У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается

Дорогие игроки!

Что же, вот три солнечных и наполненных самыми различными событиями месяца летнего сезона и подошли к своему логическому концу, передавая бразды правления дождливой осени и готовя для нас множество самых различных событий и сюжетов. На носу Совет всех племён, решение множества вопросов и, быть может, даже очередные конфликты и некоторые секретные плюшечки, но пока что пришло время назвать самые запоминающиеся мордочки августа!

В этом месяце Полёту Испуганной Цапли стало суждено не только получить благословение от предков и возглавить стражей Клана Падающей Воды, но и завоевать звание лучшего кота августа. Очень надеемся, что ты на этом не остановишься и преподнесёшь нас в будущем ещё множество интересных сюжетов!

Неожиданное возвращение бывшей воительницы племени Ветра, новый, закалённый несладкой жизнью и приобретёнными в городе знакомствами характер и звание лучшей кошки достаётся Капели! Интересно, в какие дебри трёхцветную одиночку заведёт судьба теперь?

А вот лучший оруженосец снова оказывается родом из племени Теней, вот уж там ребята задают жару своими отыгрышами второй месяц подряд! К тому же Мглистая ещё и абсолютно заслуженно завоёвывает звание почётного персонажа, которое открывает перед ней некоторые новые грани. Воспользуется ли наша сумрачная ученица ими однажды?

Юная Каменка над Верхушкой Ели в последний момент своего беззаботного детства урывает себе звание лучшего котёнка августа! Все мы видели поступившее тебе от Пламя предложение стать её последовательницей и всё с нетерпением ждём твоего официального ответа. Уверены на сто процентов, что однажды из тебя выйдет прекрасная Верховная Мать ;)

Очень плодовитые и удивительно успешно за одну лишь беременность численно повысившие дальнейшую боевую силу Речного племени Оса и Росомаха становятся лучшей парой прошедшего месяца и уже в ночь приближающегося Совета обещают порадовать нас новыми пятью мордочками в камышовых зарослях детской! Интересно, скажется ли беременность в юном возрасте на дальнейшей истории этой семьи или родительские обязанности пойдут юнцам на пользу?

В последние луны на сильные и крепкие плечи Ракушечницы свалилось слишком многое, то и дело оставляя даже на её душе неприятные зацепки и укрепляя не самые позитивные мысли в её голове. Забирая себе звание самого запоминающегося персонажа августа, оставляя за своей спиной всю свою воительскую жизнь и даже после падения с утёса поднимаясь на лапы с гордо поднятой головой, эта кошка буквально заставляет нас следить за её историей дальше.

Разбушевавшийся в бескрайних степях племени Ветра пожар стал для Звездопада очередным ночным кошмаром, его окутанное мглою тревоги и ужаса поведение в однажды уже пережитой ситуации огненной западни было настолько каноничным и реальным, что игроки совершенно и точно в некоторые моменты ощутили себя на страницах книг! Это нужно же уметь настолько успешно передавать эмоции и бурлящие в душе чувства?

На этом наши итоге подходят к своему логическому концу, но наступающий уже на самые пятки сентябрь абсолютно точно обещает нам множество новых запоминающихся и приводящих то ли в восторг, то ли в ужас отыгрышей, поэтому не беспокойтесь. На предстоящем Совете и его неминуемых последствиях у каждого будет шанс отличиться и стать самой главной мордочкой первого осеннего месяца. Готовим попкорн, газировку и платочки?

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » город » жилые улочки


жилые улочки

Сообщений 1 страница 20 из 37

1

http://forumupload.ru/uploads/0019/c8/05/2/276019.png

Код:
<!--HTML--> <style>
.gtemp-app1 { 
width: 90%;
 font-size: 11px;
 text-align: center;
 line-height: 120%;
 color: #000;
 background-color: #eee9e3;
 padding: 15px;
 padding-top: 10px;
 margin: 10px;
 } 
</style>
<center> 
<center> 

<div class="gtemp-app1"> 
<div style="width="100%">
<div style="text-align: auto; height: 300px; overflow: auto;">
<br>
<p>
<br> 
  <font face="yeseva one"><font size="4"><b>жилые улочки</b></size></font>
<font face="Times New Roman">——————————————————————</font><br>
<font face="Century Gothic"><b><font size="3">В</size></b><font size="2"> северной части города, ближе к старому мосту отделённый от центрального района большим парком расположился целый квартал невысоких старых частных домиков, каждый с небольшим собственным садиком. Именно отсюда город начал свой рост, постепенно разрастаясь и вширь, и ввысь, а это место так и осталось раем для тех, кому суета центральных улиц не по душе. Почти в каждом доме тут живут домашние коты, которые, впрочем, нередко могут отправиться в центр города, ведомые любопытством и жаждой приключений.</size></font>
</font>
</div>
</div></div> 
</center> 

0

2

Начало игры

А все-таки хорошо, что у них такой дом роскошный, под ужасно раздражающе-пищащей штукой, которая прогнала не одну собаку с их территории, оставляя ее, Цукерку, в сладком одиночестве и стопроцентной безопасности.
Хороший погожий денек. Хозяин, как всегда, смотрел в свою коробку и клацал по штукам, которые ей не разрешалось, и Цукерка, бросив это глупое занятие, занялась самым важным.
Подобрав на крыльце заднего двора хорошее теплое местечко, палевая красавица сладко-сладко потянулась, потопталась и улеглась на специально связанном для нее коврике аккурат на солнышке. Свернувшись клубочком, молоденькая обитательница этого прекрасного дома тихим урчанием праздновала свою жизнь: прекрасную, сытую...
... скучную.
Свернувшись и перекатившись на спину, Цукерка поджала передние лапки и уставилась на проплывающие облака: большие, пушистые, каждый похож на что-нибудь. Наверное, что-то такое Цукерка как-то достала из подушки, хорошенько ту выпотрошив.
Лежала и думала, думала. Наверное, с такой жизнью не о чем мечтать больше, да только кто ценит то, что имеет? Бродяги мечтают о теплом доме, домашние киски - о невероятных приключениях.
Правда дальше, чем в мечтаниях, Цукерка не заходила. Да и фантазии хватало только на то, чтобы как-нибудь осмелиться оббежать их большой и страшный квартал.

+3

3

Начало игры

Хозяева покинули дом рано-рано утром, как обычно, забрав с собой всякую возможность хоть как-то развлечься. Впрочем, Эгле не унывала особенно - у нее всегда была специальная дверца для выхода на задний двор и дальше на улицу, и потому, стоило только закрыться входной двери, она помчалась к задней, оскальзываясь на дурацком гладком полу. Он ей был не по нраву. То ли дело травка под лапами или шершавая поверхность дорог, а не вот этот кошмар неудобный.
Выскочив наружу, она привычно задрала нос и понюхала воздух. Собаками не пахло, другими котами поблизости тоже. Ничего, что могло бы ее напугать. Но как и всякий раз, стоило Эгле только покинуть придомовую территорию, она ощутила легкую волнительную дрожь в лапах. Расстояние до уютного домика Цукерки было преодолено быстрым бегом, и кошка старалась держаться поближе к заборам, чтобы в случае чего оказаться в безопасности на верхотуре.
— Доброе-доброе утро! — приветственно мяукнула она, перелезая во двор подруги. Они были знакомы с тех пор, как Эгле в первый раз отправилась изучать земли вокруг, и теперь частенько проводили дни в неспешной болтовне о том-сем. Вот и сейчас скучать в одиночестве сиамка не собиралась. А с Цукеркой было просто и легко.
— Как твое утро? Правда, погода отличная? — улыбаясь во всю ширь, она проскользнула поближе и замерла у крыльца. А вдруг палевая не захочет с ней болтать сегодня? Тогда придется уйти. Но пока что всем сердцем Эгле надеялась на день в компании.
— Что там твой хозяин поделывает? Мои-то опять убежали по своим делам, их теперь до самой темноты не дождаться, — она издала печальный вздох, на самом деле не испытывая никакой грусти.
Просто у многих домашних было принято любить и уважать своих хозяев хотя бы за еду. А для Эгле они отрадой не были, вот только никому и никогда она об этом не скажет.

Отредактировано Эгле (11.06.2021 18:17:37)

+3

4

Бодрый голосок Эгле заставил Цукерку вынырнуть из полудремы, с вопросительным "мр?" перевернуться со спины на нагретый живот и выставить ушки. Ну да, и правда, вон идет ее соседка!
Приветственно наставив хвост, палевая звонко мяукнула Эгле, а после подошла к краю террасы и, покачав бедрами, примерилась и прыгнула вниз, к соседке.
- Погода что надо! Утро такое, ух, хозяева что-то вкусное себе купили, я попробовала конечно, капельку им оставила. Хозяйка так взвизгнула, ой, - весело зажмурилась Цукерка, облизывая остатки чего-то молочного с усов.
- А хозяин сидит в свою коробку смотрит, - обиженно надула щеки палевая красавица, обернувшись через плечо. Невдомек ей, простой кошке, что ее хозяин воротит великие дела и зарабатывает огромные деньги ради нее, Цукерки, и много-много молочного нечто на каждый новый завтрак.
- Так что я сама по себе. Ты уже совсем привыкла выходить за изгородь, да? - с восхищением округлила глаза Цукерка, переглядывая через плечо Эгле. Сама она еще ни разу не решалась перебегать туда, и уж тем более - через дорогу. Разве что сидела на заборе с большими колоннами, смотрела на соседский двор. Ну и разок-другой на дерево забиралась, да повыше.
- Там не страшно? А собаки? - палевая даже лапку приподняла в брезгливости, но в глазах был неподдельный интерес.

+3

5

добро пожаловать в город?

[indent] Не зная, какое в этот самый момент время суток и смутно догадываясь по танцующим на широкой морде солнечным зайчикам, что точно не ночь, а также даже не догадываясь, сколько времени прошло с той знаменательной встречи на границе и где он оказался в конечном итоге, Янтарь вовсе не спешил открывать будто бы навсегда слипшиеся глаза и лишь едва заметно пошевелил затёкшими широкими плечами. Окончательно просыпаться от столь спасительного, не таящего в себе абсолютно ничего сна и вновь врываться в полный загадок, безответных вопросов и чьего-то навязчивого общества, чей запах тонкими, непривычно резкими струйками прямо сейчас с силой ударял в переодически подпрыгивающий чёрный нос, не хотелось, отчётливо чувствовалось лишь одно желание остаться в кромешной темноте без мыслей как можно дольше и не вспоминать всего произошедшего буквально недавно. Но, как подсказывала практика, нажитая за не один десяток лун жизни и те самые юркие мыслишки, которые уже успели протиснуться в туманное, сонное сознание и теперь навязчиво  выгрызали себе пути как можно ближе к наконец успокоившемуся мозгу не позволяли даже с помощью скользящих по некой гладкой поверхности когтей задерживаться в мечтах надолго. Реальность вместе с творящимся в ней незнакомом и оглушающе громким шумом да ослепительно ярком светом наседала на серогривого кота, заставляя того буквально на крохотную щёлочку приоткрыть один тлеющий потухшим огнём янтарный глаз и уже в следующую секунду ошарашенным подскочить на месте, непонимающе осматриваясь по сторонам.

[indent] Расположившиеся со всех сторон огромные, высокие и непреодолимые стены, покрытые слоем непонятного чего-то, гладкий, отдающий неприятным холодом в подушечки лап пол, даже издалека не напоминающий хотя бы обтёсанный водой и ветрами камень и просто пространственное нечто, которое было Янтарю абсолютно незнакомо и лишь натурально пугало, давало ему понять, что он находится совсем не в лесу. Множество самых различных, где-то до горечи на корне языка едких, где-то необъяснимо привлекающих и заставляющих пустой желудок предательски сворачиваться в трубочку да громко рычать от затяжного для сезона Зелёных Деревьев голода ароматов окружали бывшего воителя и вызывали неконтролируемый поток скапливающихся в пасти слюней, которые тот судорожно сглатывал и начинал лишь ещё больше злиться. Непонимание, незнание и закрадывающиеся глубоко в голову сомнительные, слишком ранящие самолюбие дикого кота догадки неприятно скреблись изнутри, стараясь отыскать спасительный выход и наконец сбежать от кипящего раздражением одиночки до того самого момента, пока его напряженный взгляд случайным образом не скользнул по сидящей в лучах золотого солнца пёстрой, стройной фигуре, а сердце не сделало вводящего почти что в прежнее безумие кульбита.

[indent] — Капель?! — сиплым, от чего-то позорно охрипшим голосом воззвал к устроившейся совсем неподалёку кошке новоиспечённый бродяга и резко подорвался со своего прежнего места, желая стать как можно ближе к ней.


с цукеркой и эгле не пересекаемся

+4

6

Начало игры

Агнес не любила чужаков: не любила, когда пределы ее забора, ее границ нарушал некто новый и незнакомый, не любила их запах, вид, свое бессилие и полное игнорирование проблемы со стороны старого пса.
И снова все повторялось.
Пестрая почувствовала постороннего почти сразу же: дверь с шумом отворяется, хозяйка замирает на пороге и громко окликает своего супруга, Агнес вздрагивает сперва от шума, затем — от запаха крови и болезни, что почти смог сбить ее с толку.
Возня.
Грохот.
Переполох.
Она не спешит высовываться, следит за всем из-за своего убежища, поджимает хвост, вздыбив шерсть.
Кажется, в новоявленном госте ей не нравится все от самого кончика хвоста до изодранной морды. И проблема не столько во внимании хозяев к нему, не столько в ревности, сколько в каком-то смутном предчувствии: он чужой, не такой, с ним что-то не так.
А значит, он не должен здесь находиться.
Но по мере того как все стало утихать, по мере того, как в доме снова воцарялся покой и незнакомец не спешил подавать признаки активности, первоначальные страх и агрессия со стороны домашней также начинали идти на спад. Неспешно и неохотно они сменялись настороженностью и легким любопытством с мимолётными бросаемыми в сторону бродяги взглядами.
Агнес не желала ему смерти, пусть мысли о том, что он без сознания в какой-то мере успокаивали ее.
-----
Прошло около дня с момента появления неподвижного серого тела в стенах ее дома.
Все так же безжизненен, все так же тих и спокоен.
Возможно, они могли бы даже поладить.
Агнес дергает ухом и отворачивается в сторону окна, устроившись аккуратно около подоконника, следит за мелкими каплями проливного летнего дождя и чуть щурится, наблюдая за миром снаружи, погрузившись в свои размышления. Было около полудня, мягкий свет наполнял их небольшой домик и играл на пестрой шерстке светлыми огоньками.
Капель?!
Нет, это просто дождь, — чуть растерянно звучит голос Агнес, нарушая тишину окружающего пространства. За дымкой потока мыслей она не сразу понимает, что происходит.
Шаркающий звук лап по полу — шерсть на загривке встает дыбом, в голове мелькает ругательство, и домашняя едва не подскакивает с целью отстраниться и едва не заносит лапу с целью ударить, впиваясь в серого незнакомцем взглядом.
Ей требуется усилие воли, чтобы не показать перед ним мимолетный страх и сохранить хладнокровный вид.
А он оказался больше, чем ей казалось, пока он валялся без сознания.
Место! — громко отдергивает она бродягу зычным строгим голосом, вскидывает голову, чтобы показаться хоть немного выше.
По сравнению с ним она никто.
Чувствует — не показывает.
Между ними расстояние в тройку метров, сократить его Агнес позволять явно не собирается.
Скользит внимательным и напряжённым взглядом по чужаку.
Ни шагу дальше.
Это ее дом и правила здесь диктует она.
Только станут ли ее слушать?

+2

7

[indent] Первым раздавшийся во вновь образовавшейся тишине голос впился ядовитым остриём когтей в разыгравшуюся фантазию, словно бы наконец проливая на неё до боли в глазах неестественный свет окружающего его пространства, а после и резкие, пропитанные явно не той нежностью и любовью движения оказавшейся вдруг просто слишком похожей незнакомкой болезненно полоснули по расплывчатому образу отравленной памяти и буквально заставили инстинктивно сморщить серую переносицу. С привычной ему грузностью занеся широкую, покрывшуюся спутанными колтунами да грязью лапу для очередного шага в сторону горящей разноцветным пламенем кошки, только лишь окончательно просыпающийся от своего слишком долгого забытья Янтарь наконец неспешно скользнул прожигающим взглядом по худощавой фигуре перед собой и чуть ли не оглушительно громко цокнул: ему всего лишь показалось. Сейчас, прямо в этот момент пытаясь казаться бесстрашной и такой до нервно подрагивающего кончика серого хвоста властной на своей территории, перед ним сидела вовсе никакая не Капель, а лишь её вшивая домашняя пародия, отблесками покалывающей подушечки лап схожести колыша неприятные воспоминания. Ещё не зажившие раны, столь любезно оставленные на том влажном берегу Ракушечницей, раны на пушистой щеке и её впившийся в память образ, столь легко находящий некое единение с образовавшимся на кошачьей душе гудящим штилем эмоций, вновь посеяли в той взявшейся из неоткуда пустоте едкие зёрна привычной злости и раздражения, а эти звонкие, режущие по ушам и восполненному сознанию выкрики лишь подкидывали тлеющих углей в разгорающееся пламя, от чего уже в следующую секунду глаза угрожающе сузились, а желтоватые клыки показались из-под подрагивающей верхней губы.

[indent] — Закрой свою пасть, домашняя киска, — показательно вызывающе делая очередной широкий шаг в сторону своей взявшейся из неоткуда собеседницы, едва различимо прорычал Янтарь в ответ на её нелепые указы. — Иначе мне самому придётся её заткнуть, а я бываю слишком груб, — тонкой змеёй расплывшаяся по напряженным губам наглая усмешка не предвещала для трёхцветной ничего хорошего, пока показавшиеся из своего укрытия острия длинных когтей предупреждающе стукнули по гладкому полу. — Твои Двуногие даже пискнуть не успеют, как я вскрою твою глотку и оставлю тебя истекать кровью. А теперь будь умничкой и покажи мне, как выйти отсюда.

+4

8

Вот холера!
Агнес делает шаг назад инстинктивно, когда пред взором предстают чужие клыки и острые когти, она готова пятиться, но сила воли и гордость заставляют ее остановиться, стиснуть клыки, взять себя в лапы и взглянуть в лицо опасности.
Дальше этого шага она не отходит.
И сейчас не собирается: отступить — признать главенство чужака. И свою слабость.
Не на этой территории, не на ее земле.
Так теперь на улице принято выражать благодарность? — холодный голос пронзает серую шерсть, и тяжёлый взгляд зеленых глаз грузом взгромождается на широкие плечи. Агнес окидывает мимолётным взором еще не зажившие раны: по сравнению с тем, что было, это еще цветочки, и пестрой не слишком хочется вспоминать, в каком состоянии пришелец оказался на ее пороге. Разноцветный хвост скользит по воздуху. Домашняя не трогается с места, прижимает уши к голове.
Главное — не поддаться. Ему, испугу.
Не будь духом твоим поспешен на гнев; потому что гнев гнездится в сердце глупых, — звучит голос негромко и вкрадчиво. Агнес тихо фыркает, прищурясь, дергает ухом, заглядывает в янтарные глаза и вскидывает бровь, — Без меня ты никуда не выберешься, лишив жизни — отправишься следом. Нужно ли то тебе, сатана? — Внутри скребется когтистый страх, вспарывает сердце своими острыми клыками, кричит, что нужно бежать, но голос уверенен и намерения тверды.
Она делает шаг обратно и встречается взором с незнакомцем.
Сердце пропускает удар под напором сомнения.
Убери когти.
Хочешь выбраться — выполняй мои условия.

+1

9

Цукерка была рада ее видеть, и оттого трехцветная сама радостно разулыбалась, совсем искренне. Подруга спрыгнула к ней, и кошка с приветственным мурчанием подалась вперед, ткнувшись носом в щеку и сразу отстранившись.
— Счастливая. Мне сегодня вкусненького не досталось, — а хотелось. Кошка вздохнула и зажмурилась теплому солнышку. Ее подругу заинтересовало что-то за изгородью, и она с любопытством принялась расспрашивать, а Эгле и рада поболтать. Тем более на такую занятную тему.
— Вот знаешь, я вроде привыкла. Но мне все равно так страшно каждый раз, по сто раз принюхиваюсь и прислушиваюсь ко всему вокруг.
Словно подтверждая свои слова, она задумчиво принюхалась, но воздух пах травой и городом. Как обычно, ничего нового. Слабый аромат собаки доносился откуда-то сбоку с ветерком, но она явно была далеко и, кажется, на привязи. Эгле видела ту небольшую псинку, а потому обходила ее двор стороной.
— Страшно только из-за собак или других бродячих котов бывает, но я ни разу не попадала в неприятности. Стараюсь быть осторожной, а вообще там очень интересно! — подпрыгнув на месте, она загорелась взглядом и заулыбалась.
— Давай хотя бы посмотрим вместе, что там происходит? Залезем на изгородь, а? - предложив это подруге, она с готовностью подскочила ближе к забору и в ожидании замерла, готовая к прыжку.

+1

10

>лунный камень (с Янтарем и Агнес не пересекаемся)

Он бежал из племени как последний трус. Тьма постепенно рассеивалась и красная луна выползла из-за кучевых туч. Орех уже не чувствовал своих лап, когда пересекал очередную Гремящую тропу, по которой еще ни разу не ступал. В нос бил неприятный запах Гнили. Это означало лишь одно - грозовой целитель был запредельно далеко от змеиной горки, куда обещал отправиться Бражнице. Он не ведал, что творил. Лапы сами его несли в неизвестном направлении. Испуганное сознание рисовало самые страшные образы.
Впервые в жизни увидев затмение и получив столь страшное послание от Предков, Орех наконец показал свою истинную натуру размазни. Сейчас он уже точно был не в силах совладать со своими эмоциями. Все рушилось прямо у него на глазах. А самое страшное - об это уже знали Предки. Не нужно было быть предсказателем, чтобы понимать, к чему были все эти затмения, осторожные слова. Они с Бражницей напортачили, очень здорово напортачили.

Но разгребать их общие ошибки он оставил лишь одну Бражницу.

А сам сбежал.

"Ты трус. Ты не достоин и взгляда ее. Ты не можешь называть себя целителем Грозового племени. Ты вообще не можешь называть себя целителем. Ты никто. Предатель," - набатом звучало в голове. А Орех все бежал и бежал в неизвестность. Лишь бы подальше от леса. Черно-белый боялся. А чего конкретно - сам не знал. Он никогда не покидал родные земли, родной лес, но сейчас ужас и страх настолько охватили его сознание, что целитель просто несся сквозь все земли. Наверное, хотел загнать себя до такой степени, чтобы свалиться в беспамятстве и забыть обо всем.
Лесные пейзажи постепенно сменились редколесьем, а в нос ударил едкий запах Чудищ. Орех двигался вдоль Гремящей Тропы, но чем дальше он уходил от леса, тем все больше и больше Чудищ проезжали по тропе, оставляя за собой клубы дыма. Зажмурив глаза, он ускорил бег, чтобы поскорее пройти этот участок своего долгого пути.
Уже светало, когда грозовой кот, уже практически без сил рухнул на каменную тропинку своей угловатой мордой. Быстро вздымающиеся бока и широко открытая пасть говорили об обезвоживании и дикой усталости. Орех даже не заметил, как лес перед ним сменился небольшими каменными убежищами Двуногих. Зрачки-луны бегали влево-вправо от страха и усталости. Здесь он точно никогда не был. Да и не хотел бы быть. Как вообще это произошло? Как он здесь оказался?
Земля начала дрожать под телом Ореха и уши инстинктивно устремились к источнику ревущего звука. Кот ошарашенно вскочил на лапы, чувствуя приближающуюся опасность. Из последних сил он побежал к каменным домикам, чтобы уйти с пути приближающегося Чудища. Яркий свет ослепил глаза и Орех тут же почувствовал тупую боль в бедре. Затем мир перевернулся с ног на голову, вокруг все закружилось-завертелось. Громкое "мяу", раздающееся эхом над убежищами Двуногих и вот Орех уже лежит на прохладном коротко стриженном газоне. Испуганно вскочив на лапы, он инстинктивно понесся прочь от "напавшего" на него Чудища, но пары прыжков хватило, чтобы лапы наконец подкосились и кот свалился, скованный глухой болью в задней лапе.
Хвала Предкам, что Чудище лишь задело его, а не отправило в Звездные угодья. Сейчас Орех бы точно не хотел там оказаться. И не потому что боялся смерти, нет.
Боялся, что и там его осудят. И придется ходить в Звездном племени с этим чувством вечно. К такому он был не готов.

+7

11

[indent] Неудержимо злясь глубоко внутри на самого себя за ту непростительную ошибку, которую лишь посмело допустить его воспалённое сознание и заключающуюся в сравнении этого домашнего отродья с его свободолюбивой Капелью, молодой кот то и дело всё больше и больше мрачней, становясь больше похожим на грозовую, копившую в себе непогоду не одни сутки тучу, чем на прежнего себя. Словно последние отблески рыжеющего далеко на горизонте яркого заката вместе с ежесекундно разряжающимися кривыми молниями, круглые глаза без какого-либо стеснения всматривались в пёструю морду напротив и лишь изредка позволяли себе скользнуть по её напряжённой фигуре. Не одну луну являясь прирожденным охотником и воителем, Янтарь с впитанной вместе с материнским молоком лёгкостью замечал самые крошечные изменения то в мимике, то в позе трёхцветной незнакомки и от того лишь больше расплывался в насквозь пропитанной наглостью и насмешкой ухмылке, почти до эйфории чувствуя собственное превосходство. И всё же, со слабой заинтересованностью вслушиваясь во вновь звучащие слова, бродяга не мог не отметить тех смелых и даже довольно неплохих попыток продолжить держать свою со скрипом натянутую маску бесстрашия.

[indent] — Что ты несёшь, мышеголовая? — мимолетно мотнув головой при слишком резанувших по треугольным ушам от непривычности речах домашней киски и вновь угрожающе оскалившись, озлобленно прорычал Янтарь и вновь сделал широкий шаг в сторону этой сумасшедшей. — Ты мне зубы своим больным бредом не заговаривай, глупая, и пугать не пытайся. То, что я видел в своей жизни, остановило бы твоё сердечко в считанные секунды, так что не пытайся выглядеть осмелевшей, — громкое, в секунду растаптывающее в буквальное ничто все летящие в него указы трёхцветной фырканье сорвалось с приоткрытой пасти серогривого, пока он, оторвав сверлящий взгляд от ее морды, огляделся в поисках столь нужного ему выхода. — Шевели уже лапами, неженка. Я никого не просил мне помогать и то, что я оказался здесь взаперти с тобой – вина лишь твоих сунувших в ненужное дело свои бесшёрстные лапы Двуногих. С ними и поговори о том, кого они вносят в свой дом.

+1

12

Пригрели на груди змею, — горько заметила пестрая кошка себе в усы, вслушиваясь в речи незнакомца. Он не понравился ей сразу, с первых секунд, мгновений, и теперь она знала — ее предчувствие не обмануло. Сейчас он стоял здесь, пред ней, готовый разрушить весь тот небольшой мир, что у нее был. Но отчего то для нее он казался скорее глуп из-за своей глухоты и нежелания слушать, и не представлял он, как выглядит нелепо со стороны с пустыми и ненужными угрозами.
Агнес сказала все.
Она знала, что дверь заперта, и знала, что серый никуда не денется, покуда его судьбу не решат ее хозяйва или покуда этому не поспособствует она.
И она знала, что чужие когти, даруя ей смерть, не изменят столь многого, ведь вечный покой, который обещали небеса, был ничем не хуже тихой жизни внутри каменной коробки. И лишь инстинктивно боялась, хотела вцепиться в эту сухую и молчаливую жизнь, даже не требуя от нее много.
Пестрая не двигалась с места и просто вглядывалась в глаза напротив, ища в них просветы благоразумия.
Для нее он был никем. Здесь он был никем. Но почему-то верил, что сможет диктовать свои условия.
Агнес была упряма.
И серому незнакомцу стоило осознать, насколько упряма.
Ты можешь продолжать и остаться здесь надолго, — сухо замечает домашняя. — Можешь убить меня — убить себя. Но если ты готов умереть столь бесчестно и глупо, твоя жизнь не многого стоит, сколько бы ты ни повидал. Но тогда зачем тебе выход?

+2

13

[indent] — Да ты хоть понимаешь, с кем ты разговариваешь? — подобно приготовившейся к смертельному броску змее резко сорвавшись с места и, в последний момент неосторожно поскользнувшись на катастрофически гладком полу да с силой боднув трёхцветную собеседницу в угловатое плечо, с кипящей в басовитом голосе злостью прорычал Янтарь и тут же выпустил когти. — Мне ничего не стоит порвать тебя в клочья, бестолковая игрушка Двуногих!

[indent] В последний момент удержавшись на своих напрягшихся до боли в мышцах лапах и лишь скользнув остриями когтей по разноцветной плитке до противного скрежета, серобокий исполин уже было угрожающе оскалил покрытые жёлтым налётом клыки и замахнулся для увесистого удара по пёстрой щеке, как вдруг громкий шум со стороны другой части этой каменной палатки привлёк всё внимание молодого кота. Неприметная дрожь перед начавшими свои грохочущие шевеления Двуногими быстрее гуляющего в степях ветра промчалась вдоль позвоночника, серая шерсть инстинктивно вздыбилась на выгнутой дугой спине, а предупреждающе распушившийся хвост тут же взлетел кверху, придавая попавшему словно в западню одиночке самый устрашающих из возможных видов. Его округлившиеся глаза судорожно забегала по округе в поиске хотя бы какого-нибудь непримечательного укрытия или отверстия для побега, но видели вокруг себя лишь повсеместно закрытые шкафы и двери до того самого момента, пока не наткнулись на бесшёрстные лапы появившегося в проеме хозяина этой киски. Зрачки тут же превратились в две крохотные щёлочки, а из приоткрытой пасти раздалось утробное, глухое рычание.

[indent] — Скажи ему уйти отсюда, пока я не разодрал его лапищи!

+1

14

— Хочешь, я поделюсь?
Цукерка не знала голода (или не помнила), а потому чистосердечное предложение кремовой кошечки ее подружка могла принять со спокойной душой. Сорвавшись с места и задев хвостом весело звякнувшую игрушку, коих у Цукерки с самого котячества было по всему дому, домашняя юркнула в свою личную дверцу, а после выбралась оттуда с хорошеньким куриным крылышком. Холодным уже, правда, но тем не менее осень ароматным.
— Бери-бери, у меня ещё есть, - без лишнего хвастовства мяукнула Цукерка, по-доброму щуря медовые глаза. Неужели Эгле не доедала? Выглядела вроде худощавой. Горестно и коротко вздохнув, палевая качнула хвостом и с удивлённым «мр?» наставила уши: это откуда в подружке такая смелость? Неужто голод бросает на всякие безумства?
— На изгородь? - с сомнением протянула кремовая жительница дома. И трусихой казаться не хотелось, и зону комфорта покидать.
— Ну... ну пойдём. Но только на изгородь! - нахмурила аккуратные бровки Цукерка. — А крылышко оставь. Доешь ещё, - заботливо предложила домашняя, несмело готовясь к прыжку. Раскачав бёдра, она прыгнула на каменный забор ее жилища и, выставив хвостом равновесие, опасливо присела.
И ойкнула.
— Ой... а ты чей будешь? - медовые глаза округлились в две луны и уставились на самого худого кота, которого Цукерка когда-либо видела в жизни.

+2

15

Слишком.
Близко.
Пестрая кошка несдержанно вздыбливает загривок.
Ей не хватило немного, чтобы сдержаться, немного, чтобы удержать в узде нахлынувшие эмоции, когда запах чужака ударил в нос, а лоб коснулся плеча.
Слабачка.
Выпускает то, что осталось от когтей.
Удар по серой щеке.
Шаг назад.
Я сказала тебе не подходить, собачья кровь, — сдавленное гневное шипение, хвост, что хлещет по бокам.
В этот момент она ненавидит его за то, что он ее довел, и себя, за то, что поддалась. Раздаются шаги и голоса.
Недолго тебе осталось петь, пташка.
Она хочет, чтобы его поставили на место. Хочет, чтобы ему было больно. Чтобы он молил о пощаде.
Затуманенный яростью взгляд падает на чужака. И укол вины и раскаяния пронзает грудь насквозь.
Страх — чувство, что передает каждое движение незнакомца, взгляд, голос. Неужто он, что столь яростно желал вреда ей, на деле столь труслив и слаб?
И не такова ли она, раз желала ему того же?
Не тому учили ее заветы, привитые с юности, и не тому учила ее жизнь. Черная желчь уже подступила к горлу, но пестрая кошка вовремя остановила себя.
Если ты не будешь причинять им вреда, они тебя не тронут, — она говорит это тихо и отводит взгляд в сторону, приглаживая вздыбленный загривок и сама делая шаг к чужаку. — Просто успокойся. Своей яростью ты лишь накличешь беду.
Она поднимает на серого исполина взор, но не решается на большее, чем слова поддержки. Высокая фигура возникает в дверном проеме, и Агнес опускается на землю, обвивая хвостом лапы. "Наверное, хотят проверить раны", — задумчиво отмечает она, когда раздается голос хозяйки, что-то ласково воркующей. Домашняя ловит обрывки фраз, но недостаточно успешно складывает их в полноценный текст.
Со старыми хозяевами было проще. И уютнее.

0

16

[indent] Стоило лишь возникшему в проёме Двуногому ещё раз удивительно плавно, словно бы тем самым пытаясь обмануть никому не доверяющую натуру бывшего воителя, двинуться в его сторону, как серая, насупившаяся и теперь ставшая слишком похожей на грозовую туда шерсти без труда метнулась в противоположный угол комнаты и показательно оскалила желтоватые клыки. Будучи слишком занятым происходящим беспределом прямо в это самое время и судорожно размышляющим о том, как бы ему поскорее отыскать выход из этой западни наружу да заняться составлением своего коварного плана мести, Янтарь пристальным, мечущим убийственные молнии взглядом следила за действиями этой обнаглевшей трёхцветной незнакомки и её медлительно перемещающего хозяина, не забывая переодически угрожающе шипеть и рычать. Ослеплённый собственной кипящей глубоко внутри злостью и примешивающимся к ней естественным страхом, некогда племенной кот не сразу же обнаружил уже несколько раз капнувшую на гладкую поверхность пола свежую кровь со своей щеки и почти не ощутил боли от незаметного удара чужой почти безкогтистой лапы, но ударивший в чёрный нос запах тошнотворной стали вместе с ощутимой влажностью намокшей шерсти на морде буквально осенил голову исполина и заставил его упереться взглядом в пёструю шкуру этой домашней. Она, видимо, действительно не понимала, что опрометчиво играла с огнём.

[indent] — Ещё раз говорю, скажи этому Двуногому убраться отсюда, — неприятно скобля в очередной раз высунувшимися когтями по полу прямо под лапами и угрожающе выгибая спину на встречу мышеголовому человеку, прорычал Янтарь, а в следующую секунду молниеносно и со всей силы ударил по протянувшейся в его сторону руке, ощущая, как острие его личного оружия почти без труда проникли внутрь чужого туловища. Громкое, даже оглушающее восклицание бесшёрстной жертвы вызвало у хищника лишь насмешливую ухмылку на тонких губах и торжествующе выпяченную вперёд грудь, в то время как грохот удаляющихся шагов позволил бродяге неторопливо опустить вздыбленную шерсть и протяжно выдохнуть скопившийся в лёгких воздух. Задерживаться в этом месте ещё дольше и подвергать себя очередной опасности вовсе не было никакого желания, по причине чего бывший ветряк в последний раз оглянулся по сторонам и уверенной рысцой приблизился к своей новой знакомой.Показывай, как мне отсюда выйти.

+1

17

Конечно же, он и не подумал ее послушать.
Вот же курва безмозглая!
Агнес бросает на незнакомого бродягу взгляд в напряжении: развернувшаяся картина не особо нова и не обещает ничего благого, и вот уже вскоре на руке хозяйки блистают алые полоски, щедро оставленные приючённым и обогретым котом, что, только что жавшийся испуганным комком, теперь гордо пятил грудь.
Она удаляется, но по грохоту шагов ясно — такой расклад ей не понравился. И пестрая провожает ее внимательным взглядом, не замечая, как подходит к ней высокий собеседник.
Он был безумен? Труслив? Глуп? Или просто не понимал, что к чему? Не понимал, что слаб перед столь огромными существами и что власть здесь принадлежала совсем не ему?
Откуда ты? — оборачиваясь, спрашивает домашняя как-то даже строго, игнорируя попытку приказа. Она только сейчас замечает кровь на щеке и поджимает губы в напряжении, пусть и не в силах что-либо сделать: — Совсем разума лишился или хочешь отправиться к ветеринару? А то и к резчику?
Двуногим не нужна потенциальная угроза на их землях — Агнес хорошо это представлет.
Голос звучит холодно, но хлестнувший по боку хвост и затаенная на дне травянисто-зеленых глаз враждебность говорят о раздражении домашней. Она делает шаг и в прищуре заглядывает в янтарные огоньки незнакомца.
Если хочешь выбраться, веди себя тихо и выздоравливай поскорее — создашь себе меньше хлопот и быстрее получишь путь к свободе.
Про себя хмуро пестрая отмечает, что, возможно, оказывается заперта с этим недоумком на какое-то время. Вот тебе и приятное соседство! А ведь так хорошо и тихо лежал! Лучше бы не просыпался.
Поверь, сатана, меня от тебя тошнит не меньше, чем тебя от меня, поэтому сделай милость, — дергает усами и в следующий миг отворачивается, чувствуя, как иголочки недовольства колючей волной из раза в раз пробегаются в груди.

+1

18

— Хочешь, я поделюсь? - она успела только сдержанно, даже смущенно кивнуть, а Цукерка уже метнулась внутрь своего дома и вскоре появилась оттуда с очаровательным, одуряюще вкусно пахнущим крылышком. Эгле почувствовала, как несмотря на полный кошачьим кормом желудок, она проголодалась вмиг.
— Вот спасибо! — с довольным урчанием она набросилась бы на крылышком, в скором времени надеясь оставить от него лишь косточки, но Цукерка уже заинтересовалась происходящим за изгородью, и потому пришлось с сожалением отложить его в тенечек на траву, чтобы вернуться позднее, как и сказала подруга.
- Да, не переживай, дальше не полезем и сразу спрыгнем обратно, если что не так, - принялась горячо убеждать кремовую Эгле, с готовностью заскакивая на забор. Это и мгновения не заняло. Кошка давно заметила, что чем чаще она выбиралась из дома на подобные прогулки, тем ловчее становилась. И втайне с гордостью сравнивала себя с другими домашними котами, что были отъевшимися и неповоротливыми.
— Ой... а ты чей будешь? — она увидела тощего, жалкого на вид черно-белого котика чуть позже подруги. Та с опаской балансировала хвостом, но взгляда от незнакомца не отрывала. Эгле втянула носом воздух. Пах он странно, не как местные бродяги - и не как домашние.
- Не думаю, что он чей-то, - с сомнение протянула на ухо Цукерке кошка, разглядывая чужака. — А ты не из города? Или тебя бросили хозяева? У тебя все хорошо?
Мама учила ее быть вежливой и приветливой, в случае чего. Пока они здесь, а за спиной дом Цукерки - все безопасно. Этот чужак выглядел таким измотанным, что вряд ли стал бы им угрожать. Но на всякий случай Эгле опасливо прижала уши, готовясь убегать со всех лап.

+1

19

[indent] Неспешно, опасаясь в очередной раз поскользнуться на этой гладкой поверхности и позорно распластаться у самых лап трёхцветной, останавливаясь близ неё и с заметно пробравшийся в некогда сочащийся злобой и искренними угрозами взгляд безразличностью оглядев её непривычно стройную для домашней киски фигуру, Янтарь с едва видимой задумчивостью нахмурил брови и лишь протяжно выдохнул на вновь посыпавшиеся на него вопросы да рассуждения о его глупости. В половину уха прислушиваясь к звучащим холодно и даже как-то строго словам, которые подобно долгому звону разлетевшихся на миллиарды частиц капель утренней росы разносились почти около самого уха исполина, кот с едва ощутимым раздражением вдруг ощутил в полной мере свалившуюся на его широкие плечи усталость, которая всё ещё не оставила его после долгой дороги и прошедшего на эмоциях дня и буквально навязывала мысль оставить эту безуспешную идею как можно скорее выбраться и отсюда и просто смириться со своей новой, абсолютно не той, которую он представлял, когда делал широкий шаг прочь от родных границ, жизнью. Желания лишнего раза спорить и снова словесно кусаться с этой строптивицей Двуногих, к удивлению, совсем не оказалось, когда бывший воитель первый раз приоткрыл пасть для очередного резкого и, наверное, грубого ответа, от чего он недовольно поджал губы и впервые с момента просыпания всё же спокойно осмотрелся вокруг, знакомясь с территорией и подмечая всяческие возможные нюансы.

[indent] — Я бывший воитель племени Ветра, — брезгливо морща переносицу от одного лишь упоминания родного дома и интуитивно оборачиваясь в сторону, где за холмами и людскими строениями скрывались близкие сердцу и духу бескрайние пустоши, спустя некоторое время негромко произнёс Янтарь и неторопливо опустил пушистый круп на холодный, гладкий пол этой каменной палатки. — Бывший, потому что самостоятельно принял решение уйти и отречься от всего, что было прежде. Не буду вдаваться в подробности, потому что в любом случае ты ничего не знаешь о племенах и не поймёшь, так что и этой информации будет достаточно, — громко фыркнув и обильно лизнув приподнятую к чёрному носу лапу, отрезал продолжение вопросов о прошлом новоиспечённый бродяга и после аккуратно провёл по вновь растревоженной ране на серой щеке. — Но так, совет на будущее… Если ты вдруг видишь котов, которые чуть ли не в пару раз больше тебя и которые к тому же агрессивно настроены, лапы не распускай — прибьют и даже не заметят. Тебе просто повезло, что твоя эта объявилась здесь, иначе лежала бы с вскрытой глоткой, — ленивая, не таящая в себе никакой прежней злобы и ярости усмешка скользнула по тонким губам самцам, в то время как взгляд его янтарных глаз оценивающе пробежался по фигуре трёхцветной. — Поможешь мне выздороветь своим язычком, бунтарка? И что вообще означает это твоё… сатана? Комплимент какой, небось?

+2

20

Мыча что-то себе под нос, Орех определенно был дезориентирован. Совсем еще свежий ушиб на лапе отдавался тупой болью, но в сочетании с разрывающими его чувствами всё это превратилось в какой-то клок хаоса, в который целитель попал не по своей воле. Ну, хотя как не по своей? Бежал он с Лунного Камня очень даже целенаправленно.
— Ой... а ты чей будешь? - поначалу черно-белый даже не услышал посторонних голосов где-то сбоку. Вообще не придал им внимания, а лишь глупо косился вперед, как будто бы разглядывая жилища Двуногих, которых он прежде не видел. Страх сейчас сильно притуплялся шоком, а потому лесной кот не сразу же понял, что находится не в самом завидном положении. Только Цап знает, зачем лапы завели его в такое ужасное место. Пахло гарью и вонью от Чудищ. А еще непонятные пряные ароматы, исходящие от гнезд двуногих.
— А ты не из города? Или тебя бросили хозяева? У тебя все хорошо? - и наконец до Ореха дошло, что обращаются к нему. Откуда-то сверху.
"Звездные предки?" - пронеслось в подсознании.
А, нет. Это какие-то домашние кошки. Худыш с усилием попытался подняться на лапы, чтобы поскорее убежать, но они, кажется, не собирались ему подчиняться. А потому безвольно вскинув голову кверху, он боязливо ответил:
- А? Нет, я из Грозового племени. Я сейчас уйду, дайте мне немножко времени, - торопливо промямлил Орех, не желая вступать в конфликт. С виду эти кошки выглядели совсем безобидными, однако тут, в совершенно незнакомой обстановке, в совершенно неизвестном месте нужно было всегда оставаться на чеку.
Орех медленно опустил голову, косясь на землю. Как же сильно саднили задние лапы! Но превозмогая боль, он все же поднялся и тут же попытался дать дёру. Продолжать диалог с городскими незнакомцами казалось идеей смертельной и совсем небезопасной! Однако мышечные спазмы тут же приказали свалиться на коротко стриженный газон и Орех испуганно обернулся, глядя на незнакомок, восседающих на заборе:
- Предводителем клянусь, я не хотел вас потревожить! Сам не знаю, как меня сюда занесло, - зазвенел, оправдываясь Орех. И тут же замолк. Наконец сознание начало проясняться и он в полной мере осознал в какой же глубокой заднице он оказался. Причем привел он себя сюда сам. По своей же воле.
"Каков дурак."

+2


Вы здесь » cw. последнее пристанище » город » жилые улочки