У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

!!Закрыта регистрация в Речное племя!!
Ищем глашатая племени Теней


2.11 Названы лучшие игроки октября и почетный персонаж месяца! Спасибо за участие в голосовании. Желаем вам активной игры, ведь может именно в декабре вам достанется звание почетного персонажа?
6.10Названые лучшие игроки сентября, а также почетный персонаж месяца! Поздравляем и желаем интересных отыгрышей!
20.09Окончание переписи. В 23.59 по МСК тема будет закрыта, неотписавшиеся персонажи будут отмечены крестом.
16.09У нас большая радость и большое счастье - форуму «Последнее пристанище» сегодня исполняется год. Год, представляете?! Год обалденных отыгрышей, ярких персонажей, сюжетов, планов, мечт. Год, за который мы с вами создали целый форум, живой и по-домашнему уютный. Мы обрели друзей, новых соигроков, семья пополнилась и расширилась.
Сегодня мы целым составом амс признаемся в любви к вам и к нашему дому, и хотим преподнести нам всем подарок: новый дизайн, новый сюжет, добавлена летопись и карта территорий!
Давайте держаться вместе! Мы взрослеем, всегда остается столько дел, взрослых проблем… давайте не терять нашу частичку детства? Нашу фантазию, наше творчество, нашу отдушину.
Мы вас любим, котаны!
С днем рождения, Последнее Пристанище!
12.09 !!!Перепись!!! Уважаемые игроки, убедительная просьба отнестись со всей серьезностью к данному мероприятию, ведь после 20 сентября профили, не отметившиеся в переписи будут отмечены знаком [x], модели и цепи имен будут освобождены для пользования! Отмечаемся в теме: перепись населения.
грозовое племя
> Сезон Зеленых деревьев'19
Во время Совета на племена нападает свора собак, Грозовое племя отводит всех к территориям двуногих. Двуногие отпугивают свору огнепалками. Ненадолго опасность миновала.
> Сезон Юных Листьев'19
Опалённая больше не может занимать должность глашатая из-за обострившейся болезни. Солнцезвёзд принимает решение назначить временным глашатаем Ласточку. В племя после долгого отсутствия возвращается Филин, рассказавший о своём заточении у Двуногих.
За помощью к Грозовым целителям приходит Сивая, ставшая полноправной целительницей, и остаётся у соседей на некоторое время, чтобы обсудить с Орехом накопившиеся вопросы.
Из-за беременности Ласточки новым глашатаем становится Смерчешкур. Куница также объявляет, что ждёт котят, и позднее у неё и Солнцезвёзда рождается четверо котят. Ласточка не торопится объявить имя отца четырёх своих котят. Из-за резкого пополнения Солнцезвёзд принимает решение расширить территории племени за счёт соседей: он покушается на Нагретые Камни.
Битва разгорается на рассвете. Решив увеличить свои шансы на победу, Солнцезвёзд заключает союз с Кометой, и племя Теней выступает на стороне Грозовых. Сражение выиграно, но с большими потерями. Очень много раненых. Филин погибает от кровопотери.
племя ветра
> Сезон Зеленых деревьев'19
Патруль доходит до Фермы Двуногих, где находит десятки мертвых мышей. Никаких видимых признаков охоты не обнаруживается. Заподозрив неладное, воители возвращаются обратно. В следующую же ночь, по странному стечению обстоятельств, погибает Панцирь, который был в составе патруля у Фермы Двуногих.
На территориях племени Ветра Утёсник встречает Крестовника. Схватив нарушителя, он ведет того в лагерь. Все племя тем временем отправляется на Совет, не подозревая о случившемся.
Звездопад рассказывает племенам о Макоши. И в этот же момент на совете на племена нападает свора собак, натравленная сестрой Звездопада. Племя бежит на территории Двуногих, где их спасают разбуженные Двуногие, держащие наготове огнепалки. Ветряные с осторожностью возвращаются в лагерь.
> Сезон Юных Листьев'19
Пустырник покидает племя Ветра по неизвестным для всех причинам, оставляя Полуночника. Патрулируя территории, Звездопад оказывается возле границ с Речным племенем. На территории племени Ветра обнаруживается погибший Львинозвезд. По ту сторону границы приходит в себя Крестовник, тут же указывая подоспевшему Речному отряду на предполагаемого убийцу. Звездопад становится единственным подозреваемым. Никому неизвестно, что за смертью Львинозвезда стоит Макошь, сестра Звездопада, покинувшая племя много лун назад. Похожий окрас и запах пустошей, исходивший от кошки, сбивают с толка воителей, окончательно запутывая два племени. Суховей высказывает мысль, что за всеми напастями действительно стоит Звездопад, отчего в племени назревает внутренний конфликт. Веские аргументы Суховея заставляют многих задуматься. Постепенно часть соплеменников теряют доверие к своему предводителю. Тем временем Звездопад, оказавшись на нейтральных территориях, оказывается в ловушке у Макоши. Не подозревая о том, что за всеми неприятностями в лесу стоит сестра, предводитель становится жертвой ситуации. Вступив в драку с Макошью, он падает с обрыва в реку, теряя жизнь. В этот же период времени Штормогрив попадает под колеса Чудища, ломая лапу. Колючка помогает наставнику добраться до лагеря. По возвращению Звездопада в лагере назревает настоящий бунт. Суховей требует от предводителя объяснений и признаний в содеянном. Однако, еще недавно поддержавшие молодого воина соплеменники в ключевой момент не поддерживают Суховея. Суховея понижают до звания оруженосца, ныне известного всем под именем Ветролап. На территориях племени Ветра Утёсник встречает Крестовника. Схватив нарушителя, он ведет того в лагерь. Все племя тем временем отправляется на Совет, не подозревая о случившемся.
речное племя
> Сезон Зеленых деревьев'19
Ручей рожает четверых здоровых котят от Бурана.
Племя отправляется на Совет, а в это время Крестовник, не готовый мириться с бездействием племени, в одиночку отправляется на территории племени Ветра. На пустошах его ловит Утесник.
Выдра и Рогоз, в эту же ночь, приносят в лагерь гнилую рыбу с берега. Воины считают, что это знак от Звездного племени. "Рыба гниет с головы" — так его трактуют Рогоз и Выдра, намекая на некомпетентность их предводительницы.
На Совете на племена нападает свора собак. Речное племя спешит ретироваться в лагерь.
> Сезон Юных Листьев'19
Львинозвезд с Крестовником отправляются на границы с племенем Ветра. У территорий пустошей их поджидает опасность, которая вот-вот перевернет жизнь всего леса. Макошь, бывшая представительница племени Ветра нападает на речной отряд. Крестовник получает тяжелый удар по голове, отчего уходит в бессознательное состояние. Львинозвезд вступает в потасовку с Макошью, но их драка заканчивается внезапно появившейся возле границ лошадью Двуногих. В решающий момент Макошь подставляет Львинозвезда и тот попадает прямо под копыта. Предводитель погибает, теряя все жизни.
Подоспевший речной отряд в растерянности и смятении. Очень невовремя появившийся на границах Звездопад сеет семя сомнения. Крестовник, очнувшись, тут же указывает на предполагаемого убийцу — предводителя племени Ветра. Схожий окрас и запах вводят в заблуждение каждого присутствующего. Оцелотка отправляется к Лунному Камню за даром девяти жизней и получает новое имя — Созвездие. На обратном пути от Лунного Камня погибает Щербатая, угодившая под ноги лося на территориях племени Теней. Ее место вскоре занимает Сивая, а глашатаем назначается Буран.
Речное племя дипломатичными путями забирает котят у племени Ветра, Созвездие не торопится развязывать войну. Речное племя скорбит по Львинозвезду, но понимает, что сейчас не лучшее время для мщения. По приходу в лагерь, котята — Ракушка, Лепесточек, Берёзка и Ясенница — получают ученические имена. Пчёлка просит предводительницу провести еще одну луну в детской. Сивая отправляется в Грозовое племя, чтобы посоветоваться с Орехом по поводу лечения своих воинов. Во время патрулирования, Буран обнаруживает, что метки на Нагретых Камня отодвинуты. Речное племя незамедлительно собирает отряд и выступает на границы для отвоевывания территорий. Завязывается драка. В решающий момент, когда, казалось бы, Речное племя одерживает победу, на Нагретые Камни врывается племя Теней. Речные терпят поражение. Союз с племенем Теней расторгнут. Многие из отряда ранены.
племя теней
> Сезон Зеленых деревьев'19
На территории племени Теней были найдены множественные следы своры собак, которых Макошь выманила из города с помощью разбросанной мертвой дичи по всему лесу.
> Сезон Юных Листьев'19
Лагерь подвергается нападению лося. Зверь разрушает несколько палаток, отдавливает хвосты воителям, однако обходится без жертв. Котам удалось выманить лося из лагеря, и тот скрылся в лесу. Некоторое время воители усердно восстанавливают палатки. Полуночник, в это время гостивший у соседей и помогавший Иве в обучении, также принимает участие в ликвидации последствий погрома и выхаживает раненых.
Вновь происходят переговоры между лидерами Речного и Сумрачного племён. Комета осталась недовольна тем, что Созвездие заняла место Львинозвезда, поэтому решила заключить союз с Грозовым племенем. Всё это осталось в тайне не только от соседей, но и от Сумрачных котов на недолгое время. На территории был пойман одиночка Гор. Комета оставляет его в лагере на одну ночь, однако после допроса вышвыривает вон.
По просьбе Грозового племени племя Теней помогает новым союзникам в битве за Нагретые Камни. В благодарность за это Сумрачные получают право догонять любую дичь, перебежавшую границу, на территории Грозы. Всё это обострило отношения с Речным племенем.
Учеником целительницы становится Чижик.

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » главная поляна


главная поляна

Сообщений 341 страница 360 из 399

1

http://s8.uploads.ru/mIcRS.png

Код:
<!--HTML--> <style>
.gtemp-app1 { 
width: 90%;
 font-size: 11px;
 text-align: center;
 line-height: 120%;
 color: #000;
 
 padding: 15px;
 padding-top: 10px;
 margin: 10px;
 } 
</style>
<center> 
<center> 

<div class="gtemp-app1"> 
<div style="width="100%">
<div style="text-align: center; height: 320px; overflow: auto;">
<br> 
  <font face="yeseva one"><font size="4"><b>главная поляна</b></size></font>
<font face="Times New Roman">——————————————————————</font>
<font face="Century Gothic"><b><font size="3">М</size></b><font size="2">инуя тоннель в зарослях ежевики и утёсника, что окружают лагерь Грозового племени по периметру, воители попадают на главную поляну. Здесь довольно много свободного пространства, чтобы вместить всё племя, песчаная почва с редкой порослью травы, а так же много валунов, некоторые из которых воители приспособили под палатки, - всё это следствие того, что когда-то очень давно, когда коты ещё не заселили этот лес, на месте Грозового лагеря протекала река, отчего-то пересохшая и оставившая в лесу вымытую ложбинку. Ближе всего ко входу расположена палатка воителей, главных защитников племени. Далее огромная скала, с которой лидер племени проводит собрания и у подножия которой расположено его жилище. По другой стороне лагеря друг за другом виднеются палатка старейшин в поваленном дереве, палатка оруженосцев у старого пня и детская в зарослях ежевики. На противоположном конце лагеря можно заметить папоротниковый туннель, ведущий к пещере целителя, расщелине между камней. 
Коты Грозового племени любят проводить вечера у зарослей крапивы возле палатки воинов, где обсуждают события прошедшего дня, ужинают или просто вылизываются. На ночь у входа в лагерь обязательно оставляют одного или двух дозорных.</size></font>

</div>
</div></div> 
</center> 

+2

341

~разрыв~

Да уж, все эти правила вежливости с Ласточкой не работали. Нормальную королеву бы сейчас бежали поздравлять соплеменники, но здесь точно понимали, что кошка в этом не нуждается. Сам факт того, что она полноценная воительница, делали бывшую наставницу Бурецапки счастливой и без участия соплеменников. Хотя кто знает о чём с ней сейчас говорит Солнцезвёзд.
Рыжая никогда не винила Ласточку за отсутствие материнского инстинкта, она в своё время все его зачатки отдала именно ей. Так что Бурецапка чувствовала даже какую-то вину перед её котятами. Пять штук...это же надо. Слишком много для Ласточки, предки должны были понимать, как поделить эту маленькую росинку возможной любви на такое большое количество частей? Но ничего, она отдаст своей первой ученице то, что когда-то отдала ей Ласточка. Траволапая заслуживала это больше Бурецапки.
С волнением поднялись она скалу, полосатая коснулась носом носика своей ученицы. Наконец-то Солнцезвёзд дал ей ученицу! Бурецапки знала куда ей посмотреть. Возможно, никто больше не заметил этого, но от рыжей это не могло ускользнуть, уж очень хорошо она знала свою чёрно-белую кошку. Рыжая увидела этот огонёк только на секунду, но уже знала точно - это была гордость. И за неё, и за котят. Пусть дуются на неё сколько смогут, как и Бурецапка в своё время. Когда-нибудь они поймут.
Хмыкнув своим мыслям, кошка вернулась на землю, где оставила свою ученицу.
- Скоро я тебя научу как обращаться с гадюками, - шепнула кошка на ушко Траволапой. Одна луна с Бурецапкой, и полосатая кошечка сможете поставить своего брата на место без помощи Зайки.
- Тайфун, можно присоединиться к вам на обход границ? - вежливо поинтересовалась кошка у старшего воина, подойдя к куче с добычей, где кот уже заканчивал с трапезой. Она не сомневалась в своих навыках по обучению в охоте, но границы напрягали её.
Вдруг я буду не интересно рассказывать про другие племена?
Бурецапка была далека от этой лесной политики, Тайфун знал куда больше.

Отредактировано Бурецапка (28-08-2019 15:48:02)

+4

342

// начало игры.

[indent] Соволап раздосадовано отойдет в сторону и зубы покрепче сожмет, чтобы не расплескать накатывающее раздражение, озлобленным прищуром проводит удаляющиеся силуэты наставника и матери — матери, неожиданное прикосновение которой пару минут назад тепло по телу пустило, казалось проявлением желанной ласки, должное стать тихим "все хорошо" на ушко и улыбкой сияющей — а осталось обыкновенным обманом леденящих глаз, гордостью не горящих. Котик цепкие коготки от обиды выпустит, вспарывая землю под лапами. Пусть идет куда хочет, ни слова ни проронив, забирает и его первый день обучения, если хочет, закопает их праздник своим дурацким равнодушием. Соволапу наплевать. Соволапу невероятно хочется на всё это безобразие  н а п л е в а т ь.
[indent] Возмущенно грудку пушит, со своих низин горделиво сверкает золотом глаз. Из-под вороха ресниц не без зависти перекидывается на сестричку-Зайку, которая о чем-то очень важном со своим Тайфуном щебечется — о том, наверное, как здорово и продуктивно они проведут этот замечательный-прекрасный-хороший день, как много всего смогут и сделают, сколько интересных мест повидают — тех самых, которые Соволапу сегодня ну никак не светят, и в которых серебристый, дайте предки, побывает вообще. Тихий шепот под нос, хвост по земле, как по собственным нервам — весь этот наизнанку вывернутый день неимоверно бесит, мечта разнится с реальностью, самолюбие тупыми когтями рвёт.
[indent] Вдогонку привычная картинка, как назло, так не к месту — пыль и грязь. Пока его брат по обыкновению колотил Траволапую, а черно-белая сестра, по обыкновению, бросалась камнями громких слов в её защиту, Соволап невольно закатывал глаза под приливы тошнотворной скуки. В эти разборки даже влезать не хотелось, только лапы марать при всем племени, и вся эта возня не больше, чем детская глупость, и учавствовать в ней было бы также приятно, как вычищать подстилки старейшин — просто скопище самодовольных пней, к которым он, разумеется, никак не относится.

+5

343

разрыв
На собрании Короед появился с лёгкой толикой какого-то неладно предчувствия, но никак не ассоциировал будущее злоключение с собой. Кот успел предположить, что, может, они вот-вот отправятся на ещё какой-то захват земель, придумали проводить Советы днём или начать ловить рыбу: на фоне всего остального это хоть и оставалось возмутительным, но уже не было таким удивительным. Однако первое предчувствие подкачало Короеда, и всё оказалось куда хуже: отныне и до конца шестой луны от сего дня он теперь был личной нянечькой Мухоморчика, одного из котят Ласточки. Наставником, как говорится. И это не вызвало в Короеде ничего, кроме тяжеленного вздоха разочарования.

Бывали такие дни, когда нутро уговаривало его не вставать поутру с подстилки. Полежать ещё подольше, обрести в боку вмятину, потянуть лапки - заняться простым кошачьим счастьем. Такое желание возникло и сегодня, и, поведись бы он на него, то ещё немножечко времени не узнал бы, как Солнцезвёзд отяжелил его жизнь на ближайшее время. Теперь возвращаться на подстилку было поздно, и кот грузно, распихнув лапами по пути пару котят-зевак, подобрался к своему Мухоморчику.

Происходящее между Мухоморчиком и его, по-видимому, не самой любимой сестрой не осталось без внимания воителя, но к их разборкам он не имел любопытства. Дети вечно мерились, чьи клычки толще, явно забывая, что на всех них ещё ни с одной стороны не обсохло материнское молоко. Впрочем, может, Ласточка не так баловала их? И дети, вместо ласки и молока матери, обсасывали подстилки да пёршки, вот такие несуразные и дурные уродились.

Из всего выводка достался Короеду достался даже не самый косой: Мухоморчик был крупный и бодрый, но энергичный. Активному ученику полагался активный наставник, а полосатый совсем не был уверен, что готов делиться своими силами с кем-то хотя бы наполовину. И, всё-таки, от этого никуда не деться. Так предки жили, его отец жил, мать - жили и воспитывали оруженосцев. И ему положено, даже если не любо.

- Шутка предков.., - опечалено протянул кот, то ли проклиная ситуацию, то ли обращаясь к своему подопечному, - Тебя-то мне и не хватало, да?

Щёки кота раздулись. Они и так-то были не маленькие, а когда Короед был недоволен - казались невероятно огромными. Из-за щёк полосатый с недовольством взирал на едва оперившееся Ласточкино создание, ныне вверенное ему лично. Быть может, Солнцезвёзд встал не с той лапы? Или съел протухшую мышку? С какой стороны Короед был похож на того, кому вообще стоит становиться наставником?.. Превыше его не тупой головы и тяжёлых лап было непробиваемое, вездесущее безразличие ко всему, что происходит дальше его усов или хвоста Кроны. А тут... Такое.

- Не скрипи, я тебе тоже не шибко рад, - опережая даже первую реакцию мальца, пояснил Короед, - Потом поиграешь. Ползи за мной.

Не выжидая реакции юнца, Короед неспешно двинулся в сторону близкого к лагерю укромного закутка.
сюда

+7

344

Сидя в сторонке и как обычно пропуская жизнь впереди себя, Шептунья наблюдала за церемонией посвящения, слово за словом мысленно повторяя про себя еще тогда запомнившийся текст. Речь, произнесенную для неё лишь раз и потому окрасившуюся еще более дорогими оттенками смысла. Речь, что стала для неё одновременно и даром долгих лун близкого, дружеского общения с Космачом, и проклятием крушения несбывшихся надежд и чаяний. Стоя вот так же, как и эти юнцы, перед ликом могучего, рыжего как закат Солнцезвезда, маленькая Мехолапка мечтала стать достойной воительницей, доказать всем, кто колол её под ребра словами и взорами сомнений, что она не зря ест из общей кучи и безмятежно спит на тёплой подстилке.

Однако получилось стать лишь достойной старейшиной - такой же бесполезной обузой... - вздохнула серая кошечка, приглаживая лапкой шерстку и краем глаза наблюдая за котятами.

Она уже успела более близко познакомиться с некоторыми из малышей, спасибо бывшему своему наставнику. Травушка, Гусёнок и Зайчонок успели заметно вырасти с того раза и теперь красовались лоснящимися шубками и крепкими телами и лапками. Почти как она когда-то. И также, как она, они смотрелись какими-то... одинокими что ли? Несмотря на то, что их отцом оказался никто иной, как Ежевика, ни сам старший воитель, ни Ласточка не рвались окружать детей каким-то ореолом или коконом, свойственным обычным родителям. Бывшая королева казалась... сдержанной что ли, отстранённой даже. Хотя она же была глашатай до того, как попала в детскую, наверное, это хорошо муштрует.

В любом случае, кошка не могла не улыбнуться при виде того, как котята по очереди гордо приосаниваются, словно пропитываясь своими новыми именами, новым статусом. Один за другим подходят к малышам их новые наставники, и Шептунья удивленно и радостно замечает среди них Короеда. Это надо же, недавно из палатки учеников и уже своего воспитывать! Тонкий коготок ревности мазнул по сердцу, но чувство это было направлено не на молочного брата, а скорее на всю ситуацию в целом. Она никогда не сможет вот так же выйти перед всеми и пообещать племени воспитать хорошего ученика. Не сможет принести пользу даже таким образом. Да что там, она не может даже произнести имена новых оруженосцев вместе со всеми, хотя ничуть не меньше прочих присутствующих рада за них от всего сердца!

Гусёнок                  Траволапа                    Зайка                 Мухоморчик                     Соволап

Она по очереди медленно и торжественно повторила про себя их имена, словно запоминая, словно откладывая в памяти, просто чтобы хоть как-то отдать должное новым ученикам. Когда церемония окончилась и все стали потихоньку разбредаться по своим делам, серая всё еще осталась наблюдать за тем, как бывшие котята ждут своих новых обязанностей. Взгляд уловил начавшуюся потасовку между Мухоморчиком и Траволапой, вылившуюся в полное доминирование первого над второй. Шептунья замерла на месте, с занесенной для умывания лапой, по телу пробежала мелкая дрожь. Вся эта ситуация была ей до боли знакома, до боли не только моральной, но и физической. Чёрно-белый котёнок своим поведение уж слишком хорошо напомнил ей Ежа. Тот до сих пор не упускает возможность проехаться по её ушам своими резкими словами, а то и тяжелыми лапами. Но если Ёж не принимал её как члена племени из-за того, что сделали ей родители, то почему же в одной семье котята так ведут себя друг с другом?!

Благо охотника от жертвы довольно резко оторвала Зайка, и серая выдохнула, переведя взгляд на Короеда. Сможет ли он обуздать нрав Мухоморчика? Как подсказать ему, чтобы он уделил этому немного больше внимания? Стоит ли ей вообще влезать в это дело? Сердце требовало что-то предпринять. Как ни хотелось ей сравнивать едва выбравшегося из детской котёнка с полосатым недоразумением, но если это будет продолжаться, то Траволапа будет себя ощущать такой же загнанной, какой себя порой видела сама Шептунья.

Вздохнув и покачав головой, кошка подвернула лапки под себя и подняла глаза к небу. Иногда даже бытие простым облаком казалось ей несоизмеримо более интересным, чем ей собственное существование.

+3

345

- Сегодня мне опять снились ежи, - шелестящим полушепотом рассказывала Малина на ухо спящему Космачу. - Я сидела и ела мышатину, а они столпились вокруг меня и похабно рычали, как на голую падаль. Не к добру это все, - она издала хлюпающий рык, остервенело барабаня хвостом по своей подстилке, разбрасывая ее куски по всей палатке. Старый добрый Космач всегда ее внимательно слушал, иногда сопровождая длинные рассказы участливым храпом и сочувствующим сопением.

Бедный старик несколько дней назад так измотался, что заставил Малину всерьез перепугаться за его здоровье. Чтобы косматый доходяга не испустил дух раньше положенного, седая кошка не оставляла его ни на мгновение одного. Она хорошо знала, как нелегко приходится котам его возраста, и ведь ни один пройдоха даже не удосужился проверить своего соплеменника, пока Малина не затаскивала всех силой и не отвешивала каждому подзатыльники. - Ты посмотри, опять мою подстилку раздербанил очередной прохиндей, пока я не видела, - с недовольством в голосе пробурчала старая и неуклюже поднялась с места, цепляя пушистым боками раскинутые кусочки мха.

Сердито выйдя из палатки, она угодила лапами в грязную лужу, нежеланно родившуюся прямо у входа, от досады шлепнула по ней кривым хвостом, забрызгав слякотью чью-то соседнюю спину. Попутно сдувая сырые космы с глаз, она вслушивалась в слова Солнцезвезда и искала того подлеца, испортившего ее родное гнездо.

- Шептунья! - заметив юную кошку, захрипела Малина на всю поляну, скользя по заплывшей от грязи земле прямо к старейшине. - Опять языком чесала всю ночь напролет с какими-то кукушками? Твоему языку давно пора найти другое применение. - она бросила на нее укоризненный взгляд, столкнувшись с очередным молчанием. Посадила снова свой голос, теперь молчит, как рыба. - Знаю я одно праведное дело, придется поднапрячься, чтобы получить удовольствие, - с этими словами седая повернулась к ней задом, задрала перед мордой метелку-хвост и бросила красноречивый взгляд, давая Шептунье собраться с силами.

- Мухоморчик! Зови всех своих братьев, наконец-то нашелся крепкий язык, который сможет вылизать вашу лохматую шерсть раз и навсегда, - прогудела во все горло резвящимся пятнам. Заметив какого-то плоскомордого проныру, нашептавшего, очевидно, гадости на ухо котенку, Малина натопорщила космы на морде от негодования. - Куда этот мутный зад его повел? - с напором спросила она рядом сидящую Шептунью, мигом позабыв обо всех делах. Что-то подсказывало ей, что не просто так этот кот решил увести дитенка Ласточки, да еще и у всех на глазах, ничего не стыдясь.

+6

346

Ей стоит только задержать дыхание – пропустить через себя тонны чужих слов, звучащих эхом где-то в голове, а затем отпустить – выдохнуть вместе со всеми переживаниями. Не оборачиваться на прошлое. Не поворачивать голову назад, пробуя на зуб новое имя, прячущее в себе загнанную в угол Травушку, нерешительную и неброскую, поджимающую хвост и обитающую где-то на задворках главной поляны. Теперь Траволапая та, чьи страхи надо держать глубоко внутри себя и не давать им выбираться из горла, не выпускать внутренних призраков вместе с хрипом и слезами. Новый цикл жизни с новым именем – это то, чего ей было необходимо так долго.
Долго ли?
Траволапая не может удержаться, смотрит через плечо – туда, где до сих пор витает материнский запах. Из Ласточки прекрасный руководитель, но не слишком хорошая мать. И, пусть даже это так, Траволапая благодарна той. Хотя бы за то, что позволила жить одному из слабейших детей.
Она касается взглядом Бурецапки – недоверчиво и опасливо. Траволапая видит её не в первый и даже не во второй раз в жизни: что-то определенно связывает рыже-белую кошку и мать. Что-то, о чем Траволапая предпочитает не знать – не интересно. Главное, чтобы дали те самые, нужные ей знания, чтобы выбили всю дурь из головы, чтобы поставили и подняли на лапы. Потому что Траволапая хочет защитить свой внутренний мир от реальных чудовищ. Хочет спасти всех жителей сердца от Мухоморчика.
И она снова закрывает глаза – лишь для того, чтобы только ощутить касание носа наставника, чтобы представить как яркий свет, выжигающий глаза, начинает загораться над лагерем выдуманного племени, как коты сомнения выбираются из палаток и смотрят на рассвет. И меняются. Меняются вместе с Траволапой.
Она загорается и сама, расцветает и позволяет себе заглянуть в глаза Бурецапки, кротко кивает ей головой в приветствии, а затем теряет из виду, отходя подальше от наставницы. Траволапую больше ничего не беспокоит – самые сложные луны жизни подошли к концу – теперь остается только выучиться и стать сильной. Потому что Грозовое племя жаждет прекрасных воителей. Потому что внутренние переживания мечтают исчезнуть и показать другим, что их обладательница точно такая же, как и остальные.
Кто-то внезапно загораживает яркий свет, скрюченной тенью нависает над ней, и Траволапая непроизвольно съеживается, готовясь к удару. Ей не может показаться – за столь долгий срок она научилась определять опасность. Наверное, стоит встретиться с ней морда к морде, но прежняя Травушка выбирается из кокона слишком рано и испуганно трусит куда-то в сторону. От больших злых ртов.
Мухоморчик в воображении Траволапой имеет шесть ног и три головы. Его глаза горят огнем, принесенным точно из Сумрачного Леса. И Траволапая пытается избавиться от подступающего ужаса, пытается стереть образ, выдуманный в глубоком детстве и одновременно выпутаться из цепких «поздравлений» брата. Мухоморчик сильный и крепкий, а она – совсем нет. Поэтому Траволапая только и может, что тянуть голову как можно выше – лишь бы не вдохнуть пыльный горячий воздух, не закашляться и не раззадорить Мухоморчика. Она может только молчать, не смея сыпать ядовитыми комментариями в ответ. Она может только переживать о том, чтобы Мухоморчик нашел общий язык с его наставником и в дальнейшем смог перебороть своих котов сомнений. Мухоморчик в душе тоже добрый – Траволапая чувствует и хочет быть уверенной. Но это не слишком помогает.
- Тебя, верно, заждался твой наставник, - бесцветно отвечает, хмурится и скользит лапами по земле, будто бы минутами раньше и не было сказано слов, цепляющихся за подсознание Траволапой. Угнетающая всем своим видом Травушка, прячущаяся под подстилкой от настоящего, вновь выбирается и подходит ближе к цепным псам Мухоморчика, будто бы хочет довериться и снова войти в пучину отчаяния. Траволапая ей не позволит.
- Поздравляю с новым старым именем, - все же находит чем ответить бурая, ставит лапы на землю ровно и пытается подняться и выползти из-под огромного тела черно-белого кота. В какую-то минуту ей это удается сделать, но не с помощью своей силы. Траволапая понимает – этому поспособствовала Зайка.
«Не торопись забывать, кто ты на самом деле»
Слова бьют под дых больно, и оттого на душе начинают скрести кошки. Как от настоящего удара Траволапая отскакивает назад, пытается в лапах и садится на землю, не смея сказать ни слова. Мухоморчик будто бы читает её мысли каждый день, а затем, выпытывая самое необходимое, бьет правдой, не позволяя Траволапой и подумать о чем-то другой – хорошем. И, быть может, сегодня Зайка спасла бурошкурую, но – придет время – её никто не спасет. Будь воля Мухоморчика – Траволапая это чувствует – увел бы он её с собой далеко-далеко и спрятал, да так, чтобы больше никто не видел её. Чтобы она больше не позорила его семью.
«Мама говорит ты приемная. Не называй меня своим родичем, приёмная. В остальном же... никто тебя тут не любит, Травушка»
«Помогите, мне страшно.»

Отредактировано Траволапа (02-09-2019 00:20:39)

+5

347

Почувствовав толчок в бок, Мухоморчик удивленно приподнял уши и по инерции сделал шаг назад. Его губы сами собой раздвинулись в недовольном оскале, а зрачки, словно пара злобных псов, нацелились на "защитника" Траволапой.
"Тебе-то на что сдалась эта бесполезная закуска для барсуков?" - Мухоморчик гневно вгляделся в янтарные глаза Зайки, будто надеялся, что испепеляющего взгляда хватит, чтобы обратить эту упрямую кошку в бегство. Не хватило.
- И не вспоминал, - ответил он ей, делая полшага вперёд и гнусно ухмыляясь. - Но историю из твоего опыта готов послушать как-нибудь вечерком, лопоухая. Надеюсь, ты научишься рыть норы быстрее тех зайчат, которых я ем на обед.
Ему до жути захотелось пнуть Траволапую ещё разок-другой, чтобы понаблюдать за реакцией Зайки. Быть может, она даже набросится на него, и у него будет шанс посрамить её перед наставником. Однако гадкие мысли Мухоморчика были прерваны появлением Короеда в непосредственной близости от него. Чёрно-белый задира окатил своего ментора взглядом, полным негодования, но чуть отступил. "Пропускать тренировку ради жалкой возни с этими двумя? Они не заслуживают такого внимания с моей стороны".
- Ладно, так уж и быть, сделаю тебе поблажку за красивую мордочку... - сказал он, взглянув на Зайку. Она и вправду казалась ему симпатичной, и не последнюю роль в том играл цвет её меха. Мухоморчик испытывал невольную эстетическую приязнь ко всем, кто был похож на него самого. Даже если эти "кто-то" представляли собой парочку недружелюбных кошек, его мать и сестру. Впрочем, у него хватит гнева и на Зайку с Ласточкой, и если они разъярят его, никакие красивые шубки им не помогут.
- ...но в следующий раз не мешайся под ногами, - взгляд Мухоморчика потемнел от плохо скрываемой злобы. Он терпеть не мог, когда кто-то нарушал его планы. Конечно, желаемое он исполнил - извалял Траволапую в пыли и вернул в её ореховые глаза первобытный страх. Но если Зайка убедит её в том, что у неё есть защитник, страх может уйти.
- Тебе стоило поздравить меня с началом моего пути к вершине, Траволапая, - сказал он, чувствуя, как подрагивают скулы. Её "поздравление" задело его. - Научись хотя бы подбирать слова, если махать лапами не умеешь.
Резковато развернувшись, Мухоморчик поплёлся в ту сторону, куда пошёл Короед. Тот, очевидно, не собирался ждать оруженосца или упрашивать его идти следом. "Это что же, я могу спокойно остаться в лагере, и этот увалень ухом не поведёт? Он похож на черепаху, а не на кота".
Мухоморчика остановил окрик Малины. С неохотой повернувшись, он высмотрел среди соплеменников старушку. Заприметив рядом с ней увечную кошку, Шептунью, он почувствовал, как его пасть невольно скривилась от омерзения. "Не старая, не мудрая, а место в палатке старейшин занимает. Интересно, ей хотя бы стыдно за то, что она - обуза для племени?"
- Я не позволю коснуться моей шерсти тому, кто даже имя моё выговорить не в состоянии! - крикнул Мухоморчик в тон бабушке через всю поляну. - И ты с ней не водись, Малина!
Развернувшись, он неторопливо, с достоинством прошествовал к выходу из лагеря и только потом ускорил шаг, чтобы догнать Короеда.

К счастью, наставник не успел далеко уйти. Словно огромный жук, круглый и неспешный, он вышагивал себе по лесной траве и в ус не дул. Мухоморчик нагнал его и пошёл рядом, чувствуя покалывающее недовольство.
- Слушай, что в тебе такого здоровского, из-за чего Солнцезвёзд назначил тебя моим наставником? - не выдержав, спросил он. - Я думал, что меня будет обучать симпатичная кошка, или, по крайней мере, какой-нибудь крутой матёрый боец. А ты не тянешь ни на того, ни на другого. И вообще, ты похож на круглую глазастую лягушку.
Мухоморчик уныло вздохнул. Вероятно, ему стоило уважительнее разговаривать с воином, но Короед изначально обратился к нему как-то по-простецки, и он решил, что тоже может разговаривать с ним в подобном тоне. Мухоморчик не шибко-то много знал о вежливости и применять её не любил.
- Чему ты меня можешь научить? Как есть кору? - пробурчал он, невольно засматриваясь на деревья, которые раньше видел только издалека. - Если хочешь, можешь попросить какую-нибудь красивую кошечку тренировать меня, а сам в одиночестве жевать кору, ну или что ты там любишь. Я не скажу Солнцезвёзду, честно. Моя наставница могла бы любоваться моим замечательным мехом, ради неё я бы вставал с рассветом и шёл отрабатывать приёмы. 
Мухоморчик мечтательно зажмурился, представляя себя, большого и красивого, рядом с изящной кошкой, сияющими глазами наблюдающей за тем, как его могучее тело возносится в ошеломительных прыжках. Мечты его были прерваны огромной паутиной, в которую он на ходу вмазался всей мордой. Недовольно фырча, он сбил паутину лапами и отшвырнул в сторону запаниковавшего паука.
- А вот ради тебя просыпаться на рассвете... ну не-е-е.
Мухоморчик всегда ожидал большего. Стань его наставником сам звёздный предок, спустившийся с небес, он и то нашёл бы повод надуться и побурчать. Такой себе "подарок", особенно в качестве первого оруженосца. К тому же, видя безразличие Короеда, Мухоморчик чувствовал себя ненужным ему, и это чувство ненужности, терзавшее его с раннего детства, распаляло молодого кота, заставляя искать новые и новые недостатки в наставнике.
Он хотел быть нужным. Хотел быть любимым, важным, обязательным. Он хотел этого так сильно и в таких количествах, что, казалось, никто не способен удовлетворить его ненасытное желание любви и внимания. Видя нерушимое спокойствие и бесстрастность Короеда, Мухоморчик невольно и сам хотел быть безразличным к нему. Но быть безразличным этот юный кот не умел, поэтому злился и ворчал, как только мог.
- Просто... научи меня ловить эту дичь, будь она проклята, - наконец, буркнул он, опуская голову к земле и пытаясь разглядеть у себя под лапами каких-нибудь мышей. Они же должны быть повсюду в лесу, разве нет? Откуда-то же воители приносят их?
---> большой платан

+5

348

---> из палатки старейшин (номинально)

Космач слегка приоткрыл один глаз, услышав над ухом голос Малины. Он дышал тихо и сипло, и спутавшийся мех на его груди еле вздымался в такт слабому дыханию.
- ...а мне снился тот вежливый голубоглазый юноша, который пытался помочь мне тогда, на Совете, - прошептал он, не понимая, спит или бодрствует и не видя перед собой ничего, кроме собственных чуть размытых лап. - Мне снилось, будто бы собака кидалась на меня, и он бросался ей наперерез, и тогда её челюсти сминали его тонкое тело и его кости с хрустом ломались в её пасти... - Космач с присвистом выдохнул. - ...а я просто смотрел на всё это. И даже усом шевельнуть не мог.
Его глаза сами собой закрылись, и он какое-то время лежал тихо и неподвижно. Дыхание его постепенно приходило в норму. Когда Космач открыл глаза снова, он не увидел Малины рядом с собой и почувствовал, что ему холодно.
"Кажется, она говорила что-то про то, как ела ежатину на глазах у сотни голых мышей... верно?"
Старик приподнялся на своей подстилке и прислонился к стене палатки. Лапы ныли от усталости, словно он и не спал вовсе, а сводил на охоту три патруля подряд.
"Сотню лун тому назад я мог не спать целую ночь и наутро быть бодрым и сильным. Теперь же нет такой ночи, сон в которую успокоил бы мои старые полые кости".
Рядом не было ни Шептуньи, ни Малины, и Космач решил, что не хочет оставаться один в пустой и холодной палатке. Он встал с подстилки и попытался размять непослушные лапы. После разминки ему стало чуть лучше, достаточно для того, чтобы он медленно побрёл к выходу из палатки. Остановила его холодная грязная лужа, в которую он с размаху наступил лапой. Капельки грязи забрызгали белый мех на его животе и груди. Космач замер, удивлённо глядя в воду. Когда рябь исчезла, он увидел неопрятного удивлённого старика, испуганного и жалкого, с дрожащими, источенными временем лапами.
"Это не Тучегон. Это кто-то другой. Это не я. Ах да, я тоже не Тучегон".
Всего несколько лун в палатке старейшин, а за это время он постарел сильнее, чем за все прошлые луны. Что-то в нём переменилось, сдвинулось, окончательно лишая его возможности снова быть воином и запирая в непослушном стариковском теле. И непослушном стариковском разуме, пугливом и сумасбродном.
Выбравшись из лужи, Космач понял, что пропустил собрание. Он жутко расстроился, но постарался не выдать это ничем, кроме дрогнувших губ. "Впрочем, как там говорится? "Все коты, способные охотиться самостоятельно...", верно?"
Он уже не подходил под это определение, а потому мог пропускать собрания, если не слышал зова предводителя или не мог найти в себе сил подняться с подстилки.
Котята Ласточки казались совсем взрослыми, и соплеменники теперь называли их другими именами. Космач едва ли надеялся услышать их все и запомнить с первого раза. Но он, по крайней мере, попытался слушать, слышать, улавливать, запоминать.
- Верных когтей и острого нюха тебе, Соволап, - улыбчиво прищурившись, сказал он молодому котику, до которого добрёл первым. - Я верю, что воинская дорога не окажется для тебя сложной, если ты немного постараешься. И что однажды ты вспомнишь этот день с теплотой.
"День своего посвящения. Свой первый поход в лес. Голоса соплеменником и щебет птиц, провожающих тебя в твой первый патруль".
Окинув Соволапа доброжелательным взглядом, старик побрёл дальше, чувствуя, что ему на душе стало легче. Он радовался за этих молодых кошек и котов, будто сам был их наставником.
- Тебя тоже ждёт свет, маленький Гусёнок, - негромко сказал он, нависая над щуплым котиком, словно над муравьишкой. - Вот увидишь, ты полюбишь рассветные патрули. Небо такое разное каждый день, в нём столько цвета, столько жизни. И трава то тянется к нему, то прячется от его ненастья. Будь счастлив даже когда пасмурно, малыш.
Космач дрогнул в улыбке и неуверенно шевельнул усами, надеясь, что Гусёнок хотя бы немного рад его появлению. Рядом с этим маленьким фантазёром ему, порой, казалось, что и ежи летают где-то в слепой зоне его взгляда.
Неслышно вздохнув, он отошёл, чтобы не показаться назойливым стариком. Его взгляду попались две юные кошки, такие непохожие друг на друга, и всё же...
- Поздравляю и тебя, Зайка, - промурлыкал он, касаясь её тёплым взглядом. - Вы все - наше будущее, и только от вас зависит, насколько оно будет светлым. Да, и от тебя тоже, Траволапая, - Космач попытался встретиться с ней глазами. - У вас впереди целый вихрь событий, полноводная река ваших жизней. Столько потерь... и столько новых встреч. Но если пожелаете пару мгновений спокойствия, приходите проведать старика.
Осторожно переставляя лапы, он наконец-то добрался до Малины и Шептуньи. Примостившись рядом с ними, старейшина вздохнул.
- Что-то я утомился, - признался Космач, кладя голову на лапы. Его рассеянный взгляд никак не мог сфокусироваться на соседях по палатке, и он бросил это дело, предпочтя отдаться воспоминаниям. Так и сидел он с отсутствующим видом, где-то в своих мыслях, далёких, возможно даже светлых, потому что уголок его рта чуть подрагивал в непроизвольной улыбке. Теперь уже Космач окончательно выглядел как старик, а не воин в летах.

+6

349

Внезапно обзор на поляну загородило собой что-то большое и пушистое, и Шептунья невольно моргнула, подумав, уж не теряет ли еще и зрение до кучи. Ну, куда уж хуже, оно ей все равно без особой надобности, как и другие чувства. Нет, всё было в порядке, нежданным пятном в её видимости оказалась никто иная, как Малина. Славная старушка всегда вызывала у кошки невольное желание улыбнуться, и этот раз не стал исключением. В её-то луны она была еще более живой, деятельной и эмоциональной, чем сама серая. За словом в карман не лезет, сама себя развлечь может, но главное - и это было, пожалуй, самым важным для младшей - она скрашивала жизнь в палатке старейшин для Космача, с которым была, как вывела для себя Шептунья, довольно близким другом детства. Засаживаясь за "воспоминания о былом", эта парочка уходила глубоко в себя, снова возвращая себе прежние молодые луны, в мелодии слов переживая заново все те приключения и вехи жизни, что встречались на их пути. В общем, весьма и весьма приятная старейшина. А то, что ей заносит малость порой - ну что уж, и правда прожитые луны накладывают свои отпечатки на каждого.

Зато это, наверное, помогает ей не чувствовать себя одинокой в отдельной палатке... - думала порой Шептунья. - Хотя, казалось бы, у неё есть дочь, теперь вот и внуки появились и подросли, не успела она и глазом моргнуть. А вот Космач... Почему так вышло, что судьба не наделила семьей и близкими того, кому это теперь больше всего необходимо?

Распушившаяся старушка обратилась к ней, и серая лишь прижала ушки к голове, выказывая послушание. С Малиной лучше не спорить лишний раз, да и как будто она бы могла это сделать! Тем более, быть может, это станется неплохой возможностью вырваться из наводнивших и очерняющих голову дум. Улыбнувшись и с готовностью вильнув хвостом, серая сперва решила, что старейшина просит вытащить из труднодоступных для её собственного языка мест очередного надоевшего клеща. Однако всё оказалось куда сложнее, ведь под "труднодоступными" Малина подразумевала своих новоиспеченных учеников-внуков. Конечно, вылизывать котят надо было перед церемонией, а не после, да и делать это должна была явно не она, и всё-таки...

И всё-таки я была бы не против оказать Малине подобную услугу... Если бы кто-то и правда согласился.

Острые слова, прилетевшие от Мухоморчика, невольно заставили зеленоглазую поёжиться. Она привыкла слышать такое от колючего языка Ежа, от некоторых других уже почти успокоившихся, но в порыве злости или раздражения всё еще позволяющих себе подобные выпады соплеменников. Но от едва выбравшегося из детской котёнка она слышала их впервые, и это оказалось довольно болезненно. Что ж, не в первый раз, не в первый и не в последний. Шептунья довольно быстро взяла себя в лапы. Нет смысла откликаться на брошенные ради самих себя слова.

Ведь если тебя назвали мышеголовым и ты обиделся, значит, ты и правда мышеголовый.

Осмелев и глянув на Малину в поисках поддержки, Шептунья сделала пару шагов вперед, воспользовавшись тем, что Бурецапка отбежала к куче с добычей спросить совета у более старшего Тайфуна, и аккуратно касается языком загривка присевшей на землю Траволапой. Взгляд Шептуньи не выражает бесплодного сочувствия или пустого волнения. Лишь такое вот мягкое подбадривание того, кому это действительно нужно. Указав лапой на удаляющегося Мухоморчика, она делает хвостом несколько быстрых и бессмысленных движений, мол "выброси его из головы, перебесится".

А затем из палатки выбирается под лёгкий дождик и Космач, и Шептунья спешит к нему. Вот кому её язык всё-таки будет самым приятным и полезным в этом лагере.

+4

350

Она сидела и издавала негодующие бурления, пристально следя за тем, как дорого ей котенка уводит какой-то полосатый пень. Развесив клокастые уши, Малина постаралась уловить слова Мухоморчика, непонятно почему вдруг скривившимуся при ее виде. - И ты с ней не водись, Малина! - долетел до ее старых ушей обрывок фразы, отчего она в озадаченности изогнула брови. Это он про нее саму? Ей стоит перестать с собой водиться? Серо-белая старейшина задумчиво повела усами, медленным взглядом окидывая поляну, пока рядом, прямо под носом, не расплылась бело-бурая шкура Космача.

- Что-то я утомился, - раздался рядом голос старого приятеля, выглядящего в этот момент особенно нездорово. Что-то внутри Малины нехорошо шевельнулось при виде бедного Космача, будто старое, давно забытое чудовище вылезло из болот наружу. Она приземлилась прямо перед косматой мордой и уставилась в золотистые глаза, давая возможность Шептунье полностью облюбовать все оставшееся тело кота. - Только глаза продрал и уже запыхался. В твои-то молодые луны, - с неодобрением закачала кошка лохматой головой, лизнула Космача в мокрый нос с нескрываемым недовольством во взгляде и кивнула Шептунье, чтобы та привела в порядок хотя бы его неопрятную гриву. Совсем себя запустил, негодник.

- Ох, не хотела я об этом никому рассказывать. Но дело, вижу, серьезное, - напустив на себя хмурого виду для пущей важности, пробурчала Малина. Не могла она больше мириться с плохим состоянием своего давнего соседа по палатке. От его потускневшего взгляда и самой кошке становилось как-то не по себе. Подхватил, наверняка, какую-то заразу нерадивую и мучается теперь. - Давным-давно, когда солнце еще светило ярче и я была молоденькой воительницей, зеленой, как подстилка. Умудрилась тогда лапу растянуть по глупости своей, так один самый старый соплеменник поведал мне по-секрету, что есть растение одно чу́дное, от которого разом все недуги вылечить можно. А старики от него молодеют прямо на глазах, - распалялась старейшина, усердно размахивая лапой, стряхивая с их спутанной шерсти грязевые капли на всех окружающих. - Натрешь такой цветок на свои лапы, так они силой наполнятся. И самого распирать будет от прыти и энергии, а изо всех щелей должна жизнь политься. Целители нам специально о нем не рассказывают, держат в тайне, хитрые лисы, ведь тогда у них и работы никакой не останется, - Малина склонилась ближе к коту, заманивая к себе хвостом Шептунью, чтобы никто больше их не слышал.

Ох, какие страсти начнутся, если об этом прознает кто-то еще... Старейшина вытянула шею, с подозрением осмотрела окружающих и утробно рыкнула на всех, кто сидел слишком близко к их кругу. - Нам срочно нужно этот цветок отыскать, иначе ты совсем здесь зачахнешь. Не могу я больше глядеть на твои мучения, - с предыханием затараторила она Космачу, держа полуглухие уши торчком, и повернулась после к Шептунье. - Тебе это тоже нужно. Прочистим цветком твое горло, авось голосок обратно вернется, и запоешь у нас соловьем, - несмотря на то, что прошел уже не один десяток лун с того самого момента, как Малина прознала про это чудное растение, она все еще надеялась, что оно где-нибудь да продолжает расти в укромном месте, где его никто не найдет. Если это единственный способ излечить от странной болезни ее Космача, то она в лепешку расшибется, но воспользуется им.

+5

351

Разрыв

[indent] Каждый рассвет приносил с собой всё больше и больше новых, удивительных открытий, приотворял дверцы в самые различные комнаты, показывал пути и дороги в неизвестность. Перед глазами маленького Уголька проносились целые миры, переплетения нитей судеб. Главная поляна – это просто нечто!
[indent] Место сборища всех грозовых котов каждодневно подвергалось тщательному изучению юного исследователя, зоркие зеленые глаза рассматривали любых проползающих мимо насекомых: трудолюбивых, что-то несущих к себе домой по стебелькам куста муравьев, приземлившуюся пятнистую божью коровку, порхающую легкокрылую бабочку, - но не с восторгом, а с научным интересом. Даже опавшие листочки становились жертвами малыша!
[indent] И до того момента, когда пришел черед соседей по палатке становиться оруженосцами, серый даже не задумывался о том, как же он хочет побывать за пределами лагеря, поскорее достигнуть заветного возраста полных шести лун, чтобы иметь больше возможностей и какую-никакую свободу, и стать учеником. Получить наставника. Поймать первую добычу. Побывать в самом настоящем патруле. А до этого момента ему еще расти и расти.
[indent] Но Уголёк – котенок терпеливый, на первое время ему будет достаточно рассказов ранее маленькой Зайчонок, а теперь уже совсем взрослой Зайки. Жаль, сейчас она на тренировке, но после серый котёнок уж точно расспросит её о первом занятии!
[indent] Зеленые глаза отвлеклись от разглядывания предводительской скалы (вот бы папа разрешил на неё забраться! С высоты лагерь, должно быть, выглядит совсем по-другому) и метнулись невольно на играющих в стороне сестренок и Медка. Уголёк прищурился. Что это его братец не такой громкий, как обычно, а глаза так и блестят, так и искрятся! В них спрятался какой-то секрет, в уголках его губ притаилась загадка.
[indent] Если бы Уголёк не знал своего брата, то и не заметил бы в нем ничего необычного, но каждой шерстинкой котенок чувствовал: к Медку пришла она…
[indent] Идея. Легкая, парящая, словно едва уловимый в облаках образ, легкое дуновение ветра, шум листвы. Обычно идеи бывают пугливыми, но эта, похоже, отличалась смелостью.
[indent] Котенок облизнулся и начал хищно подкрадываться к златогривому льву:
[indent] - Ты чего задумал? – брови взлетели вверх, бледно-зеленые глаза обрели строгость, заглядывали в самую душу.

Отредактировано Уголёк (08-09-2019 09:55:11)

+2

352

[indent] Слоняясь по лагерю весь вечер без дела, щекастая Крона изнывала от тоски! В патруль она уже сходила еще утром, по пути полевку в лагерь принесла, хотела бы достать-помучить своим настойчивым присутствием дразжайшего братишку, да не нашла Короеда в пределах местных палаток, а потому заметно приуныла, нехотя притопав к куче с дичью, взялала оттуда что-то мелкое и не вкусное - при плохом настроении вкус она едва ли чувствовала, и недовольной тушей рухнула под кустом, что рос возле воинской палатки, зыркая из под него на соплеменников до тех пор, пока на поляне не возникла изящная фигурка ее света во мраке - Шептуньи. Быстро вскочив на лапы, серо-дымная устремилась к сестре,  к собственному восторгу обнаружив подле нее мудрейших и величественных старейшин - Малину и Космача, которых без шуток безмерно уважала.
[indent] Часто бывая в палатке стариков вместе с молчащей молочной сестрой, юная воительница обожала слушать их истории. Она готова была целыми днями ухаживать за ними, выискивать в спутанной шерсти блох и так далее, только бы истории не заканчивались! Увы, с вступлением в полноправные воины, свободного времени оставалось все меньше, тем не менее,  то был не повод унывать!
[indent] Конечно,  Крона услышала отрывок сказанного Малиной,  и потому живо врезалась в их компанию, привалившись  боком  к Шептунье, счастливо лизнув ее в ухо, при этом чуть не сбив с лап. Круглые глаза на восторженной морде горели огнем энтузиазма.
[indent] - Где же растет этот чудесный цветок, Малина? - янтароглазую крайне обеспокоило состояние Космача, а потому щекастая была готова отправиться хоть на край света; хоть к месту-где-тонет-солнце, только бы помочь старику.
[indent] - Ты только скажи где, и я мигом его вам доставлю! Тогда вы снова обретете силу молодых, а Шептунья говорить сможет, тогда Солнцезвезд ее обязательно сделает воином, и мы будем все вместе ходить в патрули! Представляешь, как было бы здорово? - сверкая глазищами кошка взглянула на сестру. - Если я принесу такой цветок в племя, все меня будут хвалить и уважать, - от такой перспективы воительница даже важно распушилась, став ещё более круглой, чем была. - И даже родители с глупым Короедом, поймут, что я не глупый шерстяной клубок, а они все это время были таковыми!

Отредактировано Крона (20-09-2019 07:21:43)

+3

353

[indent] Куница потянулась, откровенно разминая уже залежавшиеся косточки. Встряхнувшись, из-за чего пестрая шубка начала торчать во все стороны, молодая кошка педантично прилизала шерсть на грудке и плавно покачиваясь. Ветер встрепенул недавно уложенный загривок, но Куница толком не придала этому значения, усмехаясь в усы на то, как котята гурьбой и кучей вывалились из Детской, поднимая за собой столп пыли и оранжевых листьев. Сама же Куница только умилённо закатила глаза, просеменив к куче с добычей и достав оттуда не по погоде толстую белку.
[indent]  Искоса наблюдая за детьми, Куница всё же улеглась на главной поляне, лениво протянув имена новых оруженосцев и их наставников, впиваясь острыми зубами в невероятно вкусную дичь - как же она всё же соскучилась по охоте в этой Детской! И всё же, несмотря на то, что каждый новый день молодая королева поражалась тому, что творят её дети, по жизни воительницы она истосковалась и ужасно соскучилась. Хотелось рвануть в лес и согнать этот наеденный жирок, встряхнуть кости и забраться на Большой платан, но пока она только клала голову на пушистые лапы и наблюдала, широко зевая.
[indent]  - Пташка, - позвала Куница, - а хочешь я расскажу тебе жутко интересную легенду про то, как Огнезвёзд спас Грозовое племя? - выразительно и многозначительно повысив голос, спросила кошка, окольцовывая лапы хвостом, нарочито не смотря на занятых собственными драчками сыновей, - если тебе интересно, конечно.

+5

354

Не то чтобы Лоскут в свои тридцать девять с хвостиком становится похожим на ворчливого старика... скажем так, он им всегда был. «Всегда» причём начинается где-то с юности. Но если тогда молодого Лоскута можно было сравнить с задолбавшимся оруженосцем, не справляющимся с нечеловеческими (ага, в буквальном смысле) нагрузками, то сейчас — склочный, консервативный, неухоженный — он напоминает собой самого настоящего старика, не в обиду старшему поколению. У Лоскута с детства наблюдается эта проблема — наплевательское отношение к самому себе, но поскольку светлоглазый плевал на свои проблемы и вообще всегда бежал от них, как крысы с корабля, то на собственное душевное и физическое состояние он, в общем-то, тоже плевал. Что касается физического состояния Лоскута, то, как только начинается осень, агрегатное состояние воителя меняется до жидкости (не совсем в прямом смысле). То ли так на него влияет хандра сезона Падающих Листьев, то ли просто отвращение к слякоти и холоду, к которому его никто не готовил, но, в любом случае, каждый сентябрь Лоскут как-то размякает и становится податливым — но не значит «менее раздражительным».
[indent]

«Пусть только кто попробует подойти», — всем своим видом говорит насупившийся Лоскут, выставив впереди себя правую заднюю лапу. И сам, смотря на лагерь исподлобья, так и ищет чей-то неосторожный взгляд.

[indent]
Впрочем, к счастью или к сожалению, ничей ни злобный, ни участливый взгляд не сподвигает Лоскута встать и мигом пойти рвать на всех шерсть. От досады грозовой даже ударяет хвостом о землю. Впрочем, лишь только мимолётно взглянув в сторону Шептуньи и вертящейся у неё Малины рядом с палаткой стариков, Лоскут тут же поднимается с места и не раздумывая приближается к матери и молодой кошке. В первую очередь, конечно, к своей матери. Малину портить.
[indent]

И что у вас тут за собрание? — Бесцеремонно осведомляется кот.

Отредактировано Лоскут (21-09-2019 21:02:22)

+5

355

разрыв
[indent] Медок лениво потянулся, перевернувшись на спину. Сидеть в лагере порядком надоело, а выводить их на прогулку никто не собирался. Куница была окружена дочерьми, в то время как Уголек пристально следил за рыжим братом. Солнцезвезд был и вовсе занят куда более важными делами, чем собственные дети, в связи с чем, решение развлекать себя самостоятельно было принято как-то само собой.
[indent] Младший братец, будто бы хвостом чувствовал, что котенок замышляет что-то. Что-то, чего нельзя делать, за что мать будет шипеть, а отец и вовсе может отвесить оплеуху. Наверное. Но азарт поглощал малыша все больше и больше.
[indent] - Я хочу прогуляться... - сверкнув глазами вполголоса мяукнул Медок, махнув хвостом на выход из лагеря, - Там. Пойдешь со мной и докажешь всем, что мы уже взрослые или побежишь жаловаться маме?
[indent] Рыжегривый задержал взгляд на брате всего на несколько секунд и тут же, оглядевшись, тенью скользнул в ежевичные заросли, оставляя за собой главную поляну. «Что же ты выберешь, братец?»
--> песчаный овраг

Отредактировано Медок (23-09-2019 19:48:09)

+3

356

< начало игры >
[indent]Песчаная никогда не верила в настоящую любовь, да и вообще считала все эти чувства и привязанность одной огромной глупостью, которой никакому уважающему самого себя воителю не стоит заниматься, и отвлекать себя на подобного рода мысли, пока, однажды, не почувствовала, что и сама в это всё вляпалась, словно в трясину, надёжно укрытую охапкой осенних листьев от посторонних глаз. И выбраться из неё она не может до сих пор, всё неуклюже барахтается где-то внутри, но упрямо не зовёт никого на помощь, ведь она сильная и храбрая, и справиться с этим сама. Ничья помощь ей не нужна. Так ли? Мысли о бывшем наставнике не переставали крутиться в голове Песчаной, и она слишком часто вспоминала о долгих лунах их тренировок. Она попала в его цепкие лапы ещё тогда, когда мало что в принципе из себя представляла, и воитель многому её научил с тех лун, но благодарность - меньшее из всей бури чувств, которые она к нему испытывала. Это же надо было так взять и влюбиться в своего собственного наставника! Похоже, что охапка листьев, на самом деле, в голове Песчаной, а не где-то в лесу, а трясину она прекрасно видела и намеренно к ней шла всё это время. Стыдно-то как.
[indent]С Ежевикой они последнее время не общались и практически не пересекались. Конечно, сердце Песчаной упрямо тянулось к воителю, но что-то умное, что ещё осталось в голове, заставляло воительницу держаться подальше. Ему вообще сейчас не до неё, да и больше Ежевика ей ничем не обязан, ведь уже давно прошли луны их тренировок, и они больше не наставник и ученица. Она смотрела на следующую его ученицу даже с завистью, потому что сразу после посвящения в воительницы Песчаная перестала купаться во внимании со стороны воителя, и практически не видела его, ведь он был то на тренировках, то на охоте, то в патруле. Конечно, и она сама была многим занята, и это, пожалуй, очень выручало кошку - помогало забыться и перестать думать о полосатом коте, так прочно закрепившемся в её сердце и душе. Общения с ним, исключая всё прочее, ей тоже не доставало, но она не считала, что это было взаимно. Ежевика теперь отец, ему не до неё. К слову, внезапное отцовство Ежевики разбило воительнице сердце, но и сыграло ей на лапу, ведь теперь Песчаная чаще злилась при мыслях о нём или о Ласточке, а это практически вытесняло все иные чувства.
[indent]Но всё же бывает так, что судьба как никогда зла и жестока, и в моменты, когда никого не хочется видеть и ничего не хочется делать, находится кто-то или что-то, что нарушает твои планы. В моменты, когда твоя душа болит сильнее всего, находятся те, кто причиняет ещё большую боль. Песчаная слишком резко появилась на главной поляне грозового племени, и почти сразу столкнулась там с Ежевикой. Деваться от его взгляда было некуда, отводить свой - слишком поздно. Оставалось только сделать пару шагов ему навстречу, и будь что будет. Сделать их - проще всего, а расхлёбывать последствия уже сложнее. Но Песчаная настолько сильно истосковалась по нему, что терпеть дальше уже тяжело. Может быть, воитель и не мог ей дать того, что ей было нужно, но он мог просто составить ей компанию, ведь так? О т ц а м не запрещено покидать лагерь с кошками-не-матерями-их-детей, верно? К тому же, у неё были вопросы, которые ей было необходимо ему задать.
[indent] - Здравствуй, Ежевика, - Песчаная останавливается рядом, садится на землю, вдыхает его запах, очень хорошо ей знакомый. - Скучаешь? Может пройдёмся? - Воитель и впрямь сидел тут без дела, да и Песчаная освободилась от своих. - Поохотимся или на границы? - Она с надеждой заглядывала в его глаза, но не выдерживала взгляда слишком долго, опускала их, переводила в сторону, и потом снова смотрела. Ожидание тянулось для неё целую вечность, хотя на деле то были лишь секунды до его ответа.

> пни

Отредактировано Песчаная (27-09-2019 11:54:42)

+4

357

[indent] Уголёк насупился, брови его обрели форму крыши домика, а бледно-зеленые глаза будто потемнели: то, что собирался сделать его златогривый братец, котенку совсем не нравилось. Серый малыш понимал, что сбегать из лагеря – плохо. До шести лун путь за пределы убежища закрыт.
[indent] Во-первых, это нарушает всем известные правила, а нарушение правил чревато последствиями. При чем, последствия уж точно будут не из приятных: кто знает, каким способом взрослым захочется наказать провинившихся малышей?
[indent] Во-вторых, выход в лес мордам, не достигшим нужного возраста, может быть опасным для их жизней: неизвестно, кто или что притаилось за кустами. А вдруг хищный зверь желает полакомиться маленькими непослушными детьми? Тогда уж и наказания никакие не нужны, ведь мертвые пчёлы не гудят.
[indent] Котенок поежился от своих мыслей, а затем вновь внимательно посмотрел на Медка. Всё внутри вопило, кричало о том, чтобы отказаться от сомнительного развлечения, но этот премерзкий слащавый голос да высокомерный взгляд, которыми рыжий наградил Уголька,  перечеркивали глас рассудка, пробуждая дух соперничества, разгоняя его по крови.
[indent] Когда старший сын Солнцезвезда скрылся за ежевичными кустами, Уголёк постоял пару секунд в нерешительности, переводя взгляд то на маму, то на шуршащие листьями заросли: холодность ума все еще требовала рассудительности. Прослыть трусом не хотелось, получать нагоняй тоже. Пожалуй, упасть в глазах старшего брата не хотелось больше, поэтому скрепя сердце серый последовал за Медком.

Песчаный овраг →

Отредактировано Уголёк (25-09-2019 20:34:51)

+5

358

..Вальдшнеп зевнула так, что, кажется, хрустнуло где-то за ухом, но тут же спешно захлопнула пасть, во избежание блестящего шанса пообедать влетевшей туда вороной, и окинула поляну нервным взглядом. С самого утра она старательно пыталась скрыть от окружающих, что едва не спит на ходу, но упускала из виду, что тем немногим, кто успел бросить на неё взгляд, это становилось понятно сразу же: один какой-то особенно всклокоченный нынче вид её да клонящийся к песку нос выдавали с головой. Кто-то другой давно бы плюнул да отправился отсыпаться, сообразив, что толку от него в таком виде всё равно мало, но не Вальдшнеп: она успела стаскаться в лес, рискуя свалиться в какую-нибудь ещё яму уже без надежды быть счастливо извлечённой оттуда Ежевикой, спугнуть несколько пичуг и вернуться в лагерь с таким видом, словно намеревалась сама лечь в кучу с дичью во искупление непойманной синицы, и теперь сидела в уголке, судорожно зевая и надеясь каким-то чудом взбодриться достаточно, чтобы предпринять ещё одну охотничью вылазку.
Вчера вечером, вернувшись в лагерь с наставником, она свалилась на подстилку как убитая, но за час до рассвета почему-то проснулась и не смогла больше заснуть – так и пролежала, перебирая в голове, как камушки, какие-то пустяковые мысли, каждая из которых, тем не менее, цеплялась за ум не хуже репья и настойчиво царапалась в голове, гоня всякий сон. Такое с ней случалось частенько – Вальдшнеп сошла бы за раннюю пташку, не начинай она жутко клевать носом уже к полудню после своих ранних пробуждений.

В дремотную голову лезла всякая чушь – она поначалу приняла за своеобразный сон наяву вдохновенное повествование Малины о чудодейственном цветке, исцеляющем любую хворь и молодящем стариков. Что-то было в этом этакое, очень свойственное иным из её собственных фантазий – наверное, любой неудачник хоть раз в жизни мечтал отыскать волшебную траву, сожрав которую, он мгновенно превратится в могучего героя львиной силы. Да и вообще её ум часто сбегал от сгущающихся сумерек реальности в край спасительных выдумок… Достаточно часто, чтобы легко отличить, где заканчивается сказка и начинается правда, простая, как лист подорожника, которым не превратишь слепого в зрячего и старейшину – в юношу, и такая же горьковатая на вкус.

Вальдшнеп кинула взгляд на Космача, который и был виновником бесед о волшебных цветах. Белёсый дневной свет, казалось, просвечивал старика насквозь: весь он, от поредевшего от времени и тонкого теперь хвоста до головы, устало уложенной на лапы, был будто охвачен какой-то едва различимой дрожью; вокруг него вместе с ясно различимым запахом старости витало нечто ещё – словно время, бегущее, как быстрый ручей, возле всех прочих котов, здесь останавливалось и становилось видимым и ощутимым, остужая воздух, обтекая всякую соринку и всякий камешек, лежащие на земле, задерживая взгляд. Так бывает осенью, в безветрие, в пустынных местах, у замерзающих водоёмов; так бывает у старых деревьев и – она почти уверена – возле священных мест, где бывают целители.
Она помнила его ещё воителем - немолодым, но вполне сильным; Вальдшнеп, тогда крошечная трясущаяся ученица, и та чувствовала себя уверенней, услышав поблизости его бодрый голос. Оттого перемена, случившаяся в нём после трагедии с Шептуньей, казалась и впрямь чем-то вроде внезапной болезни, загадочной и пугавшей больше, чем дряхлость любого из прочих стариков. И вместе с тем её чем-то притягивала эта замершая тишина остывающей жизни: как в любой тишине, в ней ей чудился шанс расслышать нечто, чего не различишь в повседневном шуме.
Вальдшнеп сама не заметила, как, прислушиваясь к разговорам старейшин и Кроны, невольно подобралась к ним совсем близко; от недосыпа она особенно плохо контролировала такого рода бессознательные действия, да и за языком следить становилось труднее, чтобы не брякнуть какого-нибудь бреда, который ей, может статься, ещё долго будут припоминать после; и сейчас зевота её улетучилась, уступив место смутно засевшему в голове вопросу, который она и сформулировать бы толком не смогла, пока не выдала вдруг, как всегда, не успев подумать, будто продолжая вслух размышлять:
- Космач.. А ты сам бы согласился съесть такой цветок и помолодеть? И что бы ты делал тогда?..
«Это ведь как второй шанс – мы все слепо тычемся в свою судьбу, не зная ничего о том, что будет завтра, но это всё равно что быть учеником, которому велели проделать какой-то новый приём, но дали только одну попытку. А сколько всего можно изменить, направить так, как хочется, если за спиной у тебя уже есть одна прожитая жизнь?..»
Ещё миг – и Вальдшнеп, чуть очнувшись от занимавшей её мысли, вздрогнула, внезапно осознав, что без спросу и без приветствия влезла в чужой разговор и тут же принялась болтать всякий вздор – и прижала уши, готовая развернуться и потихоньку улепетнуть от неловкости, но отчего-то медлила – быть может, надеясь, что старый кот расслышит её нелепый вопрос и, быть может, даже не обидится и пожелает ответить.

Отредактировано Вальдшнеп (26-09-2019 01:18:25)

+8

359

Космач неловко улыбнулся, видя, с какой готовностью и пламенем соседки по палатке пытались подбодрить его и привести в порядок. И в очередной, наверное сотый раз он почувствовал две виноватые, но искренние эмоции: сожаление о том, что Шептунье приходится тратить время своей молодой жизни в палатке старейшин, и глубокое уважение к Малине за её стойкость, за её невероятную душу, которую не был способен притушить даже самый тоскливый дождик Листопада.
- Всё в порядке, - тихо сказал он, пытаясь их приободрить. На самом деле, Шептунью, Малина вряд ли его бы услышала. - Немного отдохну и взбодрюсь. В мои-то молодые луны...
Космач устроился поудобнее рядом с кошками, его прилизанный мех неровными кудлатыми клочками развевался по ветру. Раньше у него была красивая шуба. И как всего за несколько лун он растерял былую красоту? Великая сила - воля. С упадком воли и сам он пришёл в упадок.
Малина, поглядев на него, распушила свои роскошные меха, нахмурила пышные брови, и завела историю, выщербленную старостью и сдобренную порцией мистики, но оттого лишь сильнее манящую. "Действительно манящую", - подумал Космач, заметив, как к загадочной старушке потянулись, будто привороженные, молодые воины. Он снова положил голову на лапы, высоко подняв уши и слушая голос своей старой подруги. Конечно, в душе Космач немного посмеивался над наивностью тех, кто поверил в волшебный цветок. Он мог сказать почти наверняка, что Малина хочет заманить его в заросли кошачьей мяты и просидеть там вместе с ним целый вечер, рассказывая и слушая какие-нибудь истории из их прошлого. Они соберут по кусочкам свою память. Он расскажет что-то, чего уже не помнит она, она поделится тем, что позабыл он. А потом они забудут дорогу назад в лагерь. А если не в лагерь, то в свою палатку. Малина обязательно затащит его в палатку к Солнцезвёзду, и всю ночь они вдвоём будут храпеть своим мятным храпом над его ушами. Такие вот волшебные цветы.
С другой стороны, Космачу и самому хотелось поверить в волшебство. Хотя бы ненадолго. Он вдруг почувствовал странный укол в груди от того, что увидел краем глаза. Ему почудилось, будто рядом стоит она, та самая кошка, которую он любил когда-то в молодости и которую давно потерял. Космачу пришлось приложить усилие, чтобы повернуть ставшую непослушной шею. Видение не рассеялось, но удивлённый взгляд старика всё равно стал тоскливым: он понял, что ошибся. Рядом с ним стояла Вальдшнеп, а он перепутал её со своим воспоминанием. "Какая забавная нелепость, у неё тоже была полосатая шерсть. Только и всего. А я, трухлявый пень, уже почувствовал себя в звёздном племени".
Космач перевёл взгляд, услышав пылкий, пронзительный голос Кроны. Эта кошечка нравилась ему своей необычной преданностью Шептунье. Когда племя отвернулось от его ученицы, Крона осталась рядом. В иные моменты Космач думал, что благодаря ей Шептунья осталась такой активной и жизнелюбивой, а вовсе не из-за своего одряхлевшего наставника, ушедшего вместе с ней в палатку старейшин.
Крона заботилась о стариках, но и о себе не забывала. И почему-то Космачу это нравилось. Нравилось, что Крона хочет славы и признания. Было в этом что-то искреннее. Она не стеснялась честолюбия, которое многие считали тёмной стороной своих душ.
Кстати о тёмном, к их странной разношёрстной компании подошёл Лоскут. Космач припоминал, что этот воин связан с Малиной, но, как назло, у него вылетело из головы, какой именно связью. Он, в любом случае, был рад, что воины присоединяются к ним. Шептунье полезно с ними общаться. Он коснулся носом загривка серо-рыжей кошки и указал ей на Лоскута. Затем притих и отстранился, чтобы не мешаться.
Услышав своё имя, произнесённое странным голосом, Космач неловко дёрнулся на звук, и снова столкнулся взглядом с Вальдшнеп. Голос показался ему странным, потому что он осознал, что слышит голос полосатой воительницы как-то лучше, чем другие. Словно бы его уши были прекрасно настроены на этот тон. От собственного немого удивления он не сразу уловил суть вопроса, а когда до него дошло, он горьковато улыбнулся, приподняв и опустив усы.
- Десяток лун тому назад, когда я каждому пытался доказать, что я воин - да. Но сейчас я старейшина, и сам принял решение стать им. "Да с каким скандалом. Таким дебоширом я и в молодости бывал нечасто, откуда только силы взялись?"
- За эти луны я как-то по-другому взглянул на старость. Стал видеть её как нечто вроде смены сезонов. Для всех нас однажды настанет пора Листопада. Ещё тёплая, но то тепло с каждым днём затухает. И рыжие листья становятся чёрными. Чёрными. Чтобы в один морозный день их замело мертвенно-белым снегом.
Космач обнаружил, что как-то сам собой перевёл взгляд с Вальдшнеп на свои дрожащие лапы, да так и замер над ними. Встряхнув пушистой гривой, он снова улыбнулся молодой кошке, извиняясь за свои мрачные слова.
- Да и зачем мне теперь молодеть? Я не герой, не предводитель, я всегда был обычным рядовым воином, как все остальные. Что толку с того, что я стану молодым? Я бы лучше сходил поглядеть на Нагретые камни. Говорят, речные старики грели на них кости в хорошую погоду. А мне просто интересно посмотреть... - его скулы как-то странно дрогнули. - ...посмотреть, за что погибло столько моих друзей. Наверное, это очень хорошее место, раз мы столько за него воевали. Очень хочется... посмотреть.
Космач выдохнул скопившийся тёплый воздух себе на лапы и замолчал. Впрочем, ненадолго.
- А как насчёт тебя, Вальдшнеп? Ты хотела бы такой цветок, который, м-мм, исправляет недостатки?
Старик сам не знал, зачем решил спросить. Возможно, в нём проснулось что-то от Тучегона, компанейского кота и любителя поддержать хорошую беседу. Малина могла помнить, что он всегда имел едва ли не пол племени в друзьях, общительный и заботливый. С лунами, правда, друзей стало гораздо меньше, но в Космаче сохранилось что-то тёплое из прошлого.

+7

360

Постепенно к их привычной и уже такой устоявшийся и укрепившейся компании из трёх стариков стали подходить новые и новые коты. От обилия вокруг посторонних мордочек, внимание которых потенциально могло задеть и ее, Шептунья слегка растерялась и еще ниже склонилась над Космачом, тщательно и бережно приводя в порядок его шерсть и пряча в ней свою маленькую худенькую фигурку. Давно и, скорее всего, безвозвратно, канули в лету беспечные дни ее счастливой юности, когда она была открыта всем и каждому, любила заводить новых друзей, интересовалась делами соседей по палатке и поляне. Ее можно было увидеть повсюду, она старалась не поддаваться на провокации злых языков и из шкуры вон лезла, чтобы помогать соплеменникам и тем самым заслужить их доверие и расположение. Ей нравилось общаться и веселиться, когда удавалось влиться в какую-нибудь компанию, она вполне неплохо чувствовала себя даже среди малознакомых котов.

А теперь она сторонилась даже собственных соплеменников.

Правда, Шептунья была крепко привязана к Малине, хотя бы по той причине, что кошка была подругой детства Космача и могла рассказать много чего интересного о том, что сам бурый ворчун почти всегда замалчивал, ссылаясь на плохую память. К тому же она была одной из тех, кто никогда не проявлял к ней враждебности из-за ее родителей, отчего кошка не могла не отвечать этой пушистой старушке искренней привязанностью. Какими бы странными ни были порой ее слова, какой бы нелепостью ни отдавали просьбы, Шептунья была готова хоть рыбу из речки достать, хоть подстилку в более "удачный" угол передвинуть, хоть вот - внуков ее вылизать. Такие забавности давали ей своего рода встряску, отвлекали от суровой в своей серьёзности реальности.

Вот и сейчас, стоило Малине начать очередную свою историю, как серая тут же обратилась в слух, даже оторвавшись на какое-то время от работы языком и просто уткнувшись носом в шерсть на загривке Космача. Слова старой кошки лились словно мед: приятные в своей сладости чудодейственной лечебной силы и опасные в жалах стерегущих их пчел разума и здравого смысла. Невольно Шептунья ощутила себя целиком и полностью во власти этих двух противоборствующих сил. Закостеневший разум холодил мыслями о том, что такого удивительного растения не может существовать, иначе смысл был бы вообще иметь в племени целителей, да и коты бы не старели и не умирали. Да и Орех уже давно вынес ей свой неутешительный вердикт и она даже вроде как примирилась с тем, что голос не вернётся... И все же глубоко внутри глупое, но романтичное по натуре сердце хотело верить, надеяться, что что-то такое где-нибудь да и существует. Ведь сколько еще неизведанных земель простирается за территориями их племени! Возможно, где-то там она смогла бы отыскать этот цветок. Но не для себя. О нет, не для себя она просила бы его чудесной силы, а для своего лучшего друга.

Если бы со мной не случилось этой ужасной истории... Если бы я нормально закончила обучение... Если бы стала полноценным воином... Если бы не разрушила всё, что он с таким трудом строил... Если бы не стала таким оглушительным разочарованием на его длинном пути...

Она смотрела на быстро стареющего Космача и ей хотелось плакать. Шкуру жёг стыд, ненависть, злость на себя за то, что она не смогла стать уме усладой и радостью старых лет. Шептунья нутром чувствовала, насколько сильно подкосила её наставника эта неудача. Была бы она воином, он мог бы гордиться ей свершениями, мог бы любоваться ею и хотеть продолжать жить, чтобы наблюдать за ней. А так... Так они просто напару покрываются плесенью и мхом в этой палатке. Зеленоглазая чуть сильнее вжалась в плечо кота, словно хотела передать ему все свои силы и всю молодость, отдать себя всю до последней луны, чтобы хоть как-то загладить свою вину перед ним... раствориться в небытьи во благо родного друга...

Мягкий упругий толчок в бок, теплая мокрота на ухе. Шептунье даже не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть и без того пухленькую, а теперь еще больше расширившуюся от улыбки мордочку Кроны. Неведомо для себя, молочная сестра словно силком вдохнула в приёмную серую жизненные силы и желание еще немного побыть на этом свете. Каждый раз. Сколько десятков раз она неосознанно вытаскивала старейшину из пучины глубокой депрессии. И сейчас её теплый бок затопил собой всё вокруг. Присутствие Кроны мгновенно заставило действительно захотеть отправиться за этим небывалым цветком. Заставило поверить в его существование. Если они пойдут за ним вдвоём, то точно справятся! Просияв улыбкой (что с ней случалось довольно редко) оттого, что и сестра загорелась идеей, серая закивала в ответ на её слова и помяла землю перед собой, делая вид, что готова в путь в любой момент.

Кошка настолько воспряла духом, что даже не успела стушеваться перед внезапно подошедшим к ним Лоскутом, робко, но уже больше не прячась, поприветствовала темного кота движением хвоста. Конечно, он наверняка обращался скорее к Малине, однако серая почувствовала, что не сделать ничего было бы невежливо. Тем более, что она всё равно ничего больше не сможет ему объяснить. Примерно такой же реакции была удостоена и внезапно вступившая в разговор Вальдшнеп, обращенный к Космачу голос которой откуда-то позади заставил серую вздрогнуть от неожиданности. Котов становилось на удивление много, и Шептунья уже начала опасаться, что их драгоценный секрет сейчас пойдёт по лапам. Бросив взгляд на Крону, она чуть склонила голову набок, словно вопрошая: "Мы и правда пойдём?"

+6


Вы здесь » cw. последнее пристанище » грозовое племя » главная поляна