У Вас отключён javascript.
В данном режиме, отображение ресурса
браузером не поддерживается
Любимые игроки!

Еще один год прошел. Нет, представьте только: Последнему Пристанищу, ставшему домом для всех нас, уже целых два года!
Два ярких года, полных историй, сюжетов, личных и глобальных линий, новых персонажей и захватывающих отыгрышей.
Мы любим вас, ребят!
И мы искренне хотели порадовать вас. Просим любить и жаловать: новый дизайн всея ПП. На сей раз мы решили более четко отслеживать племенную тематику, и в этом сезоне именно племя Теней удостоилось чести сиять на ваших экранах.
Кто станет следующим племенем? Зависит от вашего актива! Дерзайте, ребят!
И спасибо вам. От души, от амс, от каждого лично и всех нас в целом. Это непередаваемо круто: знать, что по ту сторону экрана тебя ждут. В обличии кота-воителя или человека в реальной жизни - не важно.

Любим вас.

Спасибо, что вы есть! С днем рождения, Последнее Пристанище!

cw. последнее пристанище

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя теней » палатка оруженосцев


палатка оруженосцев

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

http://sd.uploads.ru/HS2Xn.png

палатка оруженосцев
——————————————————————
Из склона торчит каменный выступ, кренящийся  вниз. Над ним дают рост ежевичные заросли, чьи буйно растущие ветви свисают вниз с уступа. Травянистое покрытие возле него редеет и дает место песочному настилу, что уходит куда-то в тень от самого выступа. Проскользнув ползком туда, можно оказаться в неожиданно просторной палатке. Именно здесь спит юное поколение: подстилки оруженосцев лежат ближе к центру, располагаюсь кругом: наиболее старшие ученики занимают теплые места в середине, а затем, когда тех посвящают и они покидают палатку, на их смену укладывается другое поколение, и так продолжается далее.

0

2

главная поляна.

Крысолап устал. Его голова, откровенно говоря, не работала совсем. Каша из грязи и слизи, которую оруженосец видел каждый день на своих тренировках, занимала огроменнейшую часть в голове, выживая иные мысли. Крысолап не хотел думать – глаза слипались, а во рту был гадкий привкус чего-то очень неприятного, будто бы он жевал странные вещи, оставленные двуногими на гнили. Конечно, такое бывало и не раз – но сейчас-то Крысолап вернулся совсем не из того злополучного дурнопахнущего места. Да и не пошел бы он туда вместе с Клёновкой – эта кошка достойна лучшего окружения.
Часто Крысолап задумывался о том, почему Клёновка так много общается с ним – иногда он приходил к выводу, что он довольно интересный, а иногда – что это из-за Волчеягодника.  Конечно, клыкастый до последнего хотел верить в первый вариант, но судьба, вероятней, складывалась ближе ко второму.
- Можно, м-м, - он внезапно вспомнил, что надо бы ответить подруге на её фразу, но мягкая подстилка – которую, конечно, Крысолап считал самым отвратительным местом для сна – оказалась слишком удобной, поэтому кот взял паузу, чтобы улечься поудобней, подогнул под себя лапы и смешно зевнул.
- Можно залечь на одну подстилку, укрыться другой и сделать вид, будто бы нас нет – если мы не видим их, значит, и они не видят нас. А то еще вспомнят, что нас не было – устроят нагоняй и поминай, как там нас с тобой звали и кем это мы были.
О жестком нраве Волчеягодника Крысолап знал прекрасно – пусть наставник и относился к своему оруженосцу больше как к забавному котёнку, путающемуся под лапами, но его глаза цвета молодой листы выражали ярость в нужные моменты, а иногда и недовольство. Крысолап не боялся Волчеягодника – Крысолап просто не хотел его злить.
- Я буду скучать по палатке оруженосцев, - внезапная мысль вырвалась так быстро, что кот поначалу даже не понял, что именно он сказал. Лишь удивленно захлопал глазами, помотал головой, а потом спрятал нос в лапах: - Это же сколько я тут был? Казалось бы, столько еще пробуду – но нет. Совсем скоро другое имя, другой статус и другие правила проведения дней. Последнее я, конечно, могу корректировать как захочу, но, все же, ну... Это будет уже не так. Да и ты тут одна будешь. Как же ты без меня, а?
Он пытался то ли поднять себе настроение, испортившееся внезапными размышлениями, то ли пытался не дать Клёновке в качестве наказания уснуть слишком быстро – Крысолап и сам не знал, что именно он пытался сделать и для чего начал этот разговор. Конечно, Клёновке не будет здесь скучно без него. Более того, так думал темношкурый, оруженосцы выдохнут в облегчением, когда поймут, что этот вечно грязный пыльный мешок кошачьих костей перестанет заваливаться в палатку и со странным бульканьем ложиться на подстилку, рассказывая всем о том, как же прошел его день. Он искренне верил в то, что кому-нибудь из оруженосцев определенно хочется послушать странные бредни Крысолап, и однажды этот кто-то будет рассказывать легенды о Крысином коте, сражающимся с ордами жаб и полевок. И этот кто-нибудь зажжет в душе кого-то другого огонек, который каждый раз зажигал внутри себя Крысолап.
- Эх, думаю, завтра Волчеягодник мне спуску не даст. Да и сегодня, наверное, тоже. Чувство, будто бы вот-вот он заглянет внутрь, встряхнет нас с тобой и поведет куда-нибудь в глубины леса, чтобы провести особую тренировку. Зна-аешь, на одной из прошлых он проверял мои способности прятаться на местности и пугать наших Сойкоглазов. Это было весело, конечно, но в следующий раз я буду на месте Сойкоглаза. И ты. И все мы, потому что я не знаю, что можно ожидать от моего наставника.

+5

3

-— главная поляна

Несмотря на всю творившуюся снаружи вакханалию, в палатке учеников тепло и сухо. Едва лапы погружаются в привычные до покалывания в подушечках мох и папоротники, щемящее чувство безопасности окутывает с головой, утягивая всё дальше и дальше от входа, туда, где еще теплее и почти не слышно голосов, легким эхом доносящихся снаружи. Обычно и тут неспокойно, и часто Клёновка этому по-своему способствует, но сейчас ей на удивление ценны эти мгновения тишины и размеренности. Кажется, словно все вмиг куда-то исчезла, лишь пара знакомых разноцветных спин возвышается над гнёздышками где-то у стены. Кошечке кажется, что она может различить свою любимую соню Тьмушу, чуть поодаль, возможно, также отдыхает от крайне тяжелого для него пережитого Сойкоглаз...

Но всё это, возможно, лишь плоды её воображения, уже удобренные благодатным теплом и подкрадывающейся дремотой. Даже дорога от общей кучи до палатки, такая обыденная, что её и не замечаешь вовсе, теперь показалась ей длинной. Под лапами и чуть впереди она видела лишь легкие отпечатки следов своего черного проводника Крысолапа, словно шла по ветке дерева, по обе стороны которой - весь остальной мир. Весь остальной хаос. Казались сном вернувшиеся в лагерь Невесомая с Рябчиком (последний, кстати, настолько взъерошенный, что даже сквозь полуприкрытые глаза-щелки заметно, и плотно сжатые губы трогает легкая улыбка-смешок), меряющиеся где-то сбоку шишками Блоха с Дроздовкой (гиперактивная Моська-переросток и как всегда пытающийся казаться спокойным слон - точнее, слониха). Боковым зрением ей то ли явью, то ли грёзой привиделась пёстренькая Мятнолапка, на удивление активно суетящаяся вокруг Муравьятника. Откуда-то еще дальше раздавался голос Волчеягодника, сперва язвительный - переброситься парой острых слов с Грабом, а затем более мягкий - о чём-то тихо беседовать с Наледью.

Словно ничего и не было.

И всё же ежевичные ветви мягко смыкаются за спиной, и мир делится на две половины: здесь и там. Крысолап, до этого служивший рыженькой направителем и провожатым, внезапно остановился и начал устраиваться на своём месте, и Клёновка, то ли запнувшись об него, то ли забыв, что и у неё есть своё место, то ли всё еще не в силах отойти от него после случившегося, опустилась совсем рядом. Перспектива завалить его и себя мхом ей не особо понравилась (убираться еще потом, да и сил на это сейчас уже нет), но она всё же хвостом и передними лапами подгребла к ним побольше папоротника, устроив едва ли не двойное гнездышко. Прижав лапки к грудке, ученица моргнула раз, другой, а затем, под мерную болтовню друга положила голову на его спину, широко зевая и едва ли не касаясь зубами его уха.

- Боишься, что станешь слишком свободным? - тихо усмехнулась рыжая в его шерсть. - С какой-то стороны, было бы неплохо оставаться учеником. Делаешь только то, что тебе велят: пару раз ткнул в Острого мхом с мышиной желчью, подстилку Бузине перестелил - и всего делов. И никакой этой взрослой ответственностиииии...

Снова зевок. Она говорит всякие глупости, это в её духе даже сейчас. В глубине души она знает, что ей и правда будет не хватать Крысолапа в одной пещере, без него и Сойкоглаза тут станет куда тише и скучнее. А они переберутся туда, к Рябчику и Блохе, к Ветле и Клещу, ко всем молодым воителям, которые сейчас могут смело задирать нос, глядя на них, на мелкоту. Ну ничего, когда-нибудь и они вырастут, и еще потеснят их, еще покажут им. Она не собирается никому ни в чём проигрывать, это точно. Ни соплеменникам, ни соседям, ни сумасшедшим одиночкам.

- В следующий раз, когда он начнёт тебя обижать, скажи мне, - пробормотала кошка в темное ухо. - Уж я смогу поговорить с братом... как следует... Он у меня еще...

Дальнейшая мысль оборвалась на полуслове и утонула в тихом сопении.

+6

4

послесонное состояние.
Его собственное утро подкралось неожиданно быстро, скользнув лучиком солнца по носу вверх, и задержалось на правой брови. Крысолап поморщился и лапой попытался ударить неприятеля, мешающего наполнять угольное тело энергией. Вместо этого, он ударил самого себя, прошелся мягкой лапой несколько раз по месту ушиба, а затем поднял голову и сонно разлепил глаза. Сначала кот даже не понял, где он находится – мир поплыл в разные стороны, расщепляясь на множество маленьких точек, затем потемнел и, наконец, восстановился. В палатке никого не было.
Точней сказать, практически никого не было – только его темное тело и мягкий рыжий бок Клёновки, которая, казалось бы, даже не двинулась с места. Значит, еще не просыпалась. Значит, Крысолап был первым, кто пережил предыдущий день и всплыл на поверхность из сновидений в новом. А еще, он не слышал привычный голос Волчеягодника ни на поляне среди голосов котов Сумрачного племени, ни в полупустой палатке оруженосцев. Возможно, стоило еще некоторое время поспать, но чем больше Крысолап бодрствовал, тем меньше ему хотелось закрыть глаза и снова окунуться в полное ничего. Крысолапу не снились сны практически никогда – он мог только выдумывать и заставлять себя верить в то, как он в очередном сне покоряет огромные просторы чужих племен, а потом делает племя Теней снова великим. И, возможно, он бы с удовольствием помечтал еще чуть-чуть, прежде чем всплыть на главной поляне, но теплый бок Клёновки так умолял оставаться рядом, и Крысолап оставался. Он оставался рядом даже тогда, когда слегка двинулся, чтобы позволить себе увидеть голову Клёновки, оставался рядом и тогда, когда не удержался и лизнул ученицу в щеку, дабы разбудить. Не одному Крысолапу просыпаться.
- Утро доброе. Нас ждут жабы, птицы, мыши и другие звери, еще не сбежавшие по норам, в болота и куда-нибудь там еще.
И, несмотря на пожелание о хорошем утре, черношкурый и понятия не имел, что именно его встретит за пределами палатки. Возможно, где-то там солнечный диск прячется под землю и являет миру звёзды. А, может быть, там и вовсе глубокая ночь, и тот лучик, который разбудил Крысолапа ранее, был игрой его воображения.
- Сегодня на удивление тихо. То есть, я лежу, прислушиваясь к тому, что происходит там – снаружи – но, кажется, ничего особо интересного. Да и Волчеягодник не заглядывал. Думаю, надо бы выйти потренироваться без наставника. Потому что, я же не виноват, то Волчеягодника нигде нет. А тут, в лагере, делать совсем нечего. Палатки живы, коты довольны, старейшины целы. Да и не воительское это дело – прозябать в лагере, когда там – за пределами – целый мир.
Крысолап даже не обращал внимания, проснулась ли Клёновка или нет. Главное то, что проснулся он сам и проснулся настолько, что готов являть себя миру и покорять просторы, будучи уверенным, что он не угодит в беличье дупло головой, не застрянет клыками в древесной коре или, того хуже, не подавится грязью с болот. Да и план, спрятавшийся глубоко в подсознании Крысолапа, по поиску Волчеягодника необходимо осуществить. Потому что, вдруг что-то случилось?

+4

5

Клёновке снился сон.

Не то чтобы она часто видела сны, еще реже запоминала их, ибо большинство не уходили своими сюжетами дальше погони за очередное мышкой и этими шаблонными "ну вот уже едва-едва!" и резкими пробуждениями, когда вожделенная добыча уже почти в твоих когтях. Бывали сны, где она беззаботно болтала с кем-нибудь, не видя мордочек своих собеседников, но при этом отлично различая их: вот это Тьмуша, а это Мятнолапка, вот Всполох, там чуть дальше - Граб. Чаще всего ей не снилось ничего, и это ничего было даже приятным, ибо не будоражило, не заставляло беспокойно возиться и сучить лапами по подстилке, а затем вскакивать в поту или получив пинок от соседа, которому случайно отдавила хвост. Говорят, что чистые душой спят снами крохотных котят. И рыженькая чувствовала себя чистой, так что ничто не могло побеспокоить её мерного посапывания в предрассветный час. Её не обременяло даже осознание необходимости встать пораньше, чтобы подготовиться к тренировке или просто чтобы день был подольше.

Клёновке снился сон.

Он был не такой, как остальные. Он как бы и был, и одновременно не был. Кошка то видела лишь темноту, то вдруг куда-то бежала, то затем снова наступала темнота. Но одно лишь не пропадало и держало её своими когтями: неприятное, едкое, липкое чувство того, что за тобой кто-то следит. Особенно отвратительно это было в моменты темноты и тишины, когда она не видела, не слышала, не ощущала никого и ничего, но шерсть на загривке невольно становилась дыбом от щемящего предчувствия. Словно что-то должно было вот-вот случиться, и ожидание этого было томительнее и ужаснее, чем непосредственно произошедшее. Раз-другой ей показалось, что она видит четыре фигуры, которые следуют за ней, ходят вокруг, едва касаясь бока. Две худощавые и поджарые - скорее всего, кошки. Две крупные и массивные - коты. Они то подходили совсем близко, то разбегались в стороны, то четко вырисовывались на фоне неба, то почти сливались с кустами и стволами.

А затем один из котов пошатнулся и упал. Она видела кровь. Кровь, стекающую по его лапе из плеча, из маленькой царапины, оставленной, скорее всего, когтем неосторожного оруженосца. Она текла и текла, образуя лужицу, ручеек, реку... И кот таял на глазах, становясь всё тоньше, всё меньше, незаметнее, пока не оказался размером с котёнка. На его ране то появлялись, то исчезали белые мотки паутины, какие-то листья и даже древесная кора, но ничто не могло остановить этот ужасный красный поток. Клёновка пыталась отойти, но не смогла, и почти сразу почувствовала, как её лапы намокают, как что-то влажное касается её морды, её щеки...

Она открыла глаза, резко, спазмически, словно и не спала до этого вовсе, а всего лишь на короткий миг моргнула. Мокрый след на рыжей шерсти горел огнём, но был вовсе не так неприятен, как если бы взаправду оказался кровавым. Сперва она решила, что это Тьмуша занялась её утренним умыванием, но, присмотревшись, поняла, что видит перед собой улыбчивую тёмную физиономию Крысолапа. Сколько они спали рядом? Сколько котов это видело? А, собственно, кого это волнует и кому какое дело? Клёновке было совершенно всё равно, что будут или не будут говорить. Пока её всё устраивает, пусть городят что хотят, а если что не устроит - она с лёгкостью исправит всё обратно. В ту или иную сторону. Просто сыграет еще одну маленькую пьеску. Но не сейчас. Сейчас маска не лезла ей на морду.

Еще не высох влажный след.

- Вот уж утро и правда доброе, а ты тут про тренировки какие-то! - усмехнулась кошечка, приподнимаясь и принимая сидячее положение. - Наши наставники милосердно решили дать нам возможность отдохнуть, а ты предлагаешь идти их искать... - она принялась вылизывать грудку, хладнокровно пытаясь смыть сонные наваждения. - Но ладно, думаю, я не откажусь от теплой мышки на завтрак. Ну или на обед. А может, и не мышки, а лягушки. Ну или поймаем и то, и другое, и разделим поровну. Между нами и старейшинами, разумеется, иначе не сносить нам наших хвостов от мышиной желчи!

Приведя себя в порядок, ученица бросила оценивающий взгляд на соседа по палатке и, заметив выбивающийся клочок шерсти под его ухом, приподнялась на задние лапки, лизнула переднюю и ловко вернула непослушный вихор на место. Если уж слушать шепотки, то пусть лучше завистливые.

--- главная поляна

Отредактировано Клёновка (26.10.2019 15:22:29)

+3

6

Он довольно вскинул голову, когда Клёновка согласилась на прогулку за границы лагеря. Территории Сумрачного племени в такие время года однозначно заполнены всякой разной живностью. А она, в свою очередь, только и ждет того момента, пока крепкие зубы Крысолапа не вцепятся в их тонкие шкурки. Наслаждение от медленного пробуждения до ощущения приятного тянущего голода сменились так быстро, что Крысолап резко подскочил, готовый рвануть куда-нибудь за пределы лагеря, за пределы бессчетного множества котов, лишь бы оказаться наедине с природой.
Наедине с Клёновкой.
Он не стал говорить рыжей кошке, что поиск наставников был лишь предлогом – время, проведенное рядом в палатке, конечно, бесценно, но, что-то подсказывало Крысолапу, их бы явно не оставили в покое. Возможно, повели бы куда-нибудь, не дали бы поговорить по душам, когда там – не в лагере – целый мир, в котором голоса утопают в шуме листвы и топоте мышиных лапок. Они с Клёновкой могли бы подражать жабам, взбираться на трухлявые деревья за белками и под конец прогулки застрять в каком-нибудь беличьем дупле. Словом, было бы весело.
А потом, уставшие под вечер, они бы вернулись с кучей еды в лагерь, свесили бы язык на бок и горделиво прошлись взглядами по новоиспеченным оруженосцам, давая планку, к чему те должны стремиться, если хотят вырасти настоящими воинами Сумрака.
У Крысолапа, словом, было Звездоцаповски много планов на сегодняшний день. И он эти планы предпочитал совершить как можно скорей, освобожденный от тренировок на весь день. Или, по крайней мере, на то, что осталось от дня.  Потому-то он и рвался прочь.
Но его неусидчивость была пресечена нахождением рядом Клёновки. Он не мог не дождаться подругу, разделяющую вот уже много лун и ним и племя, и палатку и, впрочем, его жизнь. Поэтому бросил довольный взгляд зеленых глаз и уже было открыл рот, чтобы поторопить ту, как почувствовал мягкое прикосновение рыжей ученицы.
Крысолап закрыл рот. Ему было нечего сказать – мысли смешались в кашу так быстро, как это только было возможно.
Под приглушенные голоса он покинул вдвоем с Клёновкой палатку оруженосцев.

главная поляна

+3


Вы здесь » cw. последнее пристанище » племя теней » палатка оруженосцев