут про этот цветок шептаться да шеи сворачивать во время его поиска. Не хватало, что б потом бедную старуху ещё обвиняли во всех этих многочисленных смертях. "Будут ещё горланить на своих Советах, что старая кошка погубила десятки молодых сердец, а мне потом отдувайся".
Появление кошки со странным, хлюпающим именем, которое Малина все никак не могла запомнить, вызвало волну неодобрительного пыхтения и бормотания. Она поубавила пыл, слегка приосанившись, смирилась со своей неудачной попыткой сохранить секрет в тайне. Хотела высказать все свое недовольство, но добрый голос косматого друга обратил на себя все внимание Малины, отчего она сразу же позабыла о полосатой воительнице и собственном сыне, к которому чинно повернулась спиной и треснула его большим хвостом по морде. Развесив клокастые уши, старушка с пониманием выслушала своего старого друга и щелкнула его хвостом по носу, когда она окончил речь черных листьях. - Но нельзя ни в коем случае допускать, чтобы потом об этих листья забыли, как о какой-то падали. Они должны жить в сердцах каждого, потому что именно благодаря ним рождаются другие и видят мирное небо над головой... хотя в последнее время только и слышны речи, что о войне вашей, - с укором пробормотала она последние слова, обращая взор в сторону Вальдшнеп. Именно из-за своей юношеской горячности и неопытности молодые души лязгают клыками за каждый кусок земли и готовы глотки друг другу подрать. А потом по вине таких вот особей опытные воины жизней лишаются в этой бессмыслице.
Поднявшись с места, Малина энергично боднула в плечо кошек и Лоскута друг к другу, чтобы они сбились в одну кучу и отделились от старых и седых. Она встала рядом с Космачом, накрывая его спину лапой и прижимаясь к нему сильнее боком. - Если вы чувствуете, что готовы подвергнуться нелегким испытаниям и умереть за жизнь своих товарищей, то отправляйтесь за этим цветком. Может хоть он поможет нашей Болтунье вернуть голос, - твердым голосом проговорила кошка, осматривая всех собравшихся и замирая взглядом на Шептунье. В этом хрупком тельце и тонюсеньких лапах она была крепко уверена, как и в Кроне, и их серо-полосатой соплеменницей. Не вызывал доверие только Лоскут, за которого старейшина молилась всем Звездным Предкам, чтобы он не подскользнулся на грязной луже и не умер от удара головой об камень. - Раз уж ты так хочешь поглядеть на эти Камни, то я с тобой. Заодно и проверим, правду ли лепечут, что они такие же теплые, как бока родной матери, - прошелестела она, обращаясь к Космачу.

+3

364

Из лоу

[indent] Сипуха скучала. Не так, как делает это обычно, когда для неё попросту не придумали очередное задание, способное достаточно увлечь это энергичное создание, чтобы оно перестало по камушкам разбирать главную поляну собственного лагеря, пределы Четырёх деревьев и весь лес вокруг оных, нет. Скучала именно пассивно, так, как когда накрывает вдруг такая странная тягучая меланхолия, побуждающая исключительно лежать и думать, время от времени окидывая мир томным взглядом из-под полу-опавших ресниц и коротко, робко и тоскливо вздыхая. Такой, знаете ли, синдром Листопада, когда вместе с увядающей природой словно уходит какая-то часть тебя, и на душе становится так неопределённо, непонятно сыро и серо, словно обворовала грозовое небо. Сипуха, с возрастом становящаяся более чувствительной к смене времён года, как-то, пожалуй, даже слишком прониклась этими настроениями, предпочтя их прыжкам по кучам хрустящих золотистых листьев и весёлым, сопровождённым хороводами песнопениям вокруг набухающей рябины. Впрочем, возможно, ей просто не хватало хорошей компании, а как только оная попадётся на глаза, так всю хандру как лапой снимет: разве редко с ней такое бывало? Черепаховая физически не могла унывать долго, так только, для приличия, совсем немного. Девочка же она, в конце концов, а?
[indent] А на поляне уже вовсю командовала Малина, как, впрочем, и обычно. Впрочем, сейчас её бурная деятельность вызывала вовсе не желание присоединиться. Мысли о том, будет ли в более преклонном возрасте Ласточка похожа на свою мать свелись к воспоминанию о недавнем посвящении, поспособствовавшем освобождению половины детской племени. Котята чёрно-белой были практически ровесниками отпрысков Куницы и Солнцезвёзда, это оставляло неплохой шанс на то, что предводитель не станет затягивать и с посвящением собственных малышей, а значит, есть шанс закончить обучение не с временным наставников а со своей родной, полноценной и любимой наставницей. Шальная мысль выбила поразившую округлую мордашку широкую улыбку.
[indent] Вот чёрт, опять весь образ испортила!

Большой платан

Отредактировано Сипуха (07-10-2019 20:13:55)

+1

365

Из лоу

[indent] После прогулки в лес Волжанке не сиделось на месте: сначала её колошматило от избытка впечатлений, потом - от того, что пережитым приключением нельзя было поделиться с матерью, ведь так хотелось дать понять, на какие поступки она готова ради своей единственной, самой лучшей Кошки! Только слово не воробей, пообещала, теперь всё. Впрочем, Короеду в принципе повезло с напарницей, оказавшейся особой крайне молчаливой и слишком неопытной для того, чтобы языком жестов описать полную картину одного из минувших рассветов её жизни, а более усиленные объятия и слишком громкое мурчание - это так, соскучилась. И никаких следов.
[indent] Только вот теперь, после того, как все ощущения, а вместе с ним и страх перед неизведанным, улеглись, кремовой вновь безумно захотелось покинуть лагерь, посмотреть что-нибудь ещё, познакомиться с той птицей, от которой её грубо и бесцеремонно оторвал старший товарищ, найти потерянную недоеденную ромашку. Да и вообще, разве мало может быть дел в целом лесу? Только вот смутный намёк Короеда на то, что повторение вполне вероятно, девчушка, естественно, прослушала, а первой подойти к страшному коту было ужаснее, чем засунуть голову в пасть голодному крокодилу, посему оставалось только маяться от непреодолимого желания. Можно было, конечно, ещё подбить друзей и самостоятельно отправиться по следам былых историй, но запала для того, чтобы единолично возглавить целую столь серьёзную экспедицию у Волжанки не было, это же такая подготовка! Вот если бы с кем-нибудь, тогда совсем другое дело. Но, опять же, как выдвинуть предложение, не выдав из с Короедом тайну? И что вообще сказать? Переминаясь с лапы на лапу, Волжанка уже полдня ломала голову, пытаясь составить и заготовить речь, которую потом можно было бы просто выпалить друзьям на одном дыхании, но то уже составленные предложения забывались, то просто терялись отдельно взятые слова, и грозовой нечем было заполнить пробелы во фразах. Эх, вот если бы можно было просто сделать так, чтобы кто-нибудь другой подал идею! Палевая тогда даже совсем-совсем бы не обиделась, честное слово. Гу-у-ять. В ес дё-ё-м? - настойчиво крутилось в голове, но на глаза не попадалось никого, на чью несчастную голову можно было бы вывалить этот бесхитростный набор звуков, и котёнку оставалось лишь пинать... жёлуди от нечего делать. - Ё-ё-ёйудь - год-д-д-да!

+4

366

--- разрыв ---

Едва ли от внимательного взгляда Пташки, редко упускавшей из виду своё многочисленное семейство, мог ускользнуть момент, когда её любознательные братья на полусогнутых лапах просочились сквозь стены лагеря. Вот золотистый, светло-серый, а чуть позже и чёрный хвосты поглотила лесная чаща, и теперь даже самый острый глаз не сможет уцепиться за шубки проказников.

Серая кошечка вгляделась в мордочки соплеменников, мол, видел ли кто-нибудь ещё?.. Однако никто из взрослых, кажется, и не стремился уследить за котятами: должно быть, старшие полагались на добросовестность малышей. Но, видимо, они совсем ничего не знали о характерах Медка и Крылышко, что вечно подстрекали на забавы обитателей детской, поскольку в другом случае спящую бдительность воителей нельзя было назвать иначе, кроме как опрометчивостью. Что ж, пожалуй, одной только Кунице, что провела с котятами достаточно времени, было ведомо, что творится в головах её детей, и уж если бы она находилась на поляне, спуску бы котятам не было. Но Куница была за пределами лагеря, и поэтому...

Преступно озираясь по сторонам, серая малышка, шаг за шагом, увязалась за беглецами.

Обычно кто-то из сородичей подначивал кошечку, и тогда уже она подчинялась чужой воле, подобно веточке, что не может сопротивляться стремительности горной реки. Но сейчас словно сам природный инстинкт подталкивал её следовать за кем-то близким и родным. Тот же самый инстинкт, который заставляет котёнка семенить за высоко поднятым хвостом матери, побуждал Пташку переставлять лапы по следу.

И это вовсе не потому, что она переживала за братьев или хотела убедить их вернуться назад, - вот Крылышко частенько сбегала, и всё с ней в полном порядке! - уж мысли о скрывающейся в лесу опасности занимали Пташку в последнюю очередь. Но раз Медок решил возглавить отряд (а это, вне сомнений, был именно он!), Пташка должна быть рядом. Ведь они семья, они всегда вместе, и кошечка никогда не смогла бы смиренно проводить взглядом убегающую родню.

---> песчаный овраг

+2

367

В короткую секунду перед ответом Космача она успела уже десять раз запоздало одёрнуть себя. Как всегда, увлекшись причудливой иллюзией, при всей своей невероятности вдруг словно вставшей перед глазами, она позабыла, что слова – не просто хворост для костром разгорающихся в голове дурацких размышлений, а искра из этого костра, коснувшись чужих чувств и неизвестных ей воспоминаний, способна причинить неожиданно сильную боль. Вальдшнеп скорее мысленно, чем неловко опущенными глазами, взглянула на сидевшую тут же нежно-серым бесшумным призраком Шептунью, и её окатило стыдом – так, что она едва смогла ответить той на лёгкий приветственный жест хвоста.
«..Ну ты и дурёха, да разве можно такое спрашивать?.. Помолодеть… Будь у тебя в самом деле в зубах такой цветок, или будь ты в силах убедить Солнцезвёзда посвятить Шептунью в воители – тогда конечно, раскрывай пасть…Что бы он хотел изменить!.. Оох, думать надо сначала, а потом лезть со своими досужими разговорами…»
Она уже почти решила потихоньку удрать, сделав вид, что её странноватый вопрос сам собой прозвучал в воздухе и так же легко в нём растаял – но, осмелившись всё же поднять на Космача взгляд, поняла, что тот вовсе не выглядит рассерженным или оскорблённым: в тускловатых золотистых глазах старика было только удивление, словно Вальдшнеп была невиданным созданием, только что свалившимся рядом с ним с неба, а не чудачкой, не к месту прицепившейся сбоку к чужой почти семейной беседе. И этот внимательный взгляд, тем более пристальный в соседстве с тем туманным и рассредоточенным, что нередко бывал у него, удержал её, потушив зацарапавшееся было в лапах трусоватое желание убежать.
— Десяток лун тому назад, когда я каждому пытался доказать, что я воин — да. Но сейчас я старейшина, и сам принял решение стать им.
Вальдшнеп наклонила голову набок. В самом деле, сам; она знала об этом, хотя и не видела своими глазами, но даже её рассеянных ушей достигли ходившие тогда по лагерю разговоры. Она задумчиво прищурилась: и вправду, выходит, в самом последнем своём посвящении Космач проявил собственную волю, сам выбрав его для себя – в отличии от всех остальных, которые предводитель проводит для каждого по своему усмотрению; при всей печали, таившейся в этом отчаянно-гордом последнем шаге, в нём была свобода – особая, сквозящая, как листопадный ветер, от которого кажется порой, что у тебя нет тела, а есть только сознание, способное унестись с этим ветром к промозглому пасмурному горизонту. В этом было право, заставившее её вдруг в непривычном свете взглянуть на его худую стариковскую фигуру: самая жалкая слабость её была частью некого горького достоинства, оказавшегося в чем-то едва ли не выше, чем достоинство лидеров, властно провозглашающих волю с племенной скалы или самих Четырёх Деревьев.

- За эти луны я как-то по-другому взглянул на старость. Стал видеть её как нечто вроде смены сезонов. Для всех нас однажды настанет пора Листопада. Ещё тёплая, но то тепло с каждым днём затухает. И рыжие листья становятся чёрными. Чёрными. Чтобы в один морозный день их замело мертвенно-белым снегом.
Завороженно слушая его, она вздрогнула, ощутив, как прозрачный холод, до сих пор затаённо витавший в текучих неспешных словах, вдруг поднялся, леденящим облаком охватывая душу: чувство, что он описывал, было до зримости убедительным, и примирение и спокойствие жизни – такое знакомое, так часто утешавшее и успокаивающее её в шепоте трав и бормотании древесных крон, без всякой грани соседствовали в нём со страхом и темнотой, вновь напомнив вчерашний день – тёмное тело Филина в середине поляны, мутные сумерки, запах тлена на дне земляной ямы, цепенящий сердце и лапы. Ей снова захотелось сбежать, но она  не двинулась, вцепившись когтями в землю и лишь слегка прижав уши: она ведь сама захотела заглянуть в эту душу – и что ж удивляться, что старейшины чувствуют смерть ближе и чаще, чем кто-либо ещё?..
Впрочем, кажется, Космач легче неё справился с наплывшей было мрачной тенью – и вот уже он ободряюще улыбается ей, словно заметив, какое удручающее действие на неё произвели его слова. Вальдшнеп смущённо шевельнула ушами. И тут он оказывался сильней, чем казался на со стороны – умеет ли вот она, молодая, так же легко стряхивать самую тяжёлую тоску, словно росу, осевшую на шерсти?..

— Да и зачем мне теперь молодеть? Я не герой, не предводитель, я всегда был обычным рядовым воином, как все остальные. Что толку с того, что я стану молодым? Я бы лучше сходил поглядеть на Нагретые камни. Говорят, речные старики грели на них кости в хорошую погоду. А мне просто интересно посмотреть... Посмотреть, за что погибло столько моих друзей. Наверное, это очень хорошее место, раз мы столько за него воевали. Очень хочется... посмотреть.
Он говорил легко, как объясняют котёнку о чем-то простом и понятном – и одновременно она чувствовала, как под его словами, словно под водами реки, изменившей русло и скрывшей когда-то зеленевший под солнцем луг, лежит время – луны и луны, спрессованные, слитые воедино, как если бы все грозовые земли уместились в один солнечный кружок, пахнущий травой и землёй – и оттого слова становились осязаемыми и тяжёлыми, словно напитавшийся влагой мох; чем проще они были, тем острей было это ощущение, странными мурашками прокатывавшееся по шкуре. Вальдшнеп не могла понять, на что это чувство похоже: слишком велико было то, что промелькнуло на его морде за короткий миг смутной заминки в словах, выразившись лишь в едва заметном содрогании. Вероятно, больше, чем любое из чувств, которые ей доводилось испытывать в прожитые ею недолгие семнадцать лун. И опять ей не удалось разделить в его словах тихую горечь - и нечто другое, столь же горячее, как камни, нагретые солнцем.
Кажется, такой и бывает жизнь в самом конце – не поймёшь, что в ней больно, что радостно?..

— А как насчёт тебя, Вальдшнеп? Ты хотела бы такой цветок, который, м-мм, исправляет недостатки?
Она опять задумалась слишком глубоко – и потому вопрос застал её врасплох, тем более, что и без того был бы неожиданным: и без того получив ответ куда более полный, чем ожидала, она никак уж не думала, что Космач захочет продолжить разговор, а не уйдёт вновь в те мысленные поля, где старикам бродить наверняка куда привольнее, чем во внешнем мире. И потому сначала она лишь растерянно заморгала в ответ.
Как насчёт неё?..
Разумеется, она мечтала о чём-то таком – почти столько, сколько себя помнила. Каждый раз, когда, несмотря на все старания, её подводили собственные лапы, когда оказывалось, что в промежуток между решимостью, доходящей в ней порой до страсти, всё делать как нельзя лучше, и простыми и ясными наставлениями старших всегда ухитряется просочиться нечто ещё – всегда принимающее разные обличья (вот ветка, легшая аккурат под её лапу, чтобы хрустнуть не вовремя, вот глинистый пятачок, чтобы поскользнуться, вот некстати пробирающая дрожь – то ли от холода, то ли от волнения, из-за которой всё тело становится будто не своё) – и в то же время всегда одинаковое. Её маленькое, жалкое проклятие – куда менее грозное, чем время, сделавшее слабыми лапы Космача и затуманившее его глаза. В это даже поверить было проще – что есть такое лекарство, что излечит её неуклюжесть. И всё-таки.. Всё-таки Космач был когда-то молодым; а вот она сама всю жизнь была такой, как сейчас. И вообразить себя – именно себя, а не какую-то другую прекрасную и весьма туманную воительницу, какой она так хотела бы стать – без недостатков, волочившихся за нею, как целый ворох листьев, приставших к хвосту, она вряд ли могла.
- Ну… Это сложно. То есть, иногда мне кажется, что во мне недостатков столько, что они составляют.. Большую часть меня, - она задумчиво поскребла лапой землю, - Поэтому даже трудно представить, осталось бы вообще что-то, если бы они вдруг исчезли, - она едва заметно кисло усмехнулась, вообразив, как одна за другой исчезают части её тела, на которые ей когда-либо доводилось досадовать: хвост, вечно творящий невесть что, задевающий ветки на охоте и чужие морды, слишком длинные лапы, как-то не умещающиеся в боевую стойку  или на воительскую подстилку, вечно мёрзнущие бока вместе с растрёпанной шерстью – и остаётся что-то невразумительное вроде обглоданной шкурки от дичи. – Не то чтобы я не хотела.. Стать другой, или кем-то другим. Но ведь, наверное, почти у всех так, - спохватившись, добавила она, - Обычно мы точно знаем, что нам в себе не нравится, но это что-то так глубоко вросло в нас, что мы и не мыслим себя без этого. Даже без самих мыслей о том, чтобы что-то в себе исправить, - она вспомнила, какую часть её жизни и чувств без остатка захватывала острая жажда - стать другой; как эта жажда поднимала её по утрам и, бывало, грела вместо никчёмного меха, хотя и обжигала так же сильно. - Наверное, в этом и беда – даже если вправду меняешься, никогда нельзя точно знать, кем станешь… И стоит ли им становиться.
Вальдшнеп вдруг – чуть ли не впервые в жизни – подумалось, что, предложи ей кто-нибудь такое вот избавление, ей и впрямь было бы страшно. Не из-за воображаемой картинки с исчезающим в воздухе хвостом, разумеется. Но из-за того, что даже её мысли – то, за что она цеплялась, когда вообще всё валилось из лап и становилось хуже некуда – были одновременно и виной тому, что она упускала шансы, когда следовало не размышлять, а действовать. Согласилась бы она больше никогда в жизни не отвлекаться от охоты на то, как сложно сплелись перед самым её носом корешки трав и как по-особенному пахнет опавшая листва, прихваченная инеем?.. Неизвестно.

Отредактировано Вальдшнеп (03-10-2019 21:49:02)

+5

368

[indent] Испугать своим появлением подпрыгнувшую с места Малину вовсе не входило в планы молодой воительницы, однако Крона про себя восхитилась тому, как бойко старушка прыгает. Та замахнулась на нее, но дымно-мраморная во все глаза сморела на мать Ласточки, собираясь принять любое наказание от ее лапы. Так по крайней мере, казалось. На самом деле, знавшая повадки старейшины кошка пуча от нетерпения большие жёлтые глаза ждала, когда ее, наконец, узнают и признают достойной страшной тайны. Хранить в секрете удивительные истории от чужих ушей Малина умела как никто другой. Крона только тихонько крякнула, когда лапа старухи тяжело опустилась на ее плечо. Слушать ее во все уши, конечно, она не перестала.
[indent] Брошенный через плечо взгляд на Шептунью был полон озорства и заверения, что все будет хорошо и замурчательно. И только так. Надо лишь проявить терпение и послушать Малину, которая оборвав себя уже занялась бесстыдно подкравшимся к ним негодником Лоскутом, который по мнению самой Кроны давно уже заслуживал порки. Это ж надо, подслушивает секреты, наглец!
[indent] Пока Малина разбиралась с сыном, мраморная заскучала, в задумчивости начав бодать лобастой головой сестру. Вернее упёрлась лбом в ее плечо, методично мотая ею в разные стороны. Так продолжалось недолго. Край дымного уха зацепил диалог Космача и Вальдшнеп. Пока воительница думала над важным вопросом как помочь племени и сыскать славу, эти двое затеяли не менее интересный разговор. Крона не была бы Кроной, промолчи она, поэтому прекратив всякое движение головой, кошка в упор с видным сомнением посмотрелв на Вальдшнеп. Слова соплеменницы возмутили ее.
[indent] - Странная у тебя логика, Вальдшнеп! - громко, искренне и чуть растерянно подала грозовая голос. - Между прочим, в нашем племени полно котов и кошек, которые довольны собой и не стали бы ничего менять! Я например,  в их числе, - желтые глазища сомнительно окинули собеседницу, после чего мраморная кратко кивнула подтверждая свои мысли. - Я могу понять, зачем этот цветок мог понадобиться Шептунье, Малине или Космачу, пусть он и отказывается от его чудодействия, но ты то куда!
[indent] Она даже с досады поскребла когтями землю. В голове Кроны никак не укладывалось, как можно считать себя - себя любимую, одним сплошным недостатком. Может, конечно, она не слишком вникала в смысл сказанного Вальдшнеп, но тем не менее! Она действительно не понимала и чувствовала досаду за соплеменницу, что ничуть не пыталась скрыть.
[indent] - Наверное, пчелам в твоей голове даже Бабочка не поможет, коль скоро станет она полноценной целительницей - бросив еще один короткий полный сожаления взгляд на кошку, молодая особа вздохнула, поднесла к морде пыльную лапку, лизнула, и.., почти сразу же переключилась обратно на Малину. Вскочила на четыре лапы и подняла толстый хвост.
[indent] - Если это действительно поможет моей сестре снова говорить, я готова идти хоть сейчас! Ты только укажи верную дорогу!

Отредактировано Крона (25-10-2019 08:41:50)

+6

369

Космач, находившийся тут же, касается Шептуньи носом, глядя в сторону Лоскута, и черношкурый, заметив это, останавливается на секунду, словно бы в непонимании, а затем продолжает шаг и неловко, с вопросом на морде останавливается у компании. Шептунья, обернувшаяся на Лоскута, приветствует того движением хвоста, словно неуверенная: а стоит ли?.. Стоит ли, — фыркает воитель и бросает короткое:
Привет.
[indent]
Мать, однако, оказалась куда менее робкой и дружелюбной. Вместо какого-либо приветствия (хотя ладно, Малина же) старая обхватывает лапами шею сына — не для объятий и нежных поцелуев в щёчку, конечно, а для простого Малининого усесться на голову и опозорить перед всем племенем.
— Не твоих ушей дело! — шипит она вырывающемуся Лоскуту, стремящемуся сравнять прижатые к земле плечи с высящейся над ними двоими собственной задницей. К счастью, Малина соскакивает сама, освобождая взъерошенного сына, однако, приняв угрожающую позу, тут же выдаёт:
— Что ты слышал? Все наши тайны, небось? Если разболтаешь хоть один звук — напихаю твою дырявую подстилку крапивой.
— Свою башку напихай крапивой, чтобы пусто не было! — сгоряча выдаёт явно не впечатлённый типичным проявлением материнской любви и ласки сынок, — Больно нужны мне твои старпёрские разговоры! Небось опять сочиняешь небылицы всякие, лишь бы язык занять!
Он бросает случайный взгляд на Шептунью и мигом успокаивается.
— Так по-семейному. И тебе привет, мамуль, — тут же, не давая слова старухе, уже более спокойно произносит черношкурый.
[indent]
Мать продолжала разговор с соплеменниками, и Лоскут в который раз за всю жизнь почувствовал себя забытым. Теперь будет делать вид, будто меня не замечает, — хмуро констатирует воитель, демонстративно поднимается с места и подходит к Шептунье, как, пожалуй, к единственной кошке, отнесшейся к нему если не дружелюбно, то хотя бы... не как Малина.
— Так о чём речь? — нетерпеливо взмахнув хвостом, вопрошает светлоглазый,  впившись взглядом в кошку, — Только предупреди, если соберёшься на меня накинуться, как моя мать.

+8

370

Краем уха слушая беседу Малины с её юными последователями, Космач удивлялся тому, что хитрая старейшина не только оплела историю с волшебным цветком новыми подробностями, но и умудрилась собрать целый поисковый отряд. Ему оставалось лишь восхититься её талантом завоёвывать внимание и преданность народа. Может, стань она предводительницей сотню лун тому назад, и Грозовое племя нынче было бы совсем-совсем другим. Космач без обиняков признавал, что с удовольствием слушался бы Малину-предводительницу. Что уж говорить о молодых воинах с горящими глазами, для которых она - источник притягательного таинства и сказки наяву?
Малина, повернувшись к старику, объявила, что не оставит его и вместе с ним поглядит на Нагретые камни. Космач на пару мгновений зажмурился от нахлынувшего тепла к этой кошке. Иногда ему казалось, что это племя слишком добро к нему. И Малина, и Шептунья, которую он не смог уберечь от беды, и Вальдшнеп, не отшатнувшаяся от старика после его тоскливой речи.
Космач осторожно взглянул на молодую кошку. Для старейшины он чересчур волновался о том, какое впечатление на неё производит. Он мог бы нести какой-нибудь бред, обсуждать и ругать всех подряд, ныть о том, что раньше было лучше, и никто не сказал бы ему дурного слова. Ведь он выглядит как старик, а значит, ему можно только посочувствовать. И в голове у него теперь одна труха, словно прошлогодняя подстилка.
Космачу подумалось: а что, если на самом деле он не постарел? Приоделся в стариковскую шубку и обманывает всех. Какой же из него старик?
И отчего Вальдшнеп пробудила в нём такие мысли? Старики дают ответы. Они не задают вопросов. А Космач, наперекор всему, словно молодой глупый воин осыпал себя сотнею неразрешимых загадок.
Ему хотелось слушать Вальдшнеп и внимать ей. Она говорила не о дичи, не о войнах, не о какой-нибудь вздорной чепухе. Она говорила о себе. Именно этого и хотел Космач, задавая ей вопрос о цветке. Он хотел узнать хотя бы немного о кошке, которую перегнал, но от которой неизбежно отстал на целую сотню лун. Её тон и фразы, построенные так, будто она разговаривает с равным, а не со старейшиной, дали ему гораздо больше, чем слова иных соплеменников.
После странно-тягучей, чуть виноватой речи Вальдшнеп голос Кроны показался Космачу резковатым, и он без промедления повернулся к ней. С каждым словом воительницы лохматый кот всё больше волновался о том, что она спугнёт Вальдшнеп, как осторожную лесную птицу. И тогда ему уже никак не выманить её из укрытия.
- Самокритичность - это полезная черта, - вмешался он, сдвигаясь со своего места и заметно отгораживая Вальдшнеп от Кроны. - Кто не видит в себе изъяна, тому стремиться некуда. А Вальдшнеп и не нужно волшебство, чтобы стать лучше. Достаточно немного поддержки и взгляда под другим углом, - Космач посмотрел на полосатую воительницу, постаравшись вложить во взгляд него тепло. - И вот, уже не все недостатки такие уж недостатки.
Сложно было не понять Вальдшнеп. Пред этим миром все они выглядели как сплошные недостатки. Каждый из них - несуразица, нелепая букашка на пятнышке леса. Может, поэтому Космач был так привязан к своим соплеменникам. Рядом с ними он был чем-то большим, чем пылинка. Комочком пыли? И всё же.
- Всегда можно исправиться ради чего-то, - или кого-то, - мурлыкнул Космач, приглаживая лапой непослушную гриву. - Тогда ты не убьёшь в себе старое, а взрастишь новое. Звучит очевидно, но почему бы не поиграть с самим собой, пока есть время? Узнать, на что хватит твоих навыков, научиться новому. Не смотри на тех напыщенных фазанов, которые думают, что всему научились, когда получили воинские имена. Кому-то и двух сотен лун не хватит, чтобы себя узнать.
Космач вдруг задумался - а что, если он каким-то образом уже нашёл цветок, о котором говорит Малина? Ведь ему отчего-то стало гораздо лучше, чем утром. Как же он умудрился найти его вперёд всех? Лучше ему промолчать, не то отряд молодых воинов расстроится, что остался без дела.
Космач невольно коснулся взглядом Шептуньи, когда услышал, что Лоскут обращается к ней. В такой плотной компании ей было вдвойне сложно привлечь чьё-то внимание своими беззвучными жестами. Однако чёрный воин обратился к ней.
- Он разговаривает с тобой как с любым из соплеменников, - мурлыкнул Космач на ухо Шептунье, на пару мгновений приближаясь к ней. - Со временем всё племя будет относиться к тебе так. Ты непременно станешь воительницей.
Космач отстранился, чтобы не мешать своей соседке по палатке налаживать контакт с черношкурым воином. Он надеялся, что его слова немножко подбодрили её и настроили на положительный лад. Казалось бы, простые слова, но ведь иногда это именно то, что нужно? Ему хотелось верить.

+5

371

Внимательно оглядывая каждого из их тесного круга, будто ища ежовую иголку в густой траве, Малина мысленно отмечала все достоинства собравшихся соплеменников, смешивала в голове с недостатками и все больше хмурилась, не понимая, справятся ли они со столь опасным путешествием или обрекут себя на неминуемую гибель. Вернувшись обратно из лабиринтов мыслей, навострив клокастые уши, она попыталась уловить нить разговора соплменников, но только больше запуталась. - Наверное, пчелам в твоей голове даже Ива не поможет, - уловив странное высказывание Кроны, старейшина покачала головой в недовольстве, заозиралась по сторонам, выискивая бедолагу с таким странным недугом.
- И кто это умудрился пчел на свою голову подхватить? Неужто ты, Лоскут? - с требовательными нотками в голосе вопросила серо-белая, хмуро смотря на непутевого сына. Она сощурила глаза, чтобы рассмотреть вылетающих пчел прямо у него из уха, но, к сожалению, так ничего и не увидела. Лишь на мгновение услышала рядом с собой их слабое жужжание. "Значит все таки подхватил, глупый пень". - Я-то думаю, что это тут жужжит постоянно. А это ты, негодник, со своими пчелами. Еще и молчишь, как воды в рот набрал. Думал, никто не прознает? Сходи немедленно к Ореху, он наверняка их всех оттуда вытравит, - с укором посмотрела в его сторону, чтобы он прочувствовал свою вину за столь глупую неосторожность и в следующий раз был внимательнее. Не хватало им сейчас еще с пчелами в головах разбираться.
Оставив черного кота с его проблемами, Малина поднялась на лапы вместе с полыхающей энтузиазмом Кроной, с одобрением глядя в ее солнечные глаза. - Умница, моя родная! Вы только посмотрите на нее! - громогласно провозгласила Малина, пытаясь обратить всеобщее внимание на маленькую Крону.  - Готова помочь своей сестре несмотря ни на что! Сунется ради нее и в огонь, и в воду, и жизнью наверняка пожертвует. А хватило бы духу у кого-нибудь из вас погибнуть за того, кто вам дорог? - она обвела окружающих своей лохматой лапой, с загадочным прищуром смотря на всех и вся. Если бы каждый в этом лесу готов был рискнуть своей душой ради спасения другого, все они жили бы сейчас совсем иначе. Возможно, намного лучше, чем есть в данный момент. Вряд ли бы устраивали бессмысленные войны за жалкий кусок земли, который никому не сдался, потому что пеклись бы о чужом здоровье. О своей семье и соплеменниках, и включали бы голову, прежде чем когтями размахивать. "Жили бы сейчас мирно, не видели бы в каждом врага. Как котята, не тряслись на своих подстилках об угрозе, которая может с любой стороны настигнуть. Нет, им надо языками помериться да кровью друг друга обрызгать."   
Мрачно хмыкнув своим мыслям, она порывисто выдохнула, подняла трубой хвост и направилась к выходу. - Знаю я одну короткую тропинку, по ней вы мигом доберетесь до цветка. Когда я была еще молодой ученицей, лун эдак десять назад, ходила этой дорогой прямо к границе. Она, правда, так запутана, что я сама иногда в ней плутаю. Специально ведь такую витиеватую протоптали, чтоб не каждый дурак мог ею пользоваться. Но вы-то разберетесь, я думаю, - в слух сетовала старейшина, осматривая голые кусты как в первый раз. Она замерла прямо на выходе, поджав нижнюю губу, вспоминая давнюю дорогу, которую еще показывал ей наставник. Смутные картины воспоминаний блекли в паутине разума, вспыхивали секундными урывками, и снова затухали, оставляя старушку в растерянности. - Ох, и давно же это было... Совсем позабыла на старости лун, - еще раз повертев головой по сторонам, Малина издала булькающий звук от безысходности и пошла прямо в глубь ежевичных кустов, царапая сквозь густой мех кожу и оставляя на ветках серые клоки шерсти. - Смотрите мне, не отставайте. Если потеряетесь, ищите мох на деревьях, он укажет вам нужный путь, - бросила она куда-то себе за спину в надежде, что до всех ушей путников дошли ее слова. Правда, куда этот мох указывает, она точно не помнила: то ли в сторону лагеря, то ли змеиной горки.

→ большой платан

Отредактировано Малина (24-10-2019 10:11:52)

+7

372

разрыв
От новых дурных мыслей коту хотелось уйти так же быстро, как и хотелось наконец-то начать занятия с Соволапом. Смерчешкуру и без того было стыдно, что не удалось забрать его на тренировку сразу же после посвящения: все молодые оруженосцы уже наверняка были где-то в лесу или даже на границах, а его-то, ученик глашатая, зарабатывал пролежни на поляне?.. Ласточку и её новости "из уважения" удавалось оставлять позади: чем ближе лапы кота подходили к лагерю, тем глубже они уносили в его те самые повседневные обязанности, которые, он был уверен, и были для него единственным самым главным.

Придя на поляну, кот не знал, на кого взяться смотреть первым - здесь царила довольно-таки привычная суета, и по каждую сторону уж точно был чей-то хвост или чьё-то ухо. Признаться, это даже успокаивало его, и Смерешкур уже вновь чувствовал вес своего шага, двигаясь по поляне - то, что просто испарилось в нём чуть ранее на камнях, когда перед его мордой вновь в красках расписали всю ту самую его непригодность. Здесь он был пригоден: сейчас он заберёт на тренировку своего оруженосца, а чуть позже, вон оттуда, соберёт вечерний патруль. Здесь он и был на своём месте, а не там.

Крона, Вальдшнеп... Малина куда-то намылилась - того и гляди, завоёвывать новые нагретые камни. Кот с улыбкой проводил вдаль косматый старческий круп и вернулся к тем, кто продолжал суетиться вокруг да около. Шкур было много, почти все - высокие, и как тут искать своего ученика? С Деньком было тут попроще - та была такая беленькая, что издали всегда хорошо видно. Разве что не в сугробе.

- Совола-а-ап.., - довольно громко позвал кот, - Кто-нибудь видел Соволапа? Крона, Волжанка? Не видели моего оруженосца?

Хоть Смерчешкуру и не хотелось думать о своём раздолбайстве, и то, что было оно где-то в его крови, кот бы не признал, было трудно сомневаться в этом: еле стоя на своём посту, глашатаю не удавалось уследить даже за своим собственным учеником. Не успели они с Соволапом отправиться и на первую тренировку, как его наставник уже и знать не знал, где тот шастал. Быть может, его уже забрал на тренировку кто-то более внимательный?.. Тогда, пожалуй, у черношкурого найдётся только больше того самого "лишнего" времени на то, чтобы выискать очередные свои недостатки. Поговорила бы с ним Бурецапка ... Рассказала бы. Одна она их видела. И где Соволап бы был, тоже обязательно бы рассказала.

+5

373

>>> багровый лес

- Эй, глашатай, - требовательно, но со смешком в голосе окликнула черного молодая воительница, как только вернулась со своей ученицей в лагерь. Будучи уже привлёкшей внимание Смерчешкура, рыжая мяукнула Траволапой через плечо, - Далеко ее уходи. Можешь пока поесть, силы тебе понадобятся.
Приветственно кивнув лучшему другу, полосатая села рядом с ним, даже не посмотрев на кучу с добычей. Ни мышки не было в её пасти с самого утра, но о еде Бурецапка сейчас точно не могла думать. Все её мысли были только о первой парной тренировке её ученицы, Смерчешкур должен был понимать её волнение. Ведь разве можно было считать день удавшимся в их ученические годы, если он не прошёл в отрабатывании боевых навыков? Тем более против своего лучшего друга. Вот только Траволапую и Соволапа словно было даже назвать терпящими дуг друга родственниками, так откуда уж взяться дружбе?
- Мне нужен ты и твой ученик. Я хочу устроить Траволапой парную тренировку, - хвост уже вдохновлённо подрагивал. Мысленно рыжая была уже за пределами лагеря, ведь Смерчешкур просто не мог не поддержать эту блестящую идею.

+3

374

Как и ожидалось, Крона тут же активно закивала в ответ и возбуждённо замахала хвостом, готовая вот-вот сорваться в путь. Ах, Крона-Крона, добрая, верная, прекрасная Крона! Сердце Шептуньи в который раз за жизнь свою наполнилось любовью и благодарностью к молочной сестре за то, что та не отвернулась от какого-то чужого приёмного котёнка, которого её родители почему-то захотели им с братом навязать. Нет, Веточка охотно приняла её, и под её влиянием даже Коруша, кажется, был не против такого соседа по детской подстилке. Вот и сейчас она сразу же согласилась отправиться Звёздное племя знает куда и найти предки знают что, лишь бы её бедной бестолковой Мехолапке стало лучше. В отличие от своей сестры, она вряд ли думала о том, что это может быть опасно, сколько риска влечет за собой поход в такую даль - ведь наверняка же такой сказочные цветочек не растёт у всех на виду, правда?

Правда...

- Цветок растёт на крутом берегу у границы с речными... берег может рухнуть... потонут тела в пучине смерти...

Слова Малины эхом отпечатались в подсознании серой кошки, заставляя ту содрогнуться всем телом. После той роковой встречи с рекой она старалась по возможности избегать этой страшной стихии, из которой её вытащили лишь воля случая, подбросившая какого-то проходящего мимо Речного воина, потрудившегося вытащить чужого котёнка на соседский берег, нарушив тем самым границу. Жаль, что она до сих пор не знала, кто это был. При всех неприятных стечениях обстоятельств, разворачивающихся между Грозой и Рекой, Шептунья была искренне благодарна своему таинственному спасителю и тайно мечтала однажды получить возможность поблагодарить его. Даже если он уже не помнит её. Даже если не станет слушать. Даже если она не сможет вложить всю свою благодарность в слова.

Я не могу не пойти, тем более теперь, когда Крона готова для меня броситься в самые дебри... - подумала пятнистая, прижав ушки к голове. - Если я и пойду к реке, то буду следить за тем, чтобы ни Крона, ни кто-либо еще не пострадали. Хватает нашему племени и одной неудачной пловчихи!

Тем временем Малина, заметив подошедшего сына, обошлась с ним крайне нелестно, и Шептунья лишь покачала головой, сочувственно глядя на то, как ловко старуха подминает под себя более крупного и сильного воителя. Да, уж ей-то точно никогда не понадобится этот чудо-цветок! Она еще всех молодых на уши поставит и всем покажет, за что старейшин надо уважать и почитать! Однако Лоскут, кажется, среагировал на поведение матери вполне нормально, насколько это вообще было возможно в ответ на подобное. Кому-кому, как ни им с Ласточкой быть привычными к проделкам веселой старейшины! Отряхнувшись и воспользовавшись тем, что она переключилась на Космача, чёрный вперил взгляд в неё, Шептунью, как в единственную кошку, оказавшуюся посередине двух пар разговаривающих. Сперва серенькая слегка стушевалась, но затем упрекнула себя за это - она же, по сути, всё-таки первая это начала, поздоровавшись. Так что, как бы ни было непривычно, а разговор поддержать придётся, даже если у неё это может получиться из хвоста вон плохо.

— Он разговаривает с тобой как с любым из соплеменников. Со временем всё племя будет относиться к тебе так. Ты непременно станешь воительницей.

Космач... - зеленоглазая внутренне улыбнулась, согретая так вовремя появившейся поддержкой наставника. - Ты прав. Если уж хотеть, чтобы с тобой обращались как с полноценным членом племени, то в первую очередь надо показать, что ты вообще заслуживаешь им быть. А иначе, как правильно заметила Вальдшнеп, "стоит ли вообще им становиться".

Замотав головой и слегка наклонив голову, чтобы показать, что ни в коей мере не собирается мериться силами с темношкурым, Шептунья осторожно вытянула хвост и стряхнула в бока кота приставший березовый лист. Затем показала на всех собравшихся по отдельности, отметив в первую очередь Малину, Крону и себя как самых готовых к путешествию. Пересказывать всю историю старейшины с помощью одного лишь хвоста и простых жестов для не привыкшего к ним Лоскута было бы слишком сложно, поэтому для упрощения задачи (и чтобы не слишком сильно "выдавать их тайну" - ведь за это же Малина так "ласково" пожурила сына) зеленоглазая кивнула головой на виднеющийся вход в палатку целителей и прижала лапку к своему горлу. Пусть идти она собиралась вовсе не для собственной пользы, так хотя бы куда понятнее. Правда, гораздо-гораздо менее интересно.

Решившись заглянуть в светлые глаза воителя, Шептунья робко и чуть виновато улыбнулась, словно ей было неудобно доставлять остальным столько хлопот. Она не удивится, если Лоскут хмыкнет и махнет на них всех хвостом, оставляя "заниматься делами целителя да перекладыванием травок". Хотя его мнение, кажется, на мать не подействует ни капельки, ибо старая кошка уже уверенно потрусила прочь из лагеря, и серая, бросив еще один взгляд на кота, поспешила следом. Только сейчас она поняла, что её шерстка горит непривычным тёплым огоньком - она впервые за долгий срок попыталась пообщаться с соплеменником (кроме соседей по палатке и сестры с братом), и тем более - с котом. И даже если эта коротенькая попытка с треском провалилась, Шептунья была уже рада тому, что она состоялась.

--- большой платан

+4

375

Так и не отыскав своего юного подопечного, Смерчешкур успел присесть и знатно огорчиться к тому времени, как его нашла Бурецапка - та, кстати, которую он так недавно вспоминал. Рыжая возвратилась из леса со своим учеником и была в полном боевом духе, чего не скажешь о глашатае, растерянным от потери в лагере Соволапа и явно вымотанным беседой с Ласточкой.

- Как скажешь, - спокойно хмыкнул кот, уже давно отвыкший и пытаться спорить с Бурецапкой.

Времена, когда они вдвоём сами украдкой удирали из лагеря за ночными приключениями или ленивыми прогулками уже оставались так далеко позади... Смерчешкур осознавал это с неподдельными ужасом, и всякий раз, как такие мысли приходили на ум, ему становилось взаправду обидно. Кого винить в этом - то ли Камня, то ли себя... То ли и никого не надо было, кроме времени - такое часто бывало, что друзья детства вырастали и не имели больше и слабого интереса друг в друге. Впрочем, кот думалось, как хотелось - в этом был весь черношкурый, и в его голове они были теми же лучшими друзьями. Того и гляди, и их оруженосцы сладят ещё больше?

- Неплохой план, неплохой.., - излишне задумчиво протянул кот, взглядом уходя туда же, где что-то выискивала и сама Бурецапка.

Конечно, план был замечательный. Но неужели нельзя было и немного помяться? Впрочем, ему ли: если Смерчешкур всё правильно понял, они с Траволапой уже возвратились с первых занятий, в то время как наш герой... Верно, он всё ещё искал своего оруженосца, только теперь уже сидя посреди лагеря рядом с рыжебокой кошкой. Только скинув со спины змеиные сплетни, горе-наставник уже притёрся к кошечке боком. Не повезло Соволапу, не повезло...

- Только у меня одна.., - продолжил Смерчешкур без особого желания сознаваться во всём подруге, - Не проблема, скорее - деталь. Я не совсем знаю, где сейчас Соволап.

Несмотря на полную несуразность ситуации, черношкурый пытался сдержать совершенно серьёзную морду - не по чину было отныне от таких бед веселится. Да и, по правде говоря, смешного в этом особо так и не было, но черношкурый был почти намертво уверен, что рыжая его за это то ли упрекнёт, то ли высмеет - одно из двух. Но, пока этого не произошло, Смерчешкур решил вовремя успеть продолжить оглядываться и даже обратиться за помощью:

- Траволапая, ты случайно не видела брата? - с надеждой в голосе обратился к котёнку глашатай. Ну, спаси дурака, пожалуйста!

Пока кот с надеждой взирал на ученицу своей подруги, в голове его всё так же продолжали переворачиваться варианты, кто же это такой лапастый успел загрести его подопечного, от чего так в лагере пусто... Что успело стрястись за время, что он отсутствовал в лагере? И поздновато, но всё-таки дошло и до него, и Смерчешкру, в корне переменившись в морде, обернулся назад к Бурецапке.

- Что за тишина? Где Куница с котятами? - без прежних нот юмора спросил он, да так, что едва ли не стребовал с подруги ответа. Не слишком дожидаясь слов рыжей, Смерчешкур сам широкими и заранее рассерженными шагами в несколько секунд преодолел расстояние до детской, засунул туда морду и... Увидел никого. Котята сбежали.

Отредактировано Смерчешкур (21-10-2019 23:28:51)

+7

376

[indent] Лоскут решил, что рядом с Шептуньей ему будет безопаснее. Крона не удержалась от быстрого подозрительного взгляда на кота. Сын Малины сам по себе был ей абсолютно нейтрален, но все, что происходило вокруг ее сестры, касалось мраморно-дымную в первую очередь! Она отвела от соплеменника взгляд лишь убедившись, что немой кошке ничего не грозит, и что ту не тяготит нежданная компания. Собиралась уже снова расспросить Малину о чудо-цветке, за которым уже немедленно горела отправиться, но вдруг столкнувшись с прямым неодобрительным взглядом Космача, доставшего, казалось, до самого нутра, невольно отвела назад ушки. Стушевалась всего на миг.
[indent] — Самокритичность — это полезная черта, - по неясной причине необдуманные слова кошки задели старейшего кота,из-за чего тот вступился за Вальдшнеп, даже слегка отгородив ее от Кроны. Сердце кольнула обида. Она всего лишь сказала, что думает! Не ее вина, что Вальдшнеп предпочитает тонуть в жалости к себе, перебирая в голове собственные недостатки, в то время как следовало бы наоборот - думать лишь о достоинствах, чтобы в будущем их приумножать. Недостатки и без личного участия себя обязательно проявят! Уж грозовая знала каково это, когда просыпается в тебе нечто такое, чего ты о себе не знала, и по-хорошему, не желала бы знать никогда. Взять ту же неоправданную трусость! Крона яро ненавидела себя за любое проявление оной, не собираясь признаваться в постыдной слабости. Слова косматой старейшины вызвали помимо трепещущего восторга внезапный страх. Не столько за себя, сколько за ту же Шептунью, ведь идти придется всем вместе, чтобы в пути оберегать и помогать друг другу. А еще дымно-полосатая банально боялась не оправдать возложенных на себя же собственных ожиданий. И когда Малина громко похвалила ее ставя всем в пример, что-то в душе кошки щелкнуло, отрезав даже тень мысли об отступлении. Выпрямившись, и гордо расправив плечи, она скептично взглянула на Вальдшнеп, отступив от Космача в коротком вежливом поклоне. Извиняться за резкость грозовая не собиралась, однако спорить со старшим котом было некогда, да и не хотелось, честно говоря, ведь потом она же сама придет к ним в палатку за новыми историями.
[indent] Малина бодро зашагала к выходу из палатки. Обменявшись взглядом с Шептуньей, ободряюще улыбнувшись и бойко кивнув ей, подтверждая собственную уверенность в задуманном, Крона поспешила не отстать. Голова самовольно мотнулась в сторону вернувшегося в лагерь Смерчешкура, который начал зычно звать своего непутевого оруженосца. Куда делся Соволап желтоглазая не ведала, но наделась, что вступившая в диалог с глашатаем Бурецапка поможет ему в его поиске. Вернув взгляд на спину Малины, следуя за ней скорее интуитивно, Крона запнулась об коварно торчащий в земле корень дерева, скрытый в хрустящей опавшей листве. Тихонько ойкнув, она чуть не клюнула носом землю, но выровнявшись в последний момент, приняла наиболее самодостаточный и сосредоточенный вид, будто ничего такого не было.
[indent] - Это все потому что ты ворон на ходу считаешь, - отчитала себя воительница, бросив взгляд через плечо на идущую след в след Шептунью, присутствие которой как всегда придавало боевого духа. Крона уже давно поняла, что рядом с немой сестрой жизнь ее наполняется особым таинственным смыслом, поэтому она так ревностно оберегала юную старейшину, желая помочь ей чем только сможет. В голову пока что не приходила мысль, что особенность этой ее судьбы заключается в немоте молочной родственницы. И не ясно, сохранится ли это ее ощущение значимости, если пеструю удастся исцелить. Прямо сейчас Крона думала лишь о том, как провернуть непосильный фокус. Она жила сегодняшним днем, единым мигом, не парясь о будущем и его испытаниях. Вот братец, тот был не такой. Вечно хмурый, нелюдимый, ну просто принц Несмеян! Ну что поделать, как говорится, в семье не без Короеда! Хотя потом она обязательно расскажет ему какое удивительное приключение тот пропустил.
[indent] Преисполнившись удовольствием от представления удивленной морды угрюмого братца, серебристо-дымная в веселом настроении покинула лагерь.

-->за Малиной на платан

Отредактировано Крона (25-10-2019 09:25:07)

+5

377

начало игры ;

[indent]Янтарница весь день была на лапах. Впрочем, как и всегда. Воительница ни за что бы не позволила себе сидеть без дела, даже если бы у нее представилась такая возможность. Возможно, будучи ученицей она порой ленилась, но неизменно наблюдательный наставник отчитывал юницу за такое поведение. Прошли луны, и сейчас Янтарница сама бы кого хочешь отчитала, увидев, как кто-то отлеживается в лагере с самого рассвета.

[indent]Сезон Листопада давно вступил в свою силу, вытеснив Сезон Зеленых Листьев. Ветер усилился, солнце больше не грело. Охотиться с каждым днем становилось труднее, но не для упорной Янтарницы, которая никогда бы не явилась в лагерь с пустыми лапами. Ей пришлось потрудиться, чтобы поймать одну-единственную полевку. Ветер часто сменял направление, что часто подводило охотницу, и добыча, заприметив опасность, спешно убегала от кошки. Противный дятел еще и раскричался на весь лес, когда черепаховая схватила того за хвост, но птице все равно удалось взлететь. Янтарница не ругалась, не показывала всем своим видом злость и недовольство. Только едва дернувшийся кончик хвоста свидетельствовал о ее раздражении, которое воительница постаралась быстро смахнуть с помощью анализа ситуации.

[indent]˝Мне стоило быть внимательнее и быстрее. Тогда я поймала бы и того дятла,˝ – решила для себя Янтарница. С полевкой в зубах она отправилась в лагерь. Присоединив свою добычу к общей куче, воительница по привычке осмотрелась. Делала кошка это всегда долго и тщательно, словно олениха, высматривающая признаки опасности. Янтарница услышала тревожные нотки в словах соплеменника.

[indent]– Что за тишина? Где Куница с котятами? – мяукнул Смерчешкур. Подобравшись к глашатаю, Янтарница поняла, что тот рассержен. Если это выходка самих котят, воительница и сама бы разозлилась. Нынче у котят нет никакой дисциплины, никакого понимания Воинского Закона. Видимо, пришло время это исправить.

[indent]Янтарница заглянула в детскую после черногривого, словно бы хотела лично убедиться, что котят действительно нет. Вдохнув побольше воздуха, чтобы запомнить запах, воительница выдохнула, вышла из палатки и попробовала взять след.

[indent]– Запах слабый. Скорее всего, его разнес ветер. Но он все еще чувствуется. Нам нужно собрать отряд, чтобы отыскать котят, пока запах не исчез совсем, – низким голосом проговорила Янтарница и перевела взгляд на Смерчешкура. В ее тоне сквозили привычные повелительные нотки, но воительница не первую луну живет в Грозовом племени. Наверняка соплеменники уже успели привыкнуть к этой ее особенности, хотя многих такой тон по-прежнему задевал за живое. Черепаховая терпеливо смотрела на глашатая, не произнеся ни слова. В словах не было никакой необходимости. Сейчас нужно было действовать. Весь вид Янтарницы будто бы спрашивал Смерчешкура: ˝Какие действия ты собираешься предпринимать?˝.

Отредактировано Янтарница (28-10-2019 21:42:08)

+8

378

— Что за тишина? Где Куница с котятами? — котята.
Почему Куница не рядом с ними? Она же не могла сама увести их из лагеря, а значит - не досмотрела. И где она ходит? Как она могла их оставит...
Тут Бурецапка вспомнила то, что пыталась огородить от себя уже не одну луну. Она пробыла со своим котёнком не больше часа, но за это время уже успела полюбить его всем сердцем и понять, что никогда не смогла бы бросить его. Эти шесть лун в детской были бы для неё не заточением, как для Ласточки, а настоящим подарком. Так как тогда королевы могут покидать детскую и оставлять своих котят? Бурецапке бы не хотелось, чтобы Куница поняла, что такое терять своего котёнка, пусть эта её "отлучка" будет единственной ошибкой королевы.
- Нам нужно собрать отряд, чтобы отыскать котят, пока запах не исчез совсем, - рыжая относилась хорошо к каждому своему соплеменнику, но её крайне раздражал тот факт, что старшие воины не воспринимали Смерчешкура глашатаем. Да, она сама частенько подкалывала его, не соблюдала субординацию, но когда это делали другие - кошка начинала раздражаться.
- Смерчешкур соберёт, - спокойно произнесла полосатая, переведя взгляд с Янтарницы на глашатая. Она пыталась не показывать как сильно встревожена и не указывать другу что делать, чтобы не подрывать его авторитет. Но мысленно она уже неслась на поиски котят.

+3

379

Кот не успел высунуть морды из палатки котят, как подле него в проёме образовалась ещё одна морда, тоже только заметившая пропажу: Янтарница была тут как тут. Окинув детскую оценивающим и даже каким-то неуместно строгим взглядом, воительница пришла к такому же выводу - котят в ней не было. По шуму было легко угадать, были ли они где-то вблизи - нет, вокруг царила такая тишина, которая свойственна краю, где нет никого младше шести-семи лун.

- Мы и есть отряд, - поторопился ответить кот так, что раздражение в его голосе просто не успело промелькнуть, - Выходим.

Смерчешкур отпрянул от детской резко, как от неприятеля, с раздражением побуркивая себе под нос. Излишняя словесность Янтарницы никак не могла остаться без его внимания, но черношкурый сомневался, что в этот момент оно того и в самом деле стоило. Бурецапка новость встретила хотя бы мнимо спокойно - нравилось думать, что, быть может, для того, чтобы юный глашатай в сердцах и сам не ударился в панику. Впрочем, какими бы резкими или излишними не казались комментарии старшей воительницы, Янтарницы, в них и была правда: патруль не мог задерживаться и на секунду. Нынче в лесах бродила такая темень, что по-одиночке не стоило шастать и взрослым, а тут - котята... Беспомощные и ещё совсем неумелые. На особые сборы кот тоже тратить времени не стал: их тут уже было трое, и этого должно было хватить. Наверно.

- Траволапая! - оклинклу кот ученицу рыжей, - Сиди в лагере. Дождись Солнцезвёзда, передай ему, что котята пропали, и мы их ищем. И ни шагу с поляны! Смерчешкур ни капли не шутил. Не сейчас. Ему никогда не хотелось казаться заносчивым или излишне строгим перед оруженосцами, но, вероятно, в своём нежелании он изредка и забывал, что иначе порою и никак.

Окинув ученицу Бурецапки ещё раз тяжёлым, требовательным взглядом Смерчешкур поспешил из лагеря широкими шагами, которые едва ли не переходили в бег. Одним Предкам могло быть известно, куда могли зарыться котята, и ветер, шумевший и под кронами деревьев леса, не был им помощником. Запах ещё чувствовался возле палатки, но уже чуть дальше, в самом лесу множественные потоки коверкали его и размывали по тропинкам, растениям и камням: котам предстояло сильно постараться, чтобы не сбиться со следа. Несмотря на то, что черношкурому ещё хотелось напомнить Янтарнице, что он не забыл, что у них мало времени, и стоило бы торопиться, кот молчал, лелея надежду, что в большей тишине можно будет легче расслышать их возню. А лапы же не медлили: так и норовили вперёд, словно чувствовали что-то неладное.
искать котят

+3

380

— И кто это умудрился пчел на свою голову подхватить? Неужто ты, Лоскут? — Малина вновь поворачивается к сыну, и тот едва сдерживает протяжный вздох уставшего от жизни и в первую очередь от своей тронувшейся матери кота. — Я-то думаю, что это тут жужжит постоянно. А это ты, негодник, со своими пчелами.
— Так ты попробуй помолчать,
— негромко выдавливает из себя воитель, склонив голову и смотря исподлобья на Малину, — сразу жужжать перестанет. [indent]
Малина, однако, в очередной раз никак не реагирует на слова сынули, оставляя Лоскута вновь и вновь в круглых дураках. Он отвлекается на Шептунью, принявшуюся хвостом указывать на всех, собравшихся в палатке, не выдавая ни единого слова, словно объясняет глухонемому. Пока Лоскут, тупо прослеживая взглядом за хвостом кошки, поочерёдно изучает то одну, то другую грозовую фигуру, будто надеясь найти у них лапу на голове или третий глаз на боку и сразу всё понять, Космач успевает сказать пару слов Шептунье. Лоскут поворачивается к соплеменнику, тут же, впрочем, отошедшему в сторону, и прокручивает в голове им сказанное, однако смысл слов до него всё равно не доходит. Шептунья, меж тем, прекращает свой "словесный понос", оставляя Лоскута в полном недоумении. Однако последний её жест — прикосновение к горлу — мигом наталкивает черношкурого на определённые мысли.

— А-а-а, — протягивает он, расплываясь в понимающей улыбке, — так ты бы сразу сказала, что ты немая!

К счастью для обоих, Шептунья, уже двинувшаяся в сторону выхода, этого не услышала.

"Она, наверное, хотела мне показать, что её никто не понимает", — делает вполне логичный вывод воитель и бросает сочувствующий взгляд в спину молодой старейшине.

Лоскут чихает, затем осматривает палатку и, не найдя ничего более интересного в ней, выходит вслед за Шептуньей.

+3


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » главная поляна